Темный Лекарь 18

Глава 19

Я сидел в одном из залов лаборатории, а параллельно наблюдал за Рихтербергом глазами своих теневых разведчиков.

Город жил своей обычной жизнью. Люди спешили по делам, транспорт двигался по улицам, дети играли в парках. Всё выглядело мирно и безопасно.

Но я знал правду.

Эта безопасность была хрупкой. Иллюзорной. Купленной ценой постоянной борьбы со скверной, постоянного поддержания защитных механизмов, постоянной готовности отражать атаки очагов.

Но нависшая над всем миром угроза была ещё более страшной, чем все мы думали.

Тени. Существа, которые уничтожили бесчисленные миры не отступят просто так. И мы не можем просто ждать, когда их вторжение станет настолько массовым, что нам останется лишь принять поражение.

Нет. Мы должны придумать как бороться с ними уже сейчас.

Я встал и повернулся к собравшимся в лаборатории.

Арджун Сундарам стоял у большого стола, на котором были разложены чертежи и схемы установок для поглощения скверны.

Рядом с ним, на самом столе, сидела Рей-Ка, единственная из гремлинов, кого мы допустили на это совещание.

Маленькая гремлинша с серо-коричневой шерстью и аккуратной косичкой выглядела спокойной и сосредоточенной. Её механические очки с миниатюрными гравировками поблёскивали в свете магических светильников.

В отличие от большинства своих необузданных собратьев она была на удивление нормальной. По человеческим меркам, конечно.

И Арджун, как и другие наши исследователи, так хорошо с ней поладили, что Рей-Ка быстро стала полноправным и незаменимым членом команды.

Луи Вийон устроился в кресле, держа в руках планшет.

Елена Рихтер стояла у стены, скрестив руки на груди, её взгляд был задумчивым и отстранённым.

Дед Карл расположился в своём любимом кресле, наблюдая за всеми с видом умудрённого жизнь старца.

Октавия сидела за отдельным столиком вместе с Шарлоттой Беккер. Рядом с ними вилась одна из лиан Вьюнки, которая принесла поднос с чаем и печеньем.

— Итак, — начал я, — вы все знаете, что наши технологии работают. Мы успешно защищаем Рихтерберг. Очаги вокруг города нейтрализованы или контролируются. А новые внутри больше не появляются. Люди живут в безопасности.

Я сделал небольшую паузу, а затем продолжил:

— Но этого недостаточно.

Арджун нахмурился, Луи поднял взгляд от планшета, Елена выпрямилась.

— Недостаточно? — переспросил Арджун. — Максимилиан, что вы имеете в виду? Разве мы не достигли невероятных результатов? Технология работает, производство налажено…

— Для одного города, — перебил я. — Для одной территории. А что насчёт остального мира?

Арджун с готовностью отозвался:

— Конечно, постепенно мы…

— Этого мало, — грустно прервала его Октавия, разворачивая фантик от конфеты.

Она, как и дед, уже знала обо всех новых обстоятельствах, которые перед нами раскрылись.

А вот для остальных мне пришлось вновь всё рассказать, наблюдая как меняются лица учёных, как они сначала становятся просто шокированными, а затем, как их постепенно накрывает ужас.

Но я не мог щадить их чувства. Они должны были знать, с чем мы имеем дело. Против чего сражаемся.

Я продолжил:

— Вот задача, которую я ставлю перед вами. Найти способ защитить не отдельную территорию, не один регион, а весь наш мир. Полностью. Так, чтобы Тени не смогли в него попасть. Чтобы очаги не могли открываться. Чтобы скверна не распространялась.

Арджун медленно опустился на стул, словно ноги перестали его держать.

— Весь мир, — повторил он. — Вы… вы понимаете масштаб этой задачи?

— Прекрасно понимаю, — кивнул я. — Но у нас нет другого выбора.

Несколько секунд никто все молчали. Затем Арджун встрепенулся, и в его глазах загорелся хорошо знакомый мне огонёк идей.

