Моя Академия 7

Глава 18 Беру ситуацию в свои руки

— Итак, эта структура абсолютно бесполезна в боевом плане. Она также бесполезна практически в любом другом, кроме учебного. — Вдоль доски ходит новый преподаватель, с которым мы познакомились только позавчера. Никак не выделяет нашу группу из всех других. Большая часть студентов слушает его с интересом — всё-таки он ближе к нам по возрасту, нежели остальные преподы.

Новый препод позволяет себе проводить урок в более неформальном стиле, чем мы привыкли. Собственно, даже сейчас, чтобы донести свою мысль, он разворачивается к студентам лицом, выходит вперед и присаживается на кафедру.

— Само заклинание составное, хотя подобное наименование употреблять всё-таки не стоит, — негромко рассуждает преподаватель. — Об этом мы начали говорить еще вчера.

Народ кивает. Кажется, Олеся на прогулке говорила, как зовут нового препода. Девчонка будто читает мои мысли и молча поворачивает ко мне тетрадь. Над лекцией написана дисциплина и имя препода: «Курс по основам боевой магии и защиты. Иннокентий Павлович».

— Каждой группе будут выданы шесть карточек, — продолжает препод. — Кроме той группы, где у нас не хватает одного человека. Я смотрю, сегодня такая группа всего одна. — А это, судя по реакции Аглаи, камень в наш огород. Вчера на занятии меня не было. И, по ходу, не только меня. — У вашей группы будет пять карточек, — Иннокентий показывает на бывшую группу Игоря. — Но это не страшно. Принципиально от это ничего не меняется.

Препод тасует колоду с одинаковой рубашкой. На лицевой стороне рисунки — со своего места не могу разобрать, какие именно.

— Итак, шесть карточек, — продолжает препод. — На каждой из них нарисованы разные части сложного глифа. Проще говоря, перед вами разрозненная составная вязь. Ваша задача — не просто создать устойчивые глифы, но и правильно совместить их между собой. Подсказок не даю. Точки совмещения вам придётся искать самим.

— Кажется, он перепутал, на каком мы курсе, — шепотом произносит Макс.

— Ага, кабинетом ошибся, — поддерживает его Аглая. — Но он ничего такой, да и рассказывает понятно.

Аудитория наполняется недовольным шепотом. Студенты переглядываются — никто из них не готов сразу составлять сложный конструкт. Иннокентия Павловича это мало волнует.

— Ладно-ладно. Подсказка будет, — замечает он реакцию групп. — Но только одна — глифы относительно простые. Это понятно? — улыбается преподаватель.

— Да! — звучат в основном женские голоса.

Молодой препод цепляет девичье внимание, и несомненно пользуется этим, пусть и понимая границы.

— Хорошо, — отвечает он. — Люблю, когда всё понятно.

В воздух взмывают карточки, и плавно ложатся на парту перед каждой группой.

— Разбирайте! — командует Иннокентий.

Как и все остальные, беру в закрытую плотную карточку, переворачиваю. На ней изображён плоский глиф. Неправильная плоская фигура выглядит несколько сложнее наводимых пройденных глифов. Но, наверное, чуть проще, чем целительский, который использовала на мне Олеся. Примерно прикидываю структуру, которая досталась мне — смогу изобразить её довольно легко.

Некоторые девчонки растерянно смотрят по сторонам.

— Подсмотреть не получится, даже не рассчитывайте, — комментирует преподаватель. — У каждой группы своя структура. Абсолютно у всех они разные. Поэтому не обращайте внимания, что делают ваши соседи. Ищите закономерности.

— Давайте попробуем начать, — говорю ребятам, развернув обратно доставшиеся нам карточки. — Преподаватель сказал, что нужно понять закономерность, соответственно, задание не совсем простое.

— Ну почему? Не обязательно, — отвечает Аглая. — Мы же всё-таки учимся. Сейчас быстро поймём, что и как. Не вижу проблем.

— Не совсем так, — не соглашаюсь с девчонкой. — Вспомни хотя бы занятия физрука. Он ни разу не давал нам элементарное задание, с которым мы сразу справлялись. По-моему логика тут другая — мы какое-то время будем сидеть над сложным конструктом и не знать, что с ним делать. Тогда Иннокентий Павлович прочитает нам лекцию, чтобы все встало на свои места. И вот с новыми данными — все сразу получится…

— Но интереснее решить самим, без всяких там лекций, — морщит нос Аглая.

— Мне тоже так кажется, — киваю, и мы заново выкладываем на стол карточки рисунками вверх.

— Ну вот, смотри, — усмехается девушка. — Тут всё понятно. Просто рисуем каждый свой конструкт и накладываем друг на друга. Перебираем комбинации и в итоге находим рабочую.

— Я бы еще подумал, — снова не соглашаюсь с предложением Аглаи. — Слишком опасно наткнуться на ту комбинацию глифов, которая сработает не так, как надо.

Видно, что Аглая за время моего отсутствия брала всю инициативу на себя. Сейчас же группа больше прислушивается ко мне.

— Ларион прав, нельзя тыкать наобум, — поддерживает меня Макс и со скептицизмом смотрит на Аглаю. Девчонку передергивает.

— Ой, делайте, что хотите! — заявляет она.

Видимо, моё место неформального лидера так и остается за мной. Доверие ребят никуда не исчезает. Они отказываются слепо идти за менталисткой. Стоит мне появиться на занятиях, и выбор, что делать и как быть снова падает на меня.

— У кого какие идеи? — задаю вопрос. — Предлагаю высказаться, кто и что здесь видит. — Киваю на карточки.

— Подозреваю, что все глифы могут быть разного размера, — говорит Макс. — А то, что мы видим, это просто усреднённый рисунок. Никто не будет писать нам правильные размеры на карточках.

— Согласен. Это напрашивается, — соглашаюсь. Мне тоже приходит в голову подобная идея. Если не говорят очередность, то умалчиваются еще некоторые нюансы.

— С чего вы взяли? — тут же вмешивается Аглая.

— Грани рисунков не совпадают, — объясняю, прикладывая карточки друг к другу. — Размер глифов может быть абсолютно любой.

— И как мы определим правильный? — уточняет Марина.

— Сейчас попробуем. — В голову приходит мысль. — Кто может держать