Приключения смекалистого мага жизни

Глава 10

Глава 10.

За неделю до таинства бракосочетания, счастливому жениху и целителю пятого разряда Птахину, принесли телеграмму. Вернее сказать – примчали, ибо нёсся Ванька Шершнев, посыльный при жатском почтамте, где и телеграф находится и отделение для доставки писем, газет и журналов, сломя голову. Вообще-то Ванька тот ещё лентяй, но Петра Григорьевича чтит, - свёл маг мальчишке конопатины и косоглазие убрал! Совершенно забесплатно – за рвение скаута Шершнева при уборке улиц города от мусора и высадке на бульваре кустарников, поощрил.

К тому же, господин маг за каждую весточку когда выдаст медный грошик, когда леденцов отсыплет, а Ванька потом важничает, барышню свою любимую, Антонину, угощает. Да-с!

В этот раз конфет у Пети не оказалось, но новость того стоила и счастливый Ванька с места в карьер рванул с премиальным гривенником в бакалейную лавку, покупать для разлюбезной дамы сердца Антонины леденцы в развес...

Маг ещё раз перечитал текст депеши – прибыл-таки дальневосточный туз-миллионщик Карташов Фрол Игнатьевич в Путивль, приглашает завтра-послезавтра господина целителя к нему в контору наведаться для важного и неотложного разговора.

Ага, разбежался. Не был бы первогильдеец-золотопромышленник должен Птахину за аметистовую друзу (тысяч на сорок потянувшую, между прочим) так и катился бы Карташов на все четыре стороны. Но! Глупо поддаваться эмоциям, это Петя ещё будучи в галантерейной лавке мальчиком на побегушках, твёрдо уяснил. Конечно, в Путивль он поедет и постарается как можно больше вытряхнуть рублей из жмота купца. Хотя, не жмоты, они миллионщиками и не становятся, а ежели наследство получают, так всенепременно разбазаривают и проматывают по доброте душевной и слабохарактерности.

Екатерина новость о срочной поездке в губернский центр восприняла благосклонно, сразу же засев за список покупок, каковые Петя должен сделать в тамошних лавках. Деньги на новые траты, естественно, следует с Карташова получить, да поболее, ибо мелочиться в таком деле (тратах на свадьбу) – моветон! Один раз она, свадьба, играется! Или ты, Птахин, думаешь разводиться?

Разумеется, господин целитель разводиться и не помышляет, а любит исключительно Катеньку, милую и ненаглядную!

Мадмуазель (ну, не совсем уже, но считается, приличия ради, именно так) Павлова, без пяти минут мадам Птахина довольно улыбнулась, демонстрируя подруге-сокурснице, Марине Штепановской, мастерство в укрощении супруга. Та, выказывая восхищёние, такую гримасу скорчила, что Петя выскочил из комнаты, дабы не расхохотаться и не испортить дамам миг наиторжественный – доминирования над кавалерами...

В Академии на курсе к моменту выпуска оставались всего три девушки: Катя Павлова, Марина Штепановская и Марта Тон. Марта сразу по получении мажеского перстня пятого разряда выскочила замуж за давнего, ещё с гимназии, воздыхателя и живёт где-то в Сибири, помогая супругу-судовладельцу в делах коммерческих – пароходы по Ионесею проводить, магиня воды, всё-таки. А вот магиня всё того же пятого разряда (считается, достигают на выпуске середняки) Марина Штепановская два года искала достойную партию, но не преуспела в сём благом деле. Причём, рассказы такие же, как и у Екатерины – обычные мужчины магинь побаиваются, а на сокурсников девушки насмотрелись и не прельщает их солдафонская однобокость женихов-магов, – думают те лишь о карьере, орденах и возможности отличиться, семья на втором месте, а то и на третьем. По словам Марины – подруге повезло, захомутала единственного на курсе чистого мага жизни, без наличия иных стихий, которые в Академии развивают в маге-боевике в первую очередь. Заодно Штепановская «просветила» почему к Пете так цеплялся Левашов. Всё оттого, что чистых магов жизни на полигон к боевикам не отправляют, то отдельно прописано. И пока кадеты боевики друг-дружку огнешарами и ледяными копьями (здоровенными сосульками) да молниями долбали, штафирка Птахин, по мнению куратора курса, бессовестно прохлаждался. Потому и придирки, оттого и наряды.

