Найди меня, если сможешь

Глава 5.

– Софи, ты чего такая? – спросил Егер, у которого все было круто. – Ты представляешь, сегодня мы… Софи?

Я его не слушала, а смотрела на заметно поредевшую группу. Занятие по основам магии проводилось для темных и светлых раздельно. К величайшему огорчению, в нашей части осталась Амо, недобро смотрящая в мою сторону. Девушка выглядела великолепно, будто пришла прямиком из спа-салона на занятие с Альманом. Мне все равно, как она выглядела, завидовать красоте не стану, но именно сейчас девица щебетала на ушко Грегору Понту всякие гадости о кере Софи, глядя ей, то есть мне, прямо в глаза! Ведь это заговор аристократов, готовившихся проучить простушку!

– Велор, не хочется тебя расстраивать, но ты связался с отвратительной компанией, – прошептала я, видя, как в глазах Грегора появляется все больше пренебрежения. – Кажется, вскоре перед тобой поставят выбор, дружить со мной или с ними.

– Перестань, Софи, они нормальные маги, – махнул рукой Велор, поправляя кожаный ремень. – Представляешь, вчера Альман провел для нас занятие! Он настолько крутой, что может пользоваться одновременно двумя видами магии…

Я и не сомневалась в способностях профессора, только сейчас меня больше занимал вопрос безопасности, а не степени крутости куратора. Сегодня на занятии нужно постараться не выделяться, чтобы не вызвать приступа гнева Летиции и заодно не опозориться в очередной раз перед Альманом, на которого глаз положили не только наши девчонки, но и почти вся женская часть кампуса. Интересно, а Раймонд слывет сердцеедом в академии, пользуется своим положением или он безгрешен?! А что, молодые адептки как вишенки на торте, только захоти – возьмешь без труда!

– Кера Софи, о чем думаете? – в мысли ворвался строгий голос Альмана, и я покранесла, глядя на его сомкнутые губы. – Бегом в аудиторию!

– Ээ… есть! – отдав честь под грозным взглядом куратора, прошмыгнула внутрь класса. За мной закрылась дверь, а Летиция уже умудрилась скривиться, стоило мне легонько задеть рукавом грудь Раймонда.

– Основу светлой магии составляют магические нити положительной направленности. Соответственно, она подходит для целителей, фей, восточных и южных эльфов с даром жизни, ведьмам, в простонародье, добрячкам, части драконов. Магия направлена на лечение, создание счастья, процветания и всего подобного, в отличие от темной, несущей разрушение, – сразу начал Альман, даже не дождавшись, пока мы откроем тетрадь. Я уткнулась в парту и принялась строчить, стараясь не поднимать взгляда. – Если вы не овладеете в совершенстве нейтральной магией, то есть смешением двух направленностей, то советую применять светлую магию, расположенность к которой у вас сильнее проявилась в сознательном возрасте. Преимущественно, светлая магия используется для создания защитных щитов. Но она может неплохо ранить, нужно только знать особенности ее применения. Надеюсь, все знают элементарные правила использования магии? Все это вы должны были пройти на курсах или с личными учителями.

– Да, – выкрикнули все, а я так и не смогла промолвить «нет». Загрызли бы точно.

– Прекрасно. В первый год обучения важно отработать жесты, саму технику вызова силы из источника и следующее за этим преобразование. Классическим приемом является использование словесных заклинаний, этому вас научат на других предметах.

Каких, интересно? Наше расписание, как огурец из воды, на девяносто процентов состоит из Альмана. Сомневаюсь, что кто-то из профессоров успеет нам что-то объяснить, ведь тут же начнется пара у Раймонда, и мы поскачем к своему куратору под огненным обстрелом. Я фыркнула, а потом с опаской осмотрелась, вроде никто не заметил.

– Я считаю пустой тратой времени зубрежку тысячей вариантов слов, где важно соблюдать интонацию, делать паузы, ставить верно ударение. Мы будем учиться использовать магию при помощи жестов, что позволит сократить время на создание заклятий вербальными способами. Посмотрим, как пойдет, но начать придется с преобразованием магии силой мысли. Построиться в шеренгу!

