Темный Лекарь 19

Глава 2

Лестница вела вверх, виток за витком, и с каждым шагом я чувствовал, как древняя магия становится плотнее.

Словно воздух здесь был пропитан силой настолько старинной, что она успела стать частью самого камня.

— Как высоко мы поднялись? — спросила Октавия, держась за мою руку.

Её дыхание участилось от волнения. Не удивительно, ведь мою ведьмочку всегда привлекали тайны прошлого. И сейчас мы должны были раскрыть ещё одну.

— Почти пришли, — ответил я, поглядывая на стены.

Руны, покрывавшие их, постепенно менялись. Внизу они казались совсем простыми, по сравнению с тем, что мы видели здесь. Нам встречались целые предложения на сложном и запутанном языке, который я едва узнавал.

— Это некромантия, — приговаривал дед Карл, замедляя шаг возле большинства из надписей. — Но такая древняя, что я не могу прочитать и половины символов.

— Мне тоже не всё понятно, — признал я.

Регина, шедшая последней, хихикнула:

— Как трогательно. Рихтеры не могут прочитать собственное наследие.

— Ты можешь? — спросил я, не оборачиваясь.

— Нет, — сразу призналась она. — Но это и не МОЁ наследие..

Мы продолжили подъём.

Наконец лестница закончилась. Перед нами была последняя дверь. Я толкнул её.

И мы вошли в башню обсерватории.

Помещение было круглым, с высоким куполом. Стены из того же чёрного камень с серебряными прожилками, что и снаружи. Но здесь он был отполирован до зеркального блеска.

— Ого, — выдохнула Октавия, подняв голову вверх.

И было чему удивиться. Купол выглядел прозрачным, но даже не стеклянным, а таким словно он вообще отсутствовал. Казалось, что мы стоим под открытым, усыпанным звёздами, небом.

Хотя снаружи стоял день.

— Иллюзия? — спросил дед, прищурившись.

— Нет, — Регина подошла ближе, задрав голову. — Не иллюзия. Это… окно. В другое пространство.

Я присмотрелся. Она была права. Звёзды не мерцали случайно, в их расположении был свой порядок. Они словно складывались в некий узор.

В центре помещения стоял постамент. На нём находилась странная конструкция, похожая одновременно на телескоп и на астролябию. Металл, кристаллы, руны.

— Портал, — догадался я. — Это, должно быть, портал.

— В мир патриархов, — тихо согласился дед.

Я подошёл ближе. Устройство было холодным на ощупь, но когда я коснулся его рукой, руны вспыхнули.

Звёзды на куполе начали двигаться. Медленно, по спирали, сходясь к центру.

— Макс? — Октавия схватила меня за рукав. — Что ты сделал?

— Активировал, — ответил я, продолжая изучать устройство. — Оно реагирует на кровь Рихтеров.

Звёзды собрались в одну точку прямо над порталом. И эта точка начала расширяться. Темнота, из которой исходил слабый свет.

— Проход открыт, — констатировал дед. — Вопрос — куда именно он ведёт?

— Есть только один способ узнать, — я повернулся к остальным. — Кто-то хочет остаться?

Регина фыркнула:

— И пропустить это? Ни за что.

Октавия сжала мою руку крепче:

— Я с тобой.

Дед просто кивнул.

— Тогда идём.

Я шагнул в темноту.

Переход был мгновенным. Просто в один момент я стоял в одном месте, а через секунду уже в другом.

Сначала я даже не понял переместились ли мы вообще, так как обсерватория вокруг нас казалась той же самой. Такой же круглый зал, тот же купол, те же чёрные стены.

Но было одно отличие.

— Звёзды, — прошептала Октавия.

Купол здесь тоже показывал звёздное небо. Но это были уже другие звёзды. И они тоже складывались в сложный узор, где каждая звезда светилась своим цветом.

— Телепортационная сеть, — сказала Регина тихо, и в её голосе прозвучало что-то похожее на благоговение. — Это карта порталов. Каждая звезда — это другой мир.

Я присмотрелся. Она была права.

Звёзды пульсировали, словно живые. Некоторые очень ярко, другие совсем тускло.

А большинство были окружены красным свечением.

— Запечатано, — констатировал дед, указывая на одну из таких звёзд. — Видите? Защитная магия вокруг портала.

— Все запечатаны, — я обвёл рукой купол. — Кроме той, через которую мы пришли.

Действительно. Единственная звезда без красного свечения — та, что вела в наш мир.

Регина медленно обошла постамент в центре, изучая руны:

— Понятно. Это не просто защита. Это карантин. Они запечатали все миры.

— Зачем? — спросила Октавия.

— Чтобы сдержать Тени, — предположил я. — Патриархи проиграли. Их миры были захвачены. И перед тем, как исчезнуть окончательно, они запечатали проходы. Чтобы зараза не распространилась дальше.

— Значит, за этими порталами… — начала Октавия.

— Мёртвые миры, — закончил дед. — Поглощённые скверной и Тенями. Вот почему патриархи не вернулись. Им некуда было возвращаться.

