Вот как вышло, что на следующее утро я, утирая слезы, стояла возле старой бабушкиной ступы. Короткая по ведьмовской моде юбочка едва прикрывала колени. Руку оттягивал небольшой чемоданчик со всеми пожитками.
Близняшки предпочли утренний сон, и нас с Джуди провожала лишь бабушка и ее старый облезлый ворон-фамильяр.
Почтенное транспортное средство, выдолбленное из липовой колоды, слегка рассохлось по бокам, но все еще безотказно служило роду Кошмаровых. Это легкомысленные (тупенькие, по утверждению бабушки) лесные ведьмы летают на метлах, сверкая на всю округу панталонами. Солидные болотные колдуньи предпочитают более надежное средство передвижения.
— Надеюсь, внученька, мне не придется за тебя краснеть, — проговорила ведьма, но язвительная усмешка на ее поблекших губах ясно говорила, что бабушка в свои слова не верит.
— Лучше пожелай, чтобы Ви не выгнали из академии в первом же семестре, ба, — ехидно проговорила Джуди. Сестра присела на край ступы и, элегантно придерживая юбку, забралась внутрь.
Прижимая к груди поклажу, я обвела прощальным взглядом поросшие мхом стены величественного дома, в котором родилась и выросла. Ветерок озадаченно шуршал в кронах соседних деревьев.
«Да, уезжаю, дружок! Если сможешь, навещай меня в академии».
В окне показалось круглое, как луна, лицо тетушки Лу. Она махнула мне рукой на прощание, улучив момент, когда Джуди отвернулась. Я бледно улыбнулась ей в ответ.
— Чего улыбаешься, Вивьенна? — спросила бабушка, недовольно оглядываясь. — Письмо еще не потеряла?
Я помотала головой и забралась в ступу. Для двоих внутри катастрофически не хватало места, так что Джуди пришлось потесниться, что она сделала с неохотой.
— Ну, летите, девочки. Да смотри, Джуди, полегче на поворотах: ступа уже не та, развалиться может.
Старшая сестра вставила помело в специальную уключину и оттолкнулась. Транспортное средство тряхнуло так, что у меня зубы клацнули. Затем нас подбросило метра на два, из днища ступы забил столб пламени и ведьмовской летательный аппарат, распугивая пернатых на ближайших деревьях, резко пошел вверх. Поднявшись над кронами леса, ступа выпустила облако дурно пахнущего черного дыма и взяла курс на ближайший городок — Кошмаринг.
Летели быстро и вскоре родной темный лес, окруженный непроходимыми для непосвященных дебрями, остался позади. До горизонта потянулись крестьянские поля с неубранным еще урожаем. Кое-где это однообразие нарушали островки фруктовых садов да редкие фермерские усадьбы.
Сестра умело управлялась с помелом, служащим нашей ступе рулем, и то снижалась, чтобы распугать собравшихся на лугу косцов, то поднималась почти под облака. Вслед нам неслись проклятья и пожелания расшибиться на ступе. Джуди отвечала презрительным хохотом, реакция местных крайне забавляла сестрицу.
А вот меня мучил вопрос: подобные шутки Джуд проделывает раз за разом уже десять лет подряд, но они продолжают ее веселить. Что смешного в чужом страхе и ярости? Однако свои мысли мудро держала при себе, наученная горьким опытом. Вместо этого спросила:
— Расскажи, как там в академии Хаоса? Все очень плохо?
Джуди всего несколько лет назад закончила академию с дипломом специалиста по наведению чар (квалификация: ведьма) и была счастлива вернуться в Ведьмину Чащобу.
— Учеба — скукота! — скривилась Джуди, закладывая крутой вираж, вопреки совету бабушки. —Ректор Бовиль — просто старый сморчок, он ни во что не лезет. Всем там заправляет его помощник — проректор дей’Клер. Вот этот — просто зверюга. Ты очень быстро поймешь, Ви, почему студенты зовут это заведение на свой лад: академия Ужаса. А да, и лучше не дразнить старую надзирательницу Корбину — она ух, какая злющая ведьма!
Ну, если это говорит наследница Розы Кошмаровой… Я мысленно содрогнулась, а Джуди заприметила вдалеке потенциальных жертв. На сей раз это были девушки с пустыми корзинками. Ступа начала стремительно снижаться.
— Хорош, Джуди! Вспомни, что бабушка говорила!
Земля неудержимо приближалась; старая колода поскрипывала. Впереди раздались испуганные вопли, и девицы бросились врассыпную. Кто-то ловко швырнул в нас корзинкой (хорошо, что она была пустой), но Джуди успела осыпать поселянок подозрительным порошком из небольшого коробка с надписью на бирке «Чесоточная мука».
Я стиснула зубы, не желая показывать, что меня укачивает от этих скачков вниз-вверх, а то ведь Джуди не угомонится, пока не доконает! Упорство в пакостях в натуре у всех настоящих болотных ведьм.
Когда мы снова поднялись повыше к моему тайному восторгу на горизонте показались крутые крыши Кошмаринга. Этот небольшой и неизменно мрачный городишко назван в честь нашего семейства. Горожане традиционно кичатся, что живут неподалеку от владений столь известной в магическом мире ведьмы, как Роза Кошмарова.
До города оставалось всего ничего, но, на беду, путь наш пролегал над полем с ровными грядами зеленой сладкой моркови. Несколько работников разгружали фургон с пустыми ящиками у дороги. Наша ступа, выпуская устрашающий шлейф угольно-черного дыма пошла в атаку и просвистела над головами у бедолаг. Запрокинутые лица бедолаг окрасились черным. Испуганные наалы, запряженные в повозку, рванули с места и понеслись, не разбирая дороги, прямо по полю. Фургон летел за ломовыми ящерами, безжалостно сминая и втаптывая в землю спелые корнеплоды.
Джуди хохотала, как сумасшедшая, грива смоляных волос развевалась по ветру.
А наше воздушное суденышко летело дальше, вот только через короткое время пошло рывками. Ровные струйки темного дыма из-под кормы посветлели и сделались прерывистыми.
— Джуди, со ступой что-то не так!
— Не говори ерунды! — привычно отмахнулась сестра, но вскоре вынуждена была взяться за помело, чтобы выровнять высоту. Однако ей это не удалось, и стало ясно, что мы падаем.
Верхушки дубов и яворов на краю ближайшего леска неуклонно приближались.
— Вот нужно было тебе удаль свою местным показывать! Нас и так все боятся!
— Помолчи, — огрызнулась Джуди, — до города рукой подать! И смотри, бабушке ни слова!
Мы кое-как дотянули до опушки, неуклонно теряя высоту. У самой земли ступа раскололась на две неравные половинки. Я вывалилась и покатилась по влажной еще траве под горку. Джуди упала менее удачно — ее отбросило к большому кривому черному вязу. Сначала сестрица приложилась спиной о его толстый ствол, а затем ей на голову упал мой чемоданчик.
Сестра зарычала, в ярости отбрасывая в сторону мой багаж. С трудом поднялась на ноги, и проворчала, потирая спину.
— Свяжешься с тобой, неудачница, так все пойдет кувырком! До города недалеко, проваливай, пока я тебя помелом не отходила!