Найди меня, если сможешь

Глава 15.2

Хотелось нервно засмеяться, но ком встал в горле, и я только хлюпала носом, медленно поднимая руки, чтобы прикрыть самые интересные места. Бровь Альмана изогнулась, а взгляд приклеился к моим неловким телодвижениям. Великий дух, сейчас все складывается против одной землянки. Пожалуй, не зря в академии ввели комендантский час. Спала бы в кроватке, а не стояла в комнате одного могущественного мага, скрывающим тайные желания… Раймонд благоразумен и не станет превышать свои полномочия. С чего вдруг ты снова думаешь о нем неправильно?

– Кера Софи, так вы хотите зачет по соблазнению? У вас есть все шансы, – чарующим голосом произнес Альман, делая шажок ближе и смотря в мои шальные глаза. Так, я до сих пор думаю, что Раймонд разумен? Прежде всего, он военный, учительская стезя лишь прикрытие… – Что- то вы долго думаете над моим предложением.

– Поставьте, – проскрипела, прислоняясь сильнее к двери и пытаясь сиюминутно научиться проходить сквозь предметы. Не получалось, зато…зато скоро у меня будет зачет по самому сложному предмету. Ура! Только что-то нерадостно, глаз дергается, а руки скребут деревянное полотно. – Тогда пойду схожу за зачеткой.

– Вы никуда отсюда не выйдите, кера Софи, – отчеканил Альман стальным голосом, и я нервно сглотнула. Чувствовала себя в ловушке, холод от мокрой ткани не шел ни в какое сравнение с поднявшейся внутри волной страха. – Не хватало, чтобы снова влипли в какую-нибудь неприятность! На моей памяти, еще не было такой керы, которая регулярно оказывалась в эпицентре самых ярких событий академии. Я могу на что-то закрыть глаза, вопреки инструкциям, но сегодня…

– Что вы хотите? – я замерла, глядя в глаза человеку, который в данной ситуации сознавал себя хозяином положения. Софи, готовься к самому страшному.

– А вы на все готовы?

– Не уверена… – прошептала, заглядывая с надеждой в глаза Альмана. Видимо, это был край его возможностей, и сейчас он не собирался сдерживаться. – Вам нужно… э… ну…

– Кинжал, – вдруг произнес Альман. Я с ужасом поняла, что до сих пор сжимала ритуальный артефакт, а мужчина пялился не на бедра, на оружие.

Какое облегчение, выдохнула, а пальцы разжались. С легким звоном стали оборвались мои натянутые до предела нервы, изо рта все-таки вырвался мешок. Богатая фантазия нарисовала не те картины в голове, а может, подсознательно я ждала от мужчины ультиматума… Великий дух, куратор превращается для меня в болезнь эротического характера. Но ведь слова про зачет звучали из его уст, и в них была недосказанность! Мне не могло показаться!

– А вы что подумали? – издевательски спросил Альман, наклоняясь за оружием. От улыбки мужчина не удержался. Ему доставляло какое-то небывалое удовольствие смущать меня своими двусмысленными фразами. – Любопытно, очень красиво и уникально. Не считаете?

– А? – продолжала нервничать я и едва слышала голос мужчины за стуком своего сердца. Это он о чем? Смотрит прямо в глаза, но имеет в виду кинжал? – Да. Любопытно.

– Мне тоже, – уголок губ приподнялся еще немного. – Придется у вас конфисковать оружие до выяснения всех обстоятельств дела. Вы в курсе, что кража артефактов других рас карается заключением сроком на два года? А участие в магических ритуалах без письменного разрешения ректора под надзором мага высшей категории – исключением с последующим лишением свободы до трех лет?

– Я не знала…

Еще и это! Да на меня шить дело можно, с виду маленькая беззащитная девочка, а на самом деле злостная нарушительница, которая то ворует трусы декана, то участвует в лесных оргиях. Поднять глаза на Альмана не осмелилась, ибо мой ответ привел его в неописуемый вопрос. Благородный мужчина в который раз не находил цезурных слов, а я стояла перед ним, как на казни в ожидании приговора. Белая рубаха, кровавые горошки на ткани, босые ступни, переминающиеся на полу в луже воды, чувство страха внутри долбится о грудную клетку – чем не преступница? Слишком быстро моя история в академии может закончиться, зато начнется другая, в стране авторитетов…

– Вы совершили преступление, не ведая того, поставили свою жизнь под угрозу без причины, выкрали артефакт, заставили волноваться друзей и меня… – произносил Альман, тяжело выдохнув в конце фразы. И чего он тянет с приговором?! Но я услышала совсем другое. – Но вы после таких приключений умудряетесь быть удивительно соблазнительной, кера Софи. Держу пари, виноватой вы себя нисколько не считаете. Именно поэтому я хотел бы поставить вам зачет по своему предмету.

– А сдавать страже?

– Не думаю, что это хорошая идея, – улыбнулся Альман, убирая кинжал в шкаф у стены. Я не выдержала и улыбнулась в ответ, а потом осмелилась с грохотом упасть на кожаный диванчик. Нервы отпускали постепенно, разум осознавал всю ситуацию, и лежа лицом в подлокотник, я хлюпала носом и смеялась, пока знакомый голос не прервал эту истерику. – Кера Софи, возьмите.

Вот это у Альмана выдержка! Он даже не дрогнул, когда увидел мое распухшее личико в обрамлении пушащихся во все стороны волос. Пригладив их ладошками, пробубнив извинения под нос, собралась взять протянутое полотенце, но увидела под ним вешалку с рубашкой. Руку, как током ударило.

– Что вас смущает? – спросил Альман, не удержавшись от иронии. – Вас что-то может смутить?

– Но это мужская рубашка, – заметила я очевидную вещь. От одной мысли, что придется дольше секунды находиться в одежде Альмана, становилось плохо. Я только смотрела на вещь, а кожа уже горела. Мужчина же в ней ходил когда-то на занятия или на свидания… Эта ткань касалась рельефа его кожи… – Э, может, вы примените магию и просто высушите мое платье?!

– Переоденьтесь немедленно! – не выдержав, скомандовал Альман. – Заклятие просто разорвет тонкую ткань.

– Может, у вас еще что-то есть?

– Свитер.

– Но он же тоже мужской!

