Неправильный попаданец 2

Глава 9

И я жахнул на двадцать пять зелени. Орк дёрнулся, как от разряда дефибриллятора. Все, кто меня окружал, отпрыгнули назад, а Мисмира врезала по орку сосулькой. Пациента разорвало на замороженные кусочки, обдав меня осколками.

— Нахрена? — всё, что смог я выдать, уставившись на «серую мышку».

— Он дёрнулся! — её глаза были на пол-лица.

— Правильно! Только я теперь не знаю, какой был результат! Не лезь, пожалуйста, — настоятельно сказал я. — Если пациент будет буйным, я смогу с ним справиться. В крайнем случае Добромир меня подстрахует. — оборотень кивнул.

Я встал и нашёл глазами ещё одного орка — в такой же степени потрёпанности. Не знаю почему, но орки мне импонировали. Возможно, дело в образовавшемся комплексе? А может, этот комплекс мне навеяло сознание Петруши. В общем, мне не хватало силы, и я всячески пытался себя ею обставить.

В «закромах родины» были ещё фиолетовые камни — аж четыре штучки. Я засунул фиолетовый камень в труп, в себя закинул зелёный и опять жахнул зелёной энергией. Этот орк тоже дёрнулся. Но и всё на этом. Энергия разорвала камень, камень разорвал грудь.

Вся эта каша вместе с костяной шрапнелью полетела на всех собравшихся. Мне пробило ухо — теперь я мог вставить туда серьгу. Заляпало меня с головы до ног орочьим мясцом и крошевом костей. Досталось и нескольким особо любопытным атлантам, которые стояли ближе всех. Они брезгливо стряхивали с себя остатки несчастного пациента и недобро косились на меня.

Ну я что? Я экспериментирую. Без этого никак. Хомяк же не хочет мне ничего объяснять — вот и приходится до всего доходить самостоятельно. Методом тыка, так сказать.

— Неплохой эксперимент! — усмехнулась Мисмира. — Эффектнее, чем мой. — Девушка, наученная прошлым взрывом тела, предусмотрительно держалась поодаль и практически не пострадала.

Я ничего не ответил, лишь начал поиски следующего тела. А сам мысленно рассуждал.

В целом логично! Камень, рассчитанный на шесть единиц, получает двадцать пять. Неудивительно, что камень разорвало. А если подать в него шесть единичек?

Придумано — сделано. Новый орк, новый камень, шесть капель. Как в аптеке.

В этот раз орка дёрнуло не так критично. Он задышал, открыл глаза, я услышал биение сердца. Он поднял руку, положил мне на плечо. Рука была весом как бетонная шпала — я даже крякнул от натуги и чуть не сложился.

— Спа… си… бо… — едва слышно проговорил он и умер.

Я почесал репу. Хрёновый результат — тоже результат. Получается, ему не хватило батарейки? Логично. Фиолетовый камень не подходит. Чёрный? Их у меня, правда, всего два — и взяты со слабых волков. Их бы поглотить, по-хорошему: хомяк запретил, да и Петруша говорит, что пока рано чёрные камни кушать. А это новое направление силы в моём развитии… Ладно, прибережём на потом. Получается что? Красный пихать? А он крайне полезен и мне самому.

Решил я, в общем, для начала засунуть обратно то, что было вынуто. Причём сразу предупредил Добромира, Клима и Андрея, чтобы не спали: пациент может стать агрессивным.

Засунул я в орка зелёный камень и жахнул на двадцать пять копеек зелёного. Орк встал моментально и накинулся на меня. В целом я был к этому готов. Да и мои спутники тоже. Убивать сразу не стали, попытались провести допрос. Но допрос показал, что существо вернулось под управление прежнего хозяина. Ну или в прежнее состояние — точно. Прискорбно. Я выдернул камень, и существо затихло.

Мисмира смотрела на меня как на истинного монстра. Прям видел бегущую строчку в её глазах: «Убить нахрен!» Но приказ Зулу она не спешила нарушать. Хотя и была к этому близка.

Поскольку тело в целом не пострадало, я засунул в него красный камень, но тут же передумал — меня осенила ещё одна мысль. Я вернул в тельце зелёный камень, а в себе смешал все свои силы. Вначале, правда, пришлось сделать перегонку, потом всё это смешать и сконцентрировать в ладонях. Было тяжело, но я справился.

