Приключения смекалистого мага жизни

Глава 13

Глава 13.

- Люблю грозу в начале мая! – Антон, извозчик нумер 17, на пассажирской линии Жатск-Путивль (хоть и 36 вёрст, а таки – линия!) франт уездного масштаба, знатный гитарист и знаток «галантной» поэзии, кинулся устанавливать короб, укрывающий пассажиров от дождя.

Вообще-то маг Птахин мог не переживать за обильные осадки, укрывшись под аурным щитом и даже растянуть его на соседей по экипажу. Но лишний раз показывать превосходство над обычными людьми отныне не рекомендовалось.

Да, на совещании губернских магов зачитали циркуляр из Департамента, в котором наличествовала аккурат чёртова дюжина, говоря по новомодному, пунктов, а на самом деле – рекомендаций. Господам магам предписывалось (исключительно по их желанию, по их доброй воле) быть ближе к подданным Государя Великого Князя, вникать в насущные и неотложные людские нужды и чаяния. Ну и по возможности помогать соотечественникам, чуть более чем раньше.

Петя удостоился похвалы начальства (и губернатора и старшего губернского мага) за поддержку дружины скаутов Жатского уезда. Мелочь, а приятно. Хотя, конечно же, далеко не мелочь, если посчитать сколько в заклинаниях целительской магии тратилось Птахиным на поправку здоровья людей и лошадей. Да, коняшкам тоже перепадало среднего и даже полного исцеления, ведь промышлявшие грузоперевозками купчины так запросто свою животину не предоставляли к работам по благоустройству улиц городских. Конечно, Петя тщательно конспирировался, - излечивал лошадей вроде как с помощью алмаза-накопителя, непременно демонстрируя «волшебный» камень и попутно разъясняя любопытствующим принцип передачи энергии жизни из алмаза-накопителя к творящему заклинание магу, а далее от мага то заклинание накладывалось на людей или лошадей. Народ проникался, но потом начинался форменный «испорченный телеграф», где, словно в игре детской, действия целителя перевирались и представал маг скромного пятого разряда Пётр Григорьевич Птахин ужасным чародеем и повелителем молний, бурь и ветров.

Ничего, пусть брешут, тем легче выйдет оправдаться, ежели у опричников возникнут вопросы, то отделить истинные возможности мага-аурника от баек и легенд уездных трепачей окажется решительно невозможно.

Кстати, целителям помимо благотворительного излечения малоимущих, рекомендовалось заняться повышением урожайности, как пример - «поработать» с семенами местных сельскохозяйственных культур, дабы селяне становились благожелательнее к мажескому сословию. Воздушникам хорошо бы оказывать по пути услуги почтовые, магам земли помогать в наипрочнейшем соединении и стыковании железных труб на важных стройках, магам огня – передавать в дар больницам и школам магические нагревательные и охладительные приборы («морозилки» и «горячилки»)...

Катя Птахина, кстати, большой мастак по созданию столь нужных в хозяйстве «морозилок», в Путивль на совещание не поехала, отговорилась беременностью, к чему старший губернский маг отнёсся с полным пониманием. Рожать Екатерине предстоит в середине сентября, как раз уже и новый дом будет отстроен. А пока молодая семья во флигеле «ютится». Конечно, домик на три комнаты, с большой кухней, никак под определение «трущоб» не подходит, но гостей там принимать моветон. Хотя родовитая княжна Дивеева, одна из самых завидных невест Пронского княжества, в неимоверном восторге и от флигеля и от крохотной гостевой комнатки, где располагается по приезде.

Обе Екатерины кроме измерения живота беременной Птахиной и изучения выкроек из модных журналов «для дам в положении» неистово интриговали, продвигая Дивееву в делегаты Предстатного Собора.

На сей момент, на начало месяца май, маги Великого Княжества Пронского официально выразили своё желание (или нежелание) к баллотировке и кто внимательно, а кто и не очень изучали таблицу выдвинувшихся кандидатов по мажеской курии...