– Представьте себе, у меня все такие вещи, – фыркнул Альман, начиная терять терпение. – Хотите сидеть здесь голой?!

– Рубашка – это прекрасно! – решила я, представив альтернативное развитие событий. Где-то глубоко в сознании, конечно, копошилась постыдная мысль выбрать вариант с заклятием и раздеться, но мое смущение затоптало ее.

Пока переодевалась в ванной, Раймонд приготовил чай, этот с виду безобидный напиток, таящий в себе столько порочного смысла. Всегда считала вино напитком страсти и запрета, но в этом мире заварка стала предвестником жаркого вечера. Прежде чем подойти к столику, я минуты две таращилась на чашку с напитком, приготовленным Альманом специально для меня. Очередное испытание вечера!

– Присаживайтесь, кера Софи, – произнес Раймонд, задерживаясь на моей фигуре. – Угощайтесь.

– Спасибо, – проскрипела я, присаживаясь подальше и прикрываясь пледом. – Вы меня как-то накажете?

– Я не изверг, – усмехнулся Альман, ведь сам не верил в эти слова. – Вас не накажу, но зачет не поставлю.

– Почему?! – я даже поставила чашку на стол. По-моему, это нечестно. Во-первых, он обещал, во-вторых, этот мужчина видел и до сих пор видит молоденькую девушку в сомнительном костюмчике. Его рубашка не похожа на форму академии от слова совсем.

– Не хочу отказывать себе в удовольствии видеть вас в день испытания, – усмехнулся он, выпивая залпом огненный напиток, который даже мне обжигал руки. Расплавленная лава, не иначе, не желала остывать, и я пила маленькими глоточками, слыша звуки дождя за окном. – Значит, в тот вечер вы ходили на отбор жертв?

Плюх. Струйка изо рта вылилась обратно в кружку. Я знала, что без допроса не обойдется. Странно было надеяться на это. Глупышка Софи, ты еще радовалась Альману в лесу, буквально сама кинулась ему в объятия… Он только этого и ждал, ты ведь мечта для любого следователя. Сама сдаешься, приносишь улики, профессионально раскалываешься на допросах при малейшем нажиме.

– Ходила.

– Не мучить вас? – увидев мой поникший вид, вдруг произнес Раймонд. Чашку поменял и налил новую жгучую лаву, правда, на этот раз пододвинул поближе сахар. – Я все прекрасно понял, поэтому не стану расспрашивать о подробностях. Главное, вы сделали выводы и остались живы.

Небывалая щедрость, а заставить чувствовать себя виноватой, написать записку с признаниями, выдать своих сообщников?! Что с Альманом не так? Заварил нам какой-то странный чай?! Одно дело, когда куратор пытался допрашивать, но другое, когда просто наслаждался тихим вечером. Сначала стало неловко, потом губы сводило от спазма, все казалось подозрительным, будто всенепременно должно было произойти что-нибудь гадкое. Попьем чай, а потом откроется дверь, войдут стражи, закуют в наручники и увезут в городскую тюрьму.

Я провинилась, это факт. По всем предположениям, Раймонд должен глумиться, потирать ручонки от нетерпения, написать отчет в управление, грозить отчислением, орать или выдвигать любые условия, а он улыбался весь вечер. Хитренько, как лис, умыкнувший самую аппетитную курочку.

– Вы такой радостный, – заметила я, не выдержав гнетущего молчания, прерываемого раскатами грома. – Мне будет плохо?

– Нет, кера Софи, скорее интересно.

– О чем вы?

– О нас.

Умеет он ответить так, что на меня нападет ступор. Великий дух! Такие слова, будто из сериала! На алтаре нужно было оставаться. Чего я побежала оттуда, лежала бы отдыхала в свое удовольствие, стала частью темных сил. Кстати, а прохождение ритуала дает право перевода на другой факультет?! Какой шанс упущен!

– Не понимаю я вас совсем, – прошептала, на всякий случай, отодвигаясь от куратора. Как говорится, от греха подальше. – Намекаете, что моя жизнь в академии станет еще сложнее?

– Вы слишком подозрительны, – самообладанию Альмана можно было только позавидовать. Он спокойно говорил со мной, будто вел лекцию. Его ничего не смущало: ни наличие полуголой девицы, ни принципы этики. У Раймонда был свой собственный мир, где он творил, что душе угодно. – Я ошибся в своем мнении о вас и просто признаю это ошибку. Это первый раз, когда я радуюсь неправильным выводам.

О чем это он? Что за ошибка на счет меня?! А! Вот к чему куратор спросил про отбор на ритуал… Правда, я не знала смеяться ли в голос или выйти через окно. Альман радовался тому факту, что его девиантная ученица с сомнительными ночными приключениями до сих пор невинна. Что позволите в этой ситуации ему интересно?! Самому совратить наивную дурочку?! О нет, профессор Альман, искусный игрок, этого я вам не позволю! Видимо, вся гамма чувств отразилась на моем лице поэтому мужчина тяжело вздохнул:

– Вы не понимаете моих мотивов, кера Софи. В который раз повторяю, что ни за что не причину вам зла.

– Уверены? Можете дать слово? – глядя в глаза, спросила у него. Впрочем, чего я ждала, если этот человек искал землянку. Долг есть долг, и в той игре, где мы окажемся без масок, будут другие правила. – Не стоит, профессор. Этого никто не может гарантировать.

– И все же керу Латосу вы верите больше, – заметил Альман, отодвигая от меня чашку сил и не давая возможности выкраивать несколько секунд для обдумывания ответа. – Я так страшен?

– Нет, но ваша манера, с которой вы общаетесь со мной… В общем, это общением назвать сложно.

– Хотите, чтобы я стал более обходительным?

– А вы уверены, что сможете? – усмехнулась я, сощурив глаза.

– У меня прекрасное воспитание и чувство меры, а еще самоконтроль. Поверьте, при желании я могу быть, кем угодно, – произнес самодовольно Альман, я едва удержалась от закатывания глаз. Вот это эго! – Мне ни к чему вас шантажировать или одаривать бессмысленными комплиментами, чтобы понравиться, но если хотите, могу вас поразить.

– Слышали, скромность украшает человека? – выслушав оду прекрасному себе, заметила я.