Залп! Орк сел и непонимающе обвёл всех взглядом. Бинго — сработало!

— Трям! — сказал орк, а меня порвало хохотом.

— Что-то не так? — спросила серая образина с видом людоеда и голосом батана.

— Аааа, не могу, — пытался я отсмеяться. — Трям? Серьёзно? Это значит — здравствуйте?

— Ну, да! — кивнул орк и встал.

Он был реально огромный: два двадцать рост, в плечах целая сажень, руки — как у Петруши ноги в самом начале нашего знакомства. Башка мелковата, правда. Торчащие клыки и заострённые уши, торчащие назад. Короче, типичный орк — только голос его… Может, он стероидов переел? Говорят, от этого тестикулы усыхают и голос меняется.

— Что ты помнишь? — спросил я у орка, который с крайне растерянным выражением лица стоял и озирался по сторонам.

Он медленно перевёл на меня непонимающий взгляд, поскрёб затылок, явно пытаясь вспомнить. Судя по тому, как долго он размышлял, мыслительная работа давалась ему тяжело.

— Нас вели как уплату дани, — наконец-то прогундел он. — Мы вышли из своего мира через разлом в пространстве и попали в дивный мир. Везде разломы. Из некоторых выходили такие же группы. Я видел армии мертвецов. Среди них были мои соплеменники. Я кричал им, но они не слышали меня… Потом мы зашли в другой разлом. Там всё было странное.

Там было очень холодно, и дышать тяжело, — орк напрягся, ему явно стало не по себе от этих воспоминаний. — Вокруг кости и чёрная трава. Ужасное зелёное небо. Мы шли по этому полю — кости хрустели под ногами. Мимо ходили группы зомби, скелеты. Нас никто не трогал, даже внимания не обращали. Каких-то существ я знал, каких-то — впервые видел. Справа вдали был странный сад: деревья там были белые и неправильные. Слева виднелись башни. Для чего они — я не знаю.

Нас привели в странный дворец, из костей. Кости, лежавшие в основании этого дворца, были неимоверно огромны. Таких существ не может быть на свете, — глаза орка горели ужасом, похоже, он заново переживал весь свой кошмар. — Нас завели внутрь… А… а… я очнулся вот тут. Тут ты, и ты, и вы все, — указывал он пальцем на меня, Мисмиру, Андрея, а потом и вовсе обвёл рукой всех собравшихся поглазеть. — А где я?

— Очень похоже на царство Скалкура, — задумался Снегг.

— Погоди, — потряс я головой. — Ты сказал, вас вели?

— Ну да! Шаман вёл!

— Он что, назад вернулся? Такое раньше было?

— Каждую партию ведёт шаман! Ему духи нашёптывают, куда и как идти. Он и ведёт! Назад не возвращается. Это великая честь — вести воинов в последний путь на великую войну! — орк говорил с вдохновением, выпятив грудь.

— Так у вас там ещё небось и конкурс, кто отправится к нежити? — усмехнулся я.

— Не знаю, что такое конкурс. Мы устраиваем соревнования, и лучшая сотня воинов, каждую неделю, отправляются с шаманом в путь.

— Сколько же вас в вашем мире? И сколько у вас шаманов? — с ужасом посмотрела на орка Мисмира.

— В моём племени живёт триста тысяч орков. Шаманом может стать любой: старые шаманы не ведут отряды, а лишь указывают на нового — того, с кем недавно начали говорить духи. И он ведёт, — гордо выпрямился орк. — Но мы самое маленькое племя.

— Боюсь представить масштабы вашей планеты, — призадумался я. — Как и масштабы проблем. И вся эта армада двигается на вашу столицу? — обратился я к Мисмире.

— Возможно, но не факт. Да и кроме этих серых есть зелёные орки, красные, синие — мелкие. Да и всех остальных существ хватает, — отмахнулась она. — Есть даже те, кто ведёт учёт всех существ. Там что-то около тысячи с чем-то различных видов. Я не вникала. Для меня они все просто нежить. А нежить мы — уничтожаем.

— Ну, как видишь, не вся нежить опасна для вас — кивнул я в сторону орка. — Бывает и полезная нежить.

Мисмира задумалась, рассматривая орка. Тот в ответ разглядывал её, придурковато улыбаясь и раскачиваясь с пятки на носок. Смутился серый.

