Моя Академия 7

Глава 4 Возвращаюсь к учебе

— … но, честно говоря, понять, почему вам не рассказали про моё участие в том прорыве, было бы интересно, — заканчиваю свою историю. — Может быть, это тоже зацепка для вас.

После того, как получаю одобрение директора, его брат узнает от меня в том числе о портальных ловушках в Академии. Обещание о неразглашении с нас никто не снимал. Да, оно пока заключено только на словах, но всё же. Распространяться обо всём этом считаю неуместным. Но у имперского мага свои допуски. Так что — рассказываю.

Вместе с директором и его братом располагаемся в столовой, чтобы немного отдохнуть от работы. Близится время обеда, и поэтому приходится воспользоваться кафетерием — подальше от лишних взглядов и ушей. Защитный купол позволяет говорить в полный голос, и это удобно.

— Почему ты думаешь, что это важно? — задает вопрос Юрий. — Я тебя услышал и понял, что ты видишь во всех историях некоторую взаимосвязь. К ним добавим и прорывы в городе. Но почему ты решил, что ключевой момент всех перечисленных событий — твое участие?

— А вот это забавный момент, — улыбаюсь. Директор тоже слушает с явным интересом. — Без меня и без моего участия — это совершенно разные дела. А вот моё ощущение порталов позволяет их связать в одно общее дело.

— Не вижу логики, — не соглашается Юрий.

— Тогда давайте просто подумаем, что бы произошло, если бы вы не получили всю эту информацию? — размышляю вслух. — Первым делом вы бы что сделали? Правильно, поехали в Академию, чтобы лично посмотреть, что происходит. Игоря всё равно уже отправили в город. Правильно?

— Правильно, — соглашается брат директора.

— Расследование ведут следователи по особо важным делам, — продолжаю. — И тоже где? В городе.

— Тоже правильно, — следит за моей мыслью Юрий.

— О том, что я связан со всеми происшествиями, вы бы узнали в городе. Стали бы возвращаться? — спрашиваю. — Учитывая, что есть свидетельские показания.

— Нет. Зачем? — имперский маг всё еще не понимает, куда я клоню. — Все так, как ты говоришь. Только, парень, не вижу связи.

— Немного терпения, — говорю ему. — Никакой связи, с нашей точки зрения, в общем-то, и не было. А вот если посмотреть с точки зрения того человека, кто все это организовал — связь безусловно есть.

Брат директора выжидающе смотрит на меня.

— Тот, кто связан со всеми происшествиями, оставил следы, которые сложно убрать, — продолжаю. — И узнали мы о них только сегодня ночью. Опять же — у всего этого есть бесконечно случайное связующее звено, то есть я.

— Случайность? — переспрашивает Юрий.

— Да, — подтверждаю. — Но все случайности начались после того, как я выжил в поезде. А вот организация прорыва — не случайность. Наоборот, намеренно созданная ситуация. И после… — поднимаю руку, указывая на присутствующих. — Предположим, не услышав про ситуацию с поездом, не имея знакомых или друзей в Академии, собрав всю необходимую информацию по минам, вы уезжаете в город. И всё-таки, будете ли вы сюда возвращаться?

— Вряд ли. У меня другая задача, — сосредоточенно отвечает имперский маг.

— Правильно, в городе вам скажут, что есть сложная ситуация с проблемными существами. Она прогрессирует, и с ней нужно разобраться как можно быстрее, — объясняю дальше. — Следовательно, следующим шагом вы полетите в сторону очага. Правильно?

— Да, — соглашается Юрий Олегович.

— И, скорее всего, примете самое стандартное решение — выжечь там всё к чёртовой матери, — детально обрисовываю ситуацию.

— Это очевидно, — кивает имперский маг. — Пока не вижу никакой связи с тобой.

— Так вот, получается очень интересная вещь, — не обращаю внимания на очередное замечание. — Если не знать всего того, что мы узнали с Генрихом Олеговичем вчера, то ситуация не очень связанная. Вы просто приезжаете, уничтожаете очаг и уезжаете. Однако существа в очаге весьма необычные. Именно из-за них батальон терпит такие потери, — киваю в сторону соседнего помещения с отработанными бойцами.

