Темный Лекарь 18

Глава 14

— Это слишком странно для ловушки, — задумчиво произнёс старший командир Канвар, а затем решительно продолжил. — Видимо, у них банальный передоз благодати. Мы не можем упустить такой шанс.

Младший командир кивнул, в его глазах загорелся азарт.

— Согласен. Если Рихтер действительно без сознания…

— Тогда это наш единственный шанс выбраться отсюда живыми, — закончил старший.

Оба мага вне категорий одновременно сорвались с места, устремляясь к лестнице в трюм. Их движения были настолько быстрыми, что остальные на палубе едва успели моргнуть.

Не удивительно, каждый хотел бы стать тем самым магом, который прикончит Великого Князя Рихтер.

Они влетели в коридор, ведущий к реакторной, уже в полной готовности атаковать или защищаться, в зависимости от того, как повернётся ситуация.

И застыли.

Четыре тела на полу трюма начали бледнеть. Словно кто-то убавлял их яркость, делал менее реальными. Контуры размывались, становились призрачными.

— Что за… — старший командир шагнул вперёд, протягивая руку.

Слишком поздно.

Тела стали полупрозрачными, как утренний туман. Ещё мгновение, и они исчезли совсем. Просто растворились в воздухе, не оставив ни следа, ни малейшего магического резонанса.

Только пустой пол реакторной комнаты.

— Куда они… — младший командир опустился на колени, проводя рукой по тому месту, где только что лежал Макс Рихтер. — Здесь ничего нет. Совсем ничего!

Старший развернулся и побежал обратно на палубу, выкрикивая приказы:

— Всем кто умеет, активировать сканирующие заклинания! Проверить весь корабль! Они не могли просто исчезнуть!

На острове Алина резко открыла глаза, её лицо побледнело.

— Их нет, — выдохнула она. — Они просто… исчезли.

— Что значит исчезли⁈ — Октавия схватила её за плечо. — Куда⁈

— Не знаю! — Алина покачала головой, не веря собственным словам. — Я видела через разведчика. Они лежали на полу, а потом начали становиться прозрачными и… исчезли. Растворились.

— Может, Макс очнулся? — предположил Алан, его рука уже лежала на рукояти меча. — Использовал пирамидку? Переместился вместе с остальными?

— Дед тоже мог, — добавила Октавия с надеждой. — Может они как-то захватили с собой и Ольгу с Прохором?

В рации зашипело.

— Связи с Максом нет, — напряжённо сообщила Лифэнь. — Полный обрыв. Это не пирамидка.

— Чёрт, — выругался Алан.

На палубе крейсера начался переполох. Канвары метались по кораблю, активируя поисковые заклинания. Команда Десмондов тоже пришла в движение, пытаясь понять, что происходит.

Старший командир Канвар вернулся на палубу, его лицо было мрачным.

— Ничего, — доложил он остальным. — Никаких следов маскировки. Никаких остаточных энергий. Они просто… пропали.

— Магия Рихтера? — спросил один из архимагов.

— Не знаю, — признался командир. — Но…

Он посмотрел на остров, где всё ещё стояли три фигуры — Алина, Алан и Октавия. Драконы кружили в небе. Химеры ждали на берегу.

— Главный враг исчез, — медленно произнёс командир. — Это значит…

— Шанс, — закончил младший. — Мы всё ещё можем вырваться.

— Если захватим их катера и корабли, — добавил третий маг. — Сможем сбежать, пока Рихтер… где бы он ни был.

Старший командир выпрямился, принимая решение.

— Атакуем остров, — приказал он. — Быстро и жёстко. Нейтрализуем защитников, захватываем транспорт, уходим. У нас есть шанс, и мы его используем.

Пятнадцать магов Канваров приготовились к бою.

На острове Алина увидела, как фигуры на палубе начали светиться магией.

— Они идут на нас, — её голос звучал на удивление спокойно для такой ситуации.

— Конечно идут, — Октавия быстро сняла с плеча рюкзак с артефактами и начала в нём копаться. — Макс исчез, мы выглядим как лёгкая добыча.

— Тогда покажем им, что они ошибаются, — Алан призвал теневой клинок, лезвие заблестело в лучах заходящего солнца.

Алина закрыла глаза, концентрируясь. Сейчас не время думать о том, куда делся Макс. Сейчас нужно выжить. И защитить то, что он оставил им на попечение.

Даже к лучшему, что их тела куда-то делись. Не придётся думать, как защитить беспомощных соратников от магов вне категорий.

— Алан, — позвала она, не открывая глаз. — Ты прикрываешь меня и Октавию. Никого не подпускай близко.

