Невеста для пилигрима (СИ)

Глава 10

Имельда Треос была почти что счастлива. Лейнар Эрдорт стал бывать у них в доме каждый день. Он вежливо выслушивал ее, соглашался покататься в экипаже, если Имельда предлагала, и они съездили на морскую прогулку на небольшой яхте.

Правда, повсюду с ними была кузина Кларина, которая путалась под ногами и безумно раздражала Имельду все больше с каждым днем. Лейнар был неизменно вежлив и с Клариной тоже, а та покрывалась пунцовыми пятнами когда Эрдорт к ней обращался.

На некрасивом длинноносом лице Кларины все чаще появлялось мечтательное выражение, а сегодня она поведала Имельде свою сердечную тайну.

Кузина влюбилась в Лейнара Эрдорта и на все лады пылко расхваливала своим писклявым голоском обходительность, ум и красоту молодого человека.

Имельда сцепив зубы слушала, как Кларина восторгалась Лейнаром, и ей иногда хотелось придушить кузину от злости.

Лейнар был только ее, никто не смеет обсуждать, какие у него красивые глаза или приятный голос!

Правда, она нередко замечала в поведении Эрдорта некоторые странности. Например, нередко во время разговора с ней Лейнар потирал виски, как будто от головной боли, и нередко он выглядел очень уставшим.

Он никогда сам не проявлял инициативы, но всегда сразу соглашался поехать на прогулку или прийти в гости, если девушка сама приглашала его.

Имельда списывала это на последствия его болезни. Ведь Эрдорт приехал в Шимарут поправлять здоровье после тяжело перенесенной лихорадки. Гордость не позволяла Имельде думать, что Лейнар все еще переживает разрыв помолвки с дочкой ювелира.

Но даже если он и страдает, она сделает все, чтобы завладеть его вниманием и утешить!

Маркиз Треос также привечал Эрдорта и высоко отзывался о его способностях.

Маркиз дал понять за семейным ужином, что не против со временем видеть Лейнара своим зятем.

Пока все шло отлично для Имельды. Весь последний месяц девушка ходила как натянутая струна, опасаясь, что кому-то станет известно, что она сделала.

Ей пришлось очень сильно понервничать, когда рыжий слуга господина Лишта куда-то пропал. Слуга продавца трав обещал ей помочь, но не пришел в условленное место, как они с ним договаривалась.

Хорошо, что флакон, полученный от страшного колдуна, хранился у Имельды.

Ей пришлось обратиться за помощью к Лимеру Мориху, который нередко проскальзывал в кабинет к отцу, приходя в дом через черный вход.

Морих был неприятным юрким человечком с бегающими масляными глазками. Имельда подозревала, что он проворачивает с отцом какие-то темные дела.

Каждый раз, сталкиваясь с Морихом в доме, она ощущала брезгливость. От него словно исходила нечистоплотность, несмотря на бархатный дорогой жилет и пряный запах цветочной воды.

Но время шло, рыжий слуга не появлялся, и девушка в отчаянии обратилась к Мориху.

Она проследила, как тот выходит из дома, пошла за ним и окликнула, когда Морих заворачивал в переулок.

— Светлого дня, господин Морих, не могли бы вы порекомендовать мне надежного человека помочь в одном непростом деле? Разумеется, не бесплатно.

— Для дочери моего друга господина Треоса я готов оказать помощь, тем более если она будет вознаграждена. Слушаю вас, прекрасная дама, — Морих отвесил шутовской поклон, его глаза, казалось, оставляют на ее платье липкие пятна, но Имельде было не до гордости.

— Понимаете, господин Морих…Я хочу немного напугать одну зазнавшуюся особу, — решившись, начала она…

Тот внимательно выслушал ее сбивчивую просьбу и покивал головой.

— Госпожа Треос, дело в том, что мне тоже очень необходима одна услуга. Я помогу вам, а вы поможете мне. У вашего отца в кабинете хранятся долговые расписки некоторых моих друзей. Я хочу их заполучить их. Они лежат в черной лакированной шкатулке с драконами на крышке. Достаньте мне эту шкатулку, и я сделаю для вас все, что угодно.

— Хорошо, я подумаю, — пообещала Имельда.

— Сначала выполните мою просьбу, принесите мне шкатулку с расписками. Если я пойму, что это то, что мне надо, я выполню вашу просьбу. Но не вздумайте меня обмануть и принести пустышку.

Кстати, не следует, чтобы нас больше видели вместе, поэтому я подам условный сигнал через торговца зеленью, например. В его лавке мало посетителей, и мы сможем встретиться в следующий раз…

Ночью Имельда, обмирая от страха, прокралась в кабинет отца и нашла черную шкатулку.

Передавая ее Мориху, она протянула флакон.