— Он и нежить, и нет, — наконец изрекла колдунья. — Странный он, прямо как ты.

— Да-да. У меня всё неправильное, — усмехнулся я. — Не обращай внимания.

— Скажи мне, серый друг, — обратился я к орку, — если мы вернёмся в центральный мир, там, где разломов много, ты сможешь показать нам разлом, в который тебя завели?

— Ты больной! — заорала Мисмира. — Такого приказа не было! Мы же идём к лягушкам!

— Уймись! — грубее, чем следовало, осадил я девушку. — Это на будущее. Надо планы строить.

— Не знаю, — почесал затылок орк, — не уверен. Я воин, а не разведчик.

— Беда… И времени мало. Ладно. Сейчас ещё чуть-чуть поколдую — и двигаем дальше.

Я быстренько воскресил павших в бою волков и уставился на атланта. В прошлый раз я поднял атланта, предварительно выдрав его камень силы и результат вышел не очень.

А если пойти от обратного?

Я приложил руку к нему и ощутил в его груди камень. Ощутил силу в нём — что было странно. В выдранных камнях я до сих пор ничего не ощущал. Тел атлантов под рукой — только одна штука. Значит, и попыток — одна штука. Возникает вопрос: какую силу использовать? Решив не выдумывать велосипед, я жахнул четвертной смешанной силы. Атлант едва дёрнулся и замер.

— Не понял? Что за?

Хотя… синий камень я ещё не употреблял. Возможно, силушки в таких камнях поболе — и это значит? А значит, что атланту для воскрешения просто не хватило мощности моего вливания. Хорошо. А если полтинничек капнуть?

Теперь я решил вливать силу постепенно, предварительно закинув в себя два зелёных камня. Это не сказать что простая задача: одна энергия в меня поступает, её перенаправляешь, потом перегоняешь во все известные мне спектры. Потом всё это дело смешиваешь и уже готовую смесь отправляешь малыми порциями в атланта.

Полтинник не помог. Его попросту не хватило, но я упрямо продолжал вливать свою силу в атланта. Когда общее количество силы, влитой в это существо, достигло сотни, я уже думал, что занимаюсь откровенным бредом. Да и не бесконечный же я! И тут атлант открыл глаза и что есть сил врезал мне в челюсть.

Совсем недавно вставшая на место челюсть скрылась в недрах моего черепа. Я думал — уже всё. Пипеп котёнку. Оглушительный хруст, дикая боль в области ушей. Этот садамит затолкал мне челюсть по самые не балуй.

Добромир подскочил ко мне и начал водить руками перед моим лицом. Всё плыло в глазах, но я направил остатки силы в челюсть. Плюс Добромир активно трудился. Как итог — челюсть хрустнула повторно, вставая на своё законное место. Слёзы брызнули из глаз, я заскулил от боли и с трудом сел.

— Что ты со мной сделал? — атлант уже стоял на своих двоих ошарашено тараща на меня свои зеньки.

— А ну упал-отжался! — рявкнул я, посылая дополнительно ментальный приказ.

— А бочку наслаждения тебе в газетку не завернуть⁈ — офигел и тут же возмутился неблагодарный атлант.

Атлант стоял и смотрел на меня как на грязь. Вот теперь меня пробрало.

Это что же за фигня такая? Он не мой слуга⁈ А в чём же тогда дело?

— Как себя чувствуешь? — спросил я, вставая.

— Всё нормально, — с сомнением осмотрел себя атлант, — только раны эти… Разве я не должен был погибнуть от них? Почему ничего не болит, — он всунул палец в дыру на своём плече и поковырял в ней.

— Не болит, говоришь? — задумался я. — А если так?

Я отдал мысленный приказ Андрею, который стоял за спиной пациента. И тот на максимальных скоростях выхватил свой меч и воткнул его атланту прямо в сердце. Испытуемый крякнул, едва заметно дёрнулся и, уставившись на кончик клинка, торчавший у него из груди, замер.

— Я что, нежить теперь? Ничего не чувствую! Но как же? Нас же невозможно подчинить! Невозможно возродить! — с глазами, полными ужаса, он смотрел на образовавшуюся дырку в области сердца после извлечения инородного металла из его тела.