Петя бегло отсмотрел список из 87 фамилий, более половины жаждущих заседать в Соборе – представители знатных родов Пронского княжества, князья и графы, были и маги высоких разрядов, добившиеся всего талантом и усердием, но всё равно происходили они из семей потомственных магов и выскочка Птахин в том списке явно не предполагался. Да не очень то, по правде и хотелось, всё равно свои три выбора Петя уже сделал – княжна Дивеева, засим попросившие о поддержке граф Виктор Пален и граф Алексей Воронцов, со всеми в Академии обучался, правда, на разных курсах. Из Петиного выпуска никто заявку на баллотировку не подал, что и неудивительно – молоды ещё, зелены. А лидер их курса, гений Никита Волохов десантной дивизией командует, каждый месяц доклад Государю Великому Князю лично делает! Не до протирания штанов в Большой Думской зале Никите.

Дивеева среди 87 претендентов на 30 делегатских мест, самая молодая, однако шансы на прохождение у Екатерины достаточно высоки. Не зря же она перевелась в Академию и курс философии магии читает – выпускники этого года очень даже расположены отдать голос за требовательную, но справедливую Екатерину Львовну!

Неожиданно среди жаждущих попасть в делегаты Собора очутилась Ливанова Наталья Юрьевна, безответная Петина кадетская любовь. Ранее лучшая подруга Дивеевой, Наталья Юрьевна, поддержав бывшего ректора Академии Щеглова стала среди двух Екатерин именоваться не иначе как «эта стерва», а после её выдвижения, госпожи полковники едва ли матом не крыли Ливанову.

Оказывается, есть определённые хитрости, в обыгрыше соперников в делах выборных. В европейских державах те хитрости давно применяются и Ливанову используют некие «тёмные силы» для отбора голосов, которые недавние выпускники Академии должны отдать за княжну Дивееву. А так получается – две молодые магини, две красавицы, вот и разделятся голоса новоиспечённых магов!

Птахин подивился коварству европейской политической системы, изобретающей столь подлые и хитроумные каверзы. Заодно порадовался, что Государь Великий Князь не допустил создания и участия в выборах политических партий. Голосование идёт только персональное, за конкретных людей, по окружным квотам в губерниях. А в иных державах, судя по газетам, сторонники разных партий собираются на пустырях и устраивают жестокий мордобой! И ладно бы если просто «стенка на стенку», - так нет, дерутся не только на кулаках, но и на кольях, булыжники в ход пускают. Цель таких потасовок – отобрать у противника партийное знамя, оно у каждой партии особой расцветки.

Нет уж, не нужны такие забавы в родимом Отечестве! Хочешь убиться – так ступай на службу, на границу, там стычки постоянно...

- Пётр Григорьевич, - прервал размышления целителя извозчик, - а вы в купеческом клубе выступить не надумали? Чтоб, значитца, зятя поддержать!

- Без меня выдвигался, без меня и задвинется, - буркнул в ответ Птахин, заслужив благодарную улыбку соседки по экипажу, купчихи Протасовой. Второй гильдии купец Андрей Андреевич Протасов решился попытать счастья по купеческой курии и даже имеет некоторые шансы. Небольшие, но всё же...

А третьегильдеец Сидоркин, вчерашняя голь перекатная, женившись на сестре уездного целителя, вознёсся не по чину, бросил вызов самому Андрей Андреичу!!!

Протасов даже «деликатно» к Пете обращался через городничего, дескать, не Пётр ли Григорьевич зятя продвигать вздумал. Но получив ответ, что маг честолюбивые помыслы родственника категорически не одобряет, воспрял духом и грозился обойти путивльского магната, владельца трёх магазинов тканей и готового платья, а также двух ателье, купца первой гильдии Прохора Петровича Собянина...

Его высокоблагородию Птахину на противостояние торговцев по большому счёту наплевать, так, чисто из познавательного интереса наблюдает за битвой амбиций губернских денежных мешков. Купцов в Путивльской губернии раз в сто больше чем магов, но маги по единому списку по всей стране отбираются, а прочие сословия – по губернским спискам, пропорционально числу выборщиков. И только первая четвёрка списка путивльского купечества, более всего голосов набравшая, проходит в делегаты Собора, оттого и интриги случаются нешуточные, вдове Лопухиной, сердечной подруге Прохора Собянина, даже забор дёгтем извазюкали. Не зря в газетах пишут – политика есть грязное дело!