— Понял, — гвардеец занял позицию между ними и кораблём.

— Октавия, — продолжила Алина. — Твои артефакты и ловушки готовы?

— Готовы, — подтвердила ведьмочка. — Вокруг корабля расставлено восемь точек. Активирую по необходимости.

— Хорошо.

Алина открыла глаза. В них читалась холодная решимость.

Они готовились к тому, что пленники могут начать сопротивление. Именно поэтому здесь, на острове, вместе с ними, находилось так много химер. Правда, теперь их было даже слишком много для них троих.

Октавия всё ещё не стала некромантов высокого уровня и справлялась с ограниченным количеством слуг и питомцев.

Алан был отличным бойцом, возможно, одним из лучших, кого она знала. Но он тоже не мог контролировать столько химер одновременно.

В этой ситуации только Алина взять на себя управление такой толпой и повести их в битву.

И она собиралась выполнить эту работу идеально.

— Агни! — мысленно приказала она. — Сэр Костиус! В бой!

Два дракона, кружившие в небе, взревели одновременно. Их рёв эхом разнёсся над островом, заставив даже магов Канваров на мгновение замереть.

Агни, огромный огненный дракон в ковбойской шляпе, пикировал вниз, его пасть уже разверзлась, готовая изрыгнуть пламя.

Сэр Костиус в щегольском цилиндре, последовал за ним, собираясь добавить морозные атаки. Его когти скрежетали друг о друга в предвкушении боя.

Канвары взмыли в воздух, активируя защитные барьеры.

Но Алина уже отдавала следующую команду.

— Спагетти! Для тебя тоже есть работа!

Вода вокруг корабля забурлила.

Из глубины медленно поднялось нечто огромное. Толстые щупальца, покрытые присосками размером с человеческую голову, появились из воды одно за другим.

Гигантский кракен всплыл почти бесшумно, лишь вода стекала с его гладкой кожи.

Спагетти был одной из самых мощных химер Макса. И сейчас Алина собиралась использовать весь его потенциал.

Первое щупальце метнулось к палубе крейсера и схватило ближайшего архимага Канваров за талию. Маг закричал, пытаясь вырваться, но хватка была железной.

Второе щупальце обвилось вокруг мачты, начиная раскачивать корабль.

Третье, четвёртое, пятое — все устремились к палубе, хватая всех, кто не успел взлететь.

— В воздух! Все в воздух! — закричал старший командир Канваров, отбивая щупальце потоком воздуха.

Но половина его людей уже была схвачена. Кракен методично утаскивал их под воду, один за другим.

На острове Алина продолжала работать.

Её сознание будто раздвоилось, затем разделялось ещё и ещё. Каждая химера требовала внимания, каждая нуждалась в управлении.

Но это был её дар. Микроконтроль такого уровня, которого не достигал почти никто.

Она не была хорошим воином в ближнем бою, как Ольга, Прохор или Алан. Она вообще не любила сражаться. Но, когда это было необходимо, она становилась той, кто мог позволить Максу отвлечься от неусыпного управления армией и заняться ликвидацией самых опасных врагов.

И сейчас только от неё зависело то, как будут сражаться сотни химер, которых сюда доставили.

На берегу острова, напротив корабля, начала выстраиваться армия.

Сначала вперёд вышли големы, несколько массивных конструкций из металла, трофеи войны со Штайгерами, переделанные так, что ими теперь могли управлять умертвия.

За големами заняли позицию броненосцы, живые танки, практически неуязвимые для обычного оружия. Их массивные костяные корпуса, усиленные магией, медленно, но неумолимо двигались вперёд, и каждый представлял собой движущуюся крепость.

Прямо за ними выстроились Кардиналы, человекоподобные химеры высотой около двух с половиной метров. Их движения были механически точными и пугающе грациозными одновременно, словно марионетки-убийцы, ожившие для войны.

Вместо рук у них были массивные костяные бензопилы, а в грудных клетках, за рёберными костями, пульсировали большие синие сердца — энергетические батарейки нового поколения. Время от времени кто-то из них активировал свои пилы для проверки механизмов, и воздух наполнялся характерным воем вращающихся лезвий.

По флангам расположились Сквиртлы, создания одновременно похожие на прямоходящих амбалов в тяжёлой броне и на рептилий. Их панцири окружали всё тело, защищая от магических атак. На плечах каждой крепились водные пушки, готовые защитить своих товарищей.

Все они стояли неподвижно, готовые и к атаке, и к защите.

Ждали приказа.

Канвары, те, что сумели взлететь и избежать щупалец Спагетти, зависли в воздухе, оценивая ситуацию.

