Глава двадцать третья

Сложности не заставили себя ждать. Первое, что заставило нас остановиться, — это небольшая река, протекавшая поперёк нашего пути. Мост имелся, вот только у него отсутствовал один пролёт. Вроде, пустяк, всего-то метра три. Но нет, даже гусеничный транспорт такое не переедет.

Пришлось встать на въезде и выйти, чтобы осмотреться. Предварительно, впрочем, взяли окрестности на прицел двух пулемётов. Местные туземцы знают, что такое пулемёт? Должны знать, но мы, на всякий случай, грозно шевелили стволами.

— Какие будут предложения? — спросил я, присев на краю обваленного участка.

— Река неглубокая, — сказал Лом. — Можно попробовать перебраться.

— Что неглубокая, я вижу, — я поднял камешек и бросил его вниз, даже в мутной воде было видно дно, полметра максимум. — Да только противоположный берег мне не нравится. Там опрокинуться легко.

— Думаю, я справлюсь, — уверенно заявил ведьмак.

— Есть предложение остановиться здесь и немного перекусить, — сказал Башкин, подходя к нам сзади. — А примерно через час мы примем правильное решение.

— А что изменится через час? — не понял я.

— Через час спутник выйдет на нужное место, а я через свой прибор смогу составить карту местности. Она у меня есть, но устаревшая и не очень точная.

— Ясно, — я вздохнул, опять задержки. — Доставайте сухпай.

Во время обеда очнулся Коростин. Инженер чувствовал себя отвратительно, а потому от еды отказался. Помимо раны на голове, имело место серьёзное сотрясение мозга, поэтому он проглотил горсть таблеток, запил водой прямо из канистры, после чего снова завалился спать.

— Что-то не вижу здесь диких обезьян, — проговорил Винокур с набитым ртом. — Где вся живность?

— Вы забываете, что мы отнюдь не в лесах, — ответил ему Башкин. — Что лично меня радует несказанно. Тропический лес — не то место, где хотелось бы оказаться. Здесь же фауна и раньше была не особо многочисленной. По идее, должны водиться вторично одичавшие животные, вроде мустангов. Но, опять же, подозреваю, они не перенесли соседства с мутантами. Крупный хищник не имеет представления о воспроизводстве пищевых ресурсов, и его развитый мозг только усугубляет дело. Такая тварь будет охотиться больше и лучше, пока полностью не истребит окружающие виды, после чего сменит дислокацию.

— Здесь были люди, — уверенно заявил Лом. — Не сегодня, но были.

— Само собой, куда же без них, — я пожал плечами. — Цивилизованные люди? Или дикари?

— Они носят обувь и используют орудия труда, — объяснил Лом. — Это пока всё, что могу сказать. Ещё на ограждении моста есть несколько пулевых отверстий, но они явно появились давно.

— Могут быть у дикарей остатки оружия? — спросил я у Башкина. — Сколько вообще оно хранится?

— Само оружие — лет сто, если хранить в нормальных условиях. Даже, наверное, двести. Вы ведь сами не так давно стреляли из винтовки, которой больше восьмидесяти лет. Понятно, что есть усталость металла, в итоге будут подводить пружины, но часть стволов явно будет рабочей.

— А патроны?

— Патроны, скорее всего, нет. Насколько мне известно, есть патроны, предназначенные для долгого хранения, такие сохраняют свойства лет семьдесят, опять же, при надлежащей упаковке. Большинство же патронов теряют свойства на втором десятке лет. Самая уязвимая часть — капсюль, вещество менее стабильно, чем порох, а потому уже через десять лет может давать осечки, а через двадцать число осечек достигнет почти половины случаев.

— А можно изготовить капсюль кустарно?

— Конечно, при наличии знаний в химии и некоторого количества расходников. Думаю, местные так и поступают. Делают капсюли, пусть и в единичных экземплярах, снаряжают патроны и бережно их расходуют. Ну, или, при совсем плохом положении, могут переделать винтовку в дульнозарядный мушкет с воспламенением от фитиля. Всё лучше, чем с копьём на мутанта идти.

