Найди меня, если сможешь

Глава 8.

Сразу захотелось вскочить с места и рвануть в комнату без оглядки. К горлу подступил комок, пальцы напряженно вцепились в подлокотники, стараясь раскрошить в пыль резные кости. Мир вокруг закружился перед глазами, что становилось невозможно даже вдохнуть. Казалось, я собралась потерять сознание, пытаясь спастись путем самоуничтожения. Подумать только, в руках эльфа вся моя жизнь. Он ее новый хозяин: захочет – получит, что пожелает, захочет – уничтожит за секунду.

– Как давно ты знаешь? – голос дрожал и не поддавался контролю.

– Не сомневался ни секунды с момента наших страстных объятий, – ответил Эр, ничуть не удивленный моей реакций.

–Ты…ты скажешь кому-то?

Блондин надел непроницаемую маску на лицо – все эмоции будто застыли в белоснежном гипсе, только глаза сверкали живым интересом. Ему нравилось контролировать меня? Хотелось стать господином?! Я начинала паниковать, отдаваясь во власть собственных эмоций, до этого момента запертых на замок. Все спокойствие рушилось, как карточный домик. Где былая решительность, твердость, гордость, в конце концов? Их нет, они исчезли, обнажив страх. Эр, кажется, все это понял по одному моему взгляду:

– Скажи мне, Софи, почему ты сама не хочешь признаваться? Тебе угрожали? – спросил Латос. – Если не хочется быть собой перед кучкой магов, тогда почему выбрала столь никчемную роль?

– Эр… Я… Не уверена, что права, – робко начала, но парень не сводил с меня своего пристального взгляда. – За последние дни стала параноиком. Мои догадки похожи на бред, не стоит слушать такую дурочку.

– Но ты испугалась, значит, есть причины. Я уже знаю, Софи, так почему бы не рассказать мне? Люблю слушать сказки, – ухмыльнулся парень, продолжая нависать надо мной. – Если будет легче, то могу вынудить под угрозой разоблачения всё рассказать мне. Поверь, совесть мне и не такое позволяла делать.

И я, глубоко вздохнув, начала свой странный рассказ про переход из другого мира, череду случайностей в академии, нападки Альмана, подслушанный разговор – одним словом, все, что увидела. Впрочем, мой вывод был короток: дело запутанное, я не верю в заботу Керона. Дурная! Сумасшедшая! Ректору не верю, а сомнительному эльфийскому князю душу изливаю, с мольбой заглядываю в серые безумные глаза.

– Как интересно, – только ответил он, смотря уже сквозь меня, погружаясь в собственные некому неведомые мысли. Я даже встала с кресла, но, пошатнувшись на ногах, упала обратно. – Сиди, Софи. Ты действительно ожидаешь подлянку от Керона, этого старого маразматика?

– Он кричал и требовал отыскать землян, Эр, даже пригрозил применить какие-то строгие меры… Ради кого, бесперспективного мага, который искру зажечь без чужой помощи не может? Или у вас тут все такие ответственные, что любую букашку оберегают как исчезающий вид?

– Совет номер один, будь осторожнее с выражениями, они тебя выдают, – ухмыльнулся Латос, а глаза блестели, словно звезды, поражая своими переливами. Никогда не думала, что интерес может граничить с сумасшествием. – Еще аргументы?

– Я не могу найти землянок, чтобы поговорить с ними. Ты кого-то знаешь со старших курсов? – с надеждой спросила я, в тайне надеясь после с ответом Эра покончить с фантазиями заговора. – Моя соседка всех забыла, говорит, после первого курса уже не нужно знать.

– Тут она точно права, Керон делает все возможное, чтобы мы забыли о своей расе и настроились на магию. С одной стороны это правильный подход к обучению, – улыбка Эра стала шире, он более осмысленно смотрел на меня, – но с другой позволяет скрыть без лишних жертв нужную информацию. В этом что-то есть, Софи.

– Так ты не знаешь больше землянок?

– Лично нет, никто на глаза не попадался. Знаю, что в том годе кого-то из них отчислили. В Академии это не афишируют, да и керам неинтересна жизнь посредственных магов, – эльф пожал плечами. Потом посмотрел поверх моей головы, снова проваливаясь в пучину своих темных мыслей, чтобы, вынырнув, ошарашить. – Не уверен, что в академии еще учатся люди, я бы непременно догадался! Проклятая тьма, Софи, твои слова имеют смысл. В этом унылом болоте что-то скрывают.

– Ты поможешь мне, Эр? – осторожно спросила.

– Как только понял, кто ты такая, Софи, сразу сделал предложение! Согласись, сейчас ты не сможешь отказаться от моих услуг, – губы Эльфа едва удерживались от безумной улыбки, только легонько подрагивали от нетерпения. – Наша история, а теперь она точно наша, станет интереснее, чем я предполагал. Готова довериться мне, кера Софи?

– Да, князь Латос, – выбор, конечно, есть всегда, но в данном случае лучше обзавестись таким другом, чем играть с ректором в опасную игру без знающих участников. Я кусала губы, слабо сознавая, на что обрекаю себя. – Можешь пояснить, почему решил помогать землянке?

– Вот мы и дошли до самого главного, – быстрым движением Эр расстегнул пиджак, после чего извлек обтянутую кожей записную книжку. Длинные полупрозрачные пальцы, протянувшие ее, смотрелись осколками льда на черной обложке. – Прочти, кера Софи.

Это дневник, что ли? Понимаю, смех неуместен, но я все же не удержалась от смешка. Ох уж эти аристократы, обожают расписывать, насколько горький кофий сегодня подали, какая букашка рискнула убиться об их породистого скакуна или как их снедали противоречия по поводу выбора перчаток для езды. Я приготовилась проникнуть в чертоги княжеского разума, понять, насколько же Эр испорчен, но уже после первой строки выронила книжку.

– Ты маньяк? – выдохнула я, сидя перед блондином с трясущимися руками.

– У меня такое хобби, – фыркнув, сообщил Эр. Поднял книжку и всучил ее мне, настойчиво посоветовав, – читай.

«Ни капли раболепия или страха наказания. Взгляд не опустила ни разу. Нужно быть абсолютной сумасшедшей, чтобы так открыто говорить со мной! Определенно стоит пристального внимания. Есть подозрения по поводу происхождения.

Рост около трех релей, вес в пределах нормы, волосы темно-русые, глаза карие, ноги прямые. Возможно, существуют отклонения в развитии. Изучаемый объект часто смеется без видимой причины. Физическая форма на среднем уровне, нижняя часть тела развита лучше плечевого пояса, что говорит о непригодности носить тяжести на дворе. Иногда передвигается на четвереньках, скорее всего у создания проблемы с восхождением по лестницам, и в его мозге включается неизвестный мне механизм адаптации к условиям передвижения. Очевидно, что при подъеме объекту удобнее передвигаться на четырех конечностях. Странно. Это свойственно всему виду или индивидуально?

Создание всеядное, очевидно, привыкло питаться вдоволь. Судя по состоянию волос, ногтей и кожи, недостатка в продовольствии ранее не испытывало. Любит мясо и десерты. Склонна к перееданию.

Гена, содержащего страх перед северными эльфами, выявить не удалось. Аура от внушений чиста. Возможно, существо напрочь лишено инстинкта сохранения своей жизни или просто первый раз в жизни увидела северного эльфа. Все выше перечисленные факты доказывают принадлежность особи к другой расе. Она не может быть зелмянкой.

Великолепный здоровый экземпляр. Сегодня гипотеза подтвердилась, потому что наблюдаемый объект (женская особь) рискнула прикоснуться ко мне. Нет, не так. Магические потоки внутри землянки, ощутив меня поблизости, посредством нейронных связей смогли воздействовать на ее сознание и настроить восприятие таким образом, что она (особь) видела во мне спасителя. Какой нестандартный механизм спасения в стрессовой ситуации! Поразительно, что магия объекта так восприимчива и способна настраиваться на мою.