— Масштабирование существующей технологии, — быстро затараторил он. — Мы уже знаем, что наши установки работают. Нужно просто создать их достаточно много и разместить по всему миру. Сеть установок, покрывающая все континенты…

— Арджун, — перебил его Луи, — ты понимаешь, сколько ресурсов это потребует? Сколько лазуристов? Сколько гелиовитрумов? Сколько людей для обслуживания?

— Много, — признал Арджун. — Но это выполнимо! Мы можем…

— Нет, — твёрдо сказал Луи. — Это нереально. Даже если мы мобилизуем все ресурсы и найдём новые, нам понадобятся годы, может быть, десятилетия, чтобы создать достаточно установок. А у нас нет столько времени.

Арджун сжал кулаки.

— Тогда что ты предлагаешь? Сдаться?

— Я предлагаю думать в сторону эффективности, — спокойно ответил Вийон. — Брать не количеством, а качеством. Нужно найти решение, которое требует меньше ресурсов, но даёт больший результат.

— Например? — вызывающе спросил Арджун.

— Например, — Луи наклонился вперёд, — использовать естественные защитные механизмы самой планеты. Наверняка они есть. Природная магия же сопротивляется скверне до определённого момента, а затем возвращается туда, где очаги были очищены. Возможно, есть какая-то природная магическая оболочка, которую мы можем усилить или восстановить.

Арджун фыркнул.

— Природная оболочка? Луи, это же чистая теория! У нас нет никаких доказательств, что такая оболочка вообще существует!

— У нас нет доказательств, что её нет, — парировал Вийон.

— Это не аргумент!

— Господа, — вмешался дед Карл, — мы только на этапе сбора первых идей, а вы уже готовы передраться.

Арджун и Луи замолчали, хотя оба выглядели недовольными.

Я посмотрел на Елену. Она всё это время молчала, задумчиво глядя в окно.

— Елена? — позвал я. — Ты что-то хочешь сказать?

Она медленно повернулась к нам.

— Тысячу лет, — тихо произнесла она. — Тысячу лет я защищала свой крошечный кусочек земли от скверны. Тысячу лет боролась. Тысячу лет выживала.

Она говорила ровным тоном, но в её голосе слышалась глубокая усталость.

— И знаете что? Это было бессмысленно.

Октавия вздрогнула.

— Елена…

— Очаги всё равно росли, — продолжала отшельница. — Мир вокруг меня всё равно умирал. Медленно, по одному кусочку за раз, но умирал. Я выжила. А мир погиб.

Она посмотрела на меня.

— И теперь вы хотите повторить мой подвиг, только в чуть большем масштабе? Защитить планету? По кусочкам? Это всё равно бессмысленно.

Лич хмыкнул и со свойственным ему цинизмом заявил:

— Ты выбрала не лучшее время, чтобы позволить взять верх своим старым травмам. Затем Арджун резко встал.

— Нет, — сказал он твёрдо. — Нет, Елена. Это совершенно другое.

Он подошёл к ней.

— Вы были одна. Одна против всего мира скверны. Одна, без помощи, без поддержки, без ресурсов. Конечно, вы не могли победить. Никто не мог бы.

Учёный продолжил со всей страстью.

— Ещё недавно и я сам думал, что моя история закончится в застенках тюрьмы клана Канвар. Но теперь всё иначе. Мы не одни. Мы команда. Команда учёных, магов, инженеров. У нас есть технологии, ресурсы, знания. И самое главное, у нас есть Максимилиан Рихтер.

Он указал на меня.

— Человек, который вернулся из мёртвых спустя тысячу лет. Который уже один раз одолел скверну и продолжает совершать невозможное.

Арджун повернулся к остальным.

— Я тоже обескуражен масштабов задачи. Тоже волнуюсь. Но если кто и может масштабировать защиту на всю планету, то это мы. Вместе.

Елена смотрела на него долгим взглядом. Затем в её глазах что-то дрогнуло.

— Может быть, — тихо сказала она. — Может быть, вы правы.

Луи откашлялся.

— Арджун, твой энтузиазм похвален. Но давай вернёмся к практической стороне вопроса. У нас есть конкретная проблема — защитить планету. И нужно конкретное решение.

В этот момент в разговор неожиданно вмешалась Рей-Ка.