– А вы? – мужчина недвусмысленно посмотрел на мою обнаженную ногу, выглядывающую из-под пледа. – Видите, я беспокоюсь о вас. Вы ведь можете легко потерять голову от моего шарма.

Ого, так это он меня, оказывается, милостью своей одаривал! Герой! Спасал юное сердечко от пылкой любви. Согласитесь, не каждый мужчина сможет подать свои замашки в таком благородном ключе: я был жесток с тобой лишь, потому что не хотел лишний раз смущать и заставлять сходить с ума. Спасибо огромное, поддерживал меня в тонусе своими странными намеками.

– Хотите, чтобы я стал добрее? – провокационно спросил Альман, стрельнув своими чертовскими глазами.

– Не стоит, – ответила я, – оставайтесь собой, у меня есть иммунитет к невыносимому Профессору Альману.

Он засмеялся. После наших разговоров оставался привкус горечи, как от полночного чая. Конечно, скоро этот вкус исчезнет, но запомниться навсегда, как и слова, сказанные в этот вечер, как и вопросы, на которые никто не получил ответы, как и чувства, которым еще никто не осмелился дать название.

– Не понимаю, зачем вы изводите меня… – прошептала я, – неужели больше делать нечего, как играть с керой?

– Глупо отрицать мое внимание к вам, Софи, – удивительно, что он услышал мой бубнеж и сразу же ответил без всяких ужимок. Сердце сразу припустилось, и я закрыла глаза, чтобы угомонить мои мысли – мои скакуны. – Доверьтесь мне, кера Софи, и игры закончатся. Это я могу гарантировать.

На что он намекает? Понимает, насколько это трудно сделать, но все равно просит?! По-настоящему, без всяких условий? Я смотрела в синие глаза, ощущая спокойствие, уверенность, которую этот мужчина мог создать в жизни. Он не так прост, Софи, если такой маг встанет на твою сторону, то появится реальная защита… Протянешь ли ему руку?

– Альман, открывай немедленно! У нас ЧП! – вместо моего голоса, куратор услышал ор с той стороны двери и нетерпеливый стук в дверь. – Страшное происшествие! Поднимайся!

Мы переглянулись, ибо вышеупомянутое происшествие не просто случилось, а сидело в комнате под пледом. Дверь дрожала, грозясь свалиться с петель, Диркан нервничал сильнее, и едва не свалился на ковер, когда Альман сподобился открыть. Наш прекрасный декан напоминал дрожащую на ветру струну и даже не сразу заметил мое наличие в комнате у своего коллеги.

– Ты не спишь, прекрасно, нам нужно немедленно идти! Керон в бешенстве! Не стой столбом, наши хотели сорвать ритуал! – тараторил Аркон, пытаясь вытолкать Альмана. Я просто смотрела на это и боялась проглотить чай. – Потерян ритуальный кинжал, поговаривают, кера с твоей группы его умыкнула! Ты понимаешь, что сюда могут вызвать стражей?! Плевать! Демоны уничтожат тут все, если мы его не вернем вовремя!

– Кхм…

– Здравствуйте, кера Софи, вас все ищут, – кивнул Аркон, на миг остановившись, а потом принялся снова толкать Альмана, сложившего руки на груди. Когда до Диркана дошло, он медленно повернулся ко мне и повторил. – Вас все ищут.

– Нашлась, – ответила я. – Одной проблемой меньше.

– Будешь чай? – спросил Альман, направляясь к чайнику, и с безмятежностью английского лорда налил в чашечку напиток. – Тебе, наверное, лучше зеленый, успокаивающий?

– ЧТО?! Ты уже в курсе и сидишь сложа руки?! – глаза Аркона сияли как луна в полнолуние, он смотрел на нас бешеными глазами и вцепился пальцами в шею. Он уже не струна на ветру, а, как минимум, в бурю. – АЛЬМАН! Это перешло все границы! КАКИЕ ОТЧЕТЫ МНЕ ПИСАТЬ КЕРОНУ?! Ты укрываешь зачинщицу?! А может, ты ей еще и помог выкрасть кинжал?! Как прикажешь все объяснить, чтобы снять вину с керы Софи и с себя?! А с наших ребят?!

Альман пожал плечами, боясь смотреть в глаза своему начальнику. Впрочем, это было не от стыда, а от смешинки в глазах. Честно говоря, не понимала этого веселья, ситуация же страшная, грозящая отчислением, увольнением, возможно, лишением свободы, а Раймонд улыбался, как мальчишка.

– Не понимаю твоего волнения, Диркан, – спокойно произнес куратор, – прекрати мельтешить и послушай. Ни одного из наших керов на настоящем ритуале не было, а на вечеринку демонов мог прийти кто угодно. Кинжал потеряли ученики чужого факультета. Кто из них сможет доказать факт кражи?

– Тринадцать демонов, которые составили детальный портрет керы Софи!

Я переглянулась с Альманом, но тот остался невозмутимым, точнее пытался остаться невозмутимым, а сам едва не смеялся, видя нервного Аркона:

– Одна девушка одолела в кромешной темноте кучку демонов? – пожал плечами наш куратор. – Нереально.

– Для боевого мага такого понятия нет, и ты это прекрасно знаешь, – резко ответил декан, начиная ходить вперед-назад. – Как мне все объяснять?! Ты понимаешь, что могут открыть дело?! Оно нам надо?! Обыски, пристальное внимание, допросы?!

Я замерла на месте, чувствуя надвигающуюся угрозу. Видимо Аркон нервничал не столько за факультет, сколько за себя самого и тайное расследование, что навевало на одну мысль. Эти двое коллег в академии инкогнито, причем точно не на стороне Керона, раз боятся попасть под пристальный надзор ректора. Альман не врал, когда гарантировал помощь?! Может, в этом мире существует государственная программа защиты землян?!

– Кинжал мы вернем, скажем, что взял я, – произнес Раймонд, бросив на меня мимолетный взгляд. Он ведь рисковал собой, но я действительно была благодарна этому жесту, правда, до следующих слов куратора. – А у керы Софи есть алиби на этот вечер.

– Какое?!