— В любом случае, при встрече с недружелюбными людьми, ураган огня нам не грозит, — подвёл я итог.

— Само собой, — согласился учёный. — Для местных условий наши пулемёты и пушка — просто сверхоружие. Взять нас смогут либо числом, для чего потребуются сотни атакующих, либо хитростью, подловив в тот момент, когда мы снаружи.

С этими словами он начал озираться. Нет, опасность не караулила нас в ближайших кустах, да и кустов тут было небогато, местность просматривалась километра на два.

Когда мы, наконец, дождались спутника, Башкин уселся за свой компьютер и начал нас просвещать:

— Итак, половину пути мы преодолели. Если справимся с переправой, то через час окажемся в черте города.

— А как справимся? — уточнил я.

— Повернём направо, там, ниже по течению, есть какой-то завал, что-то большое рухнуло, образовав естественную плотину. Перед ней получилось небольшое водохранилище, а за ней — очень мелкий ручей с пологими берегами.

— Ещё какие новости?

— В городе началась нездоровая суета. Все куда-то перемещаются. Люди, мутанты и… ещё кто-то. Если правильно понимаю, движение идёт от моря.

— Высадили десант? — спросил Винокур.

— Возможно, а может, они там были изначально, а теперь просто получили приказ. Интересно, что у них есть техника, некие самодельные машины, вроде нашего КамАЗа. Они перемещаются… — он прищурился, пытаясь разглядеть нечёткий снимок. — Если правильно понимаю, это оперативная группа, направленная на перехват.

— Перехват кого? — спросил Винокур.

— Инопланетян с Альфа Центавра! — фыркнул учёный.

— Успеют перехватить?

— Сложно сказать, наш транспорт быстрее, но они лучше знают местность. Даже если конкретно эти люди не отсюда, им ничего не стоит захватить проводника из местных. При этом с разведкой у них всё плохо, видимо, авиация приказала долго жить. Если я правильно вижу их маршрут, то отправились они по довольно широкой дуге к месту нашего приземления. Выйдут туда, потом им придётся нас догонять.

— Насчёт авиации я бы не обольщался, — тихо проговорил показавшийся из машины Коростин, видимо, ему не спалось. — Разведка говорила о четырёх демонах, а нам встретились три. Ещё один где-то прячется, возможно, сопровождает облаву. Или ждёт нас на месте. Это если не вспоминать о крылатых тварях. От таких по земле не убежим.

— Будем сбивать, — сказал Винокур. — Правда, с земли это делать не так удобно.

Тут он был прав. Пулемёты, что стояли в удобных полусферических выступах по бокам нашего аппарата, отлично подходили для воздушного боя и обстрела с воздуха наземных объектов. Теперь же, став выступающими частями вездехода (и неслабо увеличив его габариты), вряд ли покажут себя хорошо. Расположение низкое, сектор обстрела невелик. То есть, стрелять они могу градусов на восемьдесят, да только для этого нужно видеть цель. В условиях холмистой местности тяжёлый агрегат становился почти бесполезным.

А вот пушка радовала, с ней наш вездеход становился аналогом бронетехники, тем более что бортовая обшивка хорошо держит пули и осколки. Если придётся столкнуться с агрессивными людьми, то сможем за себя постоять.

Закончив с обедом, мы заняли места под броней, Лом повернул направо в поисках обещанной плотины. Таковая нашлась, зрелище было странное. Мы уже привыкли к зданиям, ушедшим под землю, к образованию огромных рек, к новообразованным складкам местности, но такого не видели.

Плотина представляла собой несколько зданий, сваленных в кучу, которые перекрыли течение реки. И тут же встал вопрос: откуда они взялись. В этом месте не осталось фундаментов, дорог или просто домиков, одна голая степь. И посреди этой степи лежат три или четыре сильно разрушенных многоэтажки. Одна, кстати, разрушена меньше других, если какая-то сила смогла бы водрузить здание на фундамент, в нём смогли бы жить люди.