Андрей вернул свой клинок в ножны и хмыкнул. Он-то прекрасно понимал, что сейчас чувствует этот новенький воскрешённый. Ведь и сам он до сих пор не до конца верит в собственное воскрешение и старается вести образ жизни, обычный для простого смертного: ест, спит, хотя и не нуждается в этом.

— Нежить нежите рознь! — с видом знатока поднял я палец вверх. — К тому же я тебя не возродил, а воскресил, душа твоя на месте. Воля тоже. Удивительно, но я не властен над тобой. А если так? Орк! Упал-отжался!

Недавно поднятый орк принял упор лёжа, отжался один раз и замер, преданно глядя мне в глаза.

— Сколько раз? Хозяин! — явно против воли проговорил великан. — Что со мной? Отпусти!

— Встань! — задумчиво сказал я. — Расслабься. Будь пока собой!

Я решил пока пополнить свою армию слуг орками. Не то чтобы у меня было много лишних камней, но слуги слишком быстро заканчиваются. Так что я принялся поднимать орков в промышленных масштабах. Единственное, огорчало безумное количество расходуемых камней. На поднятие одного орка тратилось два камня: один засунуть в орка, второй — в себя.

Регенерация силы капитально замедлилась относительно того, что было раньше. Сейчас резервуар наполнялся по десять капелек в минуту. Что, не сказать чтобы мало, но категорически недостаточно.

Я потратил сотню камней и получил на выходе пятьдесят новых слуг. Время уходило немилосердно, как и камни, так что я решил на этом остановиться. Моя личная гвардия теперь выглядела максимально пёстро: немного волков, немного орков, людей и даже пара эльфов. А как же птички? Да-да! Пару десятков этих тупых, но крайне воинственных существ были венцом моей армии.

Мы с хомяком встретились глазами. Он тяжело вздохнул и пожал плечами — в глазах была тоска и печаль, крайне не свойственные ему чувства. Я лишь усмехнулся и кивнул ему: мол, показывай дорогу дальше.

Хомяк издал задорное «пииии…» и бодрым кабанчиком побежал дальше. Куда он нас заведёт, оставалось лишь гадать. Но с уверенностью могу сказать: он делает всё совершенно не просто так. Пушистый имеет свой план.

Наш забег продолжился по бескрайним полям местной Коринфии. А я размышлял о том, что мне рассказал орк. Получается, как минимум один мир нежити имеется — такой, в который можно зайти и быть уверенным, что после этого сразу не превратишься в умертвие.

Не уверен, конечно, но имею предположение, что в том мире охраны как таковой быть не должно — кроме формирующейся текущей армии. То есть при удачном стечении обстоятельств туда можно запрыгнуть, разнести всё и выскочить. Если повезёт.

Это, конечно, прекрасный план, но у нас пока категорическая нехватка боевой мощи! Нужны союзники, а к ним пока все дороги закрыты. Геката умеет — или умела — открывать и закрывать разломы. Надо бы с ней поговорить…

Я прикусил язык. Она богиня, которая залетела от левого смертного. А значит, скачки настроения будут фатальными.

— Толя, какие скачки, идиота кусок? Ты оплодотворил Светку. Ты думаешь, она не почувствует? — решил для разнообразия я поговорить сам с собой. — Что бу-у-удет… Да что будет? Колокольчики на затылке бантиком завяжет. Вот что будет!

А может, они подружатся? Конечно, подружатся. Дружить против кого-то всегда удобно. К тому же эта тварь — Света — манипулятор ещё тот. Она кому хочешь мозг чайной ложечкой выест и стенки черепа вылепит. А теперь у неё в рукаве против меня козырь в виде беременности. Да ну нахер! А можно время назад отмотать, а?

Мне пипеп… Полный и с гарантией!

Петруша стоически молчал, хихикая где-то на задворках сознания, делая вид, что его тут нет.

— Чего ты смеёшься? Тело-то твоё, — припечатал я реальностью паренька.

Петя подозрительно притих — видимо, обдумывал мною сказанное. А тем временем наша группа остановилась возле розового разлома. Причём бледно-розового, что наводило на мысль о слабости тамошних существ — чисто теоретически. Размер его тоже был не особо велик — метра три максимум.

— И что нас там ждёт? — безэмоционально спросил я хомяка.

— Пи-по-пу-пик, пик-пол-пол-по, пин-пан-пок, по-пи-пи, — он пожал плечиками.

— Да пофиг в целом! — махнул я рукой и зашагал к разлому.