Хм, а Петя даже и не думал, что и такая причина к его третированию Левашовым может быть. Помимо, разумеется, плебейского происхождения. И хоть Птахин и не боевик, но аурный щит был лучшим на курсе! А возможность атаковать у целителя есть, правда без ярких эффектов, как у магов огня, молнии, или ветра. Но ежели наложить «затвердение мышц», по сути паралич организма, приятного мало. Есть много вариантов обездвижить противника, самый радикальный - дыхание останавливать, или закупорку кровеносных сосудов и артерий учинить. Но эти заклинания, действующие на расстоянии, только с четвёртого разряда начинаются и за каждое применение надо отчитываться, а, скроешь, промолчишь – так след магический остаётся...

Разумеется, продуманный Петя «боевые» заклинания в первую очередь, по получении «малой магической библиотеки», освоил и понял – теперь он по ударной мощи превосходит даже его превосходительство Волохова. Энергия ауры позволяет устранить врага более чем за версту в долю секунды, причём, сложится впечатление, что случился внезапный «удар» у молодого и здорового человека, или мага. И щит аурный от Петиной, как раз именно что аурной магии, абсолютно не защищает! И следа магического не остаётся, не видят, аурой выделываемые заклинания, обычные маги, прямо как и шаманскую энергию. Что ж, господин целитель лишний раз убедился, - шаманы куда как ближе стоят к древним магам-аурникам, которых одолели и начисто извели маги, развивавшие Хранилище...

Но от крамольных тех мыслей такие открываются страшные перспективы, такие бездны адские разверзаются, что лучше отдать Екатерине все денежки, до последнего рублика и слыть подкаблучником, чем хоть на полноготочка явить свои настоящие возможности, похвастаться жене сверхмагической одарённостью.

По здравому размышлению Петя решил, что прослыть «каблуком» даже лучше – денег у него не будут клянчить, сразу отправлять можно просителей к «семейному казначею» – Кате! А уж госпожа полковник (не полковница – полковник!) покажет, где раки зимуют, и почём тех раков торгуют.

Марина приехала в Жатск сразу с тремя коробками, из которых были извлечены и развешены три платья, как это на свадьбе подруги наряды не менять? А сейчас, в нагрузку, Птахину надо из Путивля привезти и шляпки Штепановской, которые всё никак не могут отправить с надёжным человеком за 36 вёрст до Жатска – вдруг да помнут, бестолочи. Польщённый, что его посчитали за надёжного умника Пётр Григорьевич, благо получил телеграмму ранним утром, в два часа пополудни выдвинулся в губернскую столицу с внушительным списком чего закупить от Екатерины и адресом шляпной мастерской от Марины. Даже получил «высочайшее дозволение» не спешить обратно, заночевать в Путивле, но все поручения исполнить. Исключительно, чтоб не мешал мужлан барышням вести откровенные разговоры на разные, порой весьма пикантные, темы.

Пара гнедых быстро домчала целителя до гостиницы, что недалече от губернского правления, ещё бы – «полное исцеление» бодрит лошадок необычайно. Одарив кучера сверх оговорённого полтинником, Пётр Григорьевич заселился в «господский» номер и отправился в трактир, отужинать, а заодно и попробовать «выдернуть» Карташова для беседы на нейтральной территории. В представительстве дальневосточной компании маг будет смотреться просителем, а миллионщики такие нюансы, вроде и незначительные, очень даже понимают. Хоть сейчас бери и отправляй первогильдейцев послами в крупнейшие державы – готовые дипломаты!

Птахин совсем уже было собрался за рубль определить бездельничающего официанта в курьеры, доставить записку господину Карташову. Всё одно посетителей в зале немного, и один половой вполне справляется. А второй, помоложе, только косяк подпирает. Но тут, зорким мажеским зрением, заприметил господин целитель вышедшего из присутствия Фрола Игнатьевича собственной персоной. Сопровождал миллионщика длинный и худой, словно жердь, молодой человек в заношенном пальто и с раздувшейся от бумаг чёрной папкой-планшеткой. Такие папки в ходу у магов воздуха, зачастую исполняющих функционал фельдъегерьский. И, само собой, берущих частные письма «с оказией», каковые быстро доставляют из города в город. Денежные купцы очень такой вид связи уважают, нет задержек как у обыкновенной почты и нет нарушений коммерческой тайны, случающихся при пользовании телеграфом. Катя даже расценки приводила, она несколько раз, по случаю, доставляла такую корреспонденцию. Но больших денег маги воздушники на этом не имеют, всего лишь подработка. Зато сами папки, с ремнями, крепящимися к телу летящего мага, вошли в моду. И романтически настроенная молодёжь охотно их раскупает, хоть цена и кусается.

