Развод по-шпионски

Глава двадцать вторая

Вчера я слышал песни с моря,

и плески волн о южный брег

Казалось, темный зверь заполнил всю каюту, грозно встопорщился, заскреб когтями стену над дверью, оскалился и выдохнул:

— Вуааа! Прям все ломит. Ужас! Залежалось-засиделось. На хвост вообще смотреть боюсь.

— Не-не, хвост в полном порядке, — заверил сидевший на койке спиной к стене Ква.

— Думаешь? — зверь покрутился в тесноте у стола, разглядывая пышный хвост, сделал полдюжины пируэтов, весьма танцующих, и признал: — Да, могло быть хуже. Еще держусь. Это оттого, что настроение не столь поганое. Но вообще, Полумордый, это жутко тяжело. Вам, двуногим, не понять.

— Ну, отчасти я понимаю.

— Если бы ты вообще ничего не понимал, я бы за тебя и в первый раз замуж не пошла. Но должна же я жаловаться и страдать, так у благородных дам принято.

— Это я тоже понимаю, — заверил Ква. — Откровенно говоря, я бы и сам по берегу погулял.

Лиса легко запрыгнула на стол, обернула чудесным хвостом лапы, и сказала:

— С географической точки зрения мы находимся в крайне неудачном регионе нашего мира. Морские переходы большие, острова мелкие, причем, самого странного геологического происхождения. И главное, спешим мы примерно к таким же крохам-островам. Там, судя по карте, тоже бегать и охотиться негде. Нет, пропал мой хвост!

— Может его расчесать нужно, распушить как-то?

— Молчи, извращенец! Фуррифил несчастный!

Ква улыбнулся:

— Мне и молча смотреть приятно.

— Это правильно, — Теа помолчала и осторожно спросила: — А ты о таком всерьез не думал?

— Всерьез — нет. Тут даже при первых мыслях возникает слишком много опасений. Я вообще не слышал про магов, способных людей в лисиц превращать. Чтоб устойчиво, надежно, и без скверных физиологических последствий. Может, где-то такие колдуны и водятся, но нам они пока неизвестны.

— Но в принципе, ты мог бы рискнуть и попробовать?

— Мог бы. Вполне бы превратился. Хотя одноглазый лис — это что-то несуразное и слишком сказочное.

— Не выдумывай! Отличный лис будет. Хитрости у тебя на троих хватит, а хвост можно и подправиться, если будешь регулярно и правильно вылизывать.

Супруги засмеялись, потом Теа сказала:

— Это будет слишком эксцентрично даже для нас. Но знающий колдун нам бы пригодился. Очень бы хотелось справки навести.

— Верно. Может, не колдун, а ученый, приличный специалист по оборотням. Правда, я о таких тоже не слышал. Но где-то они же должны быть, поскольку оборотни — не такая уж природная редкость.

— Найдутся, мы с этим не так уж спешим, — Теа снова потянулась, и уперлась передними лапами в потолок каюты.

Спешки с грядущим семейным решением действительно не было. На ближайшие годы всё уже продумалось, обсудили, споров и близко не возникло. Теа волновало, что дети по большей части идут в отца, в мать только Ханти удалась, а это, конечно, недостаточно. Вопрос был серьезный, над ним стоило серьезно подумать и действительно поискать знающего консультанта. Но главное — Теа не сомневалась, что муж приложит к поиску решения все усилия. Собственно, вот это доверие — что между супругами — оно и раньше было. Но раньше времени все неспешно обсудить не хватало. Очень полезны дальние плаванья. Тяжелы, но полезны.

Уверенно и неуклонно шли на запад два корабля. Особых происшествий не случалось, мелкие поломки и слабый ветер можно бы и не считать. Чудесным образом обнаружилась на борту связка рулевых скоб — тех самых, еще скарских, что в мастерской по заказу делались. Прям на самом видном месте обнаружились — у мастерской плотника. Вот кто бы мог подумать, что здесь затерялись⁈

— … хитроумен ты, господин Рудна, прям до ужаса, — сказал чуть позже Оловв.

— Наедине можно без чинов, — напомнил Ква.

— Да я уж сомневаюсь. Тебе бы по чину — всей флотилией командовать.

— Мало у меня забот, еще и целую флотилию на шею посадите. А скобы… Ну, не могли же они их утопить? Покойный капитан цену этим железкам знал.

— Это конечно. Но мы скобы тогда на совесть искали, да так и не нашли. Я думал, ты капитана и по этому поводу с пристрастием расспросишь. Однако ты с другого галса зашел. А ведь по совести сказать — должен был парня кончить. Если и не на мачту вздернуть, так башку сходу прострелить или ножичком в брюхо.

— Это еще зачем? Рук у нас лишних много, что ли? Работает Каридо не хуже других, присмотр за ним есть. И вот — железки сами нашлись. Разве не выгодное решение?

— Я и говорю — хитроумен ты до невозможности.

На собственную тупость корабельный шпион не жаловался. Семейное успокоение прояснило разум, теперь мозги работали как надо, без напряжения и желание немедля кого-то изрубить. Шеун мирно ждал своего часа в шкафу. Хотелось бы, чтоб и в будущем только для приличия прицеплять его к ремню, но вряд такое долго протянется. И отсутствие любых новостей напрягало.

Шли к тем островам, что значились ближайшими к месту того знаменитого злосчастного шторма. Капитан Джей демонстрировал уверенность, штурманских знаний ему хватало, карты он любил, да и «чувство моря» имел. С остальным полноценным освоением капитанства помогала команда.

С экипажем «Штриха» наладился обмен — поочередно пара человек бывала на другом борту. Делились опытом, байками и вообще притирались. Намного приятнее и разумнее знать и дружить с людьми, которые идут рядом. Кроме того, по такелажу и рулевому устройству шхуна была куда ловчее и совершеннее «Ворона», хотя и строилась намного раньше. Такой вот «технологический парадокс» как обозначила эту несуразность научная специалистка.