Но тут же газетчики добавляют – непременно чистыми руками должна та политика делаться! Интересно, что газеты печатают речи всех выдвиженцев, только плати – лупят то с них полуторный тариф! А есть ещё подмётные прокламации, очерняющие конкурентов. Оживилась провинция с этими выборами, что есть, то есть.

Да и столица не отстаёт, судя по всему. Вон, цельный флигель адъютант свиты Государя Великого Князя, граф Алексей Воронцов приезжал в Баян, обрадовался, что застал в Академии Петю, просил отдать голос за него.

- Это хорошо, что встретил тебя здесь, так бы пришлось до Жатска мотаться, - Воронцов довольно потёр руки, - на семь голосов поддержки в Баяне договорился, по предварительным расчётам – прохожу в делегаты с хорошим запасом!

- Желаю успеха, - Петя искренне порадовался за аристократа, который пять лет назад к первокурснику кадету из мещан отнёсся доброжелательно, даже кое-что подсказал, пригодившееся в обучении, - супругу тоже попрошу за тебя, но сам понимаешь, она с Дивеевой сейчас дружна, тут любой фортель возможен.

- В курсе, - кивнул граф, - княжна против воли деда пошла, дури много в голове, вместо женитьбы подалась в суфражистки. Только ничего ей не светит на выборах в Собор, сколь недавних выпускников не агитируй. Молодые магини должны продолжать мажеские династии, рожать как можно больше детей с Даром. Вот твоя Екатерина молодчина, слышал, ждёте осенью пополнение? Молодцы, поздравляю!

Также Воронцов рассказал свежие столичные новости, Петя сплетни великосветские пропустил, ему они без надобности, а вот про планы развёртывания новых бригад слушал внимательно.

Оказывается, Большая Война с османами планируется вовсе не из-за религиозных разногласий и даже не из-за свободы судоходства через Проливы, причина в ином! Принято решение отторгнуть у коварных соседей богатые нефтью юго-восточные провинции и закрепить их после, как подмандатные Великому Княжеству Пронскому территории. Нефть - это чёрное золото!

Петя проникся, конечно, ежели изобрели инженеры двигатели, которые и легче и мощнее паровиков, на бензоле и керосине работающие, так оно и хорошо, так оно и здорово. Угольной вони и чада избежать – кто ж против?

Но, главное – в связи с информацией, полученной от Воронцова, Птахин всё же решился держать испытание на повышение в мажеском разряде. Ведь при открытии военных действий почти все маги жизни переводятся в действующую армию, остаются на местах, в губерниях, лишь достигшие четвёртого разряда, а целители седьмого-шестого-пятого разряда отправляются в полки, к которым приписаны. Если бы Петя жил на Дальнем Востоке, то, может и не выдернули на войну, но Путивльская губерния как раз является мобрезервом для ведения боевых действий на южных рубежах княжества...

Правда, на оставшихся в тылу целителей ложится двойная, а то и тройная нагрузка – но всё лучше чем при полевом госпитале обретаться. А боевых орденов у Пети и без войны хватает, ухитрился поиметь приключений по молодости лет...

Неожиданно экипаж дёрнулся и пара гнедых, а может и пегих лошадок, нет всё-таки гнедых (Петя не особо в мастях конских знаток, жаль стихией воздуха не владеет – вообще бы не связывался с четвероногими друзьями и помощниками человека) резко рванула вперёд, только чрезвычайными усилиями Антона удерживаемая на дороге. Купчиха Протасова заойкала, в такт конским копытам: «Ой-ой-ой-ой! Ой-ой-ой-ой!», а Птахин наконец-то сообразил – судя по противному, хорошо знакомому скрипу, как раз маг воздуха настигает экипаж. Не зря в Академии майор Сорокин вдалбливал в кадетов умение различать звуки, издаваемые столь любимыми им «воздушниками», звуки, коими предписывается сопровождать полёт мага, во избежание столкновений и прочих неприятностей. Петя перешёл на магическое зрение, но через секунду вернулся в обычное состояние - и без магии видно, граф Виктор Пален собственной персоной.