— Можно-разрешите мне сказать-высказаться? — тихо пропищала она.

Все повернулись к маленькой гремлинше.

— Конечно, — кивнул я.

Рей-Ка спрыгнула со стола и подошла к чертежам Арджуна.

— Вы все говорите-обсуждаете правильные-верные вещи, — начала она осторожно. — Но смотрите-думаете только в одном направлении-плоскости.

Она указала маленькой лапкой на схему установки.

— Арджун хочет-планирует много маленьких установок-устройств. Луи хочет-предлагает одну большую природную систему-оболочку. Но почему не оба-вместе?

— Что ты имеешь в виду? — заинтересовался Арджун.

Рей-Ка взяла карандаш, который был почти такого же размера, как она сама, и начала быстро рисовать на чистом листе.

— Планета-мир большая-огромная, — пояснила она. — Нужна защита-барьер на разных уровнях-слоях. Как луковица-многослойность!

Она нарисовала круг.

— Первый слой-уровень: маленькие-локальные установки везде-повсюду. Защищают города-поселения. Люди в безопасности-защите.

Она нарисовала второй круг вокруг первого.

— Второй слой-уровень: большие-мощные установки в ключевых точках-местах. На полюсах-концах, на экваторе-середине, в горах-высотах. Создают глобальную-общую сеть-систему.

Третий круг.

— Третий слой-уровень: природная-естественная оболочка планеты-мира, если она существует-есть. Усиливаем-восстанавливаем её с помощью магии-силы.

Она закончила рисунок и посмотрела на всех своими большими глазами.

— Три слоя-уровня защиты-барьера. Если один не работает-ломается, остальные держат-защищают. Надёжно-безопасно!

Арджун уставился на рисунок, а затем схватился за голову.

— Это… — почти простонал он. — это требует ещё больше ресурсов! Мы не можем себе это позволить.

Луи кивнул.

— Многоуровневая защита безусловно надёжней, но как ты предлагаешь нам воплотить её в жизнь?

Я поднял руку, останавливая начинающийся спор.

— Подождите. Давайте подумаем иначе, — я подошёл к рисунку Рей-Ки. — Не нужно строить всё сразу. Нужно строить постепенно, правильно расставляя приоритеты.

Я указал на первый слой.

— Локальные установки для городов — это первый приоритет. Люди. Защитить максимум населения. Арджун, сколько времени нужно, чтобы обеспечить установками все крупные города?

Арджун задумался, что-то быстро подсчитывая.

— Если оптимизировать производство… если привлечь других артефакторов… — он посмотрел на Рей-Ку, — и если гремлины помогут с автоматизацией… Год. Может быть, полтора.

— Слишком долго, — покачал я головой. — У нас может не быть года.

— Тогда-значит нужно делать-работать ещё быстрее-скорее! — воскликнула Рей-Ка. — Больше-множество производственных линий-конвейеров! Больше-множество рабочих рук-помощников!

— Она права, — сказал Луи. — Если мы сможем привлечь к работе больше других кланов…

— Во время войн это сделать не так-то просто, — хмыкнула Октавия.

— Тем не менее, — ответил я. — Обзавестись новыми союзниками не самая плохая идея. Речь идёт о выживании всего мира, а значит для борьбы нам потребуются все силы, которые мы только сможем мобилизовать.

Я вернулся к рисунку.

— Второй уровень — крупные установки в ключевых точках. Это можем делать параллельно, но в меньшем приоритете. Пока работать над усилением их мощность. Третий уровень. Так называемая природная оболочка, — я потарабанил пальцами по столу. — Здесь нам или повезло или нет. Если она существует, нам не нужно её строить. Только найти и усилить. Но это может быть самая сложная часть, потому что мы даже не знаем, что ищем.

— Но попробовать стоит, — тихо сказала Шарлотта, которая до этого лишь молча слушала. — также возможно имеет смысл попробовать и чисто биологический подход. Я бы хотела обсудить всё с Блумфилдами. Возможно, гелиовитрумы можно подвергнуть быстрой селекции, чтобы они размножались быстрее, чем сейчас. Мы уже думали об этом варианте, но вместо этого сосредоточились на других. Но раз задача так сильно масштабируется…

— Да, отличная идея, — похвалила её Октавия.