Все вскочили с места и построились в ровную полоску, а я спряталась за длинным Велором, рассчитывая подсматривать за его действиями. Надеюсь, это в диковинку для всех. Ох, это чувство страха перед новым, ожидание грядущей личной катастрофы заставляло робеть. Все неправильно, будто я тут стою по чистой случайности, имея представления о магии такие же, как у коровы о газонокосилке. По коже рассыпались мурашки, засосало под ложечкой, а после встречи с взглядом Альмана захотелось выйти… в окно.

– Рассмотрим самый простой способ, применяя который можно вызвать простой неподвижный пульсар. Уже через неделю скорость вызова должна сократиться до трех секунд! – на последнем Альман поставил акцент своим пробирающим до костей голосом. Вот не знаю, что у меня получится, но скорее всего нервный срыв, а не пульсар. – Итак, закройте глаза и ощутите пустоту внутри себя…

Это я смогу, у меня уже давно ощущение, что я в этом мире как…неприятный объект в проруби.

– Расслабьтесь, избавьтесь от мыслей, вы должны почувствовать свой внутренний мир, сотканный из нитей силы…

Ага, а что если вот в данный момент этот мужчина застыл прямо напротив и смотрит в мое сосредоточенное лицо?! Как расслабиться?! Надеюсь, он оценивает прелести Летиции, пока она не видит или еще одной девчонки, кажется, Трейзи.

– Теперь уловите нити, просто рассмотрите их внутренним зрением.

Просто?! Я вот уже две минуты жмурилась, как на солнечном пляжу в Анапе без очков, но кроме звездочек ничего не увидела. Чувствовала себя не в своей тарелке, очень хотелось открыть глаза и проверить, не шутка ли это для глупышки.

– Присмотритесь, каждая нить состоит из двух, скрученных в спираль. Да, сейчас придется напрягаться, чтобы различить оттенки, но потом станет легче, магия пластична и послушна для своего хозяина. Теперь мысленно прикоснитесь к нити, потяните на себя светлую часть… – послышались шаги, и я предпочла вообще ничего не делать. – Не теряйте концентрацию, Грегор, потерпите эту боль. Ваш организм освоится и потом не будет сопротивляться. Пробуем, керы! Не бойтесь неприятных ощущений. Именно из-за них другие маги предпочитают словесные заклинания, им не хочется испытывать дискомфорта, но вы же не хотите стать слабаками?

А ему, значит, нравится терпеть боль и заставлять студентов испытывать мучения? Я вот ничуть не удивлена, Альман с самого начала выглядел доминантом. Ох, Софи, и как ты могла в нем разглядеть графа Орлова, когда он сам Дракула! Стоять с закрытыми глазами порядком надоело, никаких нитей перед моим взором не появилось, что навевало на неприятную мысль… а я не случайно здесь оказалась?! Мне что, придется имитировать магию?!

– Оу… – кажется, голос Летиции, а потом кашель.

– Держитесь, кера Амо, у вас неплохая подготовка, – звучал голос Альмана, не оставлявший ни единого шанса прервать испытания на прочность… для керов. – Стойте на ногах! При борьбе тоже валяться станете?! Довожу до сведения, что противнику все равно на ваше состояние… Не жалейте себя сейчас, чтобы не жалеть о проигрыше потом!

– Теперь потяните на себя немного, нить отделиться и пойдет за вашей мыслью. Направьте ее к себе, а потом почувствуйте тепло в руке, – продолжал инструктировать Альман, расхаживая туда-сюда. – Не получается? Это ваша магия она должна быть послушной, а выходит, что вы существуете независимо друг от друга! Такого быть не должно, керы. Она ваш друг, защитник, сама жизнь. Сейчас ваша задача с ней договориться. Не стоит много вытягивать, вы не сможете контролировать такой поток, всего лишь пару капель… Зецкер, вы вчера на паре были?! Я же сказал пару капель, а не выжечь себя дотла!