На следующий день тот вызвал ее в ближайшую лавку торговца зеленью.

— Я сделал все, как вы просили, но теперь понимаю, что мне нужны будут деньги, чтобы поскорее уехать из Шимарута, — нагло заявил Морих.

— Сколько вы хотите? — опешила Имельда.

Когда он назвал требуемую сумму, дочь маркиза растерялась. Она не ожидала, что Морих потребует так много. У нее не было денег.

— Но вы же говорили, что мы просто поможем друг другу… — начала она.

— Риск оказался слишком велик, госпожа Треос. Тем более, когда я увидел, ЧТО именно выплеснулось в лицо бедной девушки, которая посмела перейти вам дорогу, как я понимаю

— У меня нет такой суммы, — возразила Имельда.

— У вас и вашей матушки немало драгоценностей. Мне, например, очень нравятся серьги, которые сейчас на вас. По-моему, это топазы. Хотя я могу ошибаться, ведь я же не ювелир.

— Хорошо, — Имельда обреченно сняла серьги и положила их в подставленную ладонь Мориха.

Рука мерзавца была липкой и потной, он поскорее спрятал добычу в карман.

Имельде захотелось брезгливо вытереть руки, но она сдержала себя.

— Прошу вас подарить мне еще ваше жемчужное ожерелье и чудесный золотой браслет с вашей прекрасной ручки, — нагло сказал Морих.

Стиснув зубы, Имельда сняла с себя драгоценности и чуть ли не швырнула в Мориха, но тот ловко поймал украшения.

— У меня больше ничего нет, — сказала она обреченно.

Тот осклабился:

— Думаю, вы ошибаетесь, госпожа Треос. У вас есть молодость красота и, надеюсь, невинность, что гораздо важнее каких-то побрякушек. Искренне завидую вашему будущему супругу. Надеюсь, он купит вам новые драгоценности…Думаю, мы с вами больше никогда не увидимся, госпожа Имельда, — и Морих исчез, насвистывая веселый мотивчик.

Ей хотелось догнать мерзавца, вцепиться ему в лицо и вернуть назад свои украшения, но она не посмела.

Вечером в доме Треосов разразился страшный скандал. Маркиз по очереди допросил слуг, но никто не мог ответить, куда подевалась лакированная шкатулка из его каб инета.

Подозрение пало на взявшую вчера расчет служанку, которая собиралась выйти замуж и вернуться в свою деревню, но она бесследно пропала.

Правда, девушка была неграмотной, но она вполне могла предположить, что в шкатулке хранится нечто ценное.

На пропавшую служанку удалось свалить и кражу драгоценностей, и Имельда облегчено вздохнула.

Морих больше не появлялся в их доме, более того, она слышала, как маркиз Треос спрашивает о нем у кого-то из знакомых.

Капитану стражников были даны приметы исчезнувшей служанки, но они не помогли.

Как предполагал маркиз Треос, кто-то предложил девушке деньги, чтобы она украла шкатулку.

Никто не мог даже подумать про Имельду, и она облегченно вздохнула.

Служанка исчезла, Морих не появлялся, судя по всему, он теперь должен быть уже далеко от Шимарута.

Говорили, что Виолу Бернт видели на улице с плотной накидкой на лице в сопровождении служанки, но Имельда не испытывала никаких угрызений совести. Она ведь никого не убивала, а просто боролась за свою любовь…

Никто никогда не узнает, что пропавшая служанка решила перед отъездом из города зайти в лавку к господину Лишту за порцией приворотного зелья. Это ее тело нашли городские стражники в куче мусора на окраине Шимарута.

День тянулся слишком медленно. Петли на вязании путались, и Виола, распустив последние ряды, с досадой отложила спицы в сторону. Ей предстоял непростой разговор с отцом.

Она знала, что ювелир бывал в Маштаре несколько раз по своим делам. У него в мастерской хранилось несколько морских камушков с того места на побережье, где, по преданию, рыбаки видели Кайниэль. Каждый пилигрим брал на память оттуда такой камень, считалось, что это приносит удачу.

Наконец, она услышала знакомые шаги.

Виола с трудом дождалась окончания домашнего ужина.

— Папа, я хочу посетить Серебряный храм в Маштаре. Помолиться Кайниэль в день осеннего равноденствия (1).

Мастер Бернт немного помолчал. Слова дочери удивили его.

— Я бывал там, и знаю, что в этот день на площадь и в сам храм стекаются толпы пилигримов Ты не представляешь, Виола, что там творится, все хотят попасть в храм.

— Я хочу попросить помощи у светлой богини. Возможно, мое зрение быстрее вернется.

Виола промолчала про свое обезображенное лицо.