Спутник Карташова магом не был – типичный канцелярист-конторщик, наверняка возглавляет в Путивльской губернии филиал дальневосточного концерна, а поскольку интересов у Карташова здесь особых нет, так и представитель не авантажный, какой-то замызганно-второсортный...

- Фрол Игнатьич, - заорал выскочивший из трактира Птахин, стараясь сымитировать говор немного выпившего, - дорогой, заходи, отужинаем, заодно и о делах наших переговорим.

Карташов дёрнулся, не ожидал, чертяка хитровыделанный, встречи. Думал, Петя к нему завтра заявится. Ага, как же!

Секунду поразмышляв, купец отпустил конторщика и важно, неспешно двинулся к входу в «ТрактирЪ» - вывеска над дверью хоть и безыскусная, зато чертовски лаконичная и информативная.

Маг не стал дожидаться купца на улице, много чести, а разговор пойдёт ох и не дружеский, деловые встречи, когда не про выпивку, когда про деньги, они всегда такие. Но малую бутыль белого хлебного, всего на три стакана полных рассчитанную, Петя тут же заказал, как и «закуску соответствующую»...

- Здравствуйте, здравствуйте Пётр Григорьевич, - забасил золотопромышленник, едва войдя в тепло, - признаться, думал, завтра к обеду вас ждать надлежит.

Купчина, глянув на стол, тут же «выхватил» запотевшую бутылку водки, ещё не начатую, но уже вскрытую шустрым половым, на большую «закусочную» доску с ломтиками сала, солёными помидорами да огурцами и большой миской наполовину с квашеной капустой, наполовину с брусникой...

- Вы же ранее выпивку не особо уважали, а, Пётр Григорьевич?

- С возрастом привычки меняются, - маг улыбнулся как можно более широко и радостно, - а в хорошей компании, да под хорошую закуску. Сейчас ещё горячее принесут, вы как, Фрол Игнатьевич, к баранине на вертеле? Я на практике после второго курса Академии, пристрастился. Прекрасный южный край, вино, фрукты, шашлык. Нам же, севернее проживающим, без водки никуда – для профилактики простуд очень даже рекомендуется!

- Ну, магу жизни, да бояться простудиться! – Карташов натужно, очень наигранно и неестественно, хохотнул...

- И у магов жизни случаются неприятности, например, задержка выплат за труд добросовестный. Вам ли сие не знать, Фрол Игнатьевич?

- Про затянувшийся расчёт за друзу с аметистами намекаете, Пётр Григорьевич? Признаю, признаю – должОн. Только продажи идут плохо, переизбыток на рынке камней с магическими свойствами, именно что аметистов. Вот ежели бы вы согласились проехаться алмазы поискать в Дальний и немного далее, - снова хохотнул над неуклюжим каламбуром миллионщик, - так и денег заработаете изрядно и я вам смогу мигом должок вернуть.

Петя, предупреждённый опричником о интересных делах дальневосточных, решил не церемониться с первогильдейцем. Самое плохое, что может случиться – не заплатит ему Карташов ни копейки. Да и чёрт с ним, с крохобором – досадно, но не смертельно. Зато опричник отстанет – не сложилась комбинация, вот и крутите далее Фрола Игнатьевича сами, без Птахина. Но очень уж нервничает собеседник, на себя прежнего совершенно не похож. В принципе, нерв и истерический хохоток Карташова понятны – дёрнется сейчас целитель, разругается в пух и прах с купчиной, так маг останется только без денег за друзу, но то лишь добавка, хоть и огромная, к государеву жалованью. Маг и без аметистовых денег не пропадёт. А промышленнику надо постоянно, ежедневно денежку изыскивать – на оплату рабочих, на подмазывание чиновников, да много на что. То, что в прииск надо спервоначалу изрядно вложиться, Петя уже знал. Но как раз с его талантом, с его необычайно острым магическим зрением, многосоттысячные затраты можно свести если и не к нулю, то сократить в десятки раз. Всего то и надо в напарники Птахину определить мага земли. И эта пара, или по модно-заграничному – тандем, таких дел наворотит. Не надо огромный карьер разрабатывать, завозить в глухую тайгу сотни и тысячи рабочих, обеспечивать их едой, жильём каким-никаким, инструментом, охранять от набегов банд чжуржэней, потом самих охранников контролировать... У-у-у-у-у, сколько проблем!