Мне, честно, было уже совершенно фиолетово. Петруша в моём сознании орал. Он материл Пушистика такими грязными словами, что я аж засомневался в работоспособности возрастных ограничителей в нашем с ним сознании. Пушистик, видимо ожидавший очередной матерной тирады от меня, стоял в недоумении.

Возможно, он ждал моей реакции, чтобы поржать или чтобы снисходительно изменить маршрут? Но не сработало ни первое, ни второе. Раз я теперь себе не принадлежу, то пофиг. А раз я нужен живым, то хомяк сделает всё, чтобы я не сдох.

Поэтому, когда я услышал, что это мир, в котором правят разломные твари из Междумирья, я никак не отреагировал. Просто зашагал к разлому, даже не обратив внимания на то, что все остальные не особо горели желанием заходить туда. Не знаю, правда, почему. Они не понимали, о чём говорит этот пушистый утырок. Но мои слуги — это мои слуги: хотят они или нет, идти им придётся. А вот что касается атлантов… Да и хрен с ними!

Мы высыпались на ту сторону. Что могу сказать? Очень и очень любопытно. Прям очень. А главное — сразу надо готовиться к бою, по всей вероятности. Сразу говорю: мир неправильный — настолько, насколько это вообще возможно.

Видели аттракцион «Дом вверх дном»? Вот что-то очень похожее. Красивое зелёное поле с неимоверно насыщенной зелёной травой. Местами — прогалины и проплешины оранжевых песков. Где-то вдали по бокам виден такой же насыщенный зелёным лес.

Мимо разлома протекал ручей: быстрым и шумным потоком он скатывался по уклону вниз. Но уже через сотню метров он превращался в водопад. Только вода не ниспадала куда-нибудь вниз — она поднималась вверх разрозненными капельками и струями. Своё пристанище она нашла на огромном камне — правильнее будет сказать, на глыбе, парящей в воздухе. Все деревца и кустарники на этой парящей в воздухе глыбе смотрели вниз, а корни устремлялись в небо.

Ручей, залетев на глыбу, продолжил там свой бег. А заканчивал — в небольшом озерце, расположившемся на самой нижней части летающего осколка тверди, между десятком деревьев.

Подобных парящих глыб в воздухе были десятки и сотни. На некоторых деревья росли вниз, на других — вбок или вверх. Хотя чем дальше, тем больше я понимал: понятие «верх» и «низ» становится относительным здесь, как в космосе. Ведь мы находимся на такой же глыбе.

В целом и общем место можно было назвать райским садом: чарующая зелень, голубые и чистые воды, яркое, не палящее солнце и чудное пение птиц. Именно тот райский угол, где хочется провести всю жизнь. Если бы не «но». Много страшных «но».

У водоёма, на соседнем парящем островке, мирно лежала, а теперь уже грозно стояла и смотрела группа существ — угольно-чёрные пантеры. Смею предположить, что размером с лошадь в холке и две лошадки в длину. Яркие оранжевые глаза, которые даже на таком расстоянии в ясный день отчётливо были видны.

Одна из тварей прыгнула. В середине полёта, между их островком и нашим, она перевернулась в воздухе и приземлилась на лапы — метрах в семидесяти от нас.

Выяснилось, что у неё было два хвоста, на концах которых были головы. А сама пантера уже не казалась столь огромной, да и не пантера это была уже вовсе. Голова преображалась, становясь собачьей, потом почти человеческой и снова кошачьей. Само тело, казалось, перетекает из одного положения в другое.

Меня отвлёк скрежет сбоку, и я на автомате перехватил меч поудобнее. Гигантская сороконожка. Она спрыгнула с другой глыбы и двигалась в мою сторону. На той же глыбе, откуда свалилось насекомое, видны были её товарки. Я шумно сглотнул и перевёл взгляд на «пантеру».

На меня смотрело женское лицо с кошачьими чертами — на теле не то кошки, не то лошади. На концах её хвостов головы были точной копией главной головы, только меньших размеров. Ситуация была крайне ненормальной.

Я бросил быстрый взгляд через плечо и понял, что никто из живых так за мной и не пошёл. Лишь десяток слуг из числа безвольных кукол.

— Зачем ты пришшш-ёл, последователь мёртвого начала? — прошипела голова, высунув змеиный язык. — Мы более не служжж-им ему!