Один из крепцов надолго застрял на камбузе «Ворона». Молодой парень, совсем ему плоховато пришлось в чужом мире, давили его две луны, непредсказуемое солнце и странные погоды. Оказалось, борьбой с этим недугом весьма недурно кок Камлот справляется: на камбузе всегда дело есть: это — чистим, то — варим, а заодно рассказы бывалого моряка слушаем и пробуем на зуб невиданные северные продукты. Опять же камбуз тесный, вроде еще одного совсем махонького, но не лишенного уюта мирка.

— Трудовая и кулинарная терапия! — пояснил док Дулиттл. — Известные методы, пусть и использовавшиеся не совсем в этаком сочетании. Вот то, что эти методы и для адаптации в нашем планетарном случае подходит, до сих пор было неизвестно.

— Зафиксировано как важный научный и экспериментальный факт! — заверила вездесущая научная специалистка.

Коки-тэно шныряла в своем природном голенасто-глянцевом виде — обе команды на ее внешний вид перестали обращать внимание дня через два. Куда больше интереса и обсуждений вызывали шорты-ШУПЭ. В жару этакие короткие портки были явно удобнее, а свободный покрой и немыслимая грузоподъемность карманов вызывали восхищение. Было понятно, что такая одежда имеет большое будущее. Ква сделал кое-какие заметки на эту тему. Вполне разумно будет подготовить пару портновских мастерских, заранее продумать модели и выкройки, и если шорты действительно войдут в моду, то можно в пару дней выпустить на рынок приличную партию, своевременно взять серьезную долю прибыли. Тут, главное, дать заказчикам и покупателям выбор: не всем мешковатые карманы придутся по вкусу, кому-то понадобиться покрой построже и отделка кружевами. Тут тоже нужно специалистов уточнять. Вот Флоранс точно бы угадала…

В этом месте мысли корабельного шпиона принимали весьма грустное направление. Жив ли вообще экипаж «Молнии»? Где они, что с ними? Ну, и вряд ли у главных дам «Двух Лап» сейчас есть настроение о шортах думать.

А ветер все-таки мешал. Вернее, его слабость. Шли небыстро. Ква уже дважды бывал на «Штрихе», пояснял, что вот так — день за днем идти в одну сторону — вполне нормально. Океаны здесь такие, обычный дальний поход. Крепцы кивали, но по глазам видно — сомневаются.

На «Вороне» посовещались и переправили на соседа научно-медицинскую делегацию: Док и Розг проводили «амбулаторный осмотр» моряков, Телле записывала «влияние смены планетарных условий на заживление травм язвенно-трюмного типа», а Фратта рассказывал всякие ужасти про кладбища — крепцами яркие повествования воспринималось с восторгом, настоящих кладбищ они никогда не видели.

Ответно прибыли с визитом капитан Арг и Чииза. Капитаны обоих судов переговорили о местной навигации — капитана-крепца, естественно, эта тема весьма интересовала. Впрочем, Арг не задержался — оставлять свой корабль надолго не в капитанских правилах.

Зато Чииза долго болтала в каюте с Лиской, даже ночевать осталась. Ква разумно не мешал, сидел на мостике с капитаном и занявшим должность боцмана Губником, совместно размышляли над картой. Выход к островам Безымянным выглядел непростой задачей.

На следующий день прошли сквозь полосу ливня — хлестало так, что в двух шагах водяная стена казалось сплошной. Но ухохатывались сразу двумя командами: Лелевик в восторге плескался прямо по палубе, благо там воды набралось глубиной чуть ли не как в бочке. Все ж забавный, зверь, есть от него какая-то польза и развлечение…

Утром от туч и ливня не осталось и следа. Ослепительно сияло солнце, ветер чуть окреп, корабли шли быстрее. Где-то около полудня Ква осознал, что корабли идут правильным курсом и вообще все движется в нужную сторону. Вернее, в этом первой Теа удостоверилась — она была в «вороньем гнезде», теперь ее вахты как-то незаметно стали вполне естественными и обязательными. Сам Ква в это время занимался тайными делами, благо жена на мачте торчала, не подглядывала.

— … босс, это элементарно, главное, понять принцип и не сбиваться, — тыкала пальцем в самоучитель Телле. — Поехали! Размер 4/4, тридцать тактов…

Она мурлыкала и выстукивала двумя карандашами ритм, мальчишка помогал, прихлопывая ладонями по табурету под собой. Ква кружился, ускорялся, чередовал «длинные линии», «шаг-перо» и «каблучный поворот». Лелевик, которому разрешалось сидеть внутри, но только на ступенях лазаретного кубрика, глазел во все глаза и подпирал хвостом крышку люка. Понятно, что тайна занятий была относительной, но Ква крайне не хотелось, чтоб сюда лезли и мешали.

— Вот! Что-то где-то получается! — порадовала гардемаринка. — Гораздо лучше! Скажи, Фраттка?

— Появляется изящество шага, уж поднят рваный парус спотыканий, явился плод гладкости многих потных усилий, — подтвердил великодушный мальчишка. — Чуть мягче, босс. Вас все тянет на манеру движенья с шеуном.

— С чего бы это? — проворчал Ква. — Всю же жизнь танцевал.

— Не оправдывайтесь, босс. Готовы к партнерскому упражнению?

— Куда деваться?

Телле превратилась в довольно высокую особу с приятным, но смазанным как у манекена лицом. Её та — первая — попытка изобразить «улучшенную версию леди Фоксси» едва не закончилась крепким подзатыльником. Ква воздержался, вспомнив, что у фантазерки и так голова ушибленная. Впрочем, Телле оценив выражение лица босса, тут же извинилась, сославшись на «очевидные последствия контузии».