А так два мага шастают по тайге – Птахин вычисляет где фонит алмазами, маг земли камешки наружу извлекает. Не проект – сказка! Мечта!!! Хитрость же в том, что без уникума Птахина маг земли алмаз может «вытягивать» очень долго, тут нужна точная привязка, строго над камнем встать «земельщику», а если хотя бы шаг-другой в сторону – уйдёт впустую заклинание, очень уж «скользкий» алмаз камешек для магической добычи. Потому маги земли за просто так опустошать Хранилище не готовы, даже если запустить их на перспективный, богатый камнями участок. Примерное место может и отыщут, но если будут «мазать», то такую цену вытребуют за каждое неуспешное заклинание – дешевле артель с кирками и лопатами подрядить...

И это ещё Карташов не знает, про Петины нынешние возможности. Конечно, проконсультировался купец у тамошних магов, которым приплачивает за работу на концерн, те и дали по Пете полный расклад – дескать, маг-слабосилок, ну есть особенность – зрение магическое хорошее, так и что с того? В мажеской иерархии Петя долго числился слабаком, но таки достиг пятого разряда, то есть перешёл в середняки, однако для коллег всё равно Птахин не орёл, так – пташка мелкая. Карташову же на то плевать, ему главное, с помощью «многоуважаемого Петра Григорьевича» как можно больше алмазов собрать, пока конкуренты те участки на себя не оформили и стражу не поставили. Эх, знал бы миллионщик, что повзрослевший маг жизни «обновился» до мага-аурника (или переродился?) и теперь может за мага земли, как минимум третьего разряда сработать, очень уж магия земли к жизни близко. Ещё бы суметь стихией воздуха овладеть! Но приходится скрывать проявившиеся возможности по «второй специальности», сожгут ещё как ведьмака на костре, или в магатрон закинут и там испепелят на полной нагрузке...

- То есть, Фрол Игнатьевич, чтобы получить свои деньги я должен поехать в Дальний и ещё далее?

- Точно так. Пётр Григорьевич. Поверьте – нет сейчас средств нисколечко – всё в дело пущено. В кармане полторы тысячи рубликов, а счета банковские опустошены – выкупать столько землицы приходится, больше чем иные маркграфства балтийские. Вроде и недорого аренда версты квадратной обходится, так там столько сотен тыщ тех вёрст, - у-у-у-у-у-у-у...

- Нет, Фрол Игнатьевич, так у нас не сладится. Я более не кадет бесправный, а маг на службе Государя Великого Князя. И пока двадцать тысяч рублей за друзу мне не выплатите, разговора не получится.

- Экий вы стали, Пётр Григорьевич – прям порох! Вот что такое жизнь в высокоблагородиях познать! Вынь им деньги да положь, а работы ни на грош! В Дальнем! Все счёты закроем в Дальнем! – Карташов старался скрыть досаду, даже злость, но Пете стало ясно – торговаться купец будет до умопомрачения, а расчёт затянет, каждый рубль с мясом вырывать придётся у сволочи жаднющей.

- Хм, в Дальнем, говорите? – Петя скроил как можно более коварную улыбку, прям злодейско-пиратскую, в его представлении, - Фрол Игнатьевич, не желаете со мной по хорошему разойтись, так и ладно. Бог вам судья. А я в Дальний если и поеду, то исключительно по вызову Екатерины Львовны, она давно приглашает изучить некоторые аспекты шаманской магии Дальнего Востока. Экспедиция обещает быть интересной...

- Екатерина Львовна? – Карташов даже не прохрипел – просипел свой вопрос.