Драконы в небе.

Кракен у корабля.

Армия химер на берегу.

И трое магов Рихтера, спокойно стоящих за всей этой силой.

Старший командир Канваров стиснул зубы.

— Прорываемся, — приказал он. — Любой ценой.

— Ладно, — произнёс я, оглядывая наше странное окружение. — Раз это не испытание, значит, нужно разобраться, где мы оказались и как отсюда выбраться.

— Согласен, — кивнул дед. — Сидеть на месте смысла нет.

Ольга и Прохор переглянулись. Оба всё ещё выглядели немного растерянными после осознания того, что их теория об индивидуальном испытании не работает.

— Тогда… куда идём? — спросила внучка.

Я осмотрелся. Местность была более или менее ровной, но вдалеке виднелись какие-то структуры. Слишком правильные, чтобы быть природными образованиями.

— Туда, — указал я в сторону того, что могло быть руинами. — Если здесь есть хоть какие-то ответы, то логично искать их там, где живут или когда-то жили разумные существа.

Мы двинулись в путь.

Странность этого места становилась всё очевиднее с каждым шагом. Деревья выглядели мёртвыми, но не гнилыми, скорее, застывшими в какой-то момент времени. Их кора была твёрдой, почти окаменевшей.

Листья, если их можно было так назвать, не шелестели на ветру. Потому что ветра не было.

Вообще.

Воздух был совершенно неподвижным. Не душным, не тяжёлым — просто… мёртвым.

— Жутковато, — пробормотал Прохор, обходя особенно причудливо искривлённое дерево.

— Да уж, — согласилась Ольга. — Я в разных очагах бывала, но это… это что-то другое.

Дед Карл шёл молча, внимательно изучая окрестности. Наконец, он остановился и присел на корточки, и прикоснулся пальцами к земле.

— Это место не просто странное, — произнёс он задумчиво. — Оно мёртвоё.

— В смысле? — не понял Прохор.

Дед поднялся, отряхивая руки.

— Здесь нет скверны. Совсем. Я это почувствовал ещё когда очнулся, но хотел проверить.

— Ну так это же хорошо, — заметила Ольга. — Значит, нам ничего не угрожает.

— Подожди, — остановил её Калинин. — Если нет скверны, то должна быть природная магия. Правильно?

Дед кивнул.

— Именно. В нашем мире везде есть магия, даже если её мало. Она исчезает только там, где открываются очаги, и то не сразу и не полностью.

Он развёл руками.

— А здесь нет ни того, ни другого. Ни скверны, ни магии. Словно кто-то высосал здесь всё досуха. Выпил всю энергию до последней капли и оставил умирать.

Дед был прав. Я тоже это заметил, но не спешил пугать остальных, пока не был уверен до конца. Тем более, что все мы были переполнены энергией после поглощения скверны реактора. При таких условиях даже я мог ошибиться в анализе.

Однако, слова деда делали это наблюдение более значимым. Его магическое чутьё было исключительным.

Так что, похоже, теперь я действительно мог констатировать здесь полное отсутствие любых энергетических потоков. Даже те слабые фоновые колебания, которые обычно присутствуют везде, в земле, в воздухе, в живых существах, здесь их не было.

Мёртвая тишина.

— Весело, — усмехнулся я. — Попали мы, значит, в какую-то энергетическую пустошь.

— Вопрос в том, как и зачем, — пробормотал дед.

Было ещё кое-что, о чём я пока молчал. Но сейчас решил озвучить.

Я теперь всегда носил с собой одну из пирамидок, не был исключением и сегодняшний день.

Но она никак не отзывалась на мой зов. Я не чувствовал другие пирамидки через неё. Это оставалось единственным аргументом тому, что это всё ещё может быть испытанием.

Либо же, мы вообще не в нашем мире.

Я достал пирамидку из кармана и показал остальным.

— Есть ещё кое-что, — сказал я. — Связь не работает.

Дед сразу понял, о чём речь.

— Совсем?

— Полностью. Ни малейшего отклика от других пирамидок. И от Лифэнь тоже.

Ольга нахмурилась:

— Может это как раз из-за отсутствия магии поблизости?

— Скорее, мы вообще не в нашем мире, — хмыкнул дед.

— Такое вообще возможно? — удивилась Ольга.

Я пожал плечами:

— Ну, Тени же откуда-то вторгаются в наш мир. Значит, он не единственный.

— Тогда мы в полной заднице, — мрачно прокомментировал Прохор.

— Можно сказать и так, — согласился я. — Но паниковать рано. Если нас сюда затянуло, значит, должен быть и выход.