Интересно, только я покачиваюсь на носках, чтобы не заснуть раньше конца пары?! Магический единорог, пожалуйста, дай мне пару ниточек… хоть что-нибудь, а то Альман меня сожрет заживо или того хуже, отлупит тем самым стеком.

– Открыли глаза и пытаемся удержать магию на ладони силой мысли. Не прерывайте контакт с увиденным, чувствуйте магию, поддерживайте пульсар! Как кровь течет по венам, так же магия струится из источника. Держим минуту!

Я разлепила глаза, едва удерживая разочарованный вздох. Почти у всех получилось хоть как-то. У пары магов огонек потух практически сразу, но он ведь был. Парни удостоились недовольного взгляда Альмана и бесстрастного «пробуйте, пока не получится». Амо с гордостью прошла испытание, продержав пульсар установленное время, даже чуть больше, сразу засияла не хуже лампочки, получив довольный кивок от Раймонда. У Егера огонь потух через тридцать секунд, казалось, это предел парня, после которого тому светил только тот свет. Инквизитор приближался, а я уже приготовилась к позору и прилюдному сожжению на костре.

– Не получилось, кера Софи? – спросил он, заставляя покраснеть, как свекла. – Нужно обратиться к внутреннему источнику. Да, вам сложнее в силу некоторых причин, но вы же не собираетесь себя жалеть?

– Нет, конечно, – вот под таким взглядом в чем угодно признаешься. Неужели Альман намекал на мой низкий потенциал и абсолютную неподготовленность к его факультету? Хорошо, что вслух не сказал, впрочем, слова достигли адресата. Мне действительно стало отвратительно на душе, я не оправдывала надежд… прежде всего своих. Проклятая магия! Я хочу тебя увидеть! Да мне плевать на боль, не хочу прослыть слабачкой, изгоем для этой кучки аристократов, пустышкой! – Я попробую еще раз.

– Хорошо.

Все принялись за новые попытки, пытаясь сократить количество времени на вызов, а я по-прежнему видела черноту раз за разом. На ладони не появилось ни капли света, надежда постепенно угасала. Страшная мысль, что у меня нет магии, прожигала сознание.

– Кера Софи, я недоволен, – сказал очевидную вещь Альман.

Я уже приготовилась быть отчитанной, но куратор вдруг засучил рукава и, рыкнув «пробывать, а не пялиться», подошел ко мне вплотную. Мамочки! Он был так близко, что я видела каждую ресницу, чувствовала дыхание на своих щеках, даже слышала биение сердца под черной тканью формы. Я нервно сглотнула, стараясь не делать лишних движений, чтобы не задеть профессора. Его пальцы коснулись моих висков, вызывая странное чувство внутри… Как же страшно дышать!

Он же рядом, практически прижимается, заставляя щеки пылать огнем! Надеюсь, мысли это исчадие читать не умеет, иначе мне совсем крышка. Тело била настоящая дрожь, губы, казалось, распухли от постоянных кусаний, но Альман отступать не собирался. Если это такое наказание, то очень жестокое – мои нервы на переделе.

– Расслабьтесь, – сказал невозможную вещь Альман, а дыхание царапнуло губы, словно смерть ходила вокруг. – Кера Софи, обратитесь к Великому духу…

Что за существо?! Как будто мне известно, как обращаться к их непонятным существам или богам!

– Кера Софи, вы пробуете или стоите столбом?

Значит, мужчина каким-то образом чувствует меня… Отвратительно звучит, но пора посмотреть правде в глаза, он не отойдет, пока огонь не снизойдет на мою ладошку. Надо пробовать еще раз, Софи! Соберись, забей на Альмана, подумай о том, как ты хочешь жить. Великий дух, нет, магический единорог, дай мне увидеть эти нити. Пожалуйста, сделай маленькое чудо для адептки!

