Неправильный попаданец 2

Глава 15

— Сомневаюсь! — ответила синенькая тётя.

Причём синей она была именно снаружи, а не внутри. Ну, то есть не пьяная, а натурально синего цвета. На голове — толстые пряди волос, что-то типа дредов, стянутые на затылке верёвкой. Она была слегка полновата, хотя и не лишена фигуры. Одежду сложно было назвать одеждой: какие-то лохмотья и тряпки, едва держащиеся на теле.

— Погодите рубить с плеча! — сделал я шаг вперёд. — Вы вроде люди, мы вроде тоже. Почему бы не договориться?

— Вы уничтожили разведотряд армии машин. Теперь они пришлют ещё и будут искать нас!

— Мадам! — сделал я ещё шаг. — Почему именно вас? Тут миллионы разломов! Тысячи групп перемещаются туда-сюда. Их мог уничтожить кто угодно!

— Кто их мог уничтожить? Жалкие орки или гномы? Мантикоры и циклопы не перемещаются большими группами. Как и другие существа, имеющие достаточную силу для сопротивления армии машин.

— Всякое могло случиться, — сделал я ещё шаг. — Давайте для начала познакомимся. Я Толик, и я…

— Покойник! — припечатала синенькая и явно собиралась спустить курок.

Благо мне оставалось всего пара шагов. Импульс в ноги и руки — и вот уже бластер у меня за спиной, а я нежно, но надёжно обнимаю даму сзади. Она вскрикивает и затихает. Я переборщил: она оказалась крайне мягкой и нежной. В её теле хрустят рёбра, и она начинает терять сознание.

Мысли работают как часики — и я отправляю в её тело полкапли белой энергии. Причём не разово: наши тела вплотную, и я выпускаю по крупице силу через поры. Результат мгновенный: очередной хруст рёбер, томный вздох — и девушка оживает. Я ослабляю хватку, но не отпускаю.

— Кто ты? — восторженно спрашивает она.

— Повторяю, я Толик, и я…

— Волшебник? — она меня вновь перебивает, а в глазах — восхищение.

Она умудрилась так вывернуть шею, что наши глаза оказались друг напротив друга.

— Можно и так сказать. Но я пока только учусь, — мило улыбнулся я девушке.

— Я Шая, — слишком томно прошептала синенькая.

Я отпустил девушку и отошёл чуть в сторону. Бластеры всё ещё целились в меня и мою покалеченную армию.

— Опустите оружие! — прокричала она. — Это волшебник! Он поможет нам!

— А? — степень моего удивления была пропорциональна уверенности Шаи.

— Здесь нельзя надолго задерживаться, — резко изменила поведение синенькая. — Они скоро пришлют новый отряд. Следуйте за мной.

— Погоди, погоди, красавица, — притормозил я девушку, а та раскраснелась. Видеть, как краснеет синяя, очень странно: смесь красного и синего даёт фиолетовый цвет. — Мне надо трофеи собрать, своих слуг подлатать.

— У вас пять минут! — вернула себе нормальный цвет и вид Шая. — После, это всё, будет только ваша проблема!

Странные эти женщины-существа. А синие так вообще: настроение и реакция настолько непредсказуемы и переменчивы, что аж оторопь берёт. Решив не удивляться, я вернулся к созерцанию разведчика армии машин, как его назвала Шая. А посмотреть тут было на что.

Внутри — сосуды и, как ни удивительно, провода. А ещё множество тоненьких нитей, наподобие оптоволокна: тонкие и прочные. Они от центра тела расходились во все стороны — ко всем конечностям и органам. В центре, в кресле с кучей ремешков, валялось мёртвое нечто.

Крошечный, пятисантиметровый человечек. Точнее, не человечек, а марсианин: типичный, с картинок и фильмов. Белёсый, чуть вытянутая голова, вместо носа — дырки, здоровенные чёрные глаза. Тонюсенькая шея, пухлое тельце и тоненькие конечности. Ну и три пальца — как же без этого.

В общем, получалось так, что киборг был пилотируемым. Причём пилот — марсианин. Во всяком случае, пока не докажут обратное, будем считать именно так.