Браться за партнершу Ква уже умел, вести тоже — пусть и менее уверенно. Вообще с партнершей двигаться было проще — ритм гардемаринка улавливала намного лучше, да и вообще помогала. Получалось уже не так уж плохо, хотя как музыкант Фратта фальшивил немыслимо. Ну, парень меру своих способностей знал, старался как мог.

Плавность длинных шагов, вот и сложный «открытый спин-поворот»…

— Внимание! — донесся сверху крик Теа. — Лодка! Сэр Джей! Милорд Рудна! Слева по борту лодка!

— Второй вахте — наверх! — немедля скомандовал капитан, почти не покидавший мостик.

Дисциплинированный дракон немедля пихнул задом створки люка, и, шлепая ластами, вывалился на палубу.

Телле и мальчишка столклись у люка:

— Куда⁈ — зашипел Ква, прихватывая торопыгу за пояс шортов.

— Ой! — гардемаринка с опозданием сменила облик «манекена» на естественный коки-тэновский, выпрыгнула на палубу.

Команда сбежалась к левому борту. Лодку-точку, можно было разглядеть уже невооруженным взглядом. Оба корабля сменили курс…

Ква еще раз посмотрел в дальнозоркую трубу, убедился, что не ошибается, и засмеялся.

— Знаете эту особу? — удивился капитан Джей, тоже внимательно разглядывавший странную лодку.

Лодка приблизилось, было видно, что она крайне примитивной и оригинальной конструкции: три связанных пальмовых ствола, вынесенный на сторону балансир, но все это весьма ловко и точно подогнано к друг другу. На мачте узкий парус, видимо, из юбки. Хозяйка паруса энергично махала платком, сигналя кораблям.

— Милорд Рудна всех океанских девиц знает, это как бы входит в его служебные обязанности, — сообщила с мачты Теа. — Впрочем, я ее тоже знаю.

— Верным курсом плывем, господа! — провозгласил Ква. — Эта красавица тоже к нашей флотилии направляется. У нее жених из наших корабельных. Я с ними немного знаком. Так сказать, «друзья друзей».

— Сплошь друзья у вас, милорд, прям во всех морских водах, — с уважением заметил Блюх. — Это, надо думать, потому что кто был врагами теперь уж исключительно на дне, рыб кормят. А девица, прям истинная оторва. Это же надо, этак… налегке плавать.

Лодочница действительно была «налегке»: в одних трусиках и короткой безрукавке, оставляющей открытым живот. Симпатичная, но явно недокормленная.

— Это, парни, последствия все того же шторма, — пояснил Ква, складывая дальнозоркую трубу. — Кого куда занесло, и вот! — выбираются как могут. Оловв, я бы на твоем месте рабочий инструмент и угольники проверил, по местам разложил. А то кто-то иной их прибрать может.

— Это девчонка-то? — удивился Фратта.

— Что ты на ее пупке сосредоточился⁈ — возмутилась гардемаринка. — Шире смотри, четче оценивай ситуацию. Флаг видишь?

Мачтовый флаг маленькой лодки энергично вился на ветру. Ну, это так казалось. На самом деле, на короткой рее лодки сидел толстенький грызун, напористо раскачивался, держа в зубах пеструю ленту.

Моряки ахнули:

— Что за крыса такая пушистая⁈

— Э, без оскорблений! — призвал Ква. — Грызун бывалый, боевого характера. На неточности именований может обидеться. Это шуршулла — редчайшая путешествующая порода. Лелевик, зубастая твоя башка, слышал?

Дракон, чуть не свалившийся с борта от восторга, оглянулся на строгого шпиона и слегка сдал назад пузом с планширя.

Корабли подошли вплотную. Лодочница, уже одетая, энергично работала изящно выточенным веслом, подгребая к спущенному штормтрапу. Грызун, крутился вокруг закрепленного у мачты немногочисленно багажа, проверяя как бы чего не забыли. Моряки обоих кораблей с невольным восхищением смотрели на небывалую лодку: без сомнения, этот кораблик был изваян самым древним инструментом мира — зубами. Но этак срастить нетолстые бревна, заострить нос и изящно оформить корму могли лишь воистину гениальные челюсти.

Девица закинула за спину дорожный мешок, кое-где именуемый «рюк-заком», ухватила грызуна и ловко взобралась по штормтрапу.

— С прибытием! — Ква помог мореплавательницам перебраться через борт. — Встреча внезапная, но приятная. Тоже на подмогу флотилии плыли? Верно, пора все силы собирать.

Девчонка засмеялась, дружески погладила шпиона по плечу. Зубы у нее были острые, лицо узкое, загорелое, этакое… с не очень правильными чертами, но это лодочницу не портило.

— Господа, позвольте представить — это госпожа Блошша, скромная, но опытная путешественница, ее хорошо знают в Дюоссе и Глоре. Она немного немая, но это ей не мешает.

— Ыых! — согласилась путешественница, учтиво, но без особой робости, раскланиваясь перед моряками. — Еах, ы!

— Да ладно, чего тут «спасли», вы бы и сами доплыли! — махнула четырехпалой рукой Телле. — Но так-то будет веселей. Здорово, Шилка! Выглядишь отлично, аж лоснишься. Но если чего, так у меня только три карандаша осталось, прошу это учесть.

— Сы-сы! — ответствовал грызун, делая вид что категорически не понимает, причем тут карандаши и косясь на зачарованного ее упитанной тушкой Лелевика.

— Он дрессированный, просто так любуется, — заверила Телле, укоризненно пихая змея в загривок. — Господа, что же мы стоим⁈ Накормить-напоить же надо!

— Действительно, что ж мы⁈ — спохватился кок Камлот. — Сэр, разрешите накормить спасенных?

— Непременно! Полагал, ты уже на камбузе и все делаешь, — намекнул капитан Джей.