Я тоже кивнул.

— Правильно. Не стесняйтесь привлекать любых других специалистов, которые кажутся вам подходящими для нашей работы. Я хочу, чтобы вы все кое-что поняли.

Я обвёл взглядом всех собравшихся.

— Эта задача действительно кажется невыполнимой. Ресурсов не хватает. Времени не хватает. Людей не хватает. Всё это правда.

Арджун мрачно кивнул.

— Но именно поэтому, — продолжил я, — мы не можем позволить себе отвергать идеи. Даже безумные. Даже те, что кажутся невозможными. Потому что обычные, разумные идеи нас не спасут.

Я выпрямился.

— Вот что я хочу от каждого из вас. Думайте широко. Предлагайте идеи. Не отбрасывайте их сразу, даже если они кажутся нереалистичными. Потому что перед нами стоит вызов, подобного которому наша цивилизация ещё не знала. Вызов, с которым так и не справились множество других миров.

Я сделал ещё одну короткую паузу, а затем продолжил

— Но в то же время, будьте практичны. Если идея хороша, но нет способа воплотить её в жизнь — отложите. Не тратьте время на то, что не может быть реализовано сейчас. Может быть, позже мы к этому вернёмся. Может быть, нет. Но сейчас у нас нет времени биться головой о стену.

Луи медленно кивнул.

— Баланс между амбициями и реализмом.

— Именно, — согласился я. — Мечтайте о невозможном. Но делайте возможное.

Рей-Ка подняла лапку.

— Это очень мудрые-правильные слова, — сказала она серьёзно.

— Мудрость приходит, когда другого выбора нет, — усмехнулся дед Карл.

Я посмотрел на всех.

— Есть вопросы?

Никто не ответил.

— Тогда за работу, — сказал я. — У нас нет времени на сомнения.

Я сидел в своём кабинете, просматривая отчёты о делах в городе. К счастью, мне не приходилось заниматься его делами самостоятельно. Ольга, Лидия, Игнат, Арнольд и многие другие мои помощники справлялись сами.

Но, если я хотел держать руку на пульсе, то должен был хотя бы иногда вникать в дела города.

Но сейчас мои мысли снова и снова возвращались к совещанию.

К Теням.

К той ужасающей мысли, что наш мир — последний из тех, куда отправились потомки Рихтеров. Единственный, который ещё сопротивляется.

Я дал команде учёных задачу. Разработать планетарную защиту.

Но достаточен ли этого?

Тени уничтожили бесчисленные миры. Цивилизации, которые наверняка тоже пытались защищаться. Которые тоже разрабатывали технологии, строили барьеры, сражались до последнего.

Но все они проиграли.

Что сделает нас особенными? Почему мы должны преуспеть там, где остальные потерпели неудачу?

Я не мог рассчитывать только на учёных. Технологии — важная часть головоломки, но это ещё не всё.

Нужно было что-то ещё.

Вот только что?

Больше союзников? Больше ресурсов? Больше времени?

Времени у нас не было. Тени уже здесь, в нашем мире. Очаги открываются всё чаще. Мутации распространяются. Рано или поздно начнётся полномасштабное вторжение.

Союзники и ресурсы… Да, это мы могли получить. Но кто станет действительно полезным союзником в войне против существ, способных пожирать миры?

Стук в дверь прервал мои размышления.

— Войдите, — сказал я, не отрываясь от документов.

Дверь открылась, и я услышал знакомую тяжёлую поступь.

— Максимилиан, — тихо, почти вкрадчиво обратился ко мне дед Карл. — Ты так и будешь перебирать свои бесполезные бумажки или всё-таки поговоришь со мной?

Я поднял взгляд. Лич стоял в дверном проёме, как и всегда, с самым скучающим и невозмутимым видом.

Однако, если он пришёл, то явно не для пустой болтовни.

— Заходи, дед, — я жестом указал ему на свободное кресло и усмехнулся. — Кофе не предлагаю.