Альман кивнул на меня, сидящую на своем диване, подмигнул пару раз, но сегодня Аркон был непонятливым и намеков не понимал. Раймонда, конечно, вся ситуация до ужаса веселила, будто от любых приключений внутри мужчины загорался огонек. Впервые я видела человека, у которого от грядущих проблем появлялся азарт вместо страха. Его настроение странным образом передавалось мне, и, поддавшись сиюминутным эмоциям, я решила подыграть куратору! Эффектно поднялась с дивана, откидывая в сторону плед ногой и присаживаясь на подлокотник рядом с Раймондом.

– Может, все-таки будете чай? – спросила я, видя открытый рот Аркона. Великий дух, мы доведем декана до инфаркта быстрее ректора. От взгляда мужчины не укрылись мои коленки, едва скрытые рубашкой друга.

– Что это такое?! – упавшим голосом спросил Диркан.

– Алиби, – едва удерживал улыбку Альман, мимолетом поглядывая в мою сторону.

– Такое на моем факультете я не потреплю! – блондин хлопнул по лбу ладонью. – Бедная девочка… Альман, вы тут реально…?! Нет, нет, не желаю знать подробностей, премии не жди! Уж лучше кража, чем это! Великий дух, избави от таких алиби!

– Из двух зол нужно выбрать меньшее, – согласно кивнул Альман, делая последний глоток. – Пойдем, Аркон, будем защищать своих учащихся до последнего вздоха, они много натерпелись в эту ночь.

– Вы что, на нас не злитесь? – спросила я, не веря, что Альман не собирался всех исключать. – Даже не накажите?

– Накажу непременно для профилактики, но этот кинжал еще никогда не могли выкрасть из святилища. Так что вы сделали невозможное возможным, кера Софи, – усмехнулся куратор, протягивая мне свой плащ. – Наденьте, я провожу вас до общежития.

– Нет, нет и нет! – между нами вклинился Аркон. – Теперь я буду стоять на страже правопорядка и юных дев. Куратор Альман, вы идете на собрание, а я провожу керу до комнаты во избежание новых… алиби!

Раймонд скривился, но подчинился, оставив меня с деканом. Я думала, он начнет расспрашивать или успокаивать, но всю дорогу блондин молчал, идя сзади. Только под светом горящих фонарей нашего замка я увидела его задумчивое лицо. «До свидания», – только и сказал мужчина мне без всякого осуждения или сожаления. Ко мне у него вопросов не было.

Аркон

Ужасный день. С самого начала. Тысячу отчетов императору, снова потеряли документы в пути, в обед едва не выпил любовных зелий, причем в трех разных местах, а вечером это! Похищение реликвии демонов моими керами! Почему мы с Альманом пришли на факультет боевой магии, а не на магическую фауну?! Я оставлю тут всю свою жизнь! Не решу проблему мирового масштаба, зато сяду за решетку!

– Ты всегда слишком серьезен, Аркон, – говорил мне Альман, разглядывая последние отчеты, написанные дрожащей рукой. – Наш список подозреваемых сузился, но мы действуем медленней, чем предатель. В городе снова были покушения, на этот раз убита семья уважаемых магов, близких императору. Я думаю, это кто-то из совета.

– Насильственная смерть?

– Заклятие, довольно среднее. Но причин убивать эту семью нет, они бедны, не слишком одарены, в них есть только одно качество – верность правящей семье.

– Я не понимаю, почему предатель не выдвигает требований, – сказал я, устало посмотрев на Альмана. Зараза, был бодр, будто каждую ночь спал, а не думал. – Может, какой-то маг сошел с ума и решил отомстить?

– Нет, он нагнетает обстановку, чтобы, когда это требование появится, наш император согласился сразу.

Мы помолчали, слушая только шелест страниц. Воздух трескался от магии, сочившейся из наших пальцев. Два взрослых мага, а нервничали так, будто первый раз на задании. Не удивительно, ведь в столице творился ужас, настоящая тьма, и никто не имеел ни малейшего понятия о том, как правильно действовать. Вильмонд, наш наследный принц, последний раз с такой надеждой просил разобраться во всем. Он знал, что правящую семью уже считаю безвольной, неспособной защищаться и защищать своих поданных. Пока эти речи не так слышны в толпе, но они были и ранили сердце будущего правителя, который не имел права применить свою магию.

– Альман, а что ты вытворяешь с керой Софи? – спросил я, вспоминая дерзкую выходку ученицы. – Я не могу тебя осуждать, но играть с молодой девушкой в стенах этого здания безответственно. Мне кажется, ты порой забываешься.

– Это мое…

– Я не об этом, Раймонд… Ты играешь с ней по-другому, никогда не видел, чтобы тебе было настолько интересно, – выдохнул и встретился с тяжелым взглядом друга. – У тебя все на лице написано, ты не стараешься контролировать свои эмоции. Зачем?

– Хочу быть настоящим, Аркон, и добиться доверия, с ней можно только так. Я жажду знать, что происходит в ее жизни до малейших подробностей, – Альман откинулася на спинку кресла, прикрывая глаза. Магия вокруг него немного утихла, опускаясь, словно пыль на плечи. – С недавних пор, Диркан, меня так бесит ее непокорность…

– Завоевать ее так важно для тебя? – сам не верю, что этот мужчина так сильно привязался к другому человеку.

– Не поверишь, сильнее поиски землянки.

– Ну, уж нет, Альман, найди сначала ее, а потом играй, сколько душе угодно.

Он усмехнулся, а я уже понял, что увлекательная игра закончилась. Тут ситуация серьезней, и закончить эту историю станет больно, причем всем. Оставалось надеяться на благоразумие керы Софи. Порой я думал, что Альман может стать страшнее князя Латоса, если решит идти к поставленной цели.

Всю ночь я видела отвратительные прекрасные сны. Как это возможно? Просто. Сцены из эротических фильмов с Альманом и мной в главных ролях, не трудно догадаться в каких. Так и думала, что горячий чай даст подобные побочные эффекты. Смотреть было, безусловно, приятно, кожа даже покрылась испариной, а тело ныло так, будто все сцены были сыграны в реальной жизни. Приятно и отвратительно одновременно, потому что подобные сцены не имели права появляться в моей светлой невинной головке. Софи, ты тут для учебы, для решения проблем, в конце концов, для сдачи анализов, а у тебя в голове срамота… И все же я с нетерпением ждала пробуждения Эллы, знатока мужчин, чтобы задать вопрос:

– Если он говорит, что будет интересно, это хорошо? Предлагает довериться ему?