Чудное создание. Я не сомневаюсь, что она человек с Земли. Насколько я знаю, представителям именно этой расы присущи склонность к психозу, нервному смеху, желанию самореализоваться и быть независимыми (везде). Изучаемый объект находится в стрессе (скорее всего из-за новой среды обитания), уровень подозрительности с каждым днем возрастает, судя по синякам под глазами, особь физически испытывает усталость, которая еще больше ослабляет организм…

– Женская особь? Это еще хуже, чем объект, – прошептала я, не в силах читать короткие заметки, касательно своего психического состояния и… веса. Этот князь ненормальный, раз оценивал мое состояние, будто врач при осмотре. – Эр, как это понимать?! Хобби отличается от преследований, ты в курсе?

А в глазах так и читается «женская особь – великолепный экземпляр».

– Успокойся, Софи, не все так страшно. Разве ты пострадала? – он улыбался, не испытывая ни капли смущения.

Теперь я понимала, откуда взялось безумие во взгляде. Эр просто гребаный помешанный на людях ученый. Так как землян в этом мире немного, считайте, редкий вид, то встреча с ними вызывает эйфорию и желание быстрее изучить, пока создание не скрылось из виду. Не нужно обладать великим умом, чтобы понять причину внезапной благосклонности Эра ко мне – он эгоист, собственник, единственный в своем роде исследователь, который первым поймал женскую особь землянки и имеет полное право в одиночку изучать ее. Только он, никто другой не должен видеть, знать, понимать, что есть такое чудо. В общем, я его прелесть. Мне повезло, Эр еще дружил с головой, раз просто предлагал сделку, а не со смехом злого гения запер в собственной лаборатории.

– Полагаю, отказаться уже нельзя. Остается только взаимовыгодно договориться, – резюмировала я, а Эр кивнул. – Где ты проводишь свои эксперименты?

– Не стоит знать.

– Хорошо. Ты много знал землян?

– Достаточно, чтобы отличать вас от других рас. К сожалению, мои наблюдения обычно не длились долго, – досадливо поморщился Эр. – В этот раз я решил действовать по-другому, а именно, предложить сотрудничество.

– То есть раньше ты… – я нервно сглотнула. Зная, какими возможностями обладает наследный князь, вполне ясно можно представить методы получения информации. – Эр, они же пропали не из-за неудачных экспериментов?

– Как такое можно подумать! Ты не понимаешь, какие вы ценные? – Латос, казалось, был оскорблен моим предположением. Даже насупился, сел в кресло и бросал оттуда свои гневные взгляды. – Неужели не видно по моему особому к тебе отношению, что я мир сдвину, пойду на любой обман, но сохраню твою ценную жизнь!

– Красиво звучит, – даже сердце быстрее бьется после подобных слов из уст (подумать только!) наследного князя, только это комплимент не чудесной девушке, а здоровому образцу женской особи. – Кто-то еще знает о твоем…хобби?

– Ты думаешь, кто-то здесь поймет? Зачем изучать людей, когда в высших кругах их не бывает? – взмахнул руками эльф. – Наука -– та же политика, ищет денег, связей, выгоды, а от вас ее практически нет. Софи, для меня вы загадка, на которую хочется найти ответ. Почему вы здесь? Как наш мир чувствует вас? Какова ваша магия? Откуда такой характер, воздействует ли он на потоки силы? Каким ты видишь наш мир, и существует ли привязка землян к другим созданиям? Столько вопросов, на которые никто не ищет ответы.

– Кроме тебя, – кивнула я. Ведь придется быть подопытной мышью для этого горе-ученого, но он действительно поступится своими правилами, пойдет на уступки, чтобы продолжить исследование. То ли везение встретить князя с любовью к землянам, то ли роковая ошибка. – Ты настоящий романтик, Эр.

– Просто деньги у меня уже есть, – усмехнулся он. – С чего начнем, кера Софи, наш маленький обман?

– С подписания контракта, Эр! Или произнесения магической клятвы! – остудила пыл парня, выставив вперед руку. – Что у вас считается самым надежным?

– Клятва на крови… Позволь, – Эр протянул ко мне руку, в которой неизвестно откуда уже была булавка. Сумасшедший санитар был готов начать проводить анализы в любую минуту! Может, у него под креслом стоят баночки для сбора продуктов жизнедеятельности? – Не бойся, это не для научных целей.

– Слишком мало для всех экспериментов? – нервно посмеялась я. – Магический единорог, чтобы я выжила в этой передряге!

– Великий дух, Софи, – поправил Латос, уколов быстрым движением мой палец, а следом и свой. – Скрепим клятву двух рас о сохранении тайны и жизни, да не дадут светлые силы сойти с выбранного пути.

И снова показалось, что время на миг замерло, воздух сгустился, заползая в ноздри, как густой противный кисель. Вся моя магия внутри встрепенулась, скукожилась от жара, как подгорают на раскаленной сковородке шкварки. Вдох пропустила, выдержав сжимающее изнутри чувство. Интересно эта клятва как-то отразится на моей ауре?!

– С чего начнем, СОфи? С настоящей минуты я в полном твоем распоряжении, как и ты в моем, – теперь парень не пытался скрыть свою безумную радость. Ох, и поторопилась я с выбором помощника.

– С ограничений, князь Латос, – произнесла я, вжимаясь в кресло сильнее. – Не мог бы ты немного отодвинуться, чтобы не смущать меня своим взглядом?

– Ладно, пока объект неохотно идет на сближение, – хлопнул в ладоши блондин и пересел на диванчик, делая записи в свой таинственный блокнот. Наверное, снова пишет про мое нестабильное эмоциональное состояние на фоне стрессовой ситуации. – Что-то еще, кера Софи?

– Органы ты не получишь даже в случае моей смерти, понял? – выставив вперед руку, резко произнесла. – Тело не трогать. Никаких клонов, слепков, прототипов, опасных ритуалов или всего подобного! Даже не вздумай делать из меня овечку Долли!

– Запретная магия уже была? – усмехнулся Эр, видя панику во взгляде. – Хорошо, Софи, пока я обойдусь стандартным набором исследований.

– Никаких пока, Латос!

– Девочка подала голос, приходишь в себя, – довольно улыбнулся эльф, тряхнув копной волос. – Поразительная способность к адаптации. К слову, зелмянки на такое практически не способны.

– Почему?

– Долгие годы угнетения, как физического, так и магического, подавленная гордость, воспитываемое с рождения стремление служить, – длинные пальцы загибались, а мои глаза неотрывно смотрели на невозмутимого Латоса. – К тому же у них темперамент спокойный, резкие перепады настроения не в их природе. В общем, премилые легко управляемые создания с набором минимальных потребностей. В отличие от тебя, от них практически нет проблем.

– Эр, а откуда ты их так хорошо знаешь? Еще одно хобби?

– О нет, здесь все гораздо прозаичнее. Так исторически сложилось, что северные эльфы Оминора лет пятьсот назад захватили Зелму и до сих пор используют население в качестве слуг. Тирания, в полном смысле этого слова, в прошлом, но народ этой планеты до сих подвластен нам, несет кучу повинностей и управляется из нашей столицы. С недавних пор зелмяне имеют право на распоряжение большей части своей жизни, если за семьей не числиться преступлений против главенствующей власти, то есть против правящего дома Латосов.

– Вы захватили планету?! – челюсть упала сразу. Невероятное везение, Софи, ты попала в руки к истязателю, монголу этого мира, который собирает дань деньгами и невинными девами. – Эр, ты…

– Настоящий кошмар для них, – кивнул блондин, откидывая голову назад и прикрывая глаза. – У тебя не было шансов остаться незамеченной для меня, Софи. Столпотворение аристократов нашей замечательной академии могло годами не замечать подмену, потому что они знать не знают о зелмянах ничего, кроме их зависимого от Оминора положения. Все обучение сводится к способности керов удовлетворять запросы императорского двора или богатеньких людей, так вот, зелмяне абсолютно бесполезны: они лишены коварства, алчности, денег, одним словом, безликие создания. На светских раутах их не встретить, поэтому никто не изучает их особенности.