Не знаю почему, но сработало. Все вокруг засверкало тысячью тонких паутинок, блестящих разными цветами. Я не удержалась от радостного писка и уже приготовилась сгрести в кучу богатство с бусинками росы между ниточками, как голос Альмана напомнил не отвлекаться. Я напрягала глаза, пытаясь различить светлую часть, но нити просто искрились, как радуга! Единорог явно подшутил над несмышленой адепткой, неправильно сформулировавшей свое желание.

– Кера Софи, потяните на себя нить.

Лучше ведь что-то, чем ничего? Я подцепила воображаемым ногтем паутинку и рванула на себя, пытаясь вырвать кусочек, только он оказался прочным, как горячекатаная арматура. В одно мгновенье нить потяжелела, раскалилась, нарастила цветные шипы, больно впившиеся в ладонь…нет, в само сознание. Магия отчаянно сопротивлялась, доставляя организму вполне реальную боль. Чем сильнее тянула на себя – тем больнее она хлестала сознание своей силой, заставляя дергаться тело. Альман продолжал держать свои пальцы на висках, и только ощущение горячего мужского прикосновения позволяло не терять связь с реальностью.

В какой-то момент стало слишком больно, да и магия принялась путами окутывать меня, словно удав вокруг заснувшей жертвы. Я попалась в ловушку, продолжая тянуть частичку на себя и постепенно сходя с ума от сжимающей боли. Кажется, мысленно уже кричала, едва удерживаясь от резких движений среди опутывающих меня нитей. Нет! Не поддамся! Я себе не враг, а, значит, магия не может причинить мне вреда! Это моя магия, и она пойдет со мной!

Открыла глаза, а над ладонью повис маленький огонек победы, правда, почти сразу же потух от капельки крови. Я трогаю свой нос, неловким движением размазывая кровь по лицу. Нервный смех едва удерживаю, кажется, магия может причинить вред, ей все равно на чувства хозяина, но это все равно чудо! Какое счастье, получилось! Я поднимаю взгляд и встречаюсь с синими глазами Альмана, неотрывно наблюдавшими за мной.

В какой момент он перестал контролировать? Что почувствовал?! Доволен ли результатом или хочет отчислить?!

– Пойдете в лечебное крыло? – и это самое удивительное, что можно было услышать из уст куратора.

– Нет, – шмыгнула носом. Альман сразу же развернулся к другим, а я впервые заметила, что никто из керов не занимался, предпочитая наблюдать за моей попыткой. По взгляду Летиции поняла, что темной точно быть, ведь она так старалась, чтобы заслужить внимание Альмана, а я, пустышка, ничего не сделав, получила его близость.

– На исходную! Вперед! У вас есть еще силы, – хлопнул в ладоши Альман с привычным строгим выражением лица.

– Софи, тебе было больно? – тихонечко спросил Егер, а глаза едва не вылетали из орбит. – Ты так закричала, а потом кровь хлынула из носа потоком, что я едва сам не умер от страха! Думал, мне больно, но ты…

– Едва не умерла, задушенная собственной магией, – прошептала я, смотря в испуганные лицо Егера, побелевшего до неузнаваемости. Кажется, картина, развернувшаяся перед взором ребят, напоминала фильмы Тарантино. – Ты чувствовал что-то похожее?

– Нет, Софи, я отделался головной болью, меня же с детства учили чувствовать магию внутри, наверное, поэтому все было проще. А ты разве не делала тоже самое? – спросил Егер, с сочувствием заглядывая мне в глаза, а потом вспылил. – Профессор помог настроить тебе связь с магией, поддерживая ее до последней секунды. О чем только Альман думал?!

– О результате, Велор, – ответила я, невзначай ловя на себе взгляд синих глаз. Альман ничуть не дрогнул во время связи, хотя прекрасно знал о возможных последствиях. Жестокий способ, зато действенный, но в этот раз я скорее благодарна, чем зла.