– А как он при этом смотрел на тебя? – Эллочка делала записи в блокнот с видом профессионального психолога. – Изобрази. Глаза обычно говорят больше, чем слова.

Я постаралась изобразить странный взгляд с виду спокойный, но на самом деле страстный, с хитринкой, пляшущими искорками, предвкушающий большее, чем разговор. Всю ночь видела эти синие глаза, пугающие смесью эмоций.

– И кто на тебя смотрит, как на кислые щи, которые надо съесть? – резюмировала Элла мою тщетную попытку скопировать фирменный взгляд куратора. – Это никуда не годится.

– А так? – я добавила драматичности, но Элла замотала головой.

– Давай, покажу тебе самые частые взгляды. Первый, заинтересованный и безудержный, – ведьмочка изменилась и как зыркнула, что у меня уши покраснели. – А! Оно?!

– Близко!

– Ох, я тебе завидую… – закивала ведьма со вздохами. – Подожди, это кто-то на тебя так смотрит? Латос?!

– Да нет, так, один прохожий…

– И насколько он близко прошел, чтобы потом на тебя так смотреть? – прищурилась соседка, и я нервно сглотнула. Думала, она живой меня не отпустит, но подмога пришла, откуда не ждали, то есть от белобрысого эльфа.

– Софи, немедленно выходи! – парень стукнул в дверь, едва не пробив ее кулаком.

– Латос сам заходит за тобой?! – практически завизжала Элла, уже копаясь в сундучке и ища зелья, очищающее от нечисти. Казалось, стоит открыть дверь, как животворящая водичка окропит дорогущий костюм Эра. – Сделать тебе отворот?!

– Не стоит, ему, наверное, нужно выполнить работу, – махнула рукой, спеша выйти к нетерпящему ожидания князю.

– Две минуты, Софи, ты медленней улитки, – ответил Эр, резко захлопывая нашу дверь и бесцеремонно схватив мою руку, потянул вниз. Только выйдя на улицу, в свете утреннего солнца я заметила мертвенную бледность на его лице. – Объясни, как можно так себя вести? Моя девушка пошла к демонам в качестве жертвы! Все думают, что я замучил тебя до смерти!

– Все сходится, – резко ответила Эру, едва подавляя в себе желание прикоснуться ко лбу эльфа. – Ты заболел?

– Я в бешенстве, – ответил князь, продолжая тащить меня за руку в сторону столовой. – Несколько дней от тебя никакой информации, и тут до моих ушей доносится эта ужасная сплетня про ритуал! Моя девушка, Софи, не могла там оказаться даже ради своего факультета. С этого дня ты не отходишь от меня ни на шаг!

– О своей репутации печешься, – скривилась я, но Эр после этих слов остановился, резко развернулся и с душевным порывом, к которым не был склонен, выговорил.

– Да, о ней, потому что я князь и рискую всем, что у меня есть, ради тебя, – белые волосы покрылись инеем от негодования. – Сейчас у нас новая задача, Софи, быть парочкой, так выполняй ее, пока я думаю, что происходит в стенах академии. И я был вне себя от радости, если бы к этому занятию подключилась ты вместо увлекательных ночных приключений с демонами!

Я хлопала ртом, как рыбка, выброшенная на берег. Эр никогда не отличался срывами, а сейчас на глазах у прохожих упрекал меня. Ей-богу, как настоящая парочка, даже стало неловко от сцены. Глядя в его серые холодные глаза, в которых не было намека на любовь, только слепая ярость, я вдруг поняла, что дело не только в ритуале. Кто-то видел нас с Альманом и рассказал ему. Именно это его взбесило.

– Эр, у тебя есть причина злиться на меня, но…

– Никаких но, Софи, выполняй свое задание, – голос утих. – Тебе ведь интересно, кто ты такая для нашего мира?

– Ты что-то узнал? – я даже сделала шаг навстречу ему, заглядывая с нетерпением в глаза. – Говори же!

– Видишь, мы пользуемся друг другом, – сквозь сомкнутые губы произнес эльф, прижимая мою руку к себе. – Вот так и смотри на меня везде, возможно, я смилуюсь и покажу тебе кое-что интересное.

Наверное, со стороны мы смотрелись красиво: белоснежная статуя эльфа и черная боевого мага, замершие в странных объятиях, будто один пытался удержать другого. Только вот чувства этих двух существ были далекими от любви. Не могу говорить за Эра, но мне стало погано после его слов, даже стыдно, что я на несколько дней оставила парня и проявила интерес только, когда услышала заветные слова. Он прав, мы оба ищем выгоды, забывая про дружбу.

– Прости, Эр, – произнесла я. – Хочешь, сдам анализы в качестве извинения?

– У меня накопился большой список требований для тебя, – уже улыбался князь, я думала, снежный принц оттаял, а на деле это была предвкушающая улыбка перед маленькой местью.

Князь вел себя как настоящий парень со всеми вытекающими из этого последствиями, то бишь, проявлял чрезмерную заботу, граничившую с маниакальным стремлением стать лучшим из лучших. Пока девчонки в буфете охали от восхищения, я скрипела зубами, не чувствуя пальцев своей руки, которую Эр не выпускал ни на секунду. Все ели вредные печенья, князь же взял мне полезную манку с комочками и с храбростью рыцаря отправился искать кофе без сахара. Я стала перед раздачей с испуганными глазами, с застывшим на губах слове «помогите!»

Ситуация стала хуже, когда князь, мой очаровательный до ужаса парень, нашел горький кофе и вернулся на место рядышком. Для реабилитации в глазах общественности, он пошел дальше: нашел самый большой круглый столик с видом на оранжерею, где пили синички, и выдвинул его в центр зала. Я все гадала, зачем столько телодвижений, пока не заметила, что сижу лицом к преподавательскому столику, а за ним находится Альман. Вид куратора был перекрыт фигурой Эра севшем напротив. Хоть я не видела взгляда куратора, но уже чувствовала, как всем стало тяжело дышать.