— У кого какие мысли? — задал вопрос Башкин, глядя в иллюминатор.

— Кто-то откуда-то принёс дома и свалил в кучу, — буднично проговорил Винокур. — Нам до этого дела нет, нас это никак не касается. Великан развлекался, или его дети в конструктор играли.

— Ну, в целом, да, — согласился учёный и сел на место.

Ручей пересекли почти без напряжения. Дно оказалось болотистым, но для гусеничного транспорта это не проблема. К тому же гусеницы широкие, а весим мы немного. Это если с танком сравнивать.

А дальше начались проблемы. Стоило нам вернуться на дорогу, как на нас обратили внимание некоторые существа. Прятаться тут было особо негде, поэтому мы постоянно замечали, как в кустах мелькают тёмные тела. Мутанты, вряд ли они могут навредить нам, но глаза-то у них есть. Скорее всего, тот же умник способен транслировать картинку с их глаз, куда следует. Впереди стоит ждать засаду.

И мы её дождались. Классический налёт разбойников. Сваленное дерево поперёк дороги, остановка и резкая атака со всех сторон. Что-то подобное мы уже проходили, правда, тут имелись некоторые отличия. Поскольку с деревьями тут было туго, в качестве заграждения выступил бетонный столб. А личный состав спрятать вообще не получилось, толпу мутантов мы засекли примерно с пятисот метров. Само собой, такая засада — это не угроза нам, это угроза тем, кто её организовал.

Собственно, организатор был тут же, высокую фигуру в тёмном одеянии я заметил сразу, поначалу прияв её за демона. Но нет, существо было абсолютно материальное, надо полагать, очередная кукла. Он-то и отдал команду атаковать, когда машина стала замедляться перед столбом, что лежал поперёк пути.

Теоретически, препятствие можно было объехать по бездорожью, да только план у нас был иным. Лом нарочно притормозил, чтобы спровоцировать атаку. А когда на нас кинулись полчища полулюдей-полуживотных, резко дал газ, машина двинулась вперёд и, пусть и не без труда, перевалила через лежавший столб.

Часть нападавших, не успев повернуть, бросилась на пустоту, часть была скошена огнём бортовых пулемётов, но их командир успел запрыгнуть на крышу, при этом побив олимпийские рекорды в прыжках в длину и в высоту одновременно. Тяжёлое тело грохнуло по крыше, протопало к башне и начало совершать с ней какие-то манипуляции. Не факт, что сможет чем-то навредить, но лучше не позволять ему там находиться.

— Дай мне свой нож, — попросил Лом, уступая место в кабине Винокуру, тот не умел управлять летающим судном, но бронемашину по ровной дороге точно провести сможет.

Я вынул из ножен керамический нож и протянул ему.

— Может, лучше револьвер?

Он качнул головой и открыл люк, через который одним большим прыжком заскочил наверх. Я взвёл курок револьвера и попытался выглянуть. Полноценной драки не получилось, несколько ударов, два или три обманных захвата, кукла пропускает укол в живот, а следующим движением Лом уже отрезал противнику голову. И всё это на крыше движущегося транспорта. Спихнув тело с машины, Лом ухватился за поручень и спрыгнул обратно. Вытерев клинок салфеткой, он протянул мне нож.

— Спасибо.

— Оставь себе, — я махнул рукой и отцепил от ремня ножны, удивительно, но на мне всё ещё было та форма и экипировка, в которой я убыл из своего мира. — В пути этих тварей ещё немало встретим, пусть и у тебя будет оружие.

— Возьмите ещё вот это, — Башкин протянул ему две гранаты РГД-5. — Тоже действенная штука.