– То есть мне реально повезло, – подытожила я. – Но рано или поздно они начнут присматриваться к любому несоответствию. Нужно менять линию поведения, только все уже увидели Софи во всей красе.

– Мы используем их незнание в свою пользу, – хищно улыбнулся Эр, – никто даже не заподозрит подмены. Слушай внимательно, выполняй все указания, и тогда даже Альман в жизни не догадается, что ты пришла с другой планеты.

– А почему вы не ладите? – между делом спросила я, видя, как эльф перебирает книги в шкафу и кидает их себе на кровать. – Просто ты и Альман разных рас, да и направления деятельности, так сказать, у вас противоположные. Что же связывает боевого мага и наследника эльфийского трона?

– Лезешь туда, куда не следует, – на миг блондин оторвался от своего увлекательного занятия подбора мне литературы и покачал головой. – Не задавай лишних вопросов, чтобы не вызвать подозрений. Пытливый ум – это просто замечательно, особенно для девушки, но только не в твоем положении.

– Ты уходишь от ответа, Эр, – вернула ему улыбку, потянувшись к первой книге с обложкой из перламутровой чешуи. – И вообще мне кажется, что у тебя особые отношения с руководством этой академии. Ты будто их всех ненавидишь.

– В точку, кера Софи. Наблюдение двести тридцать восемь, женская особь очень проницательна, – уголки губ едва приподнялись. Эльф сел на краешек дивана, продолжая смотреть в мои глаза, такие наивные, недоумевающие с затаившимся на время страхом в глубине сознания. – Я наследник, Софи, а они лишили меня всех привилегий, кроме этой комнаты с богатым ремонтом. Надели свои невидимые кандалы на руки, запретив быть самим собой, написали правила, ограничившие того, кто обладает вседозволенностью! У них есть свой принц, так почему же этот парень живет во дворце, а не в общаге с непонятным скопищем?! Ненавижу ограничения, а меня загнали в рамки, и периодически тычут лицом в правила.

Угу, отравленное самолюбие. Нет, будь я на месте князя, психовала бы не меньше. Какая-то жестокая насмешка судьбы, что завоеватель вынужден вместо дворца занимать хоть и большую, но одну комнату, вместо фуагра есть кашу в столовой, предварительно отстояв в очереди, а потом сидеть за партой с…зелмянкой, которая должна валяться у него в ногах. Неудивительно, что Эр такой озлобленный. Я бы даже сказала, что парень неплохо держится, не гнется, пытается идти против системы. Но с точки зрения морали этот тип просто отвратителен, и можно только порадоваться решению его родителей показать ему обычную жизнь.

– Эр, а у вас что, академий нет? – спросила я, решив погладить парня по плечу, но вовремя отшатнулась. Нет, нельзя проявляться сочувствие, так он меня и на органы разведет. Мол, бедный и несчастный, пожалуй почку на изучение.

– Лионорская академия самое престижное учебное заведение во всей Эттарии, – Эр нахмурился и более ровным голосом пояснил. – Эттария это наш мир, состоящий из двенадцати планет с населением различных рас. Так как мир открыт и ограничений на попадание сюда, кроме наличия магии нет, он позволяет совершать переходы из других миров. Планета, на которой мы находимся, называется Этта, она же самая большая и густонаселенная. Ну, про Лионор ты уже знаешь, самая открытая, развитая, большая страна, можно сказать, центр мира, где вершатся судьбы рас. Хоть существует межпланетные организации, решающий голос в спорах всегда принадлежит Лионору, точнее императору, которого в газетах часто называют правителем мира.

– Что-то мне это напоминает… В общем, мы в самом продвинутом месте, и ты следуешь всеобщей моде, – кивнула я, подмечая среди учебников пособие по праву Эттарии. Ох, мне это не осилить даже с таким хорошим репетитором как Эр. – И все же, кер Латос, Альман…

– Неугомонная, все тебе кажется подозрительным! – сощурился эльф, полоснув по мне острым взглядом. – Альман год назад предложил мне выбрать второй дисциплиной боевую магию! Такой наглости я не ожидал, предложить мне стать будущей марионеткой их императора! Лионор со своей гегемонией перешел дозволенную черту, это предложение оскорбительно для наследника другой страны!

– А вдруг у тебя талант? Поговаривают, Альман не находится на службе у императора, значит, вербовать не должен.

– Бывших военных не бывает, Софи, – покачал головой Эр, взгляд налился свинцом. Все тяжелее и тяжелее смотреть в эти глаза, даже тело неосознанно ломается, клонится вниз, к земле, чтобы припасть к сапогам эльфа. И мне действительно кажется, что кости гнутся от мысленного повеления князя. – Не стоит лезть ко мне в душу, девочка. Нам пора заняться делом, чтобы ты больше не совершала грубых ошибок. Какая первостепенная проблема?

– Альман задал рассказать про свою жизнь…

Возвращалась от Латоса со свитым гнездом из волос на голове, за которую хваталась, чуть ли не каждые десять минут. Эльф не прерывался ни на секунду, даже на ужин уйти не позволил и сам не пошел, предпочитая еще час посвятить обучению. Репетитор из парня вышел очень эффективным: за четыре часа я знала основные события этого мира, иерархию власти, ключевые имена, которые все знают, даже на далеких планетах. Особое внимание Эр уделил Зелме, намерено не отвечая мне на некоторые вопросы, сказал, что не может одно создание знать все – это подозрительно.

Моё нестандартное поведение решили оправдывать кочевой жизнью племени, в котором я родилась, жила до семнадцати лет, посла овец, скакала на лошади, собирала грибы-ягоды и прочее. В общем, дитя полей, не знавшая о столице и не ведавшая унижений от поработителей…

К слову, для укрощения моего буйного нрава Эр решил показать пару картинок из своих воспоминаний. Перед моим взглядом на несколько минут возникла площадь, на брусчатке которой связанной лежала молоденькая девица, а на нее ведрами выливали ледяную воду. Она плакала, молила о пощаде и повторяла «я не буду, не буду больше, князь». Ощущения были такими натуральными, будто это не на нее, а на меня обрушивали водяные удары, меня хлестали по щекам и, сжав щеки грубыми пальцами, заставляя просить прощения. Когда картинка растаяла, я сидела в слезах под бесчувственным взглядом Эра.

Собственно, так я узнала, что северные эльфы в отличие от своих южных собратьев напоминают бесчувственные жестокие механизмы, разрушающие чужие жизни без малейшего сожаления. Невероятно, но с таким набором качеств, присущих древним варварам или маньякам, эта раса преимущественно наделялась светлой магией. Какой-то сбой произошел в этом мире, раз Эра с черной, как смоль, душой приходится называть светлейшим князем! Я кстати поинтересовалась, нет ли тут факультета разрушителя миров, на что получила ответ: «Нет, но если тебе интересна моя специальность, то это «усложненные ритуалы и создание артефактов первого уровня», а вот вторым направлением я хотел бы взять некромантию. Признаться, я уже полтора года хожу на факультатив».

Но я-то не понаслышке знала, что такое факультатив (это собрание фанатиков без инстинкта самосохранения, которые во имя идеи пожертвуют всем)! Не думаю, что Эр поклоняется какой-нибудь красотке, а вот трупы оживлять вполне может или проводить запрещенные опыты… например, с органами! Все-таки нужно вовремя смыться от Латоса, чтобы не стать научным открытием факультета некромантов.

– Не отвлекайся, Софи, нам нужно еще многое обсудить! Психология зелмянок такова: они слушаются, чтобы не быть наказанными. Ими движет страх получения телесных повреждений, крик они практически не переносят и сразу начинают рыдать, – быстро проговорил Эр, расхаживая по комнате. – Хорошо, что в тебе, как в них, есть страх. Порой его жизненно необходимо демонстрировать, но в тебе столько самобытности, несдержанности, а самое опасное, злости, которая поднимает тебя на бунт. Бедную овечку мы из тебя уже не сделаем, значит, придется быть покорной.

