Пасьянс на особо тяжкие

Глава 72. Должна быть в женщине какая-то загадка

Дворецкого с лакеями вызвала горничная старшей графини, сестра Эдвиги, якобы услышавшая выстрелы, когда вышла из покоев своей хозяйки. Удачно вышла. Она же давала показания против Рауля, утверждая, что находилась в коридоре еще до выстрелов, а молодой виконт уже был в комнатах Георга. И ее показания следователь сохранил, чтобы потом использовать в деле.

А вот показания другой горничной — нет, хотя та видела Рауля в коридоре после выстрелов. Сначала она пересеклась с ним на лестнице. Когда же раздались выстрелы, обернулась и заметила, как мужчина вбегает в покои Георга.

И был еще лакей, первый из пришедших на помощь дворецкому. Он находился в другом конце коридора, звуки выстрелов до него не донеслись. Зато он видел, как спокойно идущий Рауль вдруг устремился в комнаты брата. Конечно, есть вероятность, что виконт услышал голоса Алисы и Георга, взревновал и помчался их убивать, вот только откуда он за такой короткий период достал огнестрел? Причем чужой, так как в тот день младший Фрехберн прогуливался без оружия и его собственное лежало на своем месте. Так же как огнестрелы Георга и Хелены.

— Горничную с лакеем к принцу, — резко выдохнула я, сверкая глазами и широко раздувая ноздри. Я чувствовала себя хищником, готовым вцепиться в горло… или придушить своими собственными руками! Просто пока не выбрала, кого именно. Но алиби для Рауля у нас точно было, теперь оставалось его подтвердить.

— Шарли, напомни мне, кто там твой жених? Маркиз Краухберн? Откуда столько энергии и страсти ради графа Фрехберна, о котором ты раньше ни разу не упоминала?! Нет, я договорюсь с братом, вези, кого там ему надо пощупать… Девочка хоть ничего?

Я чуть со стыда не сгорела под насмешливым взглядом Эрика, прикрывающего меня, пока я болтала с кузеном Джорджем. Потом целая толпа: Патрик, Эрик, горничная, нашедшая разбросанный мусор, дворецкий, который должен был подтвердить, что не сам написал эти бумаги, и еще два свидетеля — отправилась во дворец.

А мы с Раулем остались в доме Фрехбернов.

Воспользовавшись случаем, я отправилась в покои Георга и принялась рыться в его кабинете под укоряющим взглядом графа.

— Если бы у вас была активная тайная переписка, где бы вы ее хранили? — Осмотрев кабинет раза три, я решилась обратиться за помощью.

— Я мало знал о тайниках брата… — начал оправдываться Рауль, но потом, сообразив, как он может выяснить больше, занялся считыванием воспоминаний у вещей.

Кабинет уже несколько раз обыскивали, и полисмены, и мы, но в этот раз я настояла на очень тщательном изучении:

— Не бойтесь растерять всю нашу магию. Речь идет о вашей жизни… Возможно, вы найдете упоминания о ваших врагах.

Да, со всей этой суматохой та информация, которую графу удалось с огромным трудом вытянуть из маски Эдвиги, некоторое время была не востребована. Просто потому, что подтвердить мы ее никак не могли. Однако маска показала Раулю, а потом через него я тоже узнала, как выглядит заказчик, разговаривавший лично с Эдвигой. И я прекрасно понимала, почему граф не очень хотел поднимать эту тему.

Патрику с Эриком он дал понять, что считывание маски оказалось бесполезной тратой сил и времени. Мне бы, вероятно, тоже не рассказал или выдал после настойчивого прессинга с моей стороны. Просто так уж вышло, благодаря покушению на нас двоих, что вся информация продублировалась в мою память. И теперь мы оба знали, кто именно враг Рауля… Кто заказчик… Кто виноват во всем… Вот только не знали, что с этим делать.