Этот день мы провели вместе. Я узнала, какой может быть страшной любовь и истину, сказанную Эллой, что отношения ­– это тяжелая работа. Князь остался довольным, кажется, он на самом деле хорошо провел время, я же разбитая еще два часа перед сном просто сидела на кровати. Надеюсь, учебная неделя будет полегче, хотя странно ожидать этого, ведь первая пара у Альмана…

– Софи, тебе тут подарок, – сказала с утра Элла, оборачиваясь и протягивая коробку, наполненную синими орхидеями. – Великий дух, как красиво! Они магические!

– От кого это? – спросила я, разглядывая цветы. – Эр старается?

– Надо сделать запись!

Я и опомниться не успела, как Элла включила свое навороченное блюдце, вышла на связь с подругами и заверещала:

– Посмотрите, девчонки, этот букетище Софи подарили! Гиперум белионтис! Настоящие синие! Представляете!!! – кричала Элла, будто это ей подарили, а я на заднем плане пыталась найти записку. – Слушай, Софи, а ты можешь мне дать цветочек для зелья?! Просто он уникальный… и… ну, хочешь я отдам тебе что-то из своих вещей?!

– Что? Цветы не могут быть такими дорогими, – махнула рукой. Наверное, это Эр. Размах как раз в его стиле, эффект «вау» произведен, и больше смысла в этом презенте нет. – Бери хоть все.

– Уверен? Эи цветы так сложно достать, Софи. Их дарят только тем, кто проник в душу.

Или те, у кого много денег.

– Бери.

И все, конечно, оказалось не так, как я представляла. Этот мир любил переворачивать все мои решения, хотя все началось со спокойного урока Альмана, на котором в гнетущей тишине прошла контрольная работа по потенциалам.

– Кера Софи, – после занятия произнес Раймонд, – стоит вас поздравить с первым местом в рейтинге факультетов?

– Вы в курсе? – удивилась я.

– У керов всегда была тайная жизнь, я никогда не был противником неформальных соревнований, – профессор подошел ко мне, заглядывая в глаза. – Не рискуйте жизнью ради сомнительных достижений, кера Софи, и знайте, что я поражен вашей смелостью. Мы не договорили в прошлый раз на счет моей помощи.

– И в этот раз этому не суждено сбыться, – холодный голос прозвучал сзади куратора, а следом послышалась уверенная поступь князя. Белоснежные волосы, взлохмаченные ветром, игриво опустились на плечи стянутые черным камзолом. Торопился, но успел вовремя. – Профессор Альман, мое почтение. Софи, пойдем.

Между двух огней, взрывоопасных огней, едва соображая, что делать правильно, я стояла и хлопала ресницами. Эр только посмеялся, подхватил меня на руки и вынес в коридор под неодобрительное шипение куратора. Маленький спектакль закончился, но эльф не торопился избавиться от обузы, причем держал меня не как мешок картошки, а как с любовью выращенную тыковку.

– И что это было, Эр? – спросила я. – Ты обрек меня, нет, всю нашу группу на мучительные занятия.

– Любопытно, что его стало так легко вывести из себя, – усмехнулся князь, ставя меня у окна и доставая из кармана свиток. – Это список ингредиентов для опытов.

– Что? – спросила я, пробежавшись по строкам взглядом, – это живые существа!

– Я знаю, найди их, – пожал плечами эльф, – и загляни вечером, мне нужна твоя кровь.

– А органы тебе мои не нужны?

– Нужны, милая, но пока рано для таких опытов, – улыбнулся этот артефактор с наклонностями патологоанатома. – Разрешаю тебе прогулять пары, чтобы все вовремя собрать.

Предметы Альмана я, конечно, прогуливать не рискнула, а вот на все остальные забила, потому что список состоял из семнадцати наименований. Не сомневаюсь, что это все можно было найти на китайском рынке, но в условиях академии пришлось ловить их самостоятельно. Редких жуков пяти видов нашла без труда, за гусеницей пришлось слазить в гниющее дупло. В процессе поимки вопящего курку, представляющего собой змею с волдырями на спине, меня застал Аркон.

– Кера Софи, что вы делаете? – мужчина смотрел, как мою ногу медленно обволакивает это существо. – Вы ведь в курсе, насколько ядовита эта жидкость?

– Конечно, – бодро ответила я, пережившая химический ожог на лабораторной Гугиноса. Теперь я знаю, как его вылечить за пару минут. – Не переживайте!

– А зачем вам оно?

– Ужин буду готовить, особенное блюдо для особенного вечера, – хихикнула я, чувствуя, как зубки курку впиваются мне в щиколотку.

Аркон прекратил расспросы, но мне показалось, что он сменил направление ходьбы и пошел в кабинет к Альману. Только не хватало, чтобы последний увидел меня в объятиях местной рептилии. Все правильно, в таком виде не увидел, а вот ловящую самуритов, подводных комаров, на свою руку в озерке еще как! Кстати, курку в это время еще была на мне, просто спала.

– Вам нужна помощь, кера Софи – звучало как факт.

– Не, не надо, сама поймаю, – махнула свободной рукой, чувствуя, как тонкие хоботки присасываются к руке под водой.

– Зачем вы это делаете? Он вас заставил?

– Можно не отвечать на этот вопрос? – умоляюще попросила я, отковыривая ногтем напившихся самуритов от руки на берегу местного пруда. – Со мной все в полном порядке, а это для ужина.

– Да, Аркон сказал мне, – кивнул Альман. – И приятно вам в такой компании?

– Они не больно кусаются.

– Я про Латоса, – процедил Раймонд. – Вы ведь благоразумны, Софи, и не станете делать глупостей?

Кивнула, но весь вечер меня не покидала чувство, что Альман имел в виду другое, то есть не угрозу моей жизни. Между тем ингредиенты были собраны и доставлены к нужному часу князю, тот особо церемониться не стал, собрал кровь, поблагодарил, как мог (просто кивнул) и удалился в лабораторию. А я два часа изучала нашу таблицу с гипотезами, но как бы не смотрела, новых идей не появлялось. Рабочим вариантом была мысль: я – испорченный артефакт, от которого нужно избавиться! Но Эр сделал новую практически незаметную приписку: «артефакт нужно доработать». Не этим ли он хочет заняться в ближайшее время?! Не решил ли он мою проблему перевести в свой эксперимент?