– Что ты предлагаешь? Поиграть в твою рабыню?!

– Да, и тем самым поддержав твою роль. Ну, кто подумает, что Эр Латос ошибся в определении расы? – усмехнулся он. – Будет очень естественным заполучить создание, которое должно служить своему господину по праву завоевателя. Керон от моего самоуправства будет беситься, конечно, но это же идеальная легенда для наших отношений! Дикая зелмянка захваченная в плен князем Оминора в чужой стране! Будешь выполнять мои поручения в обмен на деньги, нужную информацию и убежище.

– Убежище?

– Моя комната, Софи, – парень кивнул на гору книг, – читать будешь здесь, в моих покоях никогда не проводят обысков.

– Поползут слухи…

– А тебе не хочется прослыть рабыней?! – усмехнулся Эр одним взглядом бросая вызов на слабо. – Прекратишь это в любой момент, если надоест скрываться. Идет?

Кивнула. Но от меня не крылся насмешливый взгляд эльфа, прекрасно понимавшего, что я со своей паранойей ни за что не откажусь от прикрытия. Жизнь важнее, чем пересуды за спиной.

– А теперь, Софи, мне нужна прядь твоих волос.

– Зачем это? – отшатнулась я, внезапно почувствовав возле себя Эра с ножницами в руках. – Как давно у тебя режущий предмет?!

– Это так важно? – посмеялся он, как смеются ученые за секунду до свершения открытия. Немного нервно, надрывно, с дрожью в голосе и с затуманенным взглядом. После третьего чик-чик сознание Эра совсем помутилось, и я решила позволить ему сделать свое дело – через пять минут он бы случайно отрезал мне что-то поважнее. – Отлично, завтра я возьму у тебя ногти!

– Ты больной, Эр Латос.

Он только махнул рукой мне на прощанье, разглядывая вожделенную прядь. Я убрала книги под диван и уже собиралась покинуть комнату, закрыв дверь, как услышала:

– Софи, зелмянки в основном блондинки. Покрась волосы, пока никто сильно не начал к тебе присматриваться.

Едва успев вернуться до наступления комендантского часа, кинулась к Элле с просьбой срочно преобразить меня. Как ведьма, склонная к экспериментам, моя соседка начала наперебой предлагать варианты цветов, даже забыв выпытать, кто же тот таинственный мужчина, рискнувший покорить мое сердце.

– Блондинка? Ты? – вздохнула Элла, смешивая странные ингредиенты в тарелочке. Насколько помню, у нас покупная краска не пузырилась и не источала тошнотворный запах керосина со шлейфом из чистящего средства. – Скучно.

– Ему так больше нравится, – поерзала на стуле от волнения. – Элла, а это точно не разъест мою голову?

– Лысой не станешь, – только кивнула девушка, а потом нацепила на меня и на себя подобие респиратора. Нужно было попросить у Эра денег в долг на посещение салона красоты, но теперь точно было поздно. Как уверяла ведьмочка, жижа на моей голове, которая превратилась в желе и колыхалась при ходьбе ­– инновационный состав, который не смывается в течение долгого времени, а главное способен окрасить отросшие корни до трех сантиметров. На вопрос как это возможно, Элла пожала плечами и произнесла «магия».

Утром прической я смутно напоминала Летицию, благо, на этом наше сходство заканчивалось. Выходить из комнаты было немного страшно, казалось, что все сразу начнут тыкать пальцем и кричать «самозванка». Осторожно приглядываясь к окружающим, добежала до учебного корпуса, постепенно понимая – всем наплевать на такую мелкую фигуру как кера Софи. Единственным комментарием стали слова Амо:

– Что, решила сменить имидж? Не видишь, это бесполезно.

Велор так вообще ничего не заметил, смотрел на меня, как ни в чем ни бывало. Как хорошо, что мужчины такие невнимательные, оставалось надеяться, что Альман не является исключением из правил. Пары по магии прошли без происшествий и без особого внимания со стороны куратора; на расоведении я ничуть не хуже других рассказала о лже-расе. Сама себе поверила, что только неделю назад попала в неизвестную страну, а до этого занималась возделыванием злаковых культур и вязанием. Эр спланировал все от самой речи до интонации, с которой я должна была рассказывать свою историю, где-то нужно было взгрустнуть, где-то взволнованно махнуть рукой, а на моменте о рабстве ­– нервно сглотнуть и помолчать. И судя по полуприкрытым от скуки векам Альмана, наш обман удался.

– У вас есть органы управления, кера Софи, руководители кланов. Просветите, какие танцы принято танцевать на приемах? – спросил в конце повествования профессор, сложив руки на груди.

– Я без понятия. Наверное, вальс, – пожала плечами, смотря в пол. Удивительно, но даже это было предусмотрено моим блондинистым другом. – Вряд ли вожди станут танцевать в городском управлении восхваление солнцу.

– То есть вы не уверены?

– К сожалению, нет, – вздохнула я, осторожно подглядывая за Альманом. Некая раздражительность появилась на его лице, но это было стандартное состояние профессора на занятиях с нами.

– Почему вы не узнали о высшем обществе?

– Вы задали рассказать, что нам известно. Я в столице никогда не была, поэтому не могу поведать о том, какой чай они пьют или что танцуют, вот, если хотите узнать разницу между жужалицей красноперой и синергатом бесхвостым, то расскажу… Или о циклах роста сорицы зубчатой. Хотите?

– Нет, можете сесть на место, – сказал, как бросил камень в мой огород. – Ваше следующее задание изучить соответствующую информацию о высшем обществе расы. Доклад в письменном виде мне на стол в начале занятия.

И всё! Представляете, великий Раймонд Альман, ограничился докладом без оскорблений, ругани, раздражения в голосе! Даже Летиции досталось больше, чем мне! Это маленькая победа, вырванная ценой бессонной ночи в логове чокнутого ученого, но это того стоило. Правда, когда эйфория прошла, стало не по себе от той точности, с которой Эр предсказал вопросы нашего куратора. Он прекрасно знал Альмана, и явно одна мысль обвести того вокруг пальца доставляла эльфу удовольствие. Да, князь не увидел спокойное выражение лица мага, когда я искусно врала у доски, но это было не нужно – Эр заранее представил свою постановку. Чем больше думала об этом, тем сильнее казалось, что стала средством мести Раймонду Альману.

Дни стали лететь, как птицы в небе (тут так принято говорить) или как горланит ругательства водяной, а делал он это быстро, особенно когда нерадивый кер выбрасывал мусор в водоем. Дело в том, что иной причины вызвать непрерывный бубнеж толстяка водяного не было, приходилось кидать в болотце все, что попадалось под руку. Этакое бюджетное развлечение для простых керов, у которых не хватало денег на развлечения в досуговом секторе. Я бы тоже завидовала ребятам, которые ходят кафе или шатаются по многочисленным магазинчикам, если бы не насыщенная жизнь на факультете боевой магии.

Пары с Альманом, безусловно, были испытанием, но методики уже не удивляли своей склонностью к садизму, я привыкла к военным замашкам куратора и в случае собственной неудачи, за которой следовал выговор, только вздыхала. Без слез, страха, желания немедленно написать заявление на отчисление. Неприятно, но постепенно психика адаптировалась к давлению, оказываемому на нее Раймондом. Я нещадно отставала от других в освоении своей крупицы магии, поэтому после основных пар со мной занимался кто-то из одногрупников (если Альман заставлял, а он это делал почти каждый день). Ребята страшно халтурили, но что-то все равно делали. Часами пропадала у Латоса, с которым первая часть вечера посвящалась изучению базовых знаний об этом мире, а вторая – изучению базовых знаний обо мне (иногда со сбором биологического материала). Я уже лишилась ногтей, частички кожи на ноге и десяти миллилитров крови.