— Твой оптимизм восхищает, — сухо заметил дед.

— Ну, можно вместо этого поплакать, — усмехнулся я. — Но лучше поискать ответы. Раз мы здесь, то вряд ли это случайно.

Мы продолжили путь.

Через некоторое время ландшафт начал меняться. Деревья становились реже, зато появились камни. Сначала просто валуны, разбросанные в хаотичном порядке. Потом нечто более упорядоченное.

Ольга первой заметила.

— Смотрите, — она указала на груду камней слева от нас. — Это же не природное образование?

Я присмотрелся. Она была права. Камни слишком правильной формы, слишком аккуратно уложены друг на друга. Это стена. Или то, что от неё осталось.

Мы ускорили шаг.

Руины появились внезапно, словно мы переступили какую-то невидимую черту.

Только что нас окружала пустошь с редкими камнями, и вот уже вокруг вырос целый мёртвый город.

Архитектура была странной. Но с ходу определить, что с ней не так, я не мог. Высокие арки, массивные колонны, широкие площади. Всё это напоминало классический стиль, который использовали в старых городах нашего мира. Но какие-то мелкие отличия, не свойственные ни одной известной мне местности, не давали расслабиться.

— Интересно, кто здесь жил, — тихо озвучила Ольга то, о чём мы все сейчас думали.

Прохор осторожно коснулся ближайшей колонны, она мгновенно начала осыпаться.

Он отпрыгнул.

— Похоже, камень очень древний.

— Лучше ничего пока не трогать, — согласилась внучка.

Мы двигались по пустым улицам, наши шаги гулко отдавались от стен. Всё было покрыто тонким слоем пыли, не грязи, не песка, а именно пыли. Словно время просто остановилось, и всё медленно превращалось в прах.

Дед Карл периодически останавливался, изучая какие-то детали. Резьбу на стенах, форму дверных проёмов, орнаменты на разрушенных фонтанах.

— Что-то в этом есть знакомое, — пробормотал он. — Но не могу понять, что именно.

Я тоже это чувствовал. Странное ощущение дежавю, словно я уже видел что-то подобное, но не мог вспомнить где.

Мы прошли через несколько площадей, миновали разрушенный рынок, обогнули то, что могло быть храмом или дворцом. И наконец вышли к северной окраине города.

Там нас ждал некрополь.

Огромное кладбище раскинулось перед нами, уходя за горизонт. Тысячи надгробий, мавзолеев, склепов. Всё это было выстроено с какой-то пугающей симметрией, словно кто-то очень тщательно планировал город мёртвых.

— Ничего себе, — выдохнул Прохор.

Мы медленно вошли между рядами надгробий. Камень был тёмным, почти чёрным, покрытым рунами и символами. Я наклонился, изучая ближайшую плиту.

Язык и его символы казались чужими. Но что-то в их начертании…

— Макс, — позвал меня дед.

Его голос звучал странно и напряжённо даже для лича.

Я обернулся. Он стоял в нескольких метрах от меня, замерев перед высоким обелиском. Его пальцы дрожали от нетерпения. С личом такое может случиться только если он прикоснулся к загадке, которая кажется ему крайне важной даже для его мёртвого существования.

— Что? — я подошёл к нему.

Дед молча указал на обелиск.

Я посмотрел на символы, высеченные в камне. И застыл.

— Ты видишь? — прошептал дед.

— Что? — Ольга и Прохор подошли ближе. — Что там такое?

Я провёл рукой по камню, обводя пальцами один из символов. Он был выбит глубоко, с явным мастерством, и несмотря на очевидную старину, всё ещё был чётко различим.

— Эти символы, — медленно произнёс дед. — Это символы нашего клана.

— Рихтеров? — переспросила Ольга. — Но…

— Но древние, — перебил её дед. — Настолько древние, что даже я их едва узнаю.

Прохор нахмурился:

— Не понимаю. Какие древние символы?

Дед обернулся к нему.

— В фамильных заклинаниях Рихтеров есть элементы, которые мы используем по традиции, но не понимаем их функции. Как нечитаемые буквы в языке. Их пишут, потому что так положено, но никто не помнит, зачем они нужны.

Он снова посмотрел на обелиск.

— Когда мы пишем фамилию Рихтер по всем древним правилам клана, там есть руны, которые кажутся просто декоративными. Мы думали, что это архаизм, пережиток прошлого. Но здесь…

Его голос дрогнул.

— Здесь эти символы используются как полноценные магические руны. С чёткими функциями. С силой.