— И что такого вы хотите мне сообщить? — нетерпеливо спрашивает Юрий.

— Вчера мы были в месте, откуда эти существа попадают в Очаг, — сообщаю.

— Вы знаете, где у них гнездо? Оба? И оно до сих пор не уничтожено? Генрих? — тут же взвивается маг.

— Подожди, Юра. Дослушай, — останавливает брата директор. — Мы с тобой попробуем туда дойти, успокойся. Но сначала нужно препарировать это существо. Оно уже дожидается нас: мертвое в контейнере высшей защиты.

— Генрих! Это… — имперский маг не договаривает, но всем своим видом показывает своё негодование.

— Надо смотреть, Юра, — не соглашается с ним директор. — Я, например, сам не справлюсь. Ты — может быть.

— Так чего мы тут сидим⁈ — удивляется имперский маг. — Так… Студент…

— А можно я закончу? Там пару слов всего осталось, — хочу дорассказать и не дергаюсь. Тем более, что за напускной эмоциональностью Юрия Олеговича для меня четко угадывается абсолютное равнодушие. Ему просто необходимо реагировать определенным образом — вроде как беспокоиться, чем нам грозит присутствие монстра на территории Академии и всё такое прочее. Он с блеском отыгрывает свою роль, я бы сказал «с огоньком». Директор, кстати, тоже всё прекрасно видит и понимает. Интересный всё-таки дядька его брат.

— Пару слов? — переспрашивает Юрий. — Давай.

— Так вот, в том месте мы попали в портал, и он привел нас в центр зачистки батальона, — продолжаю. — Мы как раз сегодня ночью вернулись оттуда. Тут нужно отметить сразу две важные вещи — нитевые монстры находятся не в том месте, которое утюжит батальон. И второе — портал возле них по ощущениям слишком уж похож на образованный минами.

— Генрих? — Юрий пристально смотрит на брата.

— А я не в курсе, — отвечает директор. — Я же не был внутри порталов от сработавших магических мин. Могу сказать одно: визуально похож. По воздействию на пространство — тоже. Нас туда неумолимо затягивало, поэтому мне было немного не до анализа. Предварительно предлагаю прислушаться к студенту.

— Спасибо, Генрих Олегович, Получается, если об этом не знать, то перед нами два разных дела, и второе вы закрываете вне зависимости от моего участия, — говорю. — И тем самым уничтожаете оставленные следы. А они точно есть. А так — мы можем связать две ситуации, потому что, повторюсь, по ощущениям порталы очень похожи, а где две одинаковые ситуации — там подтягиваются и остальные. Следователи мне почти проговорились, что у них нет зацепок. А вот сегодня ночью мы случайно привезли одну, и не хотелось бы ее потерять.

К принесенному обеду никто из нас троих не притрагивается. Все заняты разговором. Только Юрий после моих слов погружается в размышления и делает глоток уже остывшего кофе.

— В общем и целом, если действовать обычно, — размышляю дальше. — Вы зачищаете очаг и не получаете ключа к тому, кто всё это устраивает.

— Какого такого ключа? — спрашивает Юрий Олегович.

— Очевидно же, что можно проследить, кто появлялся в последнее время в пределах прорыва, — объясняю ему то же самое, что я объяснял Венику и Цветкову. — У батальона нет сил, чтобы пройти дальше и найти, кто оставил управляющие амулеты. У вас вероятно, есть. Сегодня вам пришлось задержаться здесь, чтобы получить от меня информацию — вероятно, тот, кто стоит за историей с порталами, это тоже просчитал. Мне кажется, этот человек всеми силами пытается разорвать тонкую ниточку, которая ведет к нему. Вдобавок, вашими же руками.

— Зачем такие сложности? — задает вопрос имперский маг. — Он же мог кому-нибудь поручить.

— Нет, в том и дело, — не соглашаюсь. — Он должен сделать это сам, иначе можно найти концы. Лишние люди — лишние поводы отследить всю цепочку событий. Самое интересное, что ваш секретариат, не предоставляет вам полную информацию, чем помогает зачистить следы тому, кто это всё устроил. Возможно, не специально, но косвенно все же помогает.