Пижон Пален эффектно тормознул в воздухе и опустился на дорогу шагах в полуста впереди экипажа. Петя нашарил в кармане серебряный рубль, дабы премировать кучера – мастерски справился, предотвратил опрокидывание...

- Граф, вы в своём репертуаре! Только к чему пугать людей и лошадей?!

- С вещами на выход, - жизнерадостно заржал, словно сытый и довольный жеребец Самец, из конюшни пожарной команды города Жатска, Пален, - доставлю домой по воздуху! Вспомнишь, как три года назад османские корабли на абордаж брали!

Так себе воспоминания, если честно, мало приятного когда тебя над морем тащит, прихватив словно кутёнка за шкирку, маг воздуха и высаживает затем на палубу неприятельского судна. Но, получил Петя за те захваты и орден (с мечами!) и даже беседы с Государем Великим Князем удостоился. Так что грех жаловаться. Посему прихватив саквояж маг жизни Птахин рассчитался с Антоном, выделив сверх тарифа не рубль, а полтора, прилепилась к рублю полтина, знать судьба такая у монеты. У купчихи Протасовой и двух её дочек глаза были как раз с ту самую полтину, когда они поняли – сейчас почтенный уездный маг-целитель Пётр Григорьевич Птахин взмоет в небеса с каким-то красавцем графом, наверняка тоже магом, притом умеющим летать без крыльев! Как интересно!!!

- Подождём пока уедут, не надо лошадей пугать, - целитель указал на скамейку у родника, саженях в двухстах от дороги, - посидим, поговорим.

- Догоняй! – Пален взмыл саженей на пять, на хорошей скорости долетел до скамейки, накрутил лихую восьмёрку, а после сей воздушной акробатики, в воздухе пребывая, потянул в себя тонкую струйку воды прямо из родника, вроде как жажда замучила. Ну а что – Виктор маг воды и воздуха, теперь уже и третьего разряда, может покуражиться, изумляя купчих и мещанок, ишь как ус лихо накручивает. Только вряд ли дамы и барышни на таком расстоянии всё в подробностях увидят. Ну, не увидят, так придумают, философски решил Птахин, как раз дойдя скорым шагом до скамейки.

- Чего это ты чудишь, как кадет первокурсник? Энергию девать некуда? В накопитель бы сливал. Или порошок увеселительный употребил?

- Скучный, ты, Птахин, - Виктор достал фляжку, Петя учуял запах дорогущего коньяка «Двинский», - но везучий! Будь я с тобой в паре, точно бы не попался в ловушку чёртовых контрабандистов! Ты б непременно придумал что-нибудь эдакое и захватили ту проклятую шхуну.

- Не тяни, - целитель понял, вначале предстоит выслушать занимательную историю о приключениях аристократа, и только потом Пален предложит Пете «нечто», не зря же целый граф, маг третьего разряда – бригадир, пустился на розыски знакомца по учёбе в Академии Магии. Интересно, в какую аферу Виктор задумал ввязаться, где без Птахина не обойтись – неужели отыскал курган вождя сарматов, или скифов, или кто там по степи близ древней Тмутаракани кочевал...

- А, ты ж ещё не знаешь, когда в Баяне будешь? Ну, вот через пару недель и почитаешь мой отчёт, а сейчас слушай из первых рук, без бумажек!

Надо признать, история Палена оказалась достойной приключенческого романа. Ну, если есть у писателя фантазия и искра Божия. А дело обстояло следующим образом – бригадир Пален, вместо того, чтоб заняться формированием воинской части, которой выпало командовать, сбросил все дела на начальника штаба и ухватился за предложение барона Шольца, выходца из Лифляндской конфедерации. Шольц с полгода как открыл в Тмутаракани салон карточной игры, где ещё и рулетку раскручивали, плюс весёлые дамочки выплясывали не вполне приличные танцы и оказывали услуги определённого свойства. Так вот, барону стало известно о «шаланде» контрабандистов, доверху гружёной отборным алкоголем и шёлком. И почему бы Виктору, магу воздуха, геройскому офицеру, тот груз не прихватить? Отец – генерал-губернатор, ни одна сволочь не пискнет как в таможенном, так и в жандармском управлении. Ни с кем не надо делиться! А Шольцу за наводку – четвёртая часть, ну и реализацию на себя барон возьмёт – опыт то есть, дел не всегда законных, но и не совсем преступных, так, на грани...