Второй день в академии продолжил традиции предыдущего ­ – после первой пары я едва дошла до следующей аудитории. Пронеслась призраком мимо стола Альмана, плюхнувшись на место с Велором, а мой друг вовсю общался с новыми высокородными друзьями. И зачем ему эти заносчивые снобы? Я бы и на метр к ним не приблизилась. Но то моя воля, а есть еще воля Альмана, который явно вознамерился свести меня сегодня если не в земляную могилу, так в социальную.

– Что не так? – зыркнул мужчина, демонстрируя потрясающий самоконтроль. По глазам вижу, как его достали капризы адептов. – Я четко произнес, разойтись по парам и приступать к занятию. Сегодня практическая работа «Определение потенциала мага», и так как вы не в курсе, какие возможности у керов в этой группе, послужите друг другу объектом исследования.

Класс! Теперь мы будем подопытными! Интересно, а на практике по нападению тоже друг в друга будем пульсары швырять? Теперь я в полной мере понимаю, что означала строчка в договоре на оказание образовательных услуг: «Обучающийся принимает на себя все риски потери здоровья». Почему только они не включили пункт, что куратор курса не дружит с головой и хочет превратить нас в солдатов? Моему брату здесь бы точно понравилось. Надо как-нибудь посмотреть, куда его жизнь закинула, вот поднакоплю деньжат и сил, обязательно запущу свой яблочный поиск.

– Прекрасно, – язвительно произнес Альман, рассматривая образовавшиеся пары. Он явно был глубоко разочарован в нас. – Ищите легкие пути, поэтому встали рядом с друзьями, о которых вы наверняка многое знаете! У меня в группе никто, кроме Жозефины, не хочет научиться определять потенциал мага?!

Некромантка легонько улыбнулась, пряча свой загоревшийся взгляд. А вот я едва не схватила Велора за руку, понимая, что не хочу попасть в пару к аристократам. Между тем народ мешался, пытаясь распределиться, но и в этот раз Альман остался недоволен, о чем и сообщил его тяжелый вздох. Куратор отдавал короткие приказы, определяя оппонента для каждого.

– Кера Софи Завьялова и… кер Эндрю, – скомандовал мистер военный начальник, а потом вдруг всмотрелся в наши лица, считывая эмоции. Видимо, оценивал степень гадства своего решения. – Нет. Кера Софи и кера Летиция, на исходную.

– Нет! – казалось, мы обе произнесли это одновременно. Только мой обреченный шепот перекрылся брезгливым вскриком блондинки. – Я не буду в паре с этой… Она же ничего не умеет, и так понятно, что Софи бездарность. При всем моем уважении, профессор Альман, отстающие не должны удерживать на месте успевающих.

Мужчина сузил глаза, одарив нашу прелестницу а ля Рапунцель с характером гадюки своим резким взглядом. Не знаю, каким образом девица выдержала этот натиск, я бы сжалась в комок от подобного внимания. Укорить Альмана в непрофессионализме смерти подобно! Впрочем, разве меня должна волновать психика Летиции? Как-то раз ее осадил наш декан, а теперь это сделает куратор… Я уже приготовилась услышать резкий голос в кои-то веки защитивший меня.

– Откуда такие выводы, кера Амо? – голос резкий, но что-то он не торопился отчитывать девушку. – Я жду аргументов, позволивших вам прийти к такому результату. На чем вы основываетесь?

– Она едва смогла вызвать пульсар.

– И это все? – сложил руки на груди куратор. – Кажется, на вчерашней лекции было еще десять критериев для объективной оценки потенциала. Приступайте к работе, кера Амо, я хочу увидеть абсолютно все показатели.

Я, конечно, стояла молча, но только слепой не смог заметить мой переполненный злостью взгляд. Ведь Альман наверняка знал, какая между нами пропасть, граничившая с ненавистью классовая неприязнь. Во время работы придется вызывать пульсар, а значит, испытывать неприятные ощущения, снова нагружать истерзанный опустошенный организм и видеть смерть, приветливо машущую мне косой. Уверенности в том, что все пройдет гладко нет, ошибусь – Летиция свалит неудачу на меня! Я и так стала девчонкой для нападений из-за повышенного внимания Альмана, но это сущие мелочи по сравнению с провалом выполнения лабораторной! Этого Амо мне никогда не простит…

– Вызывай свой пульсар, замухрышка, – прошипела блондинка, наклоняясь к уху. – Что, сил не осталось? Так иди и скажи ему, что неспособна продолжить занятие.