- Она самая, княжна Дивеева. Помогает молодая и талантливая магиня дедушке, наместнику Дальнего Востока в изучении обширного и необустроенного края. И наместник, насколько я в курсе, готовит в сопровождение Екатерине магов земли и воды и воздуха, для, так сказать – Большой Комплексной Экспедиции. И меня зовут, да. Вот, думаю – ехать, не ехать. Может и на ваши участки заглянем, дабы сравнить как оно было до освоения земель, до запуска их в промышленный и хозяйственный оборот, и что стало после...

Карташова едва удар не хватил, без малейшего Петиного магического воздействия – побагровел купец, что та свекла, которую в деревнях на первач переводят, да ещё девчонки ей щёки румянят, от дороговизны парфюма страдая...

- Да как ты... Вы... Вот значит как... Я же ничего такого... Я же как лучше...

- Будет как лучше, господин Карташов, - Петя уже никакого политеса не придерживался и так отношения с человеком, на которого хотел работать пять лет назад, да и такие мысли были, - вдрызг и вдребезги. – Всё у вас будет замечательно, если начнёте ко мне относиться как к серьёзному человеку, а не как к дурачку наивному, которого только помани бумажкой радужной...

- Я ничего такого не думал, Пётр Григорьевич, - начал приходить в себя золотопромышленник, - я же всё по правде и по справедливости хочу . Но денег и правда нет сейчас.

- На нет и суда нет. Не задерживаю, господин Карташов. И знать вас более не желаю. Коль вы так себя поставили, так и я вам с сей минуты ничем не обязан. А Дивеевы, они слово держат, с ними и поработаю на благо державы и Государя!

- Без ножа режете, Пётр Григорьевич!

- Могу и без ножа, я всё-таки маг жизни. Но зачем? Вас, Фрол Игнатьевич не я, вас жизнь накажет. За глупость и жадность. Вы что же, думали Петя Птахин по-прежнему кадет глупенький, который не слышал про комбинации с дальневосточными алмазоносными участками? Да мне почти сразу приглашения начали приходить. Всё ждал – когда же Карташов объявится, долг погасит, работу денежную предложит. А тут – бах! И денег за друзу нет, и беги, аллюр три креста, для Фрола Игнатьевича алмазы откапывать. Да что мне стоит скооперироваться с приятелями по выпуску? С тем же воздушником графом Виктором Паленом? А магов земельщиков так вообще каждый третий на курсе...

- Погодите, погодите, Пётр Григорьевич, - к Карташову стремительно возвращались и самообладание и сметка купеческая, - то есть вы не против на Дальний Восток проехать, ежели я за друзу расплачусь?

- Сначала расплатитесь, Фрол Игнатьевич. Вот потом сядем и поговорим как добрые знакомые, - есть резон мне ехать, и на каких условиях. А шантаж с невыплатой за друзу – для кого другого приберегите. Хотите потерять доброе имя – да пожалуйста, с моей стороны никаких препятствий не будет – расскажу всем каков есть купец первой гильдии Карташов, как он слово держит.

- Десять, более никак невозможно, Пётр Григорьевич, - десять тысяч рублей завтра лягут на ваш счёт в губернском Путивльском банке...

На том и распрощались, холодно, не дружески, но и не волком друг на дружку глядючи, эдак «на четверть приятельски»...

Нет, вообще-то торговаться Петя умел, и легко бы загнал бы купца на обозначенные ранее двадцать тысяч, - выхода то у Карташова, судя по всему, нет. Наверняка вложился серьёзно промышленник в алмазоносные участки, теперь хочет с помощью мага быстро получить оборотные средства, закрыть самые насущные кредиты. Но шляться по дальневосточной тайге, где лютуют банды, плюс казаки, которые мало чем от бандитов отличаются, плюс шаманы, чжурчжэни и прочая экзотика. Нет уж, проще взять по минимуму, при этом оскорбиться скупостью компаньона, да и забыть про Карташова и про Дальний Восток.

«Однако повзрослел», - сам о себе подумал Петя. Денег предостаточно, жизнь налажена и в авантюры уже не тянет. Да и какой смысл магу-«четвертьмиллионщику» горбатиться «на дядю»? Даже если понадобятся ещё деньги, так Пален не зря про древние курганы рассказывал. Теперь же, когда Петя может совмещать несколько стихий, несколько мажеских направлений, он все эти сокровища легко один «поднимет», без напарников и без дележа с кем-либо...