Кок убежал, а успевшая спуститься с мачты Теа сказала:

— Пойдем, Блошша, умоешься, а если переодеться нужно, так найдем…

Лодочница хлопнула себя по лбу и полезла в рюкзак — он оказался набит пакетами и конвертами.

— Сожри меня псы, почта⁈ — ахнула Теа.

— Ыыы-ы-э…

— Да что там «не совсем свежая»⁈ — завизжала гардемаринка. — Давай что есть — тут есть жутко изнемогающие, — и пойдем, рассказывать будешь!

Получив два конверта, супруги Рудна ввалились в каюту.

— Домом еще пахнет! — простонала Лиска, вскрывая клыком письмо.

Письма оказались более чем месячной давности. Но вполне обнадеживающие: в усадьбе все здоровы, есть достижения, есть небольшие проблемы, в Долине жители волнуются от безвестности, почты от экспедиции совсем нет…

Вообще-то, сама Блошша в Медвежьей Долине не была, почту забрала в Глоре в конторе «Нельсона и Ко», где оказалась достаточно случайно. С Прыжками происходило нечто странное — попасть куда метишь решительно не получалось. Немая путешественница не считалась такой уж специалисткой в этой области — у нее вообще с Прыжками всё шло исключительно замысловато. Но в Глоре она заходила к Тифф и Син — которых неплохо знала, а еще до этого у дам побывал консул Андрей, оставил краткое послание, адресованное леди Катрин. Сам он нащупать флотилию так и не смог, о сложившейся ситуации почти ничего не знал. Послание консула не было запечатано, видимо, адресовалось всем причастным.

— Я тут вообще ничего не поняла, — призналась Теа, еще раз читая распечатанное четким принтерным шрифтом письмо. — Ничего конкретного, одни полунамеки.

— Просто у нас доступ к подобным секретам уровнем ниже, вот мы не до конца и врубаемся, — пояснила умная Телле. — Но понятно: работа идет, все напрягаются и пытаются наладить связь. Мы тоже участвуем — вот, очень ценного почтальона выловили. Кстати, с ейного жениха нам причитается.

Ква подумал, что наоборот — скорее, жениху от «Ворона» будет причитаться — но промолчал.

Блошша легко влилась в корабельную жизнь — для немой одинокой девицы она была, говоря научным языком, «удивительно коммуникабельна». Уже на второй день перебралась с грызуном на «Штрих». Крепцы были впечатлены: то, что молодая девушка не опасается направляться к флотилии в одиночестве, говорило о многом. Ну, то, что эти две зубастые особы — ненормально шальные даже для здешнего огромного мира, пояснять пока не стоило. Кстати, Шилка вела себя прилично, совершенно напрасно Теа свои луки аж на потолок перевешивала.

Этот отрезок похода оказался самым удачным. Ветер поменялся, корабли шли втрое быстрей. Из неприятностей случилась лишь дежурная поломка руля «Ворона», с ней исправились быстро. Еще-таки свалился за борт Лелевик и довольно долго плыл за кораблем, пока его хватились и не подобрали. Дракон особо не взволновался, успел половить рыбу и вообще выглядел довольным. Телле сочла что «взрослеет малыш».

Отлично все шло.

Но столь удачный ветер…. Как-то на мостике капитан Джей признался:

— Знаете, милорд, это даже как-то пугает. Слишком большая удача. Как бы ни пришлось за нее расплачиваться позже.

— Ваши опасения, сэр, понятны. Но если взглянуть с иной стороны? «Ворону» не особо-то везло в предыдущие месяцы. Сейчас чаши весов уравнивается, боги порой склонны к возобновлению равновесия.

— Да, если взглянуть с этого галса…. Но ветер все равно очень странный.

Ква переглянулся с женой. Если знать, чьей невестой считается Блошша, то некоторые странности погоды легче объясняются. Но что толку их вообще пытаться объяснить? Этак только сглазишь…

И наступил тот самый день. Ква кое-что заподозрил, когда Теа внезапно спустилась с «вороньего гнезда», сказала, что ей в глаз что-то попало, и послала наверх Фратта. Мальчишка порой подменял наблюдателей, но все ж опыта у него было немного. Лиска умылась, вернулась на палубу, к досужим зрителям — на «монете» научная специалистка учила Лелевика «шипеть членораздельно». Дракон старался, но, откровенно говоря, членораздельность — она сложная, даже у многих людей с ней некоторая проблема.

— Земля! — закричал с мачты Фратта. — Эх, замкни мой ларец разума, землю вижу! Прямо по курсу земля!

Тут же закричали в рупор со «Штриха», там тоже углядели землю.

Корабль наполнился топотом — команда бежала смотреть на вожделенную сушу.

Лелевик тоже забыл про урок и пошлепал смотреть. А гардемаринка глянула на Теа:

— Красиво вышло. Простенько, но красиво. А если Фраттка догадается, что в поддавки сыграли?

— Ничего. Лет через двадцать и вы кому-то нужное увидеть поможете, — улыбнулась Теа. — И вообще похоронщик у нас достойный. И в драке, и мозгами. Вот — капитану рапиру подарил, весьма умный поступок.

— Да, не совсем Фраттка дурачок, — согласилась строгая гардемаринка. — Рапира, она слишком броская и крупная. Да и не особо нам нужный инструмент. Мы, как показывается практика, больше записной книжкой и ножичком воюем. Такая скромная и непростая у нас научная судьба…

На горизонте явно были острова. Почти наверняка те, которые и искали корабли. Но пока твердой уверенности не имелось, придется определяться на месте, обходить побережья, искать стоянки и лагеря. На карте цепь островов выглядела непростой: мелкая и густая россыпь.

Определенность проявилась внезапно.

— Точка на горизонте! — завопил преисполненный гордостью за свою зоркость, наблюдатель. — Летучая! Левее курса!