Лом поблагодарил и убрал гранаты в недра своего плаща. Вообще, одеяние нашего ведьмака удивляло. Плащ хорош в непогоду, при ходьбе по городу в нём удобно прятать оружие, но идти в бой в таком длинном костюме — это как-то странно. Даже если учесть его защитные свойства, удобным он не выглядит.

— Это была слабая кукла, — сообщил Лом, усаживаясь на кресло. — Практически, подросток, ещё не закончена трансформация.

— Есть у меня мысль, — начал развивать тему Башкин, — что у противника нашего туго с кадрами. Вот просто некого послать. Собирает весь актив со всего мира и зачем-то отправляет сюда. Зачем? Почему мы для него так важны?

— Мой ребёнок? — предположила Марина.

— Это очень важно, да только не стыкуется расход ресурсов с возможным результатом, — заметил учёный. — Ну, доберутся они до ребёнка, ну сделают из него очередную куклу, а дальше что? Да мы в пути их уже десяток положили и ещё столько же положим.

— А сколько вообще кукол может быть? — спросил я у Лома.

— Немного, — ведьмак задумался. — Создание новых особей — процесс небыстрый, думаю, счёт им сейчас идёт на десятки, к тому же они рассеяны по миру. Сейчас враг напрягает все силы, ищет транспорт и пытается доставить всех сюда.

— Получается плохо, — заметил Башкин.

— Ну, мы ведь не видели их возможностей, — вступил в разговор очнувшийся Коростин, голос его был слабым, но возможность думать он не потерял. — Не исключаю полчищ мутантов на пути.

— Из мутантов плохие бойцы, — возразил я. — Сколько бы их ни было, мы просто проедем через толпу. А если ещё и пострелять предварительно. Сколько у нас патронов?

— По пятьсот штук на каждый ствол, — сообщил Винокур, — чуть меньше уже. На хороший бой хватит.

Я был с ним полностью согласен. Даже с учётом высокого темпа стрельбы, такого запаса вполне хватит, чтобы смести с дороги огромную толпу чудовищ. Они, точнее, их руководство, далеко не глупы и вряд ли бросят войско в лобовую атаку. Или бросят? Всё может быть, их солдаты вопросов не задают, и жалеть их никто не станет.

В относительном покое мы добрались до пригорода. На горизонте маячил огромный мегаполис, небоскрёбы внушали уважение. Под ногами появился относительно неплохой асфальт, отчего скорость машины подскочила процентов на двадцать. А потом Слава резко ударил по тормозам, отчего мы едва не слетели с мест.

— Что там? — спросил я, подхватывая карабин.

— Мужик какой-то, — Винокур указал вперёд, где на дороге в самом деле стоял немолодой мужик в грязной и рваной одежде.

— Кукла? — Башкин поднял взгляд на Лома.

— Нет, просто человек.

Тщательно оглядевшись на предмет засады, мы открыли дверь и высунулись наружу. Мужик всё так же невозмутимо стоял посреди дороги. В этом месте было сужение, часть пути завалена обломками, а другой стороны сохранилось ограждение. Место встречи было выбрано с умом.

Пикетчик выглядел сильно потрёпанным. Одет в грязные джинсы и рубаху в клеточку, волосы всклокочены, чёрная борода частично выдрана, частично опалена огнём. Лет ему было около пятидесяти, но выглядит крепким, руки сложил на груди. Вообще, он создавал впечатление нормального селянина, который совсем недавно побывал в большой переделке.

— И? — спросил я сразу у всех. — Что будем делать?

— Подозреваю, он хочет поговорить, — высказал свою мысль Башкин и отправился на переговоры, поправляя пистолет на поясе.

— А на каком языке говорить будем? — задал я животрепещущий вопрос.

Вопрос, как я полагал, был очень к месту. Если с английским языком проблем не возникло, то португальский или, хотя бы, испанский, никто из нас точно не знал. Надо было хоть словарь захватить, чтобы в пути выучить несколько слов.