Но странность заключалась ещё в одном моменте: этот марсианин светился бледно-зелёным цветом — как камни силы. Я сдуру представил, как заглатываю пачками таких вот марсианинов. Вот зачем я это сделал? Дотронувшись пальчиком до тельца мелюзги, я понял: в нём реально есть сила. Сколько — непонятно, но она есть.

— Пушистик, — позвал я в отчаянии, — это то, о чём я думаю? — ткнул указательным пальцем в трупик.

Хомяк появился в костюме учителя с указкой и мелом в руках. Перед ним в воздухе возникла доска, на которой он начал рисовать. Рисунок был схематичный, но очень доступный — так скажем, для тупых. Нарисовано было лицо с висящими щеками, а сверху надпись «Пик-пук» — это, видимо, был я. Рядом — человечек, у которого в груди другой человечек: тут тоже всё ясно, вот эта картина прямо передо мной сейчас лежит с раскрытой грудной клеткой и мелким трупиком внутри.

Хомяк посмотрел на меня, ткнул указкой в меня, потом в изображение толстого человека. Я кивнул. Он ткнул указкой в труп андроида, который валялся у моих ног, а потом в похожий рисунок. Я опять кивнул. Изображение сменилось: мел осыпался с доски, и остался лишь маленький человечек, который пару раз подпрыгнул и залетел в рот к щекатому.

Изображение начало пережёвывать человечка, а из уголков губ начала капать слюнка в виде капелек мела.

— Да понял, я понял! — зарычал я, пнул вначале проекцию доски, а следом — Пушистика. Правда, нога прошла сквозь воздух: мохнатого уже не было рядом.

Я хотел дать мысленное указание, но понял, что его толком и давать-то некому.

— Граыг, — позвал я.

Ко мне вышел весь израненный и едва живой волк. Его придерживали двое других. Не дожидаясь, я приблизился к нему и влил сразу две единички белой силы. Волку заметно полегчало. Влил ещё капельку — и понял: хватит. Раны затягивались на глазах, а сам волк слегка поскуливал.

— Граыг, надо расковырять всех этих механоидов, вытащить из них вот этих мелких созданий и сложить в сумочки. А ещё собрать все имеющиеся в целости бластеры и световые мечи. Это вот такие штуки, — указал я на рукоять деактивированного меча и на бластер, лежавшие рядом с трупом.

Волк кивнул и начал на своём волчьем языке раздавать команды. Уже через пару минут трофеи были собраны, и мы спешным порядком отправились за Шаей — в недра разрушенных зданий.

Трофеи оказались довольно богатыми: человечков — аж шестьдесят три штуки. Остальные были повреждены и не светились — их рассовали по мешочкам. Но у меня закрались подозрения, что они там могут протухнуть. Надо срочно что-то придумать. Оружия удалось собрать чуть меньше — около пятидесяти единиц. И ещё меньше мечей. Почему так — не знаю. Может, не нашли?

Двигались мы не по тропинке, оставшейся где-то на улицах города, а какими-то окольными путями — явно хорошо знакомыми местному населению. Судя по всему, зашли на территорию какого-то завода или предприятия. Вскоре спустились под землю: широкие и высокие прямоугольные тоннели тускло освещались.

Любопытство подстегнуло меня: отклонившись от общей массы, я приблизился к стене. Лампочки! Самые обычные, с нитью накаливания. Едва тускло светились — видимо, слабое напряжение в сети. В целом ничего удивительного: в мире Петруши тоже есть электричество и магия, но нет огнестрела. А здесь, судя по реакции девушки, магия была в диковинку.

Нас вела одна Шая. Куда делись все остальные и как они выглядели — для меня оставалось загадкой. Когда мы спустились — по моим субъективным ощущениям, метров на пятьдесят под землю — и прошли не менее километра, вышли в огромный холл или зал (даже не знаю, как его назвать). Тут с лёгкостью могли разместиться десять, а может, и двадцать тысяч существ.

Из зала вёл тоннель, возле которого виднелись охранники. Вокруг самого тоннеля торчали турели внушительных размеров. Несколько сотен синеньких людишек с бластерами в руках. А также нечто, напоминающее танк, только с двумя стволами — и значительно больше по размерам. Да и стволы потолще.

— Оставь своих спутников здесь! Далее ты пойдёшь один! — не просто говорила, а приказывала Шая.

