Скучный человек

Глава 16

Звоню в дверь, та распахнулась почти сразу, но встретил не хозяин — какая-то девчонка, тут же убежавшая в сторону кухни. Знакомая, кстати, видел на Пятницкой. Гуляет инженер-радийщик, так что в процессе неизбежна смычка творческой и технической интеллигенций!

Кстати, вот и именинник:

— Здаров, Илюх, проходи в комнату.

— Погоди, новорожденный. Вот тебе подарок на лето, припрячь.

Олег зацепил пальцем канистру и вопросительно посмотрел на меня. Узнав, что там чистый спирт, радостно хохотнул и понесся прятать на антресолях. Надеюсь, не выкушаем сегодня и что-то останется для пионеров.

Если быть точным, то новорожденный пока не новородился, но по традиции отмечали в удобные майские праздники. И народ свободен, и день особый, значит утром начальство нотации похмельным не читает, и от мероприятий можно отпроситься под уважительным предлогом — кругом выгода. Опять же если попытается напроситься кто-то нежеланный, то можно сказать, что уже все отгуляли. Коварный и продуманный ум технаря в действии!

Зайдя в комнату я поздоровался с знакомыми, выслушал повторяющуюся раз в год шутку отца Олега — ничего, ему можно. С кухни доносились шумы и запахи, в комнату забегали знакомые девчонки.

И вот теперь, напоказ, я достал из кармана настоящий подарок — две кассеты с музыкой. Действительно, какой еще презент ждать от редактора?

Как все в будущем просто, не нужно искать, договариваться, соваться в подсобки с паролем «я от Ивана Ивановича» — все доступно! В телефоне то и дело появлялись предложения и чуть ли не мольбы купить у них что пожелаю. Сами привезут, скидку на товар сделают, неведомых бонусов добавят, только возьми!

Капитализм или все-таки коммунизм? Мы с дедом час спорили.

Нормально, да? Дед умер давно, а мы с ним спорим.

Спорили.

Позавчера.

Сначала я хотел подарить альбом «Блак саббат», очень уважаемой в определенном кругу английской группы, но он выйдет только в сентябре. Жаль, там пара песен очень даже ничего. Я специально прослушал, одновременно читая перевод: кто бы мог подумать, что в этом реве и вое есть такой глубокий смысл?

Так что в результате выбрал два саундтрека к фильмам, этого и прошлого годов. У меня случайно образовался магнитофон и можно было бы что-то переписать, но чтобы не создавать хроноколлизий спросил у интернета что было популярно в этом году из музыкального за рубежом.

Популярен был некий «Бриолин» и «Лихорадка субботнего вечера».

Посмотрел, одобрил, шикарно все — картинка, музыка, актеры, но больше всего меня поразила хореография. Как можно заставить людей двигаться с такой точностью? Как они вообще могут помнить, в какой момент что нужно сделать? Колдовство какое-то. Мы в клубе иногда часами пытались правильно встать, не то, что станцевать!

Впрочем, где клубный театр и где Голливуд?

Перепись с динамиков компьютера была той еще эпопеей, записывал я уже одеваясь на выход, причем это стало конечным звеном очень длинной цепочки событий — для начала вчера после работы Света связалась со мной через «вотс-ап». Разговор был пыткой! Когда девушка рядом ее можно как-то унять, но здесь телефон курлыкал и курлыкал, то прямо сразу, то через пять или десять минут, а я не знал, вежливо ли будет просто сказать, что я уже хочу спать или она обидится? Ладно бы мы болтали о чем-то важном, но в основном она кидала мне какие-то картинки и маленькие изображения, в которых еще не сразу поймешь, что нарисовано. Кто бы мог подумать, что потомки всего через пару поколений станут объясняться пиктограммами, а шутить будут по принципу из анекдота с пронумерованными шутками. Дистанционное общение — зло в чистом его виде! Собеседника надо видеть, слышать и при необходимости щупать. А не вот это вот! Ладно-ладно, я тоже иногда зависаю на проводе, но ведь иногда от телефона поневоле отходишь, а здесь он всегда с тобой. Так его чуть ли не в туалет начнешь брать, чтобы время не тратить!

В конце концов я кое-как смог перевести наш «двухчасовой разговор ни о чем» на конкретную тему. И выяснилось, что такие «чаты» есть для всего, буквально для всего! Чат для школы — даже несколько, и с родителями, и невесть сколько с учениками. Чат для работы, для новостей, для слухов и сплетен, для этих вот картинок даже! Если все это читать, то когда жить⁈

Впрочем, когда в домовом «чате» промелькнула просьба я заинтересовался. В соседнем подъезде «чистили от мусора» квартиру после умершей бабули. Заранее извинялись перед соседями, обещали шуметь поменьше и просили убрать машины от подъезда. Дальнейшая переписка напоминала театральную постановку скандала на собрании жилтоварищества, во всяком случае я нашел реплики почти всем типажам в нашем клубе. Кто-то скандалил, что рабочие обязательно намусорят и что-то сломают, кто-то переживал, что контейнер оставит следы на асфальте, кто-то просил заодно забрать кое-что у него — так, шкаф и старую тахту. Все равно ведь вам выбрасывать? Ну и вынесете заодно, у вас же все равно рабочие, какая им разница?