Не знаю, чем обернется этот поступок, но из комнаты блондина я вылетела быстрее пули. Не видя никого перед собой, неслась в общагу, чтобы запереться на семь засовов. Может, зря отказывалась от помощи Альмана?! Я начала усиленно думать, как намекнуть Раймонду, что меня пора спасать, но поток мыслей остановил едкий запах дыма. Вся наша комната утопала в полупрозрачном синеватом мареве со вкусом приторной карамельки.

Кажется, прежде всего, спасать надо имущество, Эллу, а потом уже себя. Я кинулась к окну, схватила полотенце и начала выгонять клубы дыма, за которым обнаружилась ведьмочка со счастливым видом и парочкой обгоревших прядей. Если я кашляла, как заядлый курильщик, то она смотрела в котелочек с блаженной улыбкой на лице.

– Надышалась, – констатировала я. – Элла, оно же не ядовитое?!

– Оно чудесное!

– Понятно! – тяжело вздохнула и тут же закашлялась, присаживая на краешек кровати. – Нам нужен огнетушитель.

– О нет, свадебные платья!

Бредит. Если б только это! Элла выскребла половником желеобразную массу, оставшуюся на самом дне, и начала подносить к своему лицу. Ее ничуть не смущала полуживая субстанция, вяло булькающая прямо у нее под носом. Благо, у меня была молниеносная реакция: одним резким движением перехватила руку соседки не дав совершить роковую ошибку.

– Ты что задумала?

– Это крем из гиперума! Он сделает нас вечными красотками, у меня бабка такой отвар делала, выглядела на двадцать в восемьдесят!

– Не знаю, как твоя бабка, но мне кажется, в случае с этой жижей, эффект будет обратным! – я пыталась вырвать половник из рук Эллы, но та не желала расставаться с мазью. – Ты уверена, что эта смесь должна булькать и лопаться при соприкосновении с воздухом?!

Элла была посильнее, к тому же одержима идеей стать первой красавицей, но мне удалось обманным путем вывернуть ее руку. Половник плюхнулся на пол, ударившись о кромку стула и оставив синий комочек жижи на поверхности. Ведьмочка топнула ногой, приготовившись ругаться, как дверь в комнату отворилась, и в проходе сначала возник огромный букет белых лилий, а за ними появился ягодичный смутитель девичьих взоров Валор Егер при параде, то бишь в своих самых обтягивающих лосинах.

– Девчонки, что случилось?

Элла побежала плакать в ванную комнату, а Егер протянул букет мне со словами:

– Это от нашей компании с искренними поздравлениями! Победа факультета целиком и полностью твоя заслуга, и поговаривают, из-за тебя Альман не стал нас сильно ругать! В общем, Софи, для меня ты самая крутая! – Валор заметил, что на моих глазах проступили слезы и поспешил обнять. – Перестань, Софи, а то я тоже заплачу, а мужчинам это не к лицу! Лучше иди цветы в воду поставь, они обычные…

– Да ничего, это даже хорошо, что обычные.

Этого мне и не хватало в жизни в последнее время, все было уж слишком оригинальным. Впрочем, как и этот вечер. Я отошла всего на минуту набрать воды, а когда вернулась, обнаружила Валора, садящегося на стул прямо в эту кучку, окрасившуюся, как хамелеон, в цвет мебели.

– Егер, кажется, тебе светит стирка, – заметила я, ставя цветы в вазу. – Ты сел на нашу жижу.

– Это крем! – донеслось из ванной.

– Это клей! – крикнул Велор, встав со стула вместе с последним. Мы переглянулись и нервно засмеялись. – Софи, может, застираем? Пожалуйста, я в чем-то должен вернуться в общагу!

Я была настоящим другом, поэтому не могла бросить парня в таком положении! Но когда я соглашалась на помощь, предположить не могла, как сильно пострадает психика. Только представьте, чего стоило извлечь долговязого Егера из суперобтягивающих лосин, приклеенных к стулу. Я такие виды вблизи видела, что словами не описать! Зря Элла плакала в ванной, пропустила все самое интересное! Двадцать минут выдирала Егера из штанин, еще двадцать отдирала их от стула с помощью нескольких растворителей, изредка поглядывая на парня в полосатых обтягивающих трусах неонового цвета.

– Егер, ты мой должник, – сказала я Валору, сидящему на кровати и болтающему ногами.

– Как и всегда! Ты просто чудо, Софи! – крикнул он так громко, что я не сразу услышала стук в дверь. – О, ребята, наверное, пришли с тортиком! Заходите!

Они и зашли, точнее не они… Картина Репина «Приплыли» очень точно отражает всю ситуацию. В роли обнаженной особы – Велор Егер, в роли нежданных гостей ­– Раймонд Альман, прачка и потенциальная жертва на экзекуцию – София Завьялова. Лосины упали из рук. У куратора перекосило лицо, стоило тому всего лишь на миг глянуть на моего друга в трусах.

– Здравствуйте, профессор, – как ни в чем ни бывало, произнес Егер, Альман не ответил. – Я сейчас все объясню, все на самом деле просто.

Я все-таки осмелилась поднять взгляд, и замерла на месте, потому что еще никогда не видела столько решимости в синих глазах. До этого момента Раймонд был максимально добр ко мне, жалел, играл, но как с глупышкой, многое прощал, а сейчас этот мужчина изменил свое отношение окончательно. По одному лишь взгляду, обращенному на букет свежесрезанных лилий, стоявших на оборванных синих лепестках магических орхидей, можно определить степень бешенства. Абсолютная. И чем дольше всматривалась в почерневшие глаза, тем становилось хуже. Так это он прислал?! Мама! Почему мне не пришло это в голову?! Слишком нереальным казался такой подарок…

– Профессор, – начала я, сглотнув.

– Я не хочу знать, что тут происходит. Чтобы завтра ваша объяснительная была у меня на столе за все, повторяю, за все случаи. Если хоть одно объяснение меня не устроит…

Что-то мне подсказывает, так оно и будет. Помятый букет как оскорбление, а голые ляжки Егера даже мне забыть будет трудно.

– То меня ждёт выговор? – скрепя сердце произнесла я.