— Мадам, без обид, — глянул я на синюю из-под лба, — но нет! Со мной пойдут несколько моих товарищей.

— Три! — быстро и строго ответила Шая. — Ты можешь взять с собой троих.

Я скептически осмотрел девушку. Какая-то она странная: не спорила, ничего не спрашивала — только утверждала. Будто ей кто-то… Хм… Средства связи? Возможно…

Огляделся — и мысленно дал себе оплеуху. Как можно так расслабиться? Вокруг, оказывается, камер натыкано, как в магазине самообслуживания. Они, конечно, немного отличались от привычных мне, но не сказать что значительно.

Ко мне присоединились Андрей, Клим и Добромир. Квагуша я оставил за главного — что крайне понравилось лягуху.

Наша дружная компания, возглавляемая Шаей, пошла к бетонной стене, перегораживавшей проход в тоннель. Нас всех просканировал голубоватый луч, вылетевший откуда-то сверху и спереди. После чего справа открылась сенсорная панель. Шая шагнула к ней, вначале посмотрела туда, а потом приложила руку.

Бетонная стена ожила. Посередине появилась щель, и со страшным грохотом и скрипом створки начали уезжать в стены. Когда всё закончилось и мы сделали несколько шагов вперёд, я обомлел. Внутри был город. Не такой, чтобы прям роскошный. Скорее очень бедный и плотно населённый. Но это был, мать его, город под землёй.

— Добро пожаловать, — сказала Шая, стоя сзади, — в Зион. Один из трёх уцелевших городов планеты Простор! Всё, что осталось от Великой цивилизации, — перед вами!

— Если, — я развернулся к синей и медленно произнёс, — ты сейчас скажешь, что мы все живём в матрице, и предложишь синюю и красную таблетку, то, клянусь остатками разума, я вышибу себе мозги из бластера.

После моих слов появился хомяк. Он был в белом халате, белом колпаке и маске. В лапках — огромный метровый шприц с красной надписью: «ГАЛОПЕРИДОЛ».

— И никто меня не остановит! — я с ужасом ткнул пальцем в Пушистика, но его никто, кроме меня, сейчас не видел. Шизик в чистом виде.

— Я не знаю, что такое матрица, но…

— Слава яйкам, — я аж присел на корточки, а хомяк спрятал шприц за спину, — ты сказала «но»?

Я подпрыгнул — хомяк достал шприц и уже целился мне в сердце.

— Но ты ведёшь себя очень странно! — она приблизилась и всмотрелась мне в глаза. — Галлюцинаций или видений нет? Может, голоса в голове?

— О-о-о-х, девочка… — страдальчески простонал я, а хомяк чуть-чуть надавил на шприц. На его кончике образовалась огромная капля. Я сглотнул. — Нет! Ничего такого…

Хомяк исчез. Чёртов диктатор!

Я сделал пару шагов и всмотрелся более тщательно в обстановку и существ. В целом это были люди. Вроде. Но все разных цветов: синие, зелёные, красные, чёрные. В общем, очень странно. Хотя вон парочка белых пошла. Очень странно.

К нам подошёл лысый белый мужчина. Он был в коричневом, расшитом серебряными узорами халате. На глазах — чёрные солнцезащитные очки, что мне показалось полным бредом: тут совсем не солнечно и не ярко. Он едва заметно поклонился.

— Познакомьтесь, — произнесла Шая, — наш предводитель, президент Морфиус.

— А-а-а-а! — заорал я дурным голосом, окончательно теряя рассудок.

Хомяк появился в костюме медсестры и ввёл мне двадцатисантиметровую иглу в зад. Я заорал ещё громче. Морфиус и Шая смотрели на меня огромными, непонимающими и крайне удивлёнными глазами.

— Прошу меня простить, — отдышавшись, произнёс я, — очень тяжёлые два последних дня. Как и перед ними. И перед ними. В общем, последний месяц у меня нервный.

— Вы уже месяц на Просторе? — Морфиус снял очки. Оказывается, у него всегда такие глаза, будто шаровылупина наелся.

— Нет! Две недели, потом уходили, и вот вернулись. Уже вторые сутки тут у вас гостим.