Пока я пыталась вписаться в общество керов, соответствовать минимальным требованием Альмана, чтобы не быть отчисленной в начале обучения, Эр пытался найти что-то о землянах в этой академии. Любое упоминание или даже человека, о котором просто все забыли, но новости не утешали. В данный момент Эр не мог распознать ни в одном обучающемся моих сородичей. Отсюда напрашивался вывод: либо их нет, либо кто-то очень хорошо ассимилировался с местными. Единственным документом с упоминанием землян был тот ознакомительный лист в фойе, но и тот уже сняли, заменив объявлением.

– Земляне никогда долго здесь не учились. Насколько я помню, что-то обычно происходило. В поле моего зрения попадали пару человек, но фактически их должно было быть намного больше.

– И что случалось с теми, за кем ты наблюдал? – спросила я, откладывая книгу на пару минут. Глаза превратились в маленькие щелочки, через которые уже ничего не было видно.

– Они уходили по собственному желанию, переводились в другие академии, предпочитали выйти замуж… Им было слишком сложно в станах академии, а за ее пределами мир предлагал условия лучше. Домой, кажется, никто не возращался.

– А может, наведаться в библиотеку? Или у вас есть интернет? – эльф приподнял бровь, а я пояснила. – Такой артефакт, у которого можно спросить все, что угодно, а он что-то обязательно найдет… если такое в принципе существует в мире.

– Для этого есть ученый кот, он же заведующий библиотекой, – Эр ненадолго задумался, массируя свои виски. – Рискованно спрашивать напрямую, а вот в читальном зале есть артефакт поиска литературы. Можно попробовать использовать его.

– А потом стереть историю поиска! – заговорщически наклонилась я. Мы переглянулись с Эром, находясь в нескольких сантиметрах друг от друга. Одна мысль возникла в наших головах одновременно, вызвав обеспокоенность. Практически в один голос прошептали, – переход хранит информацию!

– Софи, мне нужно точно знать, какие еще моменты связи с Землей были? – спросил Латос, а во взгляде отражались уже схемы, логарифсы, построение связей, сценарии развития событий. Казалось, он планировал взломать государственную базу данных. – Вспомни все. Может, ты пыталась вернуться, говорила кому-то о своем происхождении или писала письма?

– Я смотрела на родных, – произнесла упавшим голосом. – Они, что реально могут докопаться до этого?!

– Если не останется способов, будут проверять все досконально. Я попробую исправить эти записи, но не уверен, что у меня быстро получится. Артефакторов не учат взламывать системы накопления информации, одна надежда, что это артефакт повседневно использования, а не сверхсекретный, – Эр откинулся на спинку, прикрывая глаза. Сегодня мы занимались четыре часа. Каждый день, несмотря на свои дела, он открывал дверь и запускал меня, чтобы услышать очередную тираду. – Пока я пытаюсь найти эти артефакты и взломать их, подумай, как нам раздобыть информацию о землянах. Для начала сходим завтра в библиотеку после пар, чтобы исключить это место.

Я кивнула, поднялась с места и протянула руку для очередного забора крови. Стоило это сделать, как Эр вскакивал с кресла такой бодрый, отдохнувший, будто только что с Тайланда вернулся. Наверное, ему ужасно скучно каждый день втолковывать мне вещи, которые любой лионорский ребенок в садике проходит. Но все условия сотрудничества Эр выполнял со скрупулезностью, будто не меня, а его должны были депортировать на чужую планету.

– Велор, сегодня ведь твоя очередь заниматься со мной? – спросила я после очередной пары с профессором Гугинусом. Обычно из кабинета мы выходили с зелеными лицами, так как пока неосторожно делали надрезы и оказывались облитыми кровью мелких пакостных созданий. – Егер, очнись!

– Просто перед глазами… Эти кишки… Он ведь не сказал, что они такие липкие и вонючие.

– Вообще-то сказал, но мы подумали, что это профессор о сегодняшнем завтраке, – пожала плечами. Я пока единственная, кого не вырвало при виде разорванной вийсоры болотной, состоявшей из гнили. Каждая практика начиналась с вводного препарирования этой дряни, оказавшейся по природе смесью нечисти и растения, а заканчивалась вскрытием какого-нибудь трупа болотной живности. – Велор, давай отменим занятие, у меня есть дела.

– На встречи начала ходить?

– С чего ты взял? – удивилась я, зная, что никто просто не мог видеть меня в обществе парней. Хотя в общагу, стоявшую на границы самого посещаемого в академии парка, наведывалась частенько. – Кто-то распускает обо мне слухи?

– Нет, просто никогда тебя не вижу на улице вечером, – пожал плечами. – Могли бы погулять, пообщаться поближе, познакомиться с кем-нибудь… Робином Гудом, например.

– Егер, – подавила смешок, – он здесь не учится, он вообще не с этой планеты, но будь уверен, Альман намного круче.

– Точно?

– Определенно! Егер, иди на пару быстрей, а то одеколон выдохнется, – снова усмехнулась я, начиная кашлять от удушливого запаха мужских духов. Казалось, мужская подгруппа скупила весь парфюмерный и решила свести с ума своего преподавателя по соблазнению.

Бедная профессор Зоя Динель, ей не устоять перед такими мачо – аромат с ног свалит любого. Наверное, сегодня я единственный раз не завидовала парням, направляясь в левое крыло для очередного занятия, самого скучного и нудного. В личном рейтинге оно располагалось на предпоследнем месте, уступая разве что профессору Гугинусу с его бубнежом – у Альмана дикция была на высшем уровне, но больше ничего интересного на его предмете не было.

У аудитории стояли наши малочисленные девушки с кислым видом. Кажется, у Амо с Жозефиной окончательно умерла надежда на соблазнение Альмана, и они предпочитали даже не переговариваться между собой. Трейзи несмело помахала мне рукой, но тут же спрятала ее за спину. Десять минут провели в молчании.

И вот появился наш несравненный Альман, что самое обидное, красивее и сексуальнее, чем обычно. Сегодня его волосы были взъерошены, а губы алели, будто кем-то покусанные, невольно глаза задержались на них, очерчивая взглядом контур и невзначай продолжали свое исследование мужчины по его шее. Проступившая венка так трепетно подрагивала под кожей, что хотелось прикоснуться к этому месту пальцами. Мое увлекательное зрительное путешествие продолжалось по рукавам рубашки, закатанной до локтей и обнажающей подтянутые накаченные руки. Наверное, крепкие, твердые и горячие, как раскаленные камни….

Летиция явно от огорчения скрипнула зубами. Неотрывно смотря на Раймонда, я согласилась с ней, такой мужчина пропадает! Какой потенциал для покорения женских сердец, какие возможности, а он предпочитает классификации практическим тренировкам! В такого грех не влюбиться, была бы поглупее, как Летиция, или такой же бесстрашной, как Жозефина, обязательно бы воспылала чувствами к куратору. Между тем мой взгляд не желал прекращать путешествие и собирался опуститься еще ниже, но строгий голос Альмана заставил вернуться к исходному положению.

– Сегодня проверка знаний. Посмотрим, что вы усвоили после нескольких занятий, – отчеканил Раймонд, будто шел по плацдарму, а не говорил. – По одной в аудиторию. Кера Жозефина, прошу за мной.

Обалдеть. Неожиданный зачет очень даже в стиле Альмана, он всегда пытался поймать нас на невыученных уроках. Застращал настолько, что даже самовлюбленный Грегор Понт не рисковал списывать. К проверкам мы привыкли, никого не напугало решение профессора провести опрос, пока дверь кабинета тихонечко не отворилась. На пороге стояла Жозефина, но ее состояние внушало странное волнение, будто она подкинула нам под кожу скарабеев, и они сотней мурашек расползлись по телу. Я смотрела на нее и несколько секунд не могла понять, что же не так с этой стойкой девушкой, что так сильно смущает в ее облике, искажает и даже уродует юную некромантку? А потом поняла – это были слёзы. Дверь закрылась, и они превратились в рыдания. Жозефина, которая даже на полигоне не кривилась, когда наступала на гвозди, плакала.