— Дочка, но как же ты, ничего не видя, отравишься туда? Я не могу сейчас бросить все дела в лавке и поехать с тобой, мы получили очень хорошие заказы, если мы не успеем их сделать с Андреасом, то потеряем наших лучших клиентов. Андреас один не справится, а Михаэль может делать только самую простую работу и улыбаться за прилавком.

— Со мной отправится Элма.

Иохим помолчал. Ему не нравилась затея дочери, но если это дает ей надежду…

Он каждый день приучал себя не отводить взгляд от лица Виолы, когда поднимался к ней в комнату или она снимала свою накидку. Но его сердце опять истекало кровью от боли от вида дочери.

— С тобой обязательно поедет Майс, — наконец сказал ювелир. — Я жду, что на днях придет из Алтуэзии корабль Тиция Мерта. Он отличный моряк, и я могу доверить ему свою дочь.

Через три дня после этого разговора капитан Мерт зашел в лавку к мастеру Бернту. Он привез ему письмо и новый дорогой заказ — сделать ожерелье с сапфирами для Ильесты, молодой герцогини Алтуэзии (2).

Иохим смотрел на столбик золотых монет — задаток, который передал Мерт. Ювелир не спешил убирать золото.

— Что нового слышно в Алтуэзии, Тиций?

— Говорят, что герцог Ирвик серьезно болен. Возможно, скоро там будет править его младший сын Эдрик.

— Как твое плавание?

— Отправляюсь в Маштар утром, дела идут хорошо, только совсем мало в этот раз взял грузов в Итерлее, потому что везу пилигримов. Сейчас люди просятся в порту еще, предлагают хорошие деньги, но у меня уже нет свободных мест на «Ласточке».

— Постарайся найти еще три, Тиций. Каюту для моей дочери и ее служанки, а также место для охранника. А потом привези их обратно в Шимарут. Это можешь взять себе, — и ювелир передвинул в сторону капитана золото, лежащее перед ним.

Капитан покачал головой.

— Только из уважения к вам, мастер Иохим. Я не забыл, как вы выручили меня, когда мой корабль получил пробоину и пропало много груза.

Он стал складывать монеты обратно в кошель.

— Простите за любопытство, но почему ваша прекрасная дочь отправляется в Маштар не вместе с мужем?

Некоторые молодожены отправлялись в Серебряный храм, чтобы светлая богиня благословила их брак.

— Вы говорили в прошлый раз, что у нее была помолвка. Очаровательная девушка…

— С Виолой случилось несчастье. Она ослепла, — глухо отозвался ювелир.

— Какое несчастье, такая красавица, — покачал головой капитан Мерт. — Тогда, возможно, Кайниэль скорее услышит ее просьбы в Серебряном храме, — и он поднял вверх правую ладонь.

Затем капитан Тиций заговорил деловито:

— Мастер Бернт, хорошо, пусть ваша дочь и сопровождающие будут готовы, завтра через час после рассвета мы отплываем в Маштар. Я уступлю госпоже Виоле свою каюту, а сам потесню своего помощника. А вот слуге придется разместиться на нижней палубе вместе с другими пилигримами.

— Хорошо, я предупрежу их. Они уже собрали вещи.

— Мастер Иохим, я договорился с капитанами еще двух кораблей, мы решили пока держаться вместе. Ходят слухи, что опять стали нападать пираты на небольшие торговые суда.

— Пираты? — нахмурился ювелир.

Лет десять назад в Дымном море бесчинствовали пираты, но многих из них выловили моряки Когира, короля Умарты. Говорили, и сам Когир тогда участвовал в разгроме гнезда пиратов на одном из небольших островов.

— Я купил своим матросам новые мушкеты, они у меня все храбрые парни. «Ласточка» у меня быстроходная. К тому же в Итерлее вместе с пилигримами сели несколько крепких молодцов. Думаю, они охраняют кого-то из пилигримов. Возможно, среди них есть кто-то знатный или богатый, кто знает. Никому не помешает получить благословение Кайниэль.

— Предосторожность не бывает лишней, Тиций — задумчиво сказал Бернт.

— Все должно быть хорошо, мастер Бернт, я десятки раз плавал в Маштар, отлично знаю дорогу. Корабли с пилигримами непривлекательная добыча, там нет ценных грузов…И все же хочу сходить сейчас сходить в храм, попросить у светлой богини удачи.

Капитан вышел, а ювелира охватила тревога. Будущее пугало ее. Ему не хотелось, чтобы Виола отправлялась сейчас в путешествие, но дочь жила скрытой надеждой все последние дни, он видел это по ее улыбкам, иногда она даже напевала. Что же, пора дать ей, Элме и Майсу последние наставления перед дорогой.

1 — день осеннего равноденствия — обычно бывает 23–24 сентября, когда день становится равным по длине ночи

2 — Ильеста — главная героиня романа «Чужая невеста для сына герцога»