– Меня зовут Софи, – процедила я, не собираясь дрожать как осиновый лист под ненавистным взглядом блондинки. Да, страшно провалить задание, но это не значит, что нужно позволять гнобить себя. Не позволю, особенно невоспитанной аристократке. – Я никуда не уйду, пока все пункты не будут заполнены. Только попробуй помедлить или подставить меня…

– Тогда что? – усмехнулась Летиция. – Ты ничего не сделаешь.

– Приступай, мы в равных условиях. Раньше начнем, раньше выйдем, – прошептала я, прикрывая глаза.

Давай, магический единорог, показывай свою магическую радугу. В этот раз было чуть проще, во всяком случае, помощи Альмана не потребовалось, а вот бумажные салфетки оказались очень даже кстати. Багровые ручейки с завидной регулярностью начинали струиться из носа, стоило только открыть глаза и пытаться удержать огонек на ладошке, пока Амо делала нужные замеры и расчеты. Хоть девчонка действовала оперативно, я была на последнем издыхании уже на середине исследования.

Хмурые взгляды Альмана из-под насупленных бровей позволяли держаться на этом свете. Фантазия в красках рисовала наказания нашего военного садиста в случае неудачи на простой лабораторной. Ему не нужны слабаки типа меня, кисейные барышни, падающие в обморок от собственной крови, леди, что давят на жалость одним своим изнеможенным видом. «Не хочешь быть пиявкой на теле академии – работай усердно! Что, на поле боя тоже сдашься и пойдешь в медпункт?! Мне плевать, сколько тебе лет, как и всем на этом свете. Мир жесток, первыми в нем отмирают именно такие слабые звенья» – примерно такое говорил напряженный взгляд Раймонда, когда он останавливался возле нас.

Не сомневаюсь, он заметил, как на меня действует его пристальное внимание – глаз сразу дергался, а сердце пробивалось сквозь грудную клетку. Я взывала к магическому единорогу, чтобы не ошибиться прямо на глазах куратора. Но он так пристально смотрел на меня, что становилось не по себе. Дышу не так? Носом шмыгнула слишком громко?! Может, магия неправильная?! Да что, черт возьми, ему надо около нас?!

– Как работа? – вдруг спросил мужчина, смотря преимущественно на меня.

– Уже заканчиваем, Софи держится из последних слов, – усмехнулась Амо, делая завершающие записи в тетрадь. – Я была права, профессор Альман.

– Работы на стол через две минуты, – холодно скомандовал куратор, так и не дождавшись от меня ни единого слова. – Смена партнеров! Задание тоже самое. На этот раз можете выбрать пару по своему усмотрению. Посмотрим, насколько вы хорошо знаете друзей.

Ура, ложка меда в бочке дегтя, да, именно так! В этой академии Альман устроил настоящий мрак для светлых магов! Будь во мне силы и твердая убежденность в завтрашнем дне на родненькой земле, я бы высказала все свои мысли в лицо этому узурпатору, но пока приходилось молчать в тряпочку. Его методы так злили, доводили до кипения за считанные секунды! Осуждающий взгляд, беспринципность, безжалостность и требования, будто тут отряд богатырей с магическими способностями, а не молодежь, заставляли бояться нашего куратора. Я пыталась найти в нем каплю гуманизма все занятие, только оно давно скончалось в адских муках.