– Что произошло? – спросила я, и с таким же вопросом подошли другие девчонки. – Он…?

Мы даже не знали, что еще мог сделать Альман, чтобы вывести из себя самую сдержанную девушку. Его любимицу, единственную, которую он хвалил! Если она рыдает в голос, то, что будет с нами?!

– Жозефина, его вопросы настолько сложные?

– Он кричал, – хлипнула она. – Не ругался, как обычно, а кричал…

Всхлипы прекратились, а слезы продолжали водопадом литься из глаз девушки. Да, Альман никогда не повышал на нас голос, умея поставить на место своими убийственными фразами. Но что неужели его голос доводит до срыва? Может, Жозефина привыкла быть идеальной, сделала какую-то ошибку, и не смогла выдержать его придирок? Тогда мне не страшно заходить в аудиторию, я прекрасно сознавала свою непригодность с первого дня здесь.

– Кера Амо, входите, – выглянул Альман, даже не посмотрев в сторону некромантки.

История повторилась: Летиция вышла из кабинета с испуганным лицом, правда, девушка не плакала, она молчала. Как-то затихла, поникла и, тихонько, дойдя до стены, привалилась к ней плечом. Моя фантазия отказывалась придумывать происходящее за дверью, поэтому я только смотрела на девушек, выходивших мрачнее тучи. Он кричал, он обвинял, он предлагал выбирать, правда, никто не говорил из чего, угрожал… Неудивительно, что заходя в кабинет, я чувствовала себя пришедшей на минное поле.

– Кера Софи, присаживайтесь, – произнес Альман, делая последние записи в журнале. На секунду оторвавшись, он улыбнулся и снова уткнулся. – Всё наладилось? Больше не собираетесь шокировать меня своим состоянием?

– Когда это я вас шокировала? – смотрела на куратора большими глазами и ерзала на стуле, пытаясь отодвинуться назад.

– Мне перечислить все наши встречи? – усмехнулся Альман, откладывая журнал в сторону. Эй, а меня испытывать он не собирается? Видимо, он заметил мой недоумевающий взгляд, поэтому пояснил. – Не беспокойтесь об этом. Мне важнее поговорить с вами, кера Софи.

– О предмете?

– Обо всех моих предметах, которые даются вам с таким трудом. Полагаю, что для своего уровня вы справляетесь вполне неплохо. Признаться, в самом начале я не связывал с вами никаких ожиданий, но вы оказались достаточно упорной, – произнес Альман, и, магический единорог его побери, в его глазах промелькнуло удовлетворенность. – В прошлый раз вы мне так и не дали договорить, а я хотел принести свои извинения за предубеждение, которому поддался. Вы действительно заслужили право обучаться здесь, теперь в этом нет никаких сомнений.

– Что? – я была в шоке, а он смотрел на меня своими синими честными глазами и… действительно переживал из-за собственной ошибки. – Вы снова извиняетесь?

– Мне казалось, что вам неловко, когда я делаю это публично, – усмехнулся Альман. – Так странно, обычно девушки обожают широкие жесты на виду у всех, но не вы, кера Софи. Слишком скромны и невинны для такого факультета. Пожалуй, это единственный ваш минус.

Что?! Это Альман сделал мне комплимент?! В смысле, вроде и укорил, но сделал это как-то галантно, аккуратно, дабы не задеть ненароком чувства. Своим извинением он рушил стены крепости, воздвигнутой как оборонительное сооружение между нами, таким простым словом как «извини» и теплым взглядом он начинал новую главу нашей истории. Неужели теперь не будет попыток вывести меня и себя, вынудить сдаться?!

– Профессор Альман, то есть я могу надеяться, что вы не выгоните меня с факультета? – осторожно спросила я, наклоняясь вперед и желая рассмотреть его глаза поближе. Может он под действием какого-то зелья? – При условии, что я все сдам.

Мужчина, облокотившись на стол, так же наклонился ко мне, рассматривая лицо. Не знаю, что такого необычного он увидел, но вдруг улыбнулся. Так тепло, что я невольно смутилась.

– Вы похорошели с нашей первой встречи, кера Софи, – внезапно произнес он, глядя мне прямо в глаза. – Удивлены, что вас считают красивой девушкой?

– Скорее тем, что вы это говорите.

– А что со мной не так? – усмехнулся Альман, игриво наклонив голову набок. Его взгляд сиял юношеским задором, и сейчас я действительно верила, что он со своим набором суперспособностей не ровесник Керона. – Я все-таки мужчина и вроде как привлекательный. Вы так не считаете, Софи?

ПРОСТО СОФИ?! А какая ему разница, что я о нем думаю?! Мне кажется, перед моими глазами пляшут единороги из-за стрессовой ситуации. Великий дух, пусть Альман покричит, чтобы мои сомнения на счет реальности происходящего рассеялись. К чему вообще он завел этот странный допрос?! И почему до сих пор не смотрит в свой журнал, делая пометки на полях?!

– Может, вы приступите к проверке знаний? – сказала я, осторожно поднимая взгляд. Дыхание участилось, а руки нервно скребли стул.

– А вам не нравятся мои вопросы? – Альман, поднявшись со своего места и обойдя стол, приблизился ко мне. На миг он нахмурился, будто раздумывая над следующими словами, а я едва отключилась от происходящего, чувствуя мужчину бок о бок с собой. – Софи, вы очень интересная девушка, сильно отличающаяся от других… Не знаю, как выразить свои мысли, но думаю вы поймете.

– Что именно?

– Вы мне по-своему нравитесь, – как всегда прямота профессора поражала…мою нервную систему.

Удар попал в сердце, и я грохнулась со стула. Стоило Альману подойди с протянутой рукой, как я шарахнулась в сторону, врезаясь в первый ряд парт. Мужчина с непониманием смотрел на меня, уже не торопясь подходить. Знаю, его веселила эта ситуация, но он, казалось, становился все счастливее от моей беспомощности, потерянности, той самой наивности и неверия в собственную красоту. Я нервно сглотнула, думая, в своем ли я уме, раз слышу такие слова из уст Альмана.

– Софи, для вас это действительно неожиданно? Извините, думал, получится романтично, – усмехнулся мужчина, присаживаясь около меня и махая перед моим остекленевшим взглядом рукой. – Позволите мне помочь подняться? Не хватало, чтобы вас продуло.

ААА! То есть мокрыми гонять на полигоне можно, доводить нас до обморока, пока искорка магии не зависнет в воздухе, тоже, а вот сидеть на холодном полу нельзя!!! С каких пор?! Почему он постоянно извиняется и так странно смотрит?!

– Софи, не дурите, я не причиню вам вреда, – Альман подхватил меня за подмышки и рывком поставил на ноги, осторожно поддерживая за руку. Отпускать он меня не торопился, как будто наслаждаясь этим скромным прикосновением с надеждой на что-то более раскрепощенное. – Все в порядке?

– Не думаю, у вас что-то с глазами, – произнесла я, смотря на мужчину. Да, единорог побери, это взгляд мужчины мечты, и сердце просто умоляет сдаться в плен, разум умирает с каждой секундой застывшего в воздухе молчания. Я стою на месте не в силах оттолкнуть мужчину, а он неотрывно смотрит на мои губы. Ох, заберите меня отсюда… – Профессор Альман, может, накричите на меня, как на Жозефину?

– Зачем? С вами я хочу быть нежным, – а сам наклоняется, перемещая руку на мою шею.