Юрий сжимает челюсть.

— Мне кажется, парень, ты ошибаешься, — в итоге говорит он. — Но принять во внимание твою информацию я обязан. Рассказывай теперь, что не так с существами из очага?

Вкратце пересказываю историю про нитевых монстров.

— Да, — удивляется имперский маг. — Здесь действительно лучше работать аккуратно. Тем более, если ты думаешь, что управляющий амулет остался внутри очага.

— Это логичнее всего, — пожимаю плечами. — Во всех остальных местах, кроме форта его не разместить, а внутрь форта незнакомых людей без сопровождения не пускают.

Пока Юрий обмозговывает услышанное, приступаю к обеду. Еда проваливается только в путь — слишком много сил осталось в целительской. Но оно безусловно того стоило. Директор тоже выглядит вполне довольным, несмотря на непростой разговор с его братом. А вот имперский маг крайне озадачен всем услышанным.

— Ладно, студент, мы тебя оставляем. — Директор доедает свою порцию и запивает все чашкой кофе. — По поводу вскрытия существа и результатов я тебя сориентирую. Всё-таки ты имеешь ровно половину прав на нашу добычу.

— Всего доброго, — сухо прощается Юрий.

Очевидно, сейчас братьев ждет еще один долгий разговор. Наверняка есть темы, которые при мне они обсуждать не собираются. Лица у обоих уставшие.

Остаюсь в кафетерии один в состоянии недосказанности. Вот вроде мы все вместе куда-то бежим, а потом раз! — резко останавливаемся и расходимся по своим делам.

Но если подбить итог этих странных дней, можно насобирать много интересного.

Мысленно перебираю все подсвеченные глифы Пилюлькина, которые успел запомнить во время работы. Пробую воссоздать — и если не на скорость — получается замечательно.

Из кафетерия меня выгнать никто не может, а чем я тут занимаюсь — их не особо волнуют. Брат директора заплатил и за посещение, и за обед — этакий знак дружелюбия.

Возвращаюсь к отработке. Проверяю получившийся сложный конструкт на себе — глифы не расползаются, значит, устойчивые. Выполнено точь-в-точь, как в кабинете Пилюлькина, просто не с такой скоростью. Вреда не будет.

Активирую на себе.

Понимаю, что провести подобную диагностику на другом человеке, пожалуй, смогу. Единственное — пока не до конца знаю правильное соотношение тканей или магических и немагических субстанций. Глифы их показывают, но как их сопоставить и расшифровать — вопрос.

Высвечиваются повреждения, нормы функционирования и ещё десяток параметров — но для меня все они почти бесполезны. Получить-то получаю, но у меня нет никакой подходящей статистики или нормы, от которой можно оттолкнуться. К чему конкретно привязать эти образы соотношений пока не знаю. В любом случае, найти всю нужную информацию будет намного проще, чем создать глиф.

Целитель, на самом деле, учит как надо. Дальше меня ждёт следующий пласт его знаний — в этом не сомневаюсь. Скорее всего, Пилюлькин даже просчитал мою будущую отработку конструктов. Не зря же он всю дорогу их так тщательно подсвечивал.

В который раз подтверждаю для самого себя — участие в такой работе значит значительно больше, чем любое теоретическое занятие.

Тщательно вспоминаю то, чем помогал нам директор. Тут, конечно, сложнее. Всё, что выдавал Генрих Олегович, повторить пока что не просто не смогу — даже пытаться не стоит. Слишком сложные техники. Директор на них не акцентировал, но определённый опыт всё равно выношу: что делает опытный боец в случае неожиданных атак или изменения ситуации. Как он реагирует, как быстро ставит щиты, когда и как отслеживает происходящее вокруг, как быстро уходит в оборону. Директор справляется со всем не задумываясь. Либо мне так кажется.

Весь его опыт трудно переоценить. Понимаю, чего мне не хватает. И то, с чем, в принципе, уже неплохо справляюсь. Получается небольшое подбитие итогов внутри дня.

Оглядываюсь сквозь относительно мутное стекло и замечаю знакомые фигуры. Кажется, мои сокомандники тоже приходят на обед. К слову, сытости не чувствую. Полностью уверен, что второй обед в меня тоже влезет.