— Обойдусь, — хмыкнул он, прошёл в кабинет и закрыл за собой дверь. — Я пришёл по другому поводу.

Лич сел на кресло.

— Ты размышляешь о Тенях. — это не было вопросом.

— Читаешь мои мысли, — усмехнулся я.

— Не нужно читать мысли, чтобы понять, о чём думает человек, который только что узнал, что его мир — последний рубеж перед концом всего сущего, — дед склонил голову. — Я тоже об этом думаю. Постоянно.

Я откинулся на спинку кресла.

— И к каким выводам ты пришёл?

— К тем же, что и ты, полагаю, — дед сплёл пальцы в замок. — Одних технологий недостаточно. Нужно что-то ещё. Например, сильные союзники.

— Допустим, — коротко ответил я, позволяя ему дальше развивать свою мысль.

— Я говорю о тех, кто обладает действительно значительной силой. О Великих Князьях. В частности о Ракше Канваре.

Воздух в кабинете словно сгустился.

— Нет, — твёрдо сказал я.

— Максимилиан…

— Нет, — повторил я жёстче. — Даже не заводи эту тему.

Дед не отступил.

— Послушай меня. С точки зрения выгоды, Ракша может стать ценнейшим союзником. У него колоссальные ресурсы, огромное влияние, невероятная магическая сила. Его клан — один из сильнейших в мире.

— Его клан также приложил руку к уничтожению нашего клана, — холодно ответил я. — Тысячу лет назад. Или ты это забыл?

— Я ничего не забыл, — спокойно ответил дед. — Но я также понимаю, что иногда нужно отставить эмоции, если это необходимо ради выгоды.

— Принципы, дед, — ответил я твёрдо. — Иногда наши принципы должны быть важнее нашей выгоды.

— А если выгода — это выживание? — парировал он. — Я не говорю о прощении. Я не говорю о том, чтобы забыть прошлое или стать друзьями. Я говорю о временном союзе против общего врага.

Я был непреклонен.

— Не знаю, насчёт всех Канваров, но Ракша должен умереть.

— Он самый сильный из них, — не сдавался дед, — в битве это может стать решающим аргументом. К тому же, если мы уговорим его выступить против Десмонда…

Я усмехнулся.

— И как ты себе это представляешь? Мы уже фактически в состоянии войны. Что по-твоему заставит его пойти на мировую?

— Информация. Мы недавно выяснили, что даже Регина не знала, что её ждёт после трансформации. Она думала, что получит силу, но на самом деле Тени собирались её поглотить, растворить, уничтожить как личность.

Он пожал плечами

— Вряд ли Ракша придёт в восторг, узнав об этом. Он амбициозен, горд и стремится к личной силе. Зачем ему терять свою империю и становиться чем-то совершенно ему чуждым?

Я вынужден был признать, в словах деда была логика. Но я пока не видел пути при котором Ракша может остаться в живых. Я не мог ему больше доверять, как никому из Великих Князей. Предав раз, предаст снова.

Даже если отказаться от мести, сражаться с ним плечом к плечу слишком рискованно.

Я обдумывал свой ответ, но в этот момент в дверь снова постучали, и на пороге появилась Регина Сципион.

Я удивлённо поднял бровь.

Регина никогда не приходила ко мне по собственной воле. Никогда. Как ревенант, она была обязана подчиняться моим приказам, выполнять приказы и отвечать на вопросы. Но инициативы она не проявляла. Вообще.

Она делала только то, что от неё требовали. И то, со всей хитростью своего изощрённого интеллекта, старалась сделать как можно меньше.

И вот теперь она стояла в дверях моего кабинета. Сама. Без вызова.

— Регина? — Я не скрыл удивления. — Что тебе нужно?

Она вошла в кабинет, закрыв за собой дверь. Её движения были плавными, уверенными.

На лице играла лёгкая, почти незаметная улыбка, та самая, которую она всегда носила при жизни, когда замышляла что-то особенно интересное.

— Поговорить, — её голос звучал вкрадчиво и нарочито любезно, но с привычной ноткой издёвки. — Неужели так удивительно? Или ты думал, что я навсегда останусь безмолвной куколкой?