Горячие пальцы опаляют не хуже огня, губы помимо воли раскрываются с испуганным вздохом. Что же происходит?! Почему мой интерес настолько силен, что я не могу сопротивляться, хотя ощущаю опасность! Великий дух, Альман же реально может поцеловать! Сделай что-нибудь Софи, его дыхание уже ласкает твое ухо! Но тело было совсем не против, желая своим жаром сжечь остатки моего разума. Иногда стоит рисковать, особенно, когда очень хочется попробовать на вкус запретное…

Альман прекрасно это понимает, поэтому улыбается краешком губ, прежде чем резко отстраниться:

– Что ж весьма недурной результат, кера Софи, двенадцать минут сопротивления. С одной стороны вы, в отличие от ваших сокурсниц, до конца отрицали возможность происходящего, но с другой… скорее это происходило от страха передо мной и даже от неуверенности в себе. У зелмянок есть такой порок, и я понимаю причины низкой самооценки. В этот раз прощу, но через месяц уже нет, – Альман с прежним резким взглядом вернулся на свое место и, не замечая моего состояния, близкого к истерике, недовольно произнес. – Повторю еще раз, кера Софи, избавьтесь от стеснения и поверьте сами в себя, иначе полноценный боевой маг из вас не получится.

Двенадцать минут?! Так он все же изобрел норматив по психической устойчивости?! Только все девочки потерпели фиаско. Даже я с моим страхом перед всемогущим Альманом дала сбой, потянулась к мужчине. Да, ситуация неправильная, ведь между учителем и учеником не должно быть связи, тем более между неумехой Софи и великим магом. Только проблема в том, что вел он себя естественно, по-альмановски, а не пытался разыгрывать великого соблазнителя. Я ни на секунду не сомневалась, что передо мной он, Раймонд Альман, немного добрее обычного, но не настолько, чтобы казаться подозрительным! Воспоминания встреч, взгляды, уверенные, но с каплей горечи и сожаления, будто мужчина старался не идти на поводу у чувств, но не получилось, и осторожные слова, подобранные специально для меня! Черт возьми, как не поверить?! Этот обман даже детектор лжи не распознал, куда уж обычной Софи!!!

И ведь способы вывести девушек из равновесия у него разные: на других кричал, а со мной решил обойтись ласково. Теперь-то я понимаю его коварство: он метил в наши слабости, скрытые страхи, которые постоянно просил исправить! Мы недостаточно поработали в деле самосовершенствования, итогом стало применение излюбленного метода Раймонда: побольнее нас ударить, потыкать, так сказать, в лужицу носом.

На этой радостной ноте, от которой струны моей души порвались в одно мгновенье, закончилось занятие по соблазнению. Выражение лица, думаю, было таким же, как у остальных – будто сковородой ударили, а потом наковальню на голову опустили. Ноги не слушались, а к горлу подкатил комок, и только клокочущая внутри злость не давала ни одной слезинке скатиться по щекам. Когда рука легла на дверную ручку, сзади из уст Альмана раздалось:

– Кстати, это правда, вы действительно неплохо справляетесь с моими предметами на данном этапе. Так постарайтесь, чтобы я не выгнал вас за неспособность быть девушкой в полном смысле этого слова, или будьте чопорной леди за стенами академии.

Я с грохотом закрыла дверь. Что мне дело до правды, когда, по мнению Альмана, я не могу быть тем, кем родилась – девушкой!!! У меня, видите ли, комплексы, низкая самооценка, как и у всех представителей нашей расы – зелмянок! В легенду это вписывается прекрасно, но фактически я с другой планеты и не должна так реагировать на близость мужчины! Я реально не способна ни ответить на ласку, ни принять чувства, ни тем более, кого-то очаровать и закружить в страсти?! Полная неумеха и бездарная леди?!

Погоди, Софи, этот Альман специально давит на твою психику! Наш несравненный ни с кем идеальный куратор поставил себя на такое место, что все другие создания кажутся себе никчемными. Вырази симпатию другой мужчина (кроме Эра, конечно), я бы поняла эти чувства и даже ответила на них… Или нет? Ладно, Альман частично прав, у меня комплексы, что неудивительно в условиях приоритета учебы в жизни, некогда было тренироваться, да и Костик не располагал к страсти! Но это совсем не значит, что я боюсь чувств и не могу понравиться мужчинам!

За обедом ковырялась в тарелке, прокручивая в голове слова Альмана. Отвратительно. Обидно до жути и немного стыдно, что повелась на провокацию. Он мне мозг выключил, что ли, перед тем как прикоснуться?! Бросив вилку в тарелку, решила уйти из столовой. Как оказалось, вовремя: трапезничать пришли куратор с деканом.

– Здравствуйте, профессор Диркан, – отчеканила я, обходя парочку стороной. – Приятного аппетита.

– Вам тоже, кера Софи, – отозвался наш добрый лучик солнца Аркон, но, увидев мою размазанную еду по тарелке и жажду выбраться из зала, спросил. – Вы уж уходите, не доев? До ужина еще долго.

– Что-то кусок в горло не лезет, – ответила я, на секунду глянув на Альмана. Последний даже бровью не повел.

К библиотеке подходила в взвинченном состоянии: внутри все утопало в противоречивых чувствах от «Альман вообще-то прав, дорогая, у тебя ведь не было парня» до «он мерзавец, никто не имеет права так манипулировать девушками». Сошлась на том, что у меня есть характер, и он позволит мне понравиться любому при желании. Заметив под тенью ивы Эра, незаметно махнула ему рукой. Длинные ветки-плети, свисавшие до земли плотной занавесью, защищали нас от любопытных взглядов.

– Снова проблемы? – спросил Эр, заметив мое выражение лица. – От Альмана?

– Князь Латос, а как у тебя с соблазнением? – вдруг спросила я, впиваясь взглядом в эльфа. Тот заинтересованно приподнял брови. – Сможешь меня научить всяким хитростям, на которые клюют мужчины?

– Все настолько плохо? – хмыкнул блондин. – Или ты решила отомстить Альману?

Что-то я погорячилась, наши отношения с Латосом еще не настолько близки, чтобы он стал моим гуру в отношениях. Нет, сначала сама попытаюсь стать роковой красоткой, или чего там хочет из нас сделать куратор, только в случае неудачи прибегу к секретному белобрысому оружию.

– Нет, князь Латос. Пока что будем искать информацию о расах.

– Жаль, я думал, поцелуемся, – мечтательно произнес князь, смотря на меня горящим взглядом. – Ничего личного, просто мне нужна твоя слюна.

– Только скажи, сразу плюну, – отшатнулась от эльфа, впрочем, после моей фразы он на всякий случай отступил назад. – Каков план?

– Идешь и ищешь. Советую просмотреть все, что найдешь в библиотеке. Когда вернешься в комнату, напиши что-нибудь неподозрительное через Хранилище, тогда в игру вступлю я, буду заметать следы.

Я кивнула и направилась по узкой тропке к монументальному зданию, больше напоминающему средневековую крепость, чем библиотеку. Разве в ней не должно быть больших окон?! Но, видимо, архитектору было плевать, раз он решил сделать узкие бойницы, в которые просочится, и то с трудом, одинокий лучик света. Внутри здание также пугало своей аскетичностью и средневековым шиком: шкура медведя на стене, двадцать пустых доспехов вдоль длинного коридора, указатели в виде пиков, – и это все утопало в запахе сырости. Для полноты картины не хватало факелов на стенах и пробегающих мимо посетителей крыс. Кажется, руководство сделало все, чтобы сюда приходило как можно меньше керов.

Читательский зал, к удивлению, оказался вполне приятным местечком с ровными рядами столов, за которыми кое-где сидели создания, не испугавшиеся неприветливого промозглого коридора. Несмотря на отсутствие окон, помещение освещалось сотней магических пульсаров, уходящих в неизведанную и недоступную для посетителей глубь книжных стеллажей. Я выбрала самый далекий столик возле единственного фикуса в горшочке и начертила в воздухе знак вызова, заполняя его своей магией.

– Что желаете найти? – спросил появившееся бестелесное облачко передо мной. Не предупреди Эр о таких сотрудниках, меня бы удар хватил.