Ква побежал на мостик:

— Сэр! Извольте скомандовать чуть ближе к «Штриху», мы, кажется, им про это чудо не рассказывали.

Дирижабль стремительно приближался. Док перебрался на шхуну, указывал вверх, пояснял. Но когда «Фьекл» прошел над кораблями, крепцы дружно присели.

Летательный аппарат развернулся и нагнал корабли с кормы.

— Давно не виделись! — прокричал в рупор пилот Укс. — Госпожа Теа, Ква — живы? И на свободе? Отлично! Шхуна?

— Союзники! — отвечала Теа. — Нормально идем! Как у вас?

— Логос свидетель, могло бы быть и получше. Но в целом неплохо, неплохо, — в привычной ему лаконичной манере ответил пилот, но что ему было несвойственно — широко улыбаясь. — Следуйте за мной. В проливе осторожнее — по правому борту будут рифы.

Укс безусловно видел гардемаринку и наверняка удивлялся ее природному виду. Но, естественно, не подал виду.

Дирижабль ушел чуть вперед.

— Телле, разумнее будет тебе на «Штрихе» к берегу подойти. Новый корабль, там люди-дарки нашей экспедиции незнакомые, это нормально, — намекнул Ква.

— Есть, босс! Документацию здесь оставлю?

— Конечно, никуда она не денется.

— Босс, а я? — тревожно завопил сверху Фратта.

— Ты, понятно, вместе с ученой особой. Сейчас леди Теа тебя сменит.

— Мы тоже перейдем на шхуну, — сказал Док. — Парням поспокойнее будет. Так, Розг?

— Конечно. Нашатырь не забыть. И переодеться же надо⁈ — вспомнила сиделка. — Торжественный же момент!

Команды забегали, наводя порядок и пытаясь вспомнить, как морякам надлежит выглядеть прилично.

Приближались берега — высокие и крутые, заросшие буйной зеленью: толстенные лианы густо переплетались, ползли по расщелинам скалистых обрывов. Крепцы смотрели потрясенно — вот она, совсем иная земля! На бушприт шхуны сел толстый белый попугай, проорал что-то невнятное, но явно ругательное. Его вспугнул крупный ворон, уселся на мачту рядом с наблюдательницей, пристально оценил состояние корабля и моряков.

Дирижабль обозначил опасные рифы и ушел дальше. Корабли обогнули мыс: открылся узкий залив и защищенная двумя островами якорная стоянка. Ква с облегчением увидел «Козу», «Собачью голову», и, изменившуюся не в лучшую сторону «Деву Конгера» — на потрепанном когге сейчас красовалась довольно куцая и нелепая мачта, явно чинились где-то в непростых условиях. На берегу, на стапеле, стоял небольшой недостроенный корабль, еще один такой же, уже спущенный, покачивался на якоре рядом с «Козой». «Молнии Нельсона» не было… хотя… вон на песке ее якорь, да и те доски обшивки узнаваемы. Эх, была здоровенная «Молния», а теперь из ее материала два простеньких кораблика построили. Что ж, видимо, дирижабленосцы — действительно эффектная, но тупиковая ветвь судостроения.

Из-за «Девы» появился маленький катер, чуть заметно попыхивая трубой, устремился навстречу гостям. Блошша немедля побежала на бак, замахала косынкой. Катер ответил приветственным свистком.

На пляж сбегался местный народ, спешили от хижин, прилепившихся на крутых склонах скал, и от верфи. Криков слышно еще не было, но оптика приближала вполне знакомые лица, весьма радостные. Не особо исхудали, что хорошо. Еще лучше, что много здесь моряков, видимо, потери после Шторма оказались не столь значительны.

Ква перевел трубу на «Козу». Капитан Фуаныр стоял, скрестив лапы на груди, наблюдал. Фу ты, какой важный и хладнокровный. Но ухмыляется, старина Лягушка. Кок-маг на месте, смеется у борта с подругой, так, можно рассчитывать на отличный ужин. Пиратская морда Морверна, тоже ухмыляется — как же, такие старые бродяги, будут утверждать, что «и не сомневались, придет „Ворон“, куда ему деваться». А это…

— Теа, ты видишь⁈ На вантах «Козы»! — закричал Ква и передал дальнозоркую трубу капитану Джею.

— Вижу! — откликнулась жена из «вороньего гнезда». — Прекрасная новость!

Висящую на вантах «Козы» девчонку нельзя было не узнать: светловолосая, белозубая, махала рукой, смеялась…

— Слава богу! — сказал капитан Джей. — Жива, и даже как-то повзрослела, похорошела.

— А я вот ни мгновенья не сомневалась! — заорала со «Штриха» бывалая научная сотрудница. — Жива, куда же она денется!

Катер подошел к борту «Ворона», капитан мелкого пронырливого суденышка, сияя окулярами своих неподражаемых очков, приветственно вскинул руку:

— Рады вас видеть, господа. Якорь бросайте рядом с «Девой», там дно годное. Как мне обращаться к вашим спутникам?

— Шхуна «Штрих», капитан Арг. Наши союзники из народа Крепы.

— Ухух! — восхитилась славная морячка, сидящая на рубке катера. — Еще союзники! Праздник будет! Ой, а это кто у вас⁈

Восхищенного небывалой суетой Лелевика, опять чуть не сваливающегося за борт, трудно было не заметить.

— Это у нас дракон! — пояснил Барб-Барбос, похлопывая воспитанника по загривку. — Хороший парень.

Катерная морячка вдвойне восхитилась, катер двинулся к шхуне. Понятно, Блошшу, мешок почты и торжествующе свистящую шуршуллу они прихватили с собой. Немая путешественница немедля повисла на шее такого же тощего парня. Что-то никак не откормят они на катере своего мага-погодника.