Я обошёл обелиск кругом. Действительно, символы повторялись с определённой периодичностью. Некоторые я узнавал, базовые руны некромантии, которые мы использовали в заклинаниях. Но между ними были вплетены другие, те самые «декоративные» элементы, о которых говорил дед.

Только здесь они не были декоративными. Они светились слабым призрачным светом, едва заметным, но несомненно магическим.

— Эти знаки старше, чем наша семейная история, — прошептал дед. — Они из времён, о которых не осталось даже легенд.

Ольга растерянно посмотрела на меня.

— Макс… что это значит?

Я не ответил сразу. Медленно шёл между надгробий, изучая символы. Они были везде. На каждой плите, на каждом склепе. Вариации одной и той же темы, одного и того же языка.

Языка некромантов.

Но более древнего. Более полного. Более… правильного.

— Это значит, — наконец произнёс я, — что мы нашли нечто очень важное. И, возможно, очень опасное.

Мы продолжили двигаться по некрополю, и вскоре вышли к его центру.

Там стояло здание.

Массивное, величественное, явно имевшее огромное значение для тех, кто его построил. Оно возвышалось над могилами, словно страж, наблюдающий за покоем мёртвых.

Школа некромантии? Храм? Архив?

Сложно было сказать. Архитектура объединяла в себе элементы всего перечисленного. Высокие колонны напоминали храм. Широкие окна — учебное заведение. Массивные двери с рунами защиты — хранилище знаний.

Но самое главное — символика.

Она была повсюду. На колоннах, на стенах, над входом, на ступенях. Символы Рихтеров, древние и полные, переплетались в сложные узоры, создавая целые предложения на языке, который я едва понимал.

И всё же… я чувствовал их смысл.

Странный резонанс пульсировал в моей энергосистеме. Словно что-то внутри меня откликалось на эти руны, узнавало их, тянулось к ним.

— Вы это чувствуете? — тихо спросила Ольга.

— Да, — ответил Прохор. — Как будто… зов. Словно здание хочет, чтобы мы вошли.

Дед Карл молчал, но его взгляд был прикованы к центральной двери.

Я подошёл ближе.

Дверь была закрыта, но не заперта. Словно она просто спала. Ждала нас.

Над ней, выбитый в камне огромными рунами, виднелся символ. Я не мог его прочитать полностью, но общий смысл был понятен.

«Дом тех, кто помнит».

Или «Хранилище памяти».

Или что-то в этом роде.

Я поднял руку и коснулся двери. Камень казался холодным и мёртвым, как и всё в этом мире.

Но когда я влил в него немного своей энергии…

Здание ожило.

Руны вспыхнули одна за другой, образуя сеть света, которая пробежала по всему фасаду. Окна засветились изнутри мягким голубоватым сиянием. Где-то в глубине что-то щёлкнуло, загудело, зашуршало.

Дверь медленно распахнулась.

Внутри царила темнота, но она быстро отступала, вытесняемая пробуждающимися магическими огнями. Один за другим зажигались светильники вдоль стен, освещая длинный коридор.

Мы шагнули внутрь.

Воздух был сухим, древним, но не затхлым. Словно здание было запечатано так тщательно, что даже время не смогло проникнуть внутрь.

Коридор вёл в большой зал. Высокий потолок поддерживали массивные колонны, покрытые теми же рунами. Вдоль стен стояли постаменты, на которых когда-то, возможно, находились статуи или артефакты. Сейчас они были пусты.

В центре зала возвышалась платформа. На ней виднелся круг из светящихся символов, а в центре круга ещё один более сложный знак.

Я подошёл к платформу, изучая руны. Они были активными, живыми, пульсирующими магией, которая, кажется, была единственной энергией во всём этом мёртвом мире.

— Макс, — окликнула меня Ольга. — Ты уверен, что это безопасно?

— Нет, — честно ответил я. — Но если мы хотим узнать, что происходит, другого выхода нет.

Я ступил на платформу.

Руны под ногами засветились ярче. Круг замкнулся, и я почувствовал, как энергия начинает течь по какому-то невидимому контуру, окружая меня, изучая, оценивая.

Потом, в воздухе над платформой начала формироваться фигура.

Сначала просто мерцание. Потом слабые очертания. Наконец передо мной появился… призрак?

Мужская фигура, не слишком чёткая, но явно человеческая. Высокая, стройная, в длинном одеянии, покрытом теми же рунами. Лица я не мог разглядеть, оно было размыто, словно скрыто туманом, но я чётко видел глаза, которые горели до боли знакомым тёмно-зелёным светом моей магии.

Я чувствовал силу, исходящую от этой фигуры. Огромную, древнюю силу.

Призрак посмотрел на меня.

И заговорил.