В результате я заинтересовался и пошел с утра глянуть, заодно и немного прибарахлился. Правда, впечатление было двойственное: организовано было достойно, люди в спецовках работали ни на минуту не отлынивая, но от того, что выносили и сбрасывали в большой мусорный контейнер, я оторопел. Несли телевизоры, причем импортные, несли лампы, потертые, но все-же ковры, мебель. И сваливали все навалом, без разбора! Это все действительно собирались выбросить!

На мой робкий вопрос — почем отдадите? — руководивший потоком и разорением мужик недоуменно пожал плечами. Надо? Забирай, только без возврата, сам выбрасывать станешь. Я ухватил футуристического вида технику и бочком-бочком потащил к себе, ожидая в спину крика «держите вора». Но никто не кричал и я притащил домой отличный двухкассетник Шарп и коробку кассет к нему. Чуть-чуть поцарапанный, но вполне рабочий. И ведь он там не один был!

Вот и не верь, что потомки живут при коммунизме.

А ведь дед мне говорил…

— За стол, все за стол!

Собираемся здесь не первый раз, я всех знаю. Мы с Артемом как бы с работы, двое мужиков однокурсники, девчонки по тому же принципу, плюс две сестры. Еще родители именинника, его дед с бабулей и плотный красномордый дядька, весело щурившийся на разливаемую водку. Короче, все свои, семейное мероприятие.

Чокнулись, выпили, выдохнули, закусили. Праздник пошел своим чередом.

Я на салаты не налегал, в этой семье коронное блюдо — жаркое из баранины, так что надо оставить место. Вот и сидел, гонял по тарелке горошины, пригубливал к тостам и думал.

Давешний разговор с дедом вышел каким-то странным. Для начала он совсем не удивился попавшему в прошлое внуку. Хмыкнул, повертел меня в духе «а поворотись-ка, экий ты чудной», затем быстро переоделся, ухватил из кастрюли пирожок и вытолкал меня на улицу.

В одна тысяча девятьсот шестьдесят пятый.

Где мы и гуляли вдоль набережной — он как обычно заложив руки за спину, а я, постепенно разгорячившись, так же обычно забегал то справа, то слева. Ну и говорили.

Я рассказывал о небоскребах, о телефонах, компьютерах, долго мялся как сказать, что Союз развалился, но дед прямо спросил. Меня это почему-то разозлило и я прямо сказал, что большая часть музыки и фильмов, а еще почти все автомобили теперь зарубежные.

Дед только хмыкнул в усы и сказал, что в годы его молодости буржуи тоже много чего строили у нас, так все народу и досталось.

Его вообще не слишком интересовало, что там в стране. О маме расспрашивал, похмыкал, когда я сказал об их разводе с папаней. Зато заинтересовался ее новым мужем, даже стал припоминать какие-то фамилии. Когда я замявшись все-таки спросил — почему он о себе не спрашивает? — дед ответил прямо. Что с судьбой бороться дело глупое, а он все-таки считает себя умным человеком. Сколько осталось столько и осталось, все его.

Я еще ляпнул, что он как бы коммунист и им положено судьбу гнуть в бублик, а дед только возразил весело, что мол он дореволюционной выделки и вообще крещеный, в отличии от меня.

Не стал ему говорить, что меня окрестили, когда я был у деда Коли в деревне. Только порадовался, что хоть что-то он обо мне не знает.

Так и бродили часа два вдоль реки, причем болтал я больше о том, как мы живем в семьдесят восьмом, а не о чудесах двадцать первого века. Кстати, в шестьдесят пятом было довольно тепло, не так, как в восемнадцатом, но ощутимо теплей, чем в мои годы. Вот и верь в эти теории о глобальном потеплении.

Потом мы как-то буднично попрощались, дед меня обнял и сам к двери подтолкнул. И я ушел обратно в будущее.

Вернувшись домой сначала смотрел за окно, пытаясь понять, что и как случилось, а потом попытался перебить настроение. Услужливый ютьюб, зная, что я интересуюсь «прошлым», подсунул плэй-лист «советская классика». В результате вместо того, чтобы слушать мелодии лежа на диване закинув руки за голову, я сидел и читал комментарии, пытаясь найти причины, по которым довольно посредственные песенки излета социалистической эры вдруг стали «символом эпохи».