– Что вы, это слишком бесчестно с моей стороны, ставить такое условие, – я удивилась, но взгляд Альмана не сулил ничего хорошего. –– В противном случае, кера Софи, вы будете работать моей помощницей. Каждый день по четыре часа после занятий с окладом в два золотых в месяц.

Меня словно ударили под дых. Альман не стал наслаждаться нанесенным ударом и сразу вышел.

– Мировой преподаватель! – заявил Егер, пока я сползала по стеночке. – Отличное предложение, ты, похоже, в любимчиках у Альмана.

Как бы не так, Валор явно не понимал эту жизнь или был чересчур позитивным. Это наказание было хуже выговора, потому что... ограничивало мою свободу. Четыре часа после пар означали отказ от встреч с Латосом, невозможность заниматься с ребятами и тем более придумывать планы по поиску документов о землянках. Альман обрубит мне больше, чем планировал. Не сомневаюсь, это заманчивое предложение имело своей целью установить полный контроль за моей жизнью...

Торт в горло не лез, синие цветы напоминали глаза Альмана, а сильный запах лилий вызывал головную боль. Уже ночью, когда Элла спала, я черкала листы бумаги один за другим от бессилья. Казалось, что шансов уже нет, никакое объяснение не заставит Раймонда вернуть мне свободу. Не знаю, почему, но решила попробовать и написала подробно о ситуации с лосинами, поблагодарила за цветы, попросила понять, но получила лаконичное: «все объяснения завтра, кера Софи». Он даже не прочел ни строчки, и я взвыла, представляя осуждающий взгляд: «Я в вас ошибся? Вы совсем не благоразумны, теперь будете слушаться меня».

Чтобы я не написала, как бы правдоподобно все ни звучало, Альман не поверит до конца, не упустит возможность проучить и подчинить. Как-то он сказал, что злость является моей движущей силой, и вот теперь мне не ничего не осталось как податься ей. Рука сама выводила слова с легкостью, которой никогда раньше не было…

– Не прогуливаешь? – посмеялась Амо, задевая плечом при входе в аудиторию.

– Сегодня очередная проверочная работа, по одному за парту, уважаемые керы! – скомандовал Альман. – Билеты у меня на столе!

– Опять… Сколько можно? – капризничал Понт, перемещаясь на ярус выше.

– Вы хотите дополнительный вопрос, Грегор?

– Нет… Что на него нашло сегодня? Что ни день, то приключение, – шептал под нос парень. – Софи, ты готова?

– Вполне, – пожала плечами я, хотя на самом деле пол ночи писала сочинение.

– Кера Софи, – произнес профессор, когда я взяла билет, – вы принесли объяснительную или нет?

– Снова напортачила? – посмеялась Амо, но никто не обратил на это внимание. Только Жозефина неодобрительно покосилась в мою сторону.

– Написала, профессор.

Свернутый листочек соскользнул с ладони прямо на стол перед грозным, как черная свинцовая туча, Альманом. Последний усмехнулся и кивнул на парту перед собой. Я покорно села и прочитала первые вопросы своего билета, краем глаза подмечая, как куратор наблюдает за нами. Ему явно было любопытно прочитать мой рассказ, не терпелось увидеть покаяние, мольбу понять и простить, мужчина уже улыбнулся, увидев подпись «Профессору Альману от керы Софи, группа боевых магов». Свободной рукой он подхватил стакан воды, делая жадный глоток, который практически через секунду фонтаном разлетелся по всему столу. Феерично.

Я не поднимала взгляда, хотя вокруг уже слышался шепот, что такого написала кера Софи. Как это что?! Ту правду, которую хотел видеть он и которой поверил бы без сомнений.

«Профессору Альману от керы Софи, группа боевых магов

объяснительная.

Ситуация первая, когда вы обнаружили под моей кроватью парней из нашей группы. В тот вечер нашего первого с ребятами совместного сбора, свидетелем которого вы стали, предполагалось, что обжиматься я буду с кером Егером, поскольку у него лучшая мышечная масса, и мы с ним уже установили дружеские отношения. По данной причине сношения в наши планы не входили. Я больше предпочитаю наслаждаться рельефом тела Валора, облаченного в обтягивающие лосины. Так получаю эстетическое удовольствие. Будь моя воля, ввела бы такую форму, ведь в ней лучше заметны ягодицы и гульфик…

Страстные лобзания в этот вечер должен был продолжить Грегор. Этот кер в перепалках остр на язык, и грех не попробовать его в деле. Основное событие, то есть прелюбодеяние, соитие двух страстных тел, если хотите, было запланировано с Эндрю, поскольку из всех молодых людей он представлял собой лучшую партию. К сожалению, полноценной оргии не получилось, так как вышеуказанные господа передрались за право раздеть меня. Первый блин комом, но что поделать? Как вы нас учили, нужно ещё пробовать.

Если детализировать, то мы…

Что ж, эти подробности оставим Альману, поскольку заявленный рейтинг не позволяет мне все озвучить в полном объеме).

Ситуация вторая, когда мы случайно встретились в комнате декана. Трусы Аркона, моя тайная страсть... Понимаете, у всех есть свои маленькие увлечения, хобби, занятные мелочи, скрашивающие нелегкие тяготы жизни. Она порой преподносит такие сюрпризы, что хочется опустить руки... А тут раз, взглянул на свою прелесть, и жить как-то легче становится. Вы любите свою работу, изучать чеки учеников, а я вот нацелена на мужское нижнее белье. Фетиш у меня такой, считайте это хобби, но повторюсь, что я крайне избирательна и верна избранному объекту, то есть если и полезу в шкаф, то только к Аркону... и Егеру. Вчера я была впечатлена его видами настолько, что не постеснялась стянуть с бедняги лосины.

А про князя Латоса, наверное, лучше не рассказывать, потому что он лицо публичное и по головке меня за разглашение не погладит. Впрочем, мне это не нужно, он мужчина жесткий, любит наказания различного рода, всегда носит с собой ремень и готов отправить меня на поиски тварей, причиняющих боль. С ним столько историй связано, сразу все не вспомнить… Если захотите услышать, намекните, я распишу все в красках.

До конца пары Альман смотрел на меня, а в руках тлела объяснительная, разлетавшаяся по столу кусочками пепла. Бумага все терпит, профессор, а мне терять нечего, кроме свободы и жизни. Вы довольны моими объяснениями?