– Упоминания о людях с Земли и о планете Земля.

– Желаете просмотреть все источники?

– Сколько их?

– Десять.

– Все.

Не густо, а на деле оказалось, что вообще два. Восемь томов были посвящены возделыванию земли в различные временные периоды. Да, планета была нашей, но кроме описаний природы Сибири и Краснодарского края там ничего не было, причем описание это носило скорее художественный характер, чем научный, и содержало много неточностей. Один из двух полезных томов представлял собой всеобщую историю Эттарии, которую изучить попросту невозможно даже за неделю, а алфавитного указателя здесь не было. Книга была отодвинута в сторону. Придется просить Эра купить книжку или пересказать мне ее.

Последний из двух источником с неинтересным названием «Отчет о проведении поисковой экспедиции №37» оправдал ожидания – в нем действительно рассказывалось о планете Земля, и описание соответствовало действительности.

«Населенный пункт, в котором расположилась наша группа в первый день перехода, среди населения зовется Рябиновкой, состоит из трехсот дворов ветхого состояния. Деревянные постройки преимущественно одноэтажные. Жители дружелюбные, но информацией не обладают, кроме урожая и ухода за урожаем почти ни о чем рассказать не могут. Предложили «сходить к Антипке на опохмел», нами не установлено, что этот за Антипка и что за оружие опохмел, ведется поисковая деятельность.

О других мирах не ведают, магией не обладают, про систему управления четкого ответа не получили, но заправляет над всеми некий Царь. За остальным отправили к барину, пояснили, что он над ними всеми голова и хозяин, который про все наши иноземные говоры больше знает.

Все в грязи. Под ногами каша, в которой утопают наши ноги. Плутали неделю по болтам, полям и зарослям, пока местный не указал путь. Пешком добраться до города не удалось. Так снова вернулись в Рябиновку. Развлекались в поле, водили хороводы, нашли Антипку. Похмелье было с утра и оказалось головной болезнью, опохмел ­– лекарством сомнительного действия.

Через неделю попали в имение к барину, как называли его жители. Удивительный человек оказался, продержал нас у себя месяц, прежде чем направить в столицу. От него узнали о любопытнейшем устройстве жизни, где в услужении хозяина находятся люди и платят ему оброк, отрабатывают барщину. Подробнее расписано в приложении 1 к настоящему отчету. Мне система показалась любопытной, не лишенной оснований.

Пытались добраться до столицы, но в виду постоянных поломок машин в пути проехали только двести алкеров ( по их – километров). Порталов здесь не бывает, ритуалов не проводят, разве что существуют знахари, как наши травницы, поэтому полагаться мы могли только на себя. Изможденные мы снова вернулись в Рябиновку, из которой пытались выехать еще три раза, но что-то непременно ломалось, отваливалось или тонуло в болотах…»

И все описание в таком роде: везде грязь, все разваливается, при наличии власти живут, как хотят, но отвечают перед барином. В том самом приложении была представлена критика существующего строя, который явно до дрожи в теле был переполнен атмосферой Рябиновки, откуда не мог никак выбраться. Но даже те крупицы знаний, что он получил, принесли свою пользу – маги туда по доброй воле возвращаться больше не собирались. И насколько я поняла, что больше никто туда не совался с чем-то грандиозным.

Портал, связующий два мира, наш и Эттарию, все же оставили, но работал он только на выход. Возглавляющий экспедицию маг в итоговом заключении установил низкий потенциал у трех процентов людей. Он посчитал их способными для дальнейшего обучения в Академии, так как на тот момент времени зельеваров в Эттарии было немного, а земляне обладали базовыми знаниями о травах и природе.

Я переписала заключение, поняв, что все до сих уверены: земля некое местечко, где ничего нет, кроме грязи и крестьян с заботами об урожае. Маги из этого мира стали заложниками обстоятельств, но, как мне показалось, повествователю все же приглянулись некоторые идеи нашего мира. Будучи очень подозрительной, я решила просмотреть отчеты предыдущих экспедиций. Оказалось, что это была целая межмировая программа по поиску потенциальных магов с установлением стационарных порталов перехода с покрытием на тысячи километров. То есть артефакторы вкопали в земелюшку странные столбики, и они годами считывали ауры существ с потенциалом к магии, если кого-то находили, то совершался переход в пространстве!

Удивительно другое – по результатом поиска порталы были установлены только на двух планетах, причем по сравнению с могущественной расой драконов, земляне с их изготовлением травяных отваров выглядели совсем не солидно. Я решила проверить статистику на год проведения экспедиции и обнаружила кое-что подозрительное. Зельеваров было действительно мало, около двух на две тысячи человек, что по меркам Эттарии мало. Но в сноске статистического ежегодника указывалось: «ведьма любой категории имеет право заниматься изготовлением зельев», и вряд ли какая-то колдунья не знала, что делать с травой, водой и котелком. Тогда зачем земляне?! Зачем тратить такие ресурсы, чтобы перетащить в чужой мир испуганных людей, практически бесполезных?! И последний интересный факт – экспедицию возглавлял Керон. Старику, либо очень понравилось в Рябиновке, раз он решил дать шанс простым людям… либо он узнал что-то любопытное, не предназначенное для отчетов?!

Вернувшись в комнату, я пыталась сложить все в картинку, но пока ничего не получалось. Дело не чисто, в этом не приходилось сомневаться. Керон, Рябиновка, земляне, экспедиции, повышенное внимание, тайна… Ее надо раскрыть, но кто знает, что двести лет назад увидел маг на чужой планете?! Это тупик. Вздохнув, я села писать сообщение Эру.

– Это ты кому? – заглянула через руку Элла. – Что?! Жизнь слишком сложна, чтобы ее понять?! Лучше стереть прошлое, если есть возможность?!

– Читать чужие сообщения нехорошо.

– Когда это угрожает личной жизни соседки, можно и даже нужно! Кто такое пишет своим поклонникам?! – насупилась Элла, а ей ведь не объяснишь, что это не любовная переписка. – Так пиши под диктовку! Я истосковалась по тебе с нашей последней встречи… Хотя мне нужно знать, какой он тип?

– Ээ, красивый, умный… немного странный.

– Романтичный или темпераментный? У него перехватывает дыхание, когда ты рядом?

– Ну да, можно сказать и так, просто с ума сходит при виде меня, – вспомнив маниакальный взгляд Эра, кивнула головой. Я понимала, что Элла не отстанет, пока не увидит отправленное письмо с нужным ей текстом. Надеюсь, князь не посчитает это оскорблением или домогательством.

– Так, тогда пиши. Господин, ты ведь действительно мой господин. Я жду нашей следующей встречи. Надеюсь, ты изнываешь от нетерпения…

В целом неплохое сообщение, ведь я действительно постоянно думаю о проблемах, а Эр явно изнывает от недостатка биоматериала для исследований. Элла права, нужно писать более возвышенно, завуалировано, а не «Керон хитропопый. Если поможешь понять, в чем дело, сдам кровь на анализы». Письмо было отправлено, и я с крутящимися каруселью мыслями легла спать, чтобы увидеть Рябиновку с ее крепостным правом, Керона, увязшего в болоте, корову, съевшую почтенную грамоту за открытие новых миров.

Этой ночью Софи хорошо спала, несмотря на эмоциональную перегрузку. К сожалению, она не видела выражения Эра Латоса, получившего сообщение, не услышала его шепота «по ее мнению, это неподозрительно?» и раздавшийся следом смех. Тем более, даже в страшных мыслях она не могла представить, что от удивления исказилось не только лицо эльфа, но и профессора Альмана, занимающегося проверкой жизни своих керов. Подумать только, среди всех снова отличилась кера Софи! Сначала подумал, что это какая-то шутка, девчонка не может так написать… А если может? И эта опасная мысль, мелькнувшая искоркой в голове, дала ему тему для размышлений на всю оставшуюся ночь.