– Кера Софи, вам необходимо упражняться в вызове магии, иначе отстанете от группы. Техника сильно хромает, – вынес во всеуслышание наш гуру педагогической мысли и, естественно, поднял на смех меня. Аристократы так чуть ли плюнуть собрались, а он все не унимался. – Да, расчеты вы выполнили быстро, но на поле боя придется не в формулы значения подставлять, а использовать магию…

Поле боя! Да я вот как раз завтра на войну собралась, желательно межмировую против самой могущественной страны магов и всенепременно в отряд нападения! Сплю и вижу, как бы мне в стан противника пробраться, чтобы всех начать глушить своими пульсарами! Да, завелась, но держала себя в руках, покусывая губы. Он же прекрасно понимает, что я молоденькая девушка, причем незнатного происхождения, так зачем выставляет перед всеми слабой?! Поднимает на смех на радость Амо?! Хочет подстегнуть стремление стать лучше?! Только это рвет нежную душу на части, заставляя внутренне содрогаться от подступивших слез, блеск которых он ни за что не простит. Может, это такая месть за конфуз с полупопиями?!

– Керы, успешно прошедшие испытание вчера, позанимайтесь с керой Софи. Думаю, вам, Летиция, будет полезно поупражняться вместе с сокурсницей, – резал без ножа Альман. – Уверен, у вас достаточно свободного времени.

– Я не буду тратить его на эту девчонку, профессор Альман. Мне нужно готовиться к занятиям и факультативу.

– Полагаю, вы, Эндрю, тоже заняты? – обернулся профессор к парню с горящими глазами. Он усмехнулся, быстро глянув на меня, и пренебрежительно кивнул. – Грегор Понт?

– С ней? Не издевайтесь, у нее же даже базы нет, – махнул рукой очередной аристократ.

Я сгорала от смущения, потому что Альман опросил практически всех высокородных снобов. Каждое их слово задевало меня по-своему. Тяжело падать с вершины, на которую вознеслась в собственной школе, на землю Лионорской академии, где правят другие создания. В них течет голубая кровь, сильная магия, но вместо благожелательной улыбки они дарят мне яд. Он с их словами потихоньку проникает под кожу, заставляя чувствовать себя жертвой.

– С вами никто не хочет заниматься, кера Софи, – подытожил Альман, смотря мне в глаза. А я то не поняла! – Поразительно, что керы настолько заняты в первый месяц учебы. Приятно, конечно, слышать многочисленные причины отказов, но… Меня они не волнуют! Я не спрашиваю, уважаемые керы, а приказываю! В следующий раз вы должны выразить согласие, а не искать отговорки! Все ясно?

– Да, – хором повторили все, дрогнув от властного голоса Альмана.

Кажется, со звонком пытка закончилась, можно на время скрыться в тени академии от любопытных взглядов, подобрать для себя необходимость сдерживаться. Ведь не должна я сломаться из-за неприязни этих богатых детишек, чрезмерно одаренных магией и тем более от грозного взгляда Альмана! Методы работы куратора не должны удивлять меня, ведь он изначально выглядел деспотом, так что я ожидала услышать? То, как этот мужчина заступится за ученицу, причем не самую лучшую, и это после стольких конфузов с его участием?! Размечталась, Софи, здесь нужно быть скалой, одинокой, непробиваемой.

Я вздохнула, подняв ослабшей рукой заметно потяжелевшую сумку, наполненную будто кирпичами, а не легкими тетрадками. Злость потихоньку уходила, оставляя после себя ужасную усталость до боли в мышцах и темноты в глазах. Как тряпичная кукла, ведомая кукловодом, неловко переступала ногами по полу, желая выбраться из театрального представления по мотивам «Униженных и оскорбленных», но у меня был один зритель. Точнее директор этой постановки.

– Кера Софи, задержитесь, – произнес мужчина, отрываясь от созерцания тетрадей.

Остановилась, медленно подняла взгляд. Кажется, наши приватные беседы после пары входят в привычку, очень плохую. Как курение или алкоголизм, Альман вызывает зависимость и множество заболеваний, например, сердечный приступ. Уж не знаю, что увидел в моем взгляде Альман, но на его лице отразилось что-то вроде эмоций.

– Слушаю, – прошептала я, готовясь к очередному выговору или даже угрозе отчисления. – Мне нужно что-то исправить?