— Весело, — Регина обошла зал и остановилась у одной из стен. — Значит, ваши славные патриархи сбежали сюда, оставив свои миры на растерзание чудовищам. Благородно.

— Как всегда, ты довольно точна в своих оценках, — согласился дед. — К сожалению. Удивительно, как такая аналитическая голова уживается с характером гадюки. Природа любит пошутить.

Регина обернулась, одарив его сладкой улыбкой:

— Должна признать, дедуля, для живого трупа ты тоже удивительно сообразительный. Жаль только, что вся эта мудрость веков не научила тебя элементарной вежливости. Хотя, может, просто мозги вместе с плотью усохли?

— Вежливость, — невозмутимо ответил дед, — роскошь, которую я могу себе не позволять. В отличие от тех, кому теперь всегда придётся сначала выпрашивать разрешение у хозяина.

— Ох, укусил, — Регина прижала руку к груди с притворным восхищением. — Острый ум, острый язык. Если бы ещё хоть каплю обаяния в придачу, ты был бы почти сносен.

— Патриархи пытались спасти то, что осталось, — продолжил дед, возвращаясь к теме и не обращая внимания на её последний укол. — И судя по тому, что мы сейчас стоим здесь, у них получилось. Хотя бы частично.

Регина хотела снова что-то ответить, но в этот момент я заметил другую деталь.

В центре постамента, прямо под устройством-порталом, виднелась небольшая руническая панель.

Я коснулся панели ладонью. Руны вспыхнули зелёным светом, считывая мою кровь.

Постамент содрогнулся. В его центре открылся тайник, каменная плита беззвучно отъехала в сторону.

Внутри, на бархатной подушке, лежала корона.

Изящный обруч из переплетённых кристаллов. Прозрачные грани с лёгким зеленоватым свечением образовывали сложный узор, напоминающий замёрзшие языки пламени. Каждый кристалл был огранён с невероятными мастерством и точностью, а внутри них светились руны, словно бы вплавленные в саму структуру материала.

— Что это? — оживилась Октавия, подходя ближе с восторженным взглядом. — Я буквально чувствую исходящую из неё силу, но в то же время я никогда не видела ничего подобного, а на артефактах я собаку съела. Это нечто невероятное!

— Работа мастера, — дед склонился над короной, не касаясь её. — Очень мощный артефакт. Я чувствую огромное количество магии, запечатанной внутри.

Регина тоже приблизилась, изучая корону с профессиональным интересом:

— Интересная конструкция. Кристаллы расположены по спирали Фибоначчи, только ещё более совершенной. Руны нанесены не на поверхность, а внутрь самих кристаллов. Это… впечатляющая работа.

— Да, и правда похоже, — задумчиво согласилась Октавия.

Мы все вчетвером дружно закивали. Любой артефактор знал гения Фибоначчи, по открытиям которого до сих пор делалось множество артефактов.

Но тот, кто сделал эту корону, знал дело ещё лучше.

— Вот только для чего она? — спросил я, продолжая рассматривать находку.

Дед прочитал надпись на постаменте:

— «Последнему из рода». — Он поднял глаза на меня. — Максимилиан. Это для тебя.

— Для последнего правителя Рихтеров, — уточнила Октавия, тоже изучая символы. — Или, если точнее, для последнего Патриарха.

Я посмотрел на корону. Она не выглядела опасной. Я не чувствовал никакой угрозы, скорее наоборот, возникло чувство, будто она меня ждала.

— Надень её, — предложил дед.

— Подожди, — Октавия схватила меня за руку. — А вдруг это ловушка?

— Если бы патриархи хотели установить ловушку, они не стали бы делать её такой очевидной, — заметил дед. — Это наследие. Последний дар рода.

Регина усмехнулась:

— К тому же, Макс, если это и правда ловушка, то ты единственный, кто может её активировать. Так что выбор прост, либо надеваешь и получаешь что-то полезное, либо не надеваешь и упускаешь возможность. Третьего не дано.

Я не мог не признать логику её слов.

— Что ж, — я протянул руку к короне, — посмотрим, что приготовили предки.

Корона была лёгкой, почти невесомой, словно была сделана даже не из кристаллов, а из застывшего света.

Я поднял её и надел на голову.

Сначала ничего не произошло.

Я стоял, ожидая чего-то драматичного. Вспышки света, удара молнии, видений… Но ничего.

— И? — спросил дед. — Чувствуешь что-то?

— Пока нет, — признался я.

Но в следующую секунду мир изменился.

Я будто бы разом обрёл некое шестое чувство, которого раньше не было. Словно невидимые нити протянулись от меня и повсюду.

И я почувствовал их.

Некромантов. Как Рихтеров, так и других магов, чей дар был такой же как мой.

Да, в этом мире, в этой обсерватории, со мной были лишь дед и Октавия, но я чувствовал и тех, кто остался в моём мире. Причём ощущал их так же отчётливо, как чувствую биение собственного сердца.

Десятки. Сотни. Может даже тысячи присутствий. Каждое — яркая точка в темноте. Каждое — связь, нить, протянутая от меня к ним.

Я видел их всех.

— Макс? — голос Октавии донёсся словно издалека. — Что с тобой?