— Добрый день, товарищ, — громко сказал Башкин по-русски, полностью проигнорировав мой вопрос. — Предлагаю пройти к нам, там вы сможете задать все вопросы, а мы, как сможем, ответим.

Мужик, разумеется, ничего из сказанного не понял, но жесты учёного красноречиво говорили о содержании речи. Когда все мы расположились у двери в машину (пускать его внутрь побоялись), Башкин достал свой чемодан и, ткнув пальцем в пару клавиш, начал говорить. Собственно, он по-русски спросил у пришлого, откуда тот родом, как его зовут и зачем он вышел на дорогу. А из чемодана через секунду раздался искусственный голос, который изложил всё это по-португальски.

— У тебя и такое есть? — удивился я.

— Когда летели из Северной Америки, я связался с Крепостью и запросил у них электронный словарь и программу-переводчик.

Гость, дослушав вопросы до конца, принялся торопливо отвечать, сопровождая свою речь красноречивыми жестами. Компьютерный чемодан с секундной задержкой стал переводить:

— Меня зовут Рикарду, я оттуда, из города. Там в последние дни очень страшно. Набежали звери, не те, что жили там раньше, и с которыми у нас был мир. Мирные звери разбежались и спрятались, вместо них прибыли другие, злые, некоторых мы перебили, другие пришли на их место. Люди прячутся в домах, перекрыв выходы, все надеются, что нашествие скоро прекратится, а Голос прогонит врагов. Ещё пришли люди, странные люди, вроде одержимых, только там все такие. И оружие у них есть, много оружия. А их старший держит на поводке двух огромных монстров, таких, что человека проглотят легко. Они его слушаются.

— Позвольте уточнить, что за Голос? — спросил Башкин, прервав поток красноречия.

— Голос… — наш собеседник растерялся, — это Голос, тот, кто живёт в пирамиде, тот, кто запретил зверям нападать на людей, кто не подпускает духов к нашему жилищу. Просто голос, его никто из нас не видел.

— А почему пришли сюда? — продолжил спрашивать Башкин.

— Мне велел Голос, мы ходим в пирамиду, но дальше первого зала нас не пускают. Мы пришли туда вчетвером, чтобы попросить у Голоса защиты. Он сказал, что враги скоро сами уйдут, только следует предупредить вас об опасности. Мы четверо вышли навстречу вам, но двое погибли, а ещё один пропал, видимо, ему пришлось бежать от погони.

— И что же нам следует делать? — спросил Башкин.

— Голос сказал, что вы придёте к нему. Вот только это опасно, а потому нужно вам помочь. Все те, кто прибыл в город, хотят вас убить.

— И как это можно сделать? Ваша община может воевать?

Рикарду на секунду задумался, потом снова начал говорить.

— Воевать мы можем, но у нас очень плохо с оружием. Сможем выставить около сотни бойцов, у каждого будет винтовка и… тридцать патронов, больше не найдём.

— Если мы дадим вам оружие, как скоро вы сможете вступить в бой?

Он что-то подсчитал в голове, потом ответил:

— Я покажу место, где оружие нужно оставить, потом его заберут, после этого отряд будет вам помогать. Думаю, к завтрашнему дню.

— Отлично, тогда садитесь в машину и покажите дорогу, нам понадобится ваша помощь.

Башкин выключил чемодан, а я спросил:

— Всерьёз думаешь, что эти партизаны нам чем-то помогут?

— Во-первых, они хорошо мотивированы, этот Голос для них — новое божество, его приказ они выполнят, во-вторых, я не собираюсь использовать ополчение против толпы мутантов. Зато они смогут их отвлечь и заставить распылять силы.

— А потери? — спросил Винокур, когда машина уже тронулась с места. — Их ведь положат всех.

— Так ведь это их город, если не будут сидеть на месте, если будут обстреливать противника и прятаться, постоянно перемещаясь, у них получится очень многое, и с минимальными потерями.

— Блин, знал бы я язык, возглавил бы отряд, — сказал Винокур. — Тогда бы точно пощипали гадов.