Дед Карл чуть напрягся в своём кресле, но пока лишь молча наблюдал.

— Тогда говори прямо, — приказал я, стараясь как можно меньше провоцировать её на все эти театральные выступления.

Вот уж на что у нас точно сейчас не было времени, а Редж может вечность ходить вокруг да около.

Регина прошла в центр кабинета, остановилась, оглядела обстановку с видом хозяйки, оценивающей чужую территорию.

— Я тут пересмотрела кое-что, — начала она, и в её голосе появились стальные нотки. — Знаешь, некоторые вещи невероятно проясняют сознание. Даже если ты уже наполовину мертва.

Она повернулась ко мне.

— Ты меня убил, Рихтер. — Она произнесла это почти весело, словно обсуждала погоду. — Это факт. Неоспоримый, подтверждённый факт. И я не прощаю тебя за это. И, конечно, никогда не прощу.

Регина сделала шаг вперёд, и улыбка сползла с её лица.

— Но они меня обманули, — теперь в её голосе звучал холодный яд. — И это гораздо хуже. Гнусные твари!

Она выругалась. Я не прерывал, позволяя ей перейти к сути.

Наконец, Регина продолжила:

— Тени обещали мне силу. Знания. Могущество, о котором я даже мечтать не могла. Всё, чего я добивалась веками. Всё, ради чего я пошла на эту сделку. А взамен собирались стереть меня! — она даже возмущённо взвизгнула. — Растворить в своей омерзительной массе! Превратить в безликую частичку их коллективного разума, — последние слова она почти прошипела. — Уничтожить Регину Сципион! Меня! Всё, чего я достигла! Всё, кем я была!

Регина посмотрела мне прямо в глаза, и в её взгляде читалась настоящая ярость.

— Поглотить и переварить, как какую-то жалкую закуску!

Она замолчала, собираясь с мыслями. Затем продолжила уже спокойнее:

— Ты остановил этот процесс. Превратив меня в мертвеца, лишив свободы, сделав своей марионеткой, — она усмехнулась. — Но ты остановил их. Не дал поглотить меня. Не дал стереть Регину Сципион из мироздания полностью.

Она выпрямилась, и на её лице снова появилась та самая улыбка.

— Забавная ирония, не правда ли? Мой убийца в каком-то смысле оказался моим спасителем.

Регина сделала несколько шагов по кабинету, словно наслаждаясь моментом.

— Поэтому, дорогой Максик, я решила кое-что. Сначала я хочу отомстить им. Теням. За обман. За предательство. За то, что они посмели сделать со мной.

Она остановилась и посмотрела на меня через плечо.

— А потом… — она изобразила задумчивость, — потом уже подумаю, что делать с тобой.

Я ухмыльнулся. Как всегда самоуверенная. Похоже, Редж всерьёз полагает, что состояние ревенанта — это ещё не конец. Что у неё есть какие-то шансы изменить своё положение и вновь вернуть себе величие.

Что ж, пусть мечтает. В конце концов, кто знает до каких идей может дойти эта гениальная психопатка? Может быть, и правда раздвинет границы возможного. Это будет интересно.

Но пока я спросил:

— И что ты предлагаешь?

Регина встретила мой взгляд без колебаний. В её глазах танцевали огоньки, она явно наслаждалась моментом.

— Информацию, дорогой мой, — ответила она, растягивая слова. — В обмен на то, что ты используешь её против Теней. Разве не прекрасная сделка?

— Ближе к делу, — поторопил её я.

Регина медленно улыбнулась. Той самой хищной улыбкой, которую я так хорошо знал.

— Ах, Макс, — она качнула головой, словно разочарованная моим нетерпением. — Зачем так торопиться? А как же интрига? Где предвкушение?

Она сделала шаг ближе к столу, её пальцы легко скользнули по полированной поверхности.

— Но я уже решила, что всё тебе расскажу. И кто знает, может быть эта информация, действительно изменит всё в твоей маленькой войне и моей большой мести? Уверена, Тени бы очень-очень не хотели, чтобы ты это узнал.