— Папа, — подошла к Морфиусу Шая, — он волшебник! — проговорила она тихонечко, но я расслышал.

— Оставь эти сказки детям, — с тоской посмотрел лысый на синюю, — это сказки. Волшебства нет, всё можно объяснить с научной точки зрения.

«О-о-о, брат, как же ты ошибаешься. Кстати! Папа? Она синяя, ты белый! Если мама красненькая, тогда, братан, у меня для тебя будут плохие новости».

— На моей родной планете тоже так думали, — перебил я семейную беседу, — да и к тому же, разве вы не встречали магических тварей? Существ, пользующихся магией? Нежить, в конце концов?

— Мы давно воюем с армией машин и не… — попытался ответить лысый, но его перебила (не факт, что собственная) дочь.

— Папа! Я же говорила, что видела мантикору! И циклопа — о-о-огромного! — она по-детски заулыбалась и показала размеры руками.

— Чушь! — взъелся лысый.

— Уважаемый, — решил я зайти с козырей, — а что вы ответите на это? — Я указал на Граыга. — Граыг, будь добр, подойди и расскажи о себе.

— Что рассказать, Толик? — спросил он и тут же добавил: — Ой, извините. Здравствуйте, моё почтение. Очень приятно познакомиться. Я Граыг, глава отряда разведки волколюдей.

— Спасибо, Граыг, — ответил я за переваривающих информацию жителей Зиона. — Это Морфиус и Шая. Иди пока к остальным.

Волк кивнул и удалился. Шая была переполнена счастьем и лучилась победой. Судя по всему, тут всё не так однозначно в мирном поселении.

— Ничего удивительного, — наконец отошёл от шока Морфиус. — Я находил истории наших предков. Они описывали, как вживляли модули управления в мозг разным существам. Ничего сложного. Для нас выглядит как магия, — он укоризненно посмотрел на дочь, — но в развитых мирах — повседневная наука.

— Да? — Я шлёпнул губами. — А вы меня раскусили… — ткнул пальцем в Морфиуса, и тот сразу заулыбался. — А не покажите ли вы мне город, достопримечательности? Возможно, я смог бы обменять пару таких модулей на что-то полезное для себя.

— Может, вначале перекусим, и вы расскажете, кто вы и откуда? — вскинул брови Морфиус, хотя их толком и не было.

— Время, к сожалению, слишком мало. Поговорим на ходу. Вы не против?

Морфиус кивнул и повёл меня вниз, в город. На Шаю было жалко смотреть: из неё будто кости вынули и душу. Своими словами я раздавил все её надежды и мечты. И не просто надежды — заставил её сомневаться в себе. Судя по всему, девочка — бунтарка и бегает наружу чаще и дальше, чем положено. Как следствие — видела различных существ. Но доказать отцу-ретрограду ничего не могла.

Нас повели по узеньким улочкам не самого чистого города. Дороги были выложены камнем — во всяком случае, те, по которым мы шли. Дома тоже из камня, в основном трёхэтажные, но встречались и пятиэтажные. Начиная со второго этажа между домами были натянуты верёвки и мостики. На верёвках висело тряпьё — бельём язык не поворачивался это убожество назвать. По мостикам сновали разноцветные люди.

Народ в целом был явно счастлив, хотя и крайне бедно выглядел. Морфиус поведал кое-какие детали из жизни. С пропитанием проблем особенных не было: подземная река давала рыбу и воду, в теплицах выращивали овощи. А вот понятия мяса у них не было — что в целом меня удивило. Ничего мясного. Морфиус сказал, что когда-то их предки выращивали разных животных, но после катастрофы животные вымерли, а знания были утеряны.

Ещё странным был факт, что под землю их народ ушёл несколько тысяч лет назад. Я дотошно вытряс из Морфиуса методику времяисчисления, и выяснилось, что их год даже длиннее нашего. Из чего следовало, что война с машинами началась у них чуть ли не две с половиной тысячи лет назад. На таких числах пятьсот лет туда, пятьсот сюда уже не играют роли.

Уже тогда их мир был технически развитым, и даже то, что у них осталось по сей день, превосходило мой мир десятикратно. Реакторы, которые за счёт минимального течения воды вырабатывали колоссальное количество энергии и не вредили окружающей среде и людям. Системы защиты и слежения, распознавания и прочее — всё это поражало до глубины души. Как и то, что они практически ничего не знают о вселенной. Они строили космические корабли и, оказывается, даже начали заселять ближайшие планеты.