– Как вы себя чувствуете?

Я громко кашлянула, уставившись на Альмана. Все, Софи, доигралась с магией до галлюцинаций. Но сколько бы ни смотрела на мужчину, так и не поняла, в чем подвох. Его подменили?!

– Хорошо? – надеюсь, он удовлетвориться и отстанет. Хватит мне потрясений на сегодняшний день, пусть отпускает на пару и больше вот так вот пристально не смотрит в глаза.

– Вы уверены? У вас кровь шла практически все занятие, – сообщил мне Альман, заслоняя собой выход.

– А вам не все равно, что со мной? – спросила я, поглядывая на окно. Взгляд у Раймонда стал заинтересованно-плотоядным, будто решил поиграться с мышкой в замкнутом помещении, пока у этой самой зверушки сердце не взорвется. – На поле боя крови всегда много, так стоит ли удивляться и паниковать? У человека около четырех литров крови, я все еще на ногах, значит, она не вся вылилась.

– Аа, – протянул он, едва скрыв выступившую улыбку на губах, – значит, так вы рассуждаете?

– Как вы учите, – пожала плечами, гипнотизируя стрелку часов. Обеденный перерыв сокращался с каждой секундой, как и порция еды, которую успею съесть в столовой. – Профессор Альман, можно идти?

– Воины должны о себе заботиться, кера Софи, этого больше никто не сделает. В жизни важно правильно оценивать нагрузку, – начал читать нотацию Альман, заглядывая в мои прозрачные глаза. Неужели он не замечает, как я чувствую рядом с ним, или намерено издевается?! – На моей памяти, в рамках учебной программы подобного перенапряжения у боевых магов не замечалось. Вы либо совсем неумелая…

– Прекратите уже! – сорвалась после тщетных попыток успокоиться и зло посмотрела на профессора. – Я же не жалуюсь на самочувствие, не ушла с вашей прекрасной пары, так радуйтесь, что смерть меня не так страшит как пропуск лабораторной!

Пока Альман пребывал в шоке, я с гордо поднятой головой направилась на выход. Вот сказала, сразу стало легче, будто наковальню сбросила прямо куратору в руки! К щекам прилила кровь, а настроение улучшилось до тех пор, пока не накрыло осознание сказанных слов. Спокойно, Софи, ты поступила правильно, показала, что можешь постоять за себя! А вот на ногах, кажется, уже нет…

– Кера Софи? – сквозь пелену услышала я командный голос, резанувший по ушам.

Как гром гремели его шаги по мраморным плитам академического коридора. Я, кажется, успела предпринять попытку к бегству, точнее к уползанию подальше, но не уверена, что это все происходило в реальности, а не в фантазиях, где Софи стала прекрасной жирной гусеницей с очень активно перекатывающими боками и цепкими шершавыми ножками, ухватившимися за спасительную ветку, ведущую на другой берег…

– Софи? Твои манеры отвратительны! Когда ты уже исправишься?

Этот голос я знала чуть хуже, но он пугал на порядок меньше, чем кураторский. Впрочем, гусеницам ведь плевать на мужчин, их интересует свежая листва, поэтому я поползла вперед, отчаянно стараясь подняться вверх, к солнцу, к свободе. Еще немного, и, прикрываясь листиком, спрячусь в цветочке, где никакой грозный Альман не найдет мое тельце.

На лицо вдруг подул ледяной ветерок, послуживший нашатырным спиртом, по крайней мере, сознание резко вернулось в реальность. Глаза открылись, тонкие лапки с щетинками оказались белыми ручками с острыми ногаткми, которые отчаянно впивались в брюки мужчины.

– Ты не прутик, – прошептала я, упираясь взглядом в пресс под полупрозрачной рубашкой. – Ты Эр Латос, настоящий злой эльф!

Я попала! Нет, хуже! Попала вдвойне, ведь Альман стоял напротив и взирал на нас задумчивым взглядом, пытаясь найти разумные объяснения нашим страстным с эльфом объятиям...