Вновь прибывшие корабли бросили якоря. От берега уже шли лодки, полные местных гребцов. Начались крики, поздравления, подначивания и соленые морские шуточки.

Ква глянул вверх, на мачту.

— Съезди, поговори официально, — крикнула Лиска. — Мне бы переодеться надо.

— Если официально, то только с тобой, — пояснил Ква. — Переодевайся, мы уже никуда особо не спешим.

Переодеваться Теа не стала, ограничилась подобающими случаю украшениями. Выглядела восхитительно.

— Это за нами лодка, надо думать.

Лодка была новая, хотя явно перестроенная из чего-то другого. Гребли два индейца из морской пехоты:

— Милорд, вас просят уделить время для краткого разговора, — сказал, улыбаясь, воин-здоровяк.

— Готовы, едем, — Ква ободряюще кивнул капитану Джею — того ждало представление Совету Флотилии и парень волновался, — и спрыгнул в лодку, Теа спустилась следом.

— У вас морской аванк на борту? — счел уместным показать свое удивление индеец-шаман…

…Теа рассказывала о Лелевике, индейцы гребли, Ква смотрел на встречающих и размышлял: как и с чего начать доклад?

Нет, определенно здесь не голодают. Встречающие ждали на временном лодочном причале. Все капитаны — Ныр успел перебраться на берег, и был при парадной форме одежды. Благородные дамы, загорелая Флоранс в светлом легком костюме выглядела вдвойне очаровательно, Катрин, судя по всему, пребывала в недурном настроении. Профессор была вся насквозь деловая, с журналом под мышкой и карандашом за ухом, но чуть-чуть нервничала, можно уловить…

Ква вспрыгнул на причал, подал руку жене — без сомнения, это отметили те, кому до этого было дело. Рукопожатия, объятия, поздравления… Ква сказал несколько слов о пути «Ворона», смене капитана, знакомстве с островами Крепы. На причал прибыл капитан Арх с Доком — спутники официально представили капитана союзников Совету Флотилии. Обошлось без неуместного дипломатического напряжения. Ква, наконец, уловил момент и оказался рядом с Профессором.

— Хотел поблагодарить. Гардемаринка оказалась как нельзя к месту. Отлично себя показала. Поставь ей там «зачет» или что у вас положено. Нет, конечно, ей еще учиться и учиться, это само собой. Но если мне придется с ней еще где-то поработать, буду только рад.

— Да? — Лоуд явно полегчало.

— Даже не сомневайся. Насчет ее нынешнего вида…. Мы малость сплоховали, и девчонка схлопотала контузию. Все обошлось, разум и здоровье в целости и сохранности. Но она хлопнулась в обморок на глазах команды, и вот в этом самом виде ее все рассмотрели. Событие было трактовано как злоумышленное попадание вражеского вредоносного заклятья. Подлежит лечению, со временем вернется былой облик.

— Ловко вы подсуетились.

— Идея моего парнишки. Они сдружились, четко работают в паре. Присмотрись к парню. Я бы его вам в Университет на учебу отправил. Понятно, он слегка переросток, но толковый.

— Разберемся, — Лоуд с чувством пожала руку шпиона. — Спасибо! А как наша импозантная внешность повлияла? Как моряки реагировали?

— Вот от вашей внешности в обморок никто не падал. Изумились, конечно, но через пару дней никто внимания не обращал. Тут, правда, стоит учесть, что Телле авторитет уже заимела. В общем, это отдельный неспешный разговор…

Официальные лица остались обсуждать программу вечернего праздника — в его необходимости никто не сомневался. А шпион и леди Катрин двинулись под навес — запасной парус был натянут рядом с недостроенным кораблем, сейчас там никого не было.

— Дней через двадцать вторую каракку завершим и на воду спустим, — пояснила Катрин. — Да, как-то затянулся наш поход. Видимо, это даже к лучшему, но все равно напрягает. Особенно то, что связи практически нет.

— Девчонка почту приволокла. Блошша, та что «как-бы-немая». Если вкратце — то с вашими в Долине всё нормально.

— Слыхала я уже, Док сказал. Сейчас Фло письма урвет, почитает, а я попозже перечитаю. Но Бло так и не возвращалась.

— Нехорошо. Но, с другой стороны, сейчас в Прыжках все фарватеры сложные. У нас там Теа была вынуждена Прыгнуть, да еще с пассажиркой. Метила к нам в Долину, но попала в Дюоссу.

— Нифига себе! Да, всё спуталось. Будем надеяться, Блоод выберется, тут ее дочь очень переживает, да и мы нервничаем.

Сели за стол под навесом.

— Ты сказала «задержка к лучшему». Значит, прояснилось что-то по Дальнему Берегу? — спросил Ква. — Еще шпиона поймали?

— Нет, шпионов пока нет. Но наверняка будут. Но кое-что прояснилось. Правда, крайне оригинальным способом, — Катрин усмехнулась. — Сейчас расскажу, но ты сначала поясни — у вас-то с Теа как?

— А что у нас? — удивился шпион. — Полный порядок и прекрасные отношения. Вторую свадьбу по окончанию войны отметим. Вот далеко не все знали, но по древнему родовому обычаю народа Лис-кицунэ, каждые четырнадцать лет намечается очередная свадьба. Полезная традиция, вроде, пролонгации договора. Придется слегка потратиться на торжество, но мы не против. Древние традиции нужно чтить!

Катрин засмеялась:

— Ах, уж эти древние аристократические церемонии! Изящно! Рада за вас, с нас подарок. Кстати, можете сэкономить. Там еще одна свадьба намечается. Оптом будет дешевле. Ирония судьбы: Укс тоже жениться решил. Избранница — уроженка Дальнего Берега.

— И что там? Особо красивые девушки?