Именно тогда открылся первый разлом на их планете. Они пытались назвать это как-то по-другому, искали научное объяснение. Но всё разбилось об существ, которые оттуда выходили. Они не шли на контакт — полное и тотальное уничтожение. В итоге Простор проиграл машинам и ушёл под землю.

Машины периодически присылают разведчиков на поиски просторцев. А на вопросы «зачем?» у них ответа нет. Что очень странно и крайне любопытно.

Но вот, наконец, двигаясь по улицам, я увидел то, что искал: больницу. Узнать её можно было по характерному кресту на вывеске — тут он был не красный, а оранжевый. А также по людям в, как ни странно, белых халатах. А ещё — по явно больным, которые гуляли рядом на улице, сидели на лавочках и выглядывали в окна.

Я, ни слова не говоря, повернул в том направлении и подошёл к одному из кашляющих людей. Он был, между прочим, красного цвета.

— Здарова! — прикоснулся я к его плечу. — Чем болеешь? Что беспокоит?

— Будьте осторожны! — Морфиус прикрыл рот и нос рукой какой-то тряпкой. — У нас сезонная подземная лихорадка.

— Даже боюсь представить, что это за дерьмо! — сказал я и отправил в тело бедолаги две белые капельки.

Парня натурально выгнуло дугой, и он вскочил с лавочки. Глаза расширились, а на лице появилась блаженная улыбка. Не дожидаясь реакции и благодарностей, я пошёл дальше. Теперь я не задерживался, а просто шёл и прикасался к людям, каждый раз отправляя по две капли в каждого.

В какой-то момент мне надоело ходить, и я сложил руки пистолетиками и начал «отстрел» больных. Это оказалось гораздо эффектнее. Во-первых, было видно, что с моих пальцев срываются сгустки энергии. Во-вторых, при попадании в человека он светился столбом света — причём свет был по цвету кожи.

В итоге у нас началась дискотека: вспышки освещали мрачный и унылый город — синие, зелёные, красные, белые, серые. Когда сила начинала заканчиваться, я закидывал в себя несколько камней и продолжал свою «охоту».

На улице закончились больные, и я двинулся вглубь больницы, исцеляя всё на своём пути. Как выяснилось, две капли белой энергии не вредны даже здоровым людям — я явно несколько раз промазал. Просто таким становилось безумно приятно: несколько девушек даже потеряли сознание от кайфа и блаженства.

— Магия! Магия! — задорно кричала Шая, хлопая в ладоши. — Папа, я говорила — он волшебник!

Шая и Морфиус не отставали от меня ни на шаг. Я пробежался по всем трём этажам больницы, а потом спустился в подвал. Там и была моя цель — местный морг.

Покойничков тут было всего четыре штуки, но и этого будет достаточно. Я украдкой прикоснулся к мёртвому, определяя необходимую дозу силы. Забавно было то, что немагическому существу требовалось целых сорок единиц, чтобы воскресить. Очень странное явление. Но не страшно — нам такое давно по плечу.

— Морфиус! Ты и ваши люди давно и безнадёжно отстали от истины! Магия! Она есть! Она есть везде и давно! И даже в вашем мёртвом мире есть её крупицы! — чеканя каждое слово, произносил я, а Морфиус становился всё чернее и чернее. — Твоя дочь права! Есть и диковинные существа, и волшебство, и другие миры!

Узри же!

Воскресните!

Не знаю, как мне это удалось — я делал всё по наитию. От меня к каждому телу потянулась полупрозрачная светящаяся нить, наполненная магией. В каждое тело впиталось ровно столько, сколько требовалось. Меня чуть качнуло — слишком непривычный способ опустошения резервуара. Люди зашевелились и сели. Шая потеряла сознание, а Морфиус едва стоял на ногах, открывая и закрывая рот, как рыбка.

— Ну а теперь, когда вы знаете, что магия есть, — обратился я к посеревшему и осунувшемуся Морфиусу, — можем и перекусить, и отдельно поговорить о том, как вы докатились до жизни такой…