— Думаю, они тоже смогут за себя постоять.

Место, куда привёл нас бразилец, было, если можно так выразиться, чёрным ходом в город. Небольшой обрыв, куда выходила труба канализации. Само собой, городская канализация давно не работала, в трубе даже запаха не осталась, потому её использовали, как подземный ход. Здесь нас встретили четверо таких же местных крестьян, с той только разницей, что у них было оружие. Оружие выглядело ужасно, древние винтовки, вытертые до белизны. Патронов на виду нет, подозреваю, что весь боезапас сейчас заряжен.

Рикарду выскочил из машины и тут же принялся объяснять встревоженным соратникам, что мы, сидящие внутри, и есть те самые люди, о которых говорил Голос. А ещё мы привезли немного оружия, а потому теперь можно показать зубы пришельцам. Башкин не включал переводчик, но содержание речи было понятно по интонации и жестам.

Учёный, покинув недра техники, разложил чемодан и приступил к переговорам, а мы начали потихоньку выгружать оружие и патроны. Мужики, надо сказать, впечатлились. Видимо, с боеприпасами была натуральная беда. Один, ухватив пачку винтовочных патронов, немедленно начал набивать магазин своей древней М-14.

В запасе у нас было довольно много добра. Несколько винтовок, хоть и простых, с ручной перезарядкой, зато надёжных и прочных, сделанных на заводах Крепости. Нашлись два десятка револьверов. Да и запас патронов был нехилым, калибров набиралось несколько, но все должны подойти. Больше всего имелось натовских, винтовочных и автоматных, и пистолетные, сорок пятый и девять миллиметров. А на будущее можно заряжать гильзы, поскольку прилагался запас пороха и капсюлей.

Увидев всё это богатство, один и встречающих тут же бросился за подмогой. С остальными Башкин проводил беседу:

— Итак, — сказал он, проводя пальцем по карте на экране монитора. — Покажите мне места, где дороги перекрыты.

Седой мулат с редкой бородой долго щурился на карту, потом, видимо, обнаружив знакомые ориентиры, начал тыкать в экран пальцем.

— Этой дороги давно нет, эстакада упала в двух местах. Вот здесь обвалились два дома, не думаю, что сможете переехать завал. Отсюда можно пройти напрямую, но только пешком, проход узкий. Стадион завален полностью, там даже один человек не проберётся, а этот мост заставлен ржавой техникой.

Мужик оказался отличным знатоком города, постепенно он обрубал нам все возможности скрытно пробраться в центр, обходя засаду. Наконец, закончив рассказывать о дорожных проблемах, он перешёл к более интересным вещам.

— Вот здесь вас ждут, люди, много людей. Сотни четыре или больше. Большая часть вооружена копьями и мачете, но у других есть оружие. Они одеты в форму, их всего десятков пять. Вот здесь собраны мутанты, их очень много, никто не считал, но, думаю, не меньше десяти тысяч. И они не просто дикие, ими командуют, они сейчас прячутся в домах, а когда увидят вас, сразу атакуют.

— А как обстоят дела с… чёрными? — спросил Башкин.

— Они исчезли, раньше их было четверо, людей они трогали редко, всё время вертелись вокруг пирамиды. Сейчас исчезли, никто не знает, где они. Зато есть одержимые, их тоже много, не меньше двадцати. Они есть среди людей с оружием, они командуют чудовищами. И ещё они вертелись на побережье, может быть, ждут новых.

— Могут прибыть по морю?

— Да, и они уже прибывали. Но один их корабль почему-то взорвался. Сам я этого не видел, но были те, кто говорил, что в него с неба прилетела ракета.

— Однако, — Башкин покачал головой. — Про нас помнят, нам помогают. Сейчас попробую связаться.

Скоро прибыла группа поддержки, местные мужики, большей частью немолодые, начали разбирать оружие и готовиться к бою.

Загрузка...