Я моргнул, возвращаясь в реальность. А затем объяснил, что только что произошло.

Сначала воцарилась тишина. Словно все вместе со мной тоже пытались осознать случившееся.

А потом Регина медленно захлопала в ладоши:

— Ну что ж. Поздравляю, Рихтер. Ты только что стал самым эффективным поисковым радаром в истории некромантии.

— Это больше, чем просто поиск, — возразил дед, изучая корону на моей голове. — Это связь. Патриархи оставили способ координировать весь клан. Управлять им как единым организмом.

— Армией, — снова влезла Регина. — Они оставили способ создать армию.

А когда я попытался снять корону, то вместо этого почувствовал, как она растворяется в моих руках.

Октавия, глядя на это, чуть не расплакалась от разочарования.

— Где⁈ Куда исчезла эта прелесть⁈ Я даже не успела её изучить!

Но затем она вновь резко стала серьёзной и спросила:

— А что насчёт связи? Неужели она тоже пропала?

Я покачал головой.

— Артефакт не просто исчез. Я чувствую, что теперь он часть меня.

— И что теперь? — спросила Октавия.

Я задумался. Магия показывала мне сотни точек в моём мире, где находились другие некроманты. Большинство из них явно группировались в Рихтерберге, но были и другие. В разных, весьма интригующих местах.

А также было и что-то ещё.

Словно пока я обнаружил лишь часть новой силы, а остальное пока было заперто, скрыто от меня.

— У меня есть ощущение, что это ещё не всё, — признался я. — Пока я не понимаю степень своей силы. Возможно, мне просто нужно время. Переварить это, лучше понять.

Дед кивнул:

— Разумно. Новые способности редко раскрываются сразу. Особенно такие мощные.

Регина обошла постамент, разглядывая запечатанные порталы на куполе:

— Значит, вы, Рихтеры, — чёртовы пришельцы. Прилетели из других миров и начали диктовать свои правила.

Она повернулась ко мне с язвительной улыбкой:

— И это ВЫ называли МЕНЯ ненормальной? Когда сами прятали такие секреты!

Я усмехнулся:

— Регина, разница в том, что мои предки пытались спасти мир от Теней. Твои же просто резали всех подряд ради развлечения.

— Детали, — отмахнулась она, а затем подошла к одной из стен, изучая руны. — Хотя надо будет выяснить, откуда взялись Сципионы. Мы явно слишком хороши для этого мира. Может, у нас тоже есть свой портал?

К моему удивлению, Октавия кивнула:

— Ну, в принципе, это, возможно, единственное, в чём я готова с тобой согласиться.

Регина театрально прижала руку к сердцу:

— Малышка-предательница, ты меня растрогала. Почти до слёз.

— Почти? — уточнила Октавия.

— Ну, мне же нужно сохранять репутацию бессердечной стервы, — Регина хихикнула.

Я покачал головой, возвращаясь к изучению обсерватории. Пока они обменивались колкостями, я исследовал стены, пол, постамент.

Это помещение было не просто порталом. Это был центр управления. Узел сети, соединяющей миры.

И патриархи оставили его здесь. Запечатанный, скрытый, ждущий того, кто сможет его активировать. Но теперь место потеряло своё значения. Всё, что мы могли, это вернуться в свой мир.

— Нам пора, — сказал я наконец. — Здесь больше нечего делать.

— Возвращаемся? — спросил дед.

— Да. Но не в Рихтерберг. — Я почувствовал одну из точек сети особенно ярко. — Я чувствую живых некромантов. Совсем недалеко отсюда.

Мы вернулись к порталу. Я коснулся устройства, и проход открылся снова.

Наконец, мы снова стояли в обсерватории нашего мира.

— Надо запечатать это место, — сказал дед, оглядываясь. — Нельзя допустить, чтобы кто-то случайно сюда попал.

— Согласен, — я уже начал чертить защитные руны вокруг портала. — Октавия, помоги мне. Твои артефакты усилят защиту.

Мы потратили около часа, выстраивая многослойную систему защиты. Руны, барьеры, сигнальные заклинания. К тому времени, как мы закончили, попасть сюда мог бы только я сам или кто-то с моим прямым разрешением.

— Готово, — удовлетворённо сказал я, осматривая работу. — Теперь это место в безопасности.

Мы спустились по лестнице. Снаружи нас ждали драконы.

— Куда летим? — спросил дед, забираясь на Костиуса.

Я закрыл глаза, концентрируясь на ощущении связи. Точка, которую я чувствовал, была…

— На северо-запад, — сказал я, открывая глаза. — Часа два полёта.

— Что там? — поинтересовался дедуля. — что именно ты чувствуешь?

— Пока не знаю, — признался я, садясь на Агни и помогая Октавии устроиться за мной. — Может быть потом, способность будет работать чётче, но пока я лишь знаю, что там примерно пара десятков некромантов. Все живые.

— Что ж, тогда вперёд, — кивнул дед.

Октавия крепче прижалась к моей спине, и я дал Агни команду взлетать.

Огненный дракон расправил крылья и взмыл в воздух. Костиус последовал за ним.