— Лоуд утверждает, что именно эта особа весьма симпатична. И главное, совсем не дура. Нашей Профессору она приглянулась, а ведь это не так просто. Проблема в том, что девушка не совсем на нашей стороне. У нее там родичи, родная земля, выкладывать все военно-политические секреты она не хотела, что и понятно. Но кое-что прояснилось. Страна достаточно развита, состояние армии на высоком уровне, хотя есть и слабые места в государственном устройстве. Но огнестрела там полным-полно.

— С огнестрелом и мы столкнулись — Ква достал из-под свежей сорочки «10,5×24».

— Экое чудище, — Катрин, положив на колени под прикрытием стола, рассмотрела оружие. — Десять зарядов, огромный барабан. Марка отчетлива, но мне незнакома. Но явное германское происхождение.

— Телле утверждает, что это альтернативное происхождение, не из вашей Германии приплыло это сомнительное богатство.

— Похоже на то. Ствол странноватый, но технически не очень сложный. Здесь пробовали стрелять?

— Нет еще. Я опасаюсь, поскольку не специалист. Там на месте всласть попалили, отказов практически не было. Наверное, полсотни патронов расстрелял. Даже иногда попадал. Мне не особо понравилось, но ведь действенная штука. Патроны у нас еще есть. Как твои религиозные запреты? Пробовать огнестрел будешь?

Катрин вздохнула:

— Мои запреты имеют приоритетами сохранение личного состава. Вести своих людей на огнестрел — не вариант. Лучше бы вообще мирно договориться, сейчас вероятность такого решения увеличилась. Пусть и ненамного. Но ситуация будет заведомо сложной. Так что, да, револьвер будем пробовать. И что еще на Дальнем Берегу подвернется, тоже в дело пустим.

— В трюме «Ворона» пять длинных стволов, два револьвера у Дока, два у нас. На «Штрихе» тоже несколько огнестрелов, думаю, четыре-пять, точнее выпытывать было неуместно с дипломатической точки зрения. Что точно: два вот таких револьвера у их девчонки. Зовут Чииза, довольно надежная девушка, немножко дремучая, но тебе она понравится. Но пуле-патронов на их шхуне вряд ли много, мы натащили больше. И пулемета у них нет.

— О, боги! А у вас, значит, есть?

— Не уверен, что это именно пулемет, но что-то похожее. Ты про такую систему не рассказывала, Док глянул, сказал, что в его время совсем иные пулеметы были. Телле от оценки трофея отбрехалась, сказала, что у нее и от револьверов уже глухота приключилась. А больше специалистов у нас нет. Сами крепцы тоже не особо понимают в древнем оружии, это часть знаний у них засекречена была и частично утратилась.

— Ладно, разберемся потихоньку. Время еще есть. Вечно, ты, Ква натащишь чего-то сомнительного.

— Есть такая привычка, каюсь. Еще золото привезли.

— Много?

— Монеты не пересчитывали. На беглый взгляд около трех тысяч. Тяжелые монеты, вытаскивать сквозь переборки мы умучались. На Дальнем Берегу золото в торговле ходит?

— Золото там известно, но, видимо, не очень распространено. У наших контактеров не было возможности точнее проработать вопрос, они и сами «сквозь переборки умучивались», пока выбирались. С нюансами платежной системы на месте разберемся.

Светлоледи была права. Дела следовало чуть-чуть отложить и перевести дух. Все же праздник…

Пела флейта, навевала легкость и предчувствие чего-то очень-очень хорошего. Сидела Лиска на борту недостроенной каракки, словно на скелете заново нарождающегося здоровенного драха, вся нарядная, в длинном светло-рыжем платье — украшение грядущего застолья, может, и не самое яркое, но для кого-то самое главное.

Ровная полоса пляжа была тесновата, поэтому столы сооружали вплотную к верфи. Таскали моряки и морпехи ценные доски и брус, посмеивались: «драккарный стол возводим». Ну, и слушали флейту. Потом кто-то завел:

— Лис играл на флейте в зарослях малины,

О сини небес безбрежных,

О глуби морей бездонных…

Ква поглядывал на жену, разговаривал с Ныром — тот пересказывал письма из Глора — Син не растерялась, пользуясь внезапной оказией, сразу три послания написала. В Глоре все было нормально, хотя сезон продаж масла начался весьма сдержанной активностью.

— … Ква, у тебя сейчас второй глаз выскочит, — предупредил, прервавшись, Ныр. — Ты или на жену пялься, или на берег.

— Эх, инвалид я, не успеваю за всем интересным.

— Инвалид-инвалид, сам ты инвалид. Но так-то, да, интересно, — признал капитан Фуаныр. — Экий у тебя мальчишка нагловатый.

У кромки прибоя собралась стайка ученых гардемаринов и их Наставница. Кроме Фратта, из людей присутствовал младший ученый индеец. Но повествовал похоронщик — говорили там вполголоса, но судя по жестикуляции, речь шла о возмутительном пренебрежении путевой безопасностью, метких выстрелах пуле-патронов и закономерно прилетающих воспитательных подзатыльниках. Слушали коки-тэны весьма внимательно, только Телле слегка мялась, и порывалась возразить.

— Наглый, но говорит доходчиво, — констатировал Ныр. — Говоришь, талант в похоронных делах?

— Еще какой. Не только в похоронных, но это, согласись, редкое уменье.

— Да, иногда надобно, — со вздохом признал Ныр. — Но не будем о грустном. Могу я тактично о Лисе спросить? Нет, я и не сомневался, но как ты все столь ловко обратно к норе развернул? Она выглядит довольной прям аж по самые уши.

— Мы малость полиняли, обновили шкуры и чувства. Я вот что скажу, это вполне может и тебе пригодиться — романтика не так глупа, как поначалу выглядит…

Начали подходить лодки с кораблей — привозили угощения, созданные расстаравшимися судовыми коками. От береговых костров тоже несли яства, вот индейцы и Рич проволокли целый щит горячих знаменитых пышек. Уж нет корабля «Молния Нельсона», а известное лакомство осталось, теперь так и именуется «пышка по- молниеносному».