Потому что этим человеком была графиня Монтербон. Леди Алиса Монтербон, убитая вместе с Георгом Фрехберном. И я никак не могла понять — зачем?! Поэтому сомневалась, подозревая, что маска просто запуталась. Возможно, Алиса действительно была заказчицей убийства, другого, не этого… Не самой же себя, в конце концов!

— Ну что? Как с тайником? — Я честно не отвлекала графа первые минут пятнадцать — двадцать, но потом не выдержала. Просто он не выглядел сосредоточенным на поиске. Создавалось ощущение, что Рауль погружен в собственные мысли, а не в воспоминания вещей, к которым он прикасается.

— Как вы думаете, найденных бумаг и свидетельства видевшей меня прислуги хватит для оправдания? — косвенно подтвердил граф мои подозрения.

По-моему, он даже мой вопрос не расслышал. И от души на него разозлиться у меня не получалось. Неизвестно, сумела бы я думать о чем-то, кроме взвешивания и анализа призрачных шансов на свободу.

Как же мне хотелось уверенно сказать, что да, хватит!.. Что все будет хорошо, мы подтвердили ваше алиби и теперь можем спокойно решать загадку розовых конвертов, голубых кристаллов, пропавших учителей и запершихся от нас фей. Нас не касается ни шпионаж, ни продажные сотрудники министерства. Всем этим станут заниматься другие. Нам останется поиск двух заказчиков, но мы уже не будем ограничены в сроках.

Как же мне хотелось все это сказать, уверенно-успокаивающим тоном, погладив Рауля по руке, а еще лучше — обняв… но… Раньше получалось, а теперь я, как и граф, буквально ощущала витающее вокруг напряжение, тревогу, дыхание смерти, не желающей выпускать жертву из своих рук.

И я сделала только то, что могла себе позволить, — подошла и обняла Рауля, уткнувшись ему в грудь. Мне так хотелось казаться сильной, быть его якорем, его надеждой. Но я боялась… до трясущихся губ, озноба во всем теле и слабости в ногах я боялась, что найденного нами окажется мало или… или что-то пойдет не так!.. Принц откажется, прислуга разбежится, дворецкий заупрямится!.. Преступники нападут на кэб, отнимут бумаги, перебьют свидетелей, Патрика, Эрика… Уф-ф!

Давно у меня не было приступа пессимизма в таком огромном масштабе. И накатил он очень не вовремя. Как раз тогда, когда я должна поддерживать графа. Я должна быть опорой, а не прижиматься к нему, вцепившись с такой силой, словно его уже отнимают у меня, прямо сейчас!.. У нас есть еще трое суток!..

— Мы справимся, время еще есть, — прошептала я, с трудом сдерживая желание разрыдаться. Глубоко вдохнув несколько раз, я победила внезапно подкатившую истерику. Возможно, крепкие объятия Рауля и его нежные поцелуи прямо в мою макушку помогли. Граф ничего не говорил, просто обнимал и целовал, точнее просто прикасался губами к моим волосам, но мне этого хватило, чтобы собраться и снова стать сильной, уверенной, целеустремленной.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​У нас так много времени, что я могу себе позволить минуту слабости. Ладно, минуты две-три!.. Но не больше.

— И чтобы справиться, нам нельзя расслабляться, лорд! Давайте искать тайник. — Я отстранилась, улыбнулась Раулю и выразительно оглядела кабинет. — Нам нужны эти проклятые розовые конверты, понимаете?! Надеюсь, ваш брат их хранил, а не сжигал…

— Хорошо, я сейчас сосредоточусь, леди. — Граф тоже улыбнулся, глядя мне в глаза, а потом… Потом поцеловал, крепко, до головокружения, словно… словно это был его последний поцелуй. Мне на миг снова стало страшно!.. Но затем Рауль резко сделал шаг назад и отвернулся от меня, чтобы подойти к столу Георга. А я осталась, растерявшаяся от такого напора, пытаясь сфокусироваться и вернуться в реальность. В реальность, где у меня есть жених, который мне очень нравится.