Пасьянс на особо тяжкие

Глава 60. Загадочное богатство

Мне было не привыкать к бессонным ночам, но ближе к рассвету очень захотелось спать. Конечно, можно было достать из сумочки бутылочку с бодрящим эликсиром, пары глотков которого хватит еще на полдня точно. Только потом я усну часов на двадцать, если не дольше.

Самое ужасное в таком состоянии — не эмоциональная и физическая заторможенность, а замедленность работы мозга. Соображать начинаешь медленнее, зато идеи в голову иногда приходят странные, до которых в нормальном состоянии никогда бы не додумалась.

— А что, если леди Глория подкинула вам кольцо в качестве обличающей улики? Потом выманила сестру Эдвиги в спальню Георга, стукнула сундуком по голове и сбежала? — старательно пытаясь победить зевоту, предположила я.

Патрик, услышав эту версию, лишь хмыкнул. А Рауль устало вздохнул и тоже зевнул, прикрыв рот ладонью.

— Леди, я понимаю, что вы так шутите, но прошу вас, не надо обвинять леди Глорию в том, чего она точно не совершала. Я же уже рассказал, что убийца — одетый как лакей молодой мужчина, в маске, очень похожей на ту, которую носила мисс Эдвига. И этот «лакей» сначала побывал в моих покоях, затем открыл покои брата и подкараулил там свою будущую жертву.

Все это Рауль успел выяснить еще до того, как приступил к считыванию информации с рамы, вернее с украшающих ее камней. Убийца действовал в маске, даже когда брал из комнаты графа футляр с огнестрелом. Профессиональная привычка? Хватит уже все валить на способности графа! Возможно, у всех членов банды это просто подстраховка, чтобы ни один случайно заметивший преступника человек не смог его опознать наверняка. Без маски.

— А может быть вашу вещь в качестве орудия убийства использовали уже просто из вредности, — протянула я, одновременно пристраивая голову на плечо Патрику.

— Вас, леди, кидает из крайности в крайность, — буркнул Рауль, недовольно покосившись в мою сторону. — То подозреваете всех близких мне людей в попытке меня подставить, то утверждаете, что никто даже не пытался этого сделать. Просто так специально заглянул ко мне, точно зная, где хранится мое оружие, и, главное, само оружие даже доставать не стал! Можно подумать, у Георга в покоях подходящих ящиков не нашлось.

Я в ответ лишь сладко зевнула, прикрыв рот ладонью. Мне было лень спорить. К тому же, по-моему, основной причиной недовольства графа являлось не разнообразие моих версий развития событий, а то, что я пристроилась рядом со своим собственным женихом и пыталась задремать.

Ехать нам, правда, оставалось не так уж и долго. Кэб гнал по ночному городу на максимально возможной скорости.

Мы все же решили сначала спрятать во дворце вероятную причину множества убийств. А уже потом отправиться спасать Глорию.

Естественно, я не могла явиться к дяде в настолько неприличном наряде. Вот только переодеваться в парке, по утренней осенней прохладе, не было ни малейшего желания. Опять же, дядя хоть и вставал довольно рано, но не настолько же! И врываться к нему в спальню в сопровождении Рауля… В общем, я решила схитрить.

Едва мы вышли из кэба, я достала свою волшебную колоду и вытащила из нее рыцаря мечей. Младший из принцев. Расчетливый, циничный, но очень надежный, когда речь шла о друзьях и родственниках. Привыкший не спать по ночам. И, как все члены нашей семьи, обладающий ментальной магией. В отличие от брата Джордж взаимодействовал с животными и птицами, а не с людьми.

Мне не понадобилось ничего объяснять, достаточно было сказать, что нуждаюсь в помощи и дело очень секретное. Через десять минут я подкралась к тайному дворцовому ходу и, стараясь не пыхтеть от усилий, передала кузену проклятую раму с напутственной речью обращаться с ней бережно.

— Обидеть хочешь? — усмехнулся Джордж Фердинанд—младший, одновременно оценивающе разглядывая меня, словно впервые увидел. Хотя в таком наряде точно впервые. — Развлекайся, Шарли, я присмотрю за твоим таинственным портретом.

Благодарно улыбнувшись, я побежала вдоль забора обратно к своим мужчинам. Они поджидали меня неподалеку.

Естественно, Патрик был хорошо знаком с обоими принцами, но я попросила его не мешать мне секретничать с братом и спрятаться вместе с остальными, после того как они с Эриком донесли картину до места встречи. На самом деле мне не хотелось, чтобы Джордж знал, с кем именно я развлекаюсь в такой неподобающей члену королевской семьи одежде.

— Ну что, теперь самое время отправиться к Глории и потребовать от нее объяснений! — гордо объявила я, размахивая картой, вызывающей кэб. Громкофоны более мобильными станут еще очень нескоро, а у меня всегда с собой есть возможность связаться с близкими мне людьми. И транспортное средство можно легко призвать, а не бегать по улицам ночного города. И… Жаль, что пасьянс разложить магии не хватит! Давно ведь уже пора, но я все время уступаю Раулю.

Вот только едва мы уселись в экипаж, из колоды очень настойчиво стал выпрыгивать рыцарь мечей. Похоже, Джордж донес портрет до своей комнаты и развернул его. Теперь ему очень хочется переговорить со мной и выяснить, сколько времени я откладывала деньги на карманные расходы и зачем мне понадобился портрет другой женщины.

— Да? Спрашивай, только быстро! — Я воспользовалась тем, что у нас есть несколько свободных минут, пока мы мчимся по городу от дворца к дому родителей Хелены и Глории, и связалась с кузеном.

— Ты понимаешь, что эта рама бесценна?! — с восхищенным придыханием в голосе протянул Джордж. — И, судя по тому, что на портрете графиня Фрехберн, это богатство принадлежит кому-то из ее поклонников?! Кому?! Только не говори, что самим Фрехбернам! Они же нищие…

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Сидящий напротив меня Рауль едва слышно скрипнул зубами. Вот только он же сам был готов унижаться и прикрывать своего брата, пытающегося соблазнить более выгодную для брака партию.

Кстати, очень интересно… Действительно, обедневший графский род, который должен закладывать в ломбард фамильные драгоценности, но при этом Хелена держится за свою диадему, а Георг нанимает преступную банду, чтобы добывать турмалины для украшения рамы. И если женщину я прекрасно понимала — свадебный подарок, память об ушедшей любви, страсти, молодости… то брат Рауля вел себя очень подозрительно. Зачем ему брак с Алисой, если стоило лишь продать раму — и Фрехберны богаты!.. Интересно, любуясь портретом, графиня Монтербон, как и я, приняла камни за искусную подделку? Или оценила их реальную стоимость?!

Или она догадывалась, для чего Георг собирал их с таким маниакальным упорством?! Тогда я ей искренне завидую. Потому что у меня ни одной идеи в голове не было!