Пришла лодка с «Козы» — маг-кок руководил выгрузкой самых тонких блюд, там одних пряных рачков сделали пять ведер!

Уходили сменять дозорных особо стойкие бойцы. К сидящим подошла вооруженная до зубов Дики:

— Мы на Щелястую пойдем. Вы тут празднуйте, но хоть рачков и печеного сала нам оставьте.

— Сала-сала, сами вы сало. Вредное оно. Да когда вас обделяли-то? — проворчал Ныр. — Смотри, сама не запропади. Я до конца пира тебя искать не пойду, так и знай!

Девчонка засмеялась и поспешила к лодке, к брату с названной сестрой.

— Растут дети, — пробормотал Ква. — Уже и не совсем дети.

— Младшая Леди отчаянная растет. Но здравого ума, — сказал Ныр. — Тут на Безымянных островах тоже себя показала. Слушай, Ква, надо для наших детей тоже какую-то экспедицию придумать, а? Можно и чуть поменьше размахом, но непременно. Полезное дело!

— Чего их специально придумывать? Экспедиции и войны сами собой возникают, от них не особенно увернешься, — напомнил Ква.

Стихла флейта, поскольку столы уже ломились от снеди, витали над пляжем дивные запахи, занимали места экипажи. Док усаживался с крепцами, там блистала принаряженная Чииза — сейчас, на вечереющем пляже вызывающий блеск ее головы тоже казался единственно верным и праздничным украшением яркой девицы.

— Начинаем! Начинаем! — закричала со скалы милая катерная девушка Манки. — Великий пир флотилии! Ухух!

Собравшиеся ответили троекратным ухухом и немедленно занялись угощением.

Спиртного не было, только легенькое полу-пиво, которое научились варить из фруктов обосновавшиеся на Безымянных моряки. Но и так было весело.

После первого утоления голода и похвал кокам и их помощникам, перешли к культурному. Для начала взялся за гитару Укс. Прям в ударе был пилот — негромкая мелодия иной раз заставляла умолкнуть разговоры. Потом и собственно концерт начался: командам было что спеть, а то и станцевать. Сводный барабанный оркестр был бесподобен, а когда добавлялись иные инструменты, да помогал Укс — музыка, отражаясь от скал над песком и волнами, звучала бесподобно.

Ква начинал немного нервничать. Да чего там «немного», прилично так. Все же сражаться, возглавлять мятежи, дурить султанов и королей — дело привычное. А вот тут можно и опозориться. Не перед моряками, конечно, — те простят, только повеселят. И Она простит, но…

Профиль жены был бесподобен. Острый тонкий аристократический нос, темно-бурая, уже зимняя завеса густой челки надо лбом. Тоже чувствует, ресницы чуть трепещут…

Уже прозвучала «Глорская-портовая», старинный «В Конгерском порту», новая «Флотильская», трио с «Собачьей головы-6» исполнило прочувственную «Даль морскую». Зрители горячо аплодировали и высказывали восторженные похвалы. Объявляла номер и кратко объясняла суть и предысторию песни, естественно, Профессор — как всегда, емко и очень познавательно. Вот вновь вышла на утоптанный песок импровизированной сцены, простерла руки: в левой личный элитный подстаканник с граненым стаканом, полным компота, в правой — вилка:

— А теперь новинка сезона! По пожеланиям и просьбам всех морских трудящихся расширяем танцевальный ассортимент! Посвящается всем прекрасным дамам, особенно странствующим, рыжим, как лисички! Классический старинный танец — фокс-трот!

Ква встал и протянул руку жене. Теа приняла ладонь, глянула в глаза. Вслух можно было и не говорить.

«Вообще-то, я не уверена, что справлюсь».

«Конечно, справишься. Если не ты, то кто же?»

— Маэстро, блесните! — воззвала Профессор.

Укс успокаивающе вскинул руку, улыбнулся Ква, и для начала отбил ритм ладонью на теле гитары.

Вот, прекрасно. Все свои, все всё понимают.

Ква положил руку на талию жены, ощутил ее теплые пальцы на плече, и понял, что оба мгновенно успокоились. Первым у нас медленный шаг левой…

…ах, как играл бескрылый гитарист! Как уместно вступили барабаны и гармоника! Как дивно пружинил песок под подошвами сапог. И как сияли эти карие, полные искр глаза!

«Пожалуй, нужно почаще танцевать» — подумалось морскому шпиону. «И не открыть ли нам в Глоре и Тинтадже танцевальные школы? Выгодное же дельце».

Они кружились по песку, а рядом уже появился крупный Док с нарядной Розг, выпрыгнула на песок гардемаринка с Фратта — непонятно, где у коки-тэно талия, но научные сотрудники что-нибудь придумают. Танцевала с капитаном все умеющая Флоранс, осваивали новый танец энергичная Манки со своим дарком-мужем, восхищались сидящие за столами зрители…

Отличный был вечер.

Теа так и сказала в каюте:

— Отличный был вечер! Полумордый, я тебя обожаю! Редкий подарок, таких больше никому не сделают. Знаю, что это не совсем лисий танец, но все равно очень приятно. Хотя мог бы сказать заранее, мы бы потренировались.

Конечно, Лиска знала, что готовиться сюрприз. С ее-то слухом! И знала, что муж знает, что она догадывается. Но к чему обсуждать сюрпризы и подарки?

— Сказал бы я, романтики было бы меньше, — пояснил Ква. — А нам нужно ею всецело запастись, поскольку дальше опять будет уйма работы, боев, обманов и всяких нудных расчетов и подсчетов.

— Это верно, мы только на середине пути, — согласилась Лиска. — Так давай поцелуемся, а то опять какой-нибудь шмондец начнется.

Конец