Усмехаюсь и подхожу к раздаче.

Не стесняясь, нагребаю все, что попадается под руку. В ход идут и первое, и второе, и десерт. Ко всему этому еще пару напитков.

— Голодный нынче пошел студент! — замечает дамочка на раздаче.

— Ну, так, гранит науки! — улыбаюсь ей и направляюсь к нашему столику

— Привет, — здороваюсь с ребятами.

— А мы тебя так рано не ждали, — удивленно заявляет Аглая. — Нам сказали, тебя до вечера не кантовать.

Остальные ребята тоже удивляются, но радуются моему присутствию.

— Ты освободился? — спрашивает Олеся.

— Скорее всего, Пилюлькину я пока что не нужен. — Ставлю поднос на стол. — Так что у меня либо перерыв до завтра, либо больше не привлекут.

Не думаю, что директор будет каждый день выдергивать меня с занятий.

— Это ты себе столько набрал? — удивляется Аглая. — Не лопнешь?

— Нормально, — отвечаю девчонке. Благо, ребята не в курсе, что совсем недавно я уже съел объемную порцию обеда. Про ускорители рассказывать не хочу — это наша с Пилюлькиным работа.

— Кажется, кому-то придется попотеть, чтобы сдать итоговый экзамен физруку, — замечает Аглая. — Мы сегодня будто специально прошли в несколько раз больше, чем на прошлом занятии.

— Не пугай Лариона, — вмешивается Марина. — У нас сегодня в основном теория. Писанины и правда много, но Аглая особенно тщательно вела конспект всей лекции. Там больше на понимание.

Бросаю взгляд на менталистку.

— А вот это очень кстати, — говорю. — Спасибо большое. Обязательно просмотрю.

Аглая фыркает, но на её лице всё равно появляется улыбка. Приятно, что её старания оценили.

— Сегодня нас физрук почти не унижал, — замечает Макс. — Неплохой урок. Про тебя даже не спрашивал.

— Но учитывая объём теории, он точно хочет отыграться чуть попозже, — предполагает Олеся. — Не думаю, что он не заметил твоего отсутствия. Слишком уж у вас напряженные отношения.

— Да нормальные у нас отношения, — не соглашаюсь. — Так, пара воспитательных моментов, — вспоминаю полигон. — Но они, вроде как, даже на пользу.

— Что ещё интересного? — спрашиваю и постепенно погружаюсь в довольно обычную студенческую жизнь.

Ребята с удовольствием начинают рассказывать, что происходило за последние несколько дней, пока меня не было на уроках.

— Прикинь, Майя после занятия сделала сложный целительский конструкт сразу из двух глифов, — вспоминает Олеся.

Мне становится совсем немного смешно — два глифа теперь для меня звучат по-детски. Примерно как сложить два плюс два.

— А Синегорский попытался повторить и сжег себе рукав, — смеется Аглая. — В общем, там любая линия влияет на четкость исполнения. Я зарисовала этот конструкт на всякий случай. Глянешь потом.

— Я помогу, если у тебя с первого раза не получится, — вызывается Олеся.

— А можешь прямо сейчас показать? — прошу менталистку. — Очень уж интересно, чем вы тут без меня занимались.

Девчонка достает тетрадку, открывает на нужной странице и протягивает мне. Отодвигаю пустую тарелку и всматриваюсь в незамысловатый рисунок. Всего два глифа — каждый своим цветом. Оба мне уже прекрасно знакомы. Они тоже входят в ручную диагностику.

— Думаю, немного потренируюсь, и всё получится, — пытаюсь принять серьезный вид.

— Меня больше волнует практика на следующем занятии физрука, — говорит Макс. — Там опять что-то мудреное. Если тебя снова заберут — считай, сорвешь джекпот.

В принципе, вариантов, чтобы пропустить занятия не так много: либо внеплановое поступление бойцов зачистки, либо обещанные занятия с директором. Обнадеживаться пока рано, поэтому забираю у Аглаи все тетради с лекциями.

— Проводишь меня до комнаты? — спрашивает Олеся.