На следующий день был предпраздничный загон эфира, едва успел угостить девчонок и дам клубникой. Ее тут же азартно потащили мыть, причем аж к умывальнику рядом со столовой — видимо, в надежде, что люди увидят и позавидуют. Затем вкушали, разделив все строго по ягодке на порции. На запах пришел «мальчик» Андрюша — высокий и здоровенный, помнящий всех работников Дома Звукозаписи по именам-отчествам и знающий два иностранных языка. Андрюша поступил в какой-то институт и во время экзаменов сошел с ума. Ум доктора вернули, а вот способность просчитывать последствия своих действий не до конца, поэтому забравшись на лестницу Андрюша с верхней ее ступеньки попросту шагает вперед… хорошо, если есть кому поймать. Теперь он со знанием языков и широким разворотом плечей разносит пленки по аппаратным и собирает обратно.

Его тоже угостили, видимо чтобы он рассказал повсюду, как мы роскошно живем.

Коллектив, насытившись, сошелся в мнении, что мне достался какой-то специальный кондитерский сорт для украшения тортов, в котором ягоды специально тверденькие и не раскисают. Кто знает, может они и правы.

Вечером как раз начался бесконечный «чат» со Светой, утром я обогатился отличной техникой и переписал две кассеты в подарок. А теперь…

— Жаркое! Девочки, помогайте!

Мать Олега утянула за собой на кухню женскую половину, а мужская двинулась на лестницу курить.

Я стоял, дышал дымом, смотрел в окно. Видимо, как раз по этому Артем решил меня встряхнуть и спросил о «моей пьесе». Народ оживился, пришлось объясняться, что я не автор, а просто консультирую одного начинающего. И что автор решил изменить сюжет, показывая невозможность изменения будущего.

— То есть у тебя в пьесе человек просыпается в своем теле на сорок лет назад? Все знает о будущем, но изменить не получается?

Я, устав объяснять, что пьеса не моя (хотя она и в самом деле моя), лишь кивнул:

— Все так, пьеса как раз о том, что он и хотел бы, да не может, — тут мне пришла в голову идея: — Да и окружающие не в восторге. Ты ему «бросай работу, иди учиться, через двадцать лет пригодится», а он в ответ «живем один раз и жить надо сейчас».

Олегов дядька, скептически стряхнув пепел, покачал головой:

— Зряшное дело, ни один худсовет такого не пропустит. Это же поповщина! Отсутствие свободы воли…

— Но это физика и логика, причинно-следственная связь? Если бы он не прожил такую жизнь, то у него не было бы этого набора знаний и воспоминаний о будущем.

— Все равно. Советский герой должен найти способ разорвать предопределенность!

Говорил он четко отсекая слова взмахом руки.

Спорить было лень, я просто пожал плечами, разговор перешел на каких-то мне слабо знакомых людей, а потом нас позвали к столу.

Выпили, закусили. Я задумался о том, была ли предопределена в моей судьбе эта рюмка или нет? Вроде не хотел накидываться, только губы смачивал, а тут вдруг раз — и хлобысть, а коварный олегов дядька новую наливает.

Жаркое, краткий передых, в соседней комнате включили музыку, я немного потоптался на месте с симпатичной девушкой Зиной, беседуя ни о чем. Потом снова к столу, сладкое и чай. Заставили Олега встать на табуретку и прочитать стишок. Именинник опасно балансировал и терся макушкой о потолок. Затем высыпали на улицу, чуть пьяненькие и довольные смотрели отблески первомайского салюта, и я тут же распрощался, отговорившись завтрашней работой.

По пути удачно мигнул зеленый огонек, таксист смилостивился и всего три рубля спустя я был уже дома.

Смена шумного многолюдья на одинокую холостяцкую квартиру была для хмельного сознания внезапной, я долго решал, что лучше — напиться окончательно или попытаться протрезветь? Так ничего и не решив я нашел в себе остатки сознательности, сев поработать над очередной главой.

Может, в самом деле пьесу написать? Поставить в клубном составе, просто смеха ради? У попаданца из будущего такое влет получается, а у нас, сирых, почему нет⁈

Впрочем, писать после застолья было слишком тяжело. С одной стороны хотелось выплеснуть на лист все переживания, собраться с мыслями, получить совет от читателей наконец! А с другой порыв был слишком неуверенным. Зачем я это делаю? Интерес ушел, остались лишь добровольно принятые обязанности развлекать хороших и незнакомых людей. Но закончу ли я? Старый — зачем он сунулся во времена деда? Как эту сволочь поймать, поговорить по душам?

Какой смысл писать, если дверь в будущее не моя? Закроет он ее и все, прощай нобелевка по литературе! А я может рассчитываю на эти деньги!

Вздохнув, я закрыл страницу. Интернет, дорогой, есть фильм про человека, попавшего из прошлого в будущее? Только смешной и красивый!

Кейт и Лео? Все, смотрю. И никто меня не оторвет!

А если Светка опять начнет «чатиться», то выключу телефон и скажу потом, что был обрыв на линии!