Пален-младший согласился и тёмной-тёмной ночью вылетел на перехват «шаланды», оказавшейся двухмачтовой скоростной шхуной, каковые местные контрабандисты обожают использовать. Высокая скорость, отменная мореходность, небольшой экипаж, идеальное сочетание для дел тайных! Заходить на цель Шольц рекомендовал с кормы, там, дескать, нет часового. Револьвер или даже винтовка в руках бдительного стража для мага высокого разряда штука не смертельная, но неприятная, потому Виктор и согласился с диспозицией барона. Отыскал у острова Гадюкин схожее по описанию судно, зашёл с кормы. А далее – полный абзац!

- Представляешь, будто в магатроне давление резко скакануло. Только не как в Академии, а резко-резко-резко, в голове взрыв – бах! Был саженях в десяти над морской поверхностью, и вдруг в воде очнулся. Барахтаюсь и понимаю – мало того что магия пропала, так и словно плавать разучился. Кругом темнота, ни черта не видно и мысль дурацкая – какой позор утонуть магу воды...

- Ого, - в меру сил подыграл сотоварищу по прошлым подвигам Петя.

- Вот тебе и ого. Вдруг прожектор вдалеке и осветительными ракетами бабабахать начали. А я утопаю, хорошо догадался сапоги скинуть, они морского кроя, как у всех офицеров Особой дивизии, раз и раскрылся и слетел с ноги, чтоб не утащить хозяина в морскую глубь. Без сапог, понятно, полегче стало, китель как-то стянул, хоть и без орденов, но тяжеленный. Тут стрельба пошла в мою сторону, это со шхуны палили. Хорошо – не попали, я ж без магии, даже щит аурный не выстроишь...

Углубившись в неприятные воспоминания Пален разволновался и в три глотка добил содержимое фляжки. Что ж, повезло Виктору – катер пограничной стражи ту шхуну выслеживал и определил её примерное местонахождение. Опоздай порубежники минут на 5-10 и всё, хана графу и бригадиру...

- Но что всего страшнее, брат ты мой в боях и трудах, Птахин, - это очутиться без магии. Только там, в воде, а потом на катере понял, что испытывает граф Вронский. Признаюсь – рыдал!

- Но ведь всё вернулось? Вон какие выкрутасы воздушно-водные устраиваешь, как раз на свой разряд.

- Ага, вернулся Дар, но постепенно. Первые часы вообще ничего не мог, через сутки пошли простейшие заклинания, через три дня уже мог по шестому разряду, иногда по пятому магичить. На четвёртый разряд вышел через неделю, а третий вот, буквально позавчера открылся. Почему я так и скачу, словно козлик юный на лужайке.

- И что говорят? Лучи Тесля?

- Похоже. Нет более никаких других объяснений. В Академии сказали, как отчёт мой прочитали, - все признаки применения лучей Тесля налицо! А жандармы по своей линии нарыли, что у осман появились корабли, вооружённые пушками испускающими электроны Николя Тесля. Крейсерам от таких пушек никакого вреда, а магов подловить – запросто.

- Слушай, так это же как тот корабль, когда Фертина-бей с напарником нас пытались захватить, только он без пушки Тесля был, зато там сильнейшие маги прятались в засаде.

- Я тоже вспоминал тот абордаж, очень похоже. Хотя у осман и нет развитой науки и промышленности, в таком деле им и бритты рады помочь и лягушатники. Продвигают прогресс в сонной Азии, сволочи! - Пален выдал затейливую матерную конструкцию с преобладанием морской тематики, вот что значит служба в морском десанте.

- Погоди, так Шольца схватили? Сто процентов он в одной связке с той шхуной.

- Исчез барон. Или, скорее, псевдобарон. Катакомбы под Тмутараканью на три раза обшарили, отец рвал и метал – требовал результата. Увы, сбежал гад.

- М-да, весело у вас на границе, - Петя намеренно не продолжил фразу, гадая когда же граф перейдёт к делу, не за сочувствием же прилетел циничный аристократ, - ты поди хочешь, чтоб я энергоканалы волевой магией подправил?

- Что? А, нет. Всё в порядке со мной, отец целителей из Пронска выписывал, литерным поездом приехали их превосходительства Приходько и Сназин. Ну, Сназина ты должен помнить, он про стойкого кадета Птахина, спасшего его в маготроне от шаманской магии, рассказал за ужином, отец даже хотел запросить твой перевод в Тмутаракань, но увы – против личного распределения Государя хотелки генерал-губернатора не тянут.

Вон как оно вышло, подумал Петя, а тогда показалось – неблагодарный целитель второго разряда не понял, что кадет ему жизнь спас. Выходит, всё Сназин понял, но промолчал, «держал лицо».

Пален же приступил к главному, к цели визита – оказывается, у Виктора есть карта сокровищ легендарного султана Баязида. Закопан клад на развалинах древней крепости Баязид, что в пяти верстах от одноимённой современной цитадели. По словам графа, весомая доля клада в алмазах, которые Птахин уникальным своим магическим зрением может увидеть чёрт те как издали. Одна проблема – что древняя крепость, что мощная цитадель находятся в полусотне вёрст от моря. Следовательно, надо нарядиться купцами, подплыть как можно ближе и ночной порой с зафрахтованного парохода стартовать до местности, золотом и драгоценными камнями насыщенной...

Там Птахин определит залегание алмазов, нанесёт их на карту крупномасштабную, ну а Пален потом, чуть позже, также ночью тёмной, по воздуху доставит в Баязид мага земли и какие сможет драгоценности, да из-под земли и повытянет. Прямо под носом у бестолковых осман! Отплатит коварным нехристям за удар лучами Тесля по магической сущности! Ну а Пете за содействие выделит достойную долю.

- Достойную, это какую часть? Треть? Половину? – Не преминул поинтересоваться меркантильный целитель.

- Скажешь тоже, половину. Навскидку если брать, то седьмую или восьмую. Надо же учитывать и мага земли интерес и владельца карты. Да и фрахт парохода ого, в какую копеечку выльется!

Удивительные всё ж таки создания аристократы, свято уверены, что плебеи, вроде Пети Птахина, счастливы поучаствовать в опаснейшем мероприятии, чтоб позже детям и внукам рассказывать, как для самого графа Палена каштаны, пардон, алмазы, с риском для жизни добывали не корысти ради, а лишь бы графу услужить. И ведь поди и не подозревают их светлости и сиятельства, что слуги регулярно, пусть по мелочи, но таки их обворовывают и с превеликим удовольствием в утренний (и в вечерний тоже) кофе поплёвывают, творя святую месть за попранное достоинство.

Про попранное достоинство Петя позавчера прочитал в занимательной брошюрке, про жизнь парижских дворян, после упразднения сословий. Их нынешние невзгоды автор объяснял как раз местью простого народа за попранное много веков достоинство. Там красиво закручено, Петя ни в жизнь так не напишет, не повторит. Но эти слова отчего-то запомнились, да-с!

- А карту с кладом, случайно, не через барона Шольца получил? – Птахину категорически не хотелось ввязываться в авантюру Палена, но прямо послать графа Петя не торопился, «плюнуть в кофе» всегда успеется, а разругаться с влиятельным семейством, когда ещё ничего не решено по Экспедиции за сокровищами, - да зачем? Она ещё сто раз сорвётся, та Экспедиция.

- М-м-м, - Виктор замялся, - нет.

- А всё-таки? Если мутный барон с тобой задружился, ведь это неспроста, - импровизировал Птахин, - вспомни, как Фертина бея на твои поимку отряжали четыре года назад, кто я для осман? Нет, тогда они на тебя ловушку готовили, двумя сильнейшими магами-боевиками третьего разряда рискнули. А почему? Да потому что ты сын генерал-губернатора Палена, тут дело вовсе не в тебе, возьмут в плен сына, а рухнет карьера отца.

- Чёрт! – Виктор снова загнул нечто неповторимое из военно-морского мата. – Точно! Тогда всё сходится! Это всё Шуваловы, - не родичи Петра Шувалова, вернее, родичи, но дальние, другая ветвь, их прадеды троюродные братья. Тем Шуваловым свалить отца и своего губернатора поставить давно хочется, тогда всю торговлю через Проливы подомнут, у них с османами давние дела торговые. Только теперь хер что у них выйдет!

- Может, и карту их люди подбросили? Тогда в Баязиде ждёт засада, поставят пушку-излучатель лучей Тесля и всё – плен, позор.

- Да, надо всё тщательнейшим образом проверить, - Пален зло оскалился, - ничего, ещё посчитаемся. И правда, на кой чёрт я османам, тут против отца интрига!

- Ты тогда осмотрись получше, - Петя решил нагнетать и далее, - полагаю, жандармы и опричники могут быть куплены этими Шуваловыми, осторожнее с ними.

- Да я понял, понял, чего стоит показушное рвение, - Виктор поболтал фляжку, пустая, зашвырнул её далеко в кусты, серебро, чеканка художественная, - а знаешь когда понял? Когда с катера пограничного домой везли, я же выпил с горя и дремал вполглаза. А мичманец и жандармский поручик решили что сплю. И злорадствовали, суки, злорадствовали! Прикидывали юмористы, какое звание меня ждёт после утраты магической силы – с подпоручиков начну или, может снизойдут – штабс-капитана дадут! Гады! Жалкие твари! Мрази!

- Стой, Виктор, чего ты так разошёлся? Вернулась к тебе магия, всё хорошо.

- Магия то вернулась, а веры в людей как ни бывало! Почему тебе душу изливаю? Ты ж, Птахин, святой жизни. Получил Дар, первый в роду, это как в лотерею миллион выиграть, в Академии был рад и седьмому разряду, я ж помню тебя после первого семестра, ан бац – до пятого дотянулся! Жена – магиня четвёртого разряда, денег за алмазный прииск получил – в десять жизней не потратить. И тебе более ничего не надо, нет в тебе зависти, Птахин, нет желания взлететь выше, всем то ты доволен. Даже завидно.

- Спасибо на добром слове, - Петя уже и не рад был, что спровоцировал графа на словоизлияние, - но тебе сейчас не со мной надо беседы беседовать, а к родителям поспешить. Большие люди – большие интриги, жаль будет, ежели Николая Петровича из губернаторов отставят, он ведь мне здорово помог тогда. И орден получил по его представлению и с призовыми чиновники не обманули, и вообще...

Петино враньё удивительно зашло Виктору, Пален младший посветлел лицом и смотрел на целителя как на вернейшего конфидента. А ведь своего заслуженного «Станислава» (с мечами!) Петя буквально выгрыз у опричников, без их «пинка» вряд ли наградной отдел так быстро вопрос бы решил.

- Ты прав, сейчас же гоню в Тмутаркань, к чёрту Пронск! Тебя вот доставлю до дома.

- Благодарю, но я лучше на лошадках, через полчаса должен очередной экипаж на Жатск проезжать, уж не оставят уездного целителя на дороге...

Подъезжая к городской усадьбе Петя понял – у супруги сегодня плохое настроение, очень уж осторожно махали топорами плотники, обустраивающие второй этаж особняка четы Птахиных. Как будто можно стук заглушить. Екатерина, как большинство «первородок» чередовала периоды «солнечные» и «грозовые». Бывает, два-три дня не отходит от мужа, требует ласки и исполнения долга супружеского, а потом - раз и милая жёнушка превращается в злую тигрицу. А учитывая высокий магический разряд госпожи Птахиной и её боевую специализацию, даже Пете порой бывает страшновато, что уж говорить о беднягах строителях.

- Привет, родная! Вот, пирожные! Какие ты любишь! И, на всяких случай, ещё четырёх видов. Специально для тебя готовил господин Ромашкин, закрыл на полтора часа кондитерскую и лично занимался – наисвежайшие!

- Птахин, - Екатерина глянула на мужа как фельдфебель на бестолкового новобранца, - я сегодня не в настроении, не беси меня! Хотел же в августе на разряд сдавать, вот и вали в беседку, валяйся на травке жизни, прокачивай каналы.

- Уже бегу, дорогая! Уже бегу!

- Стой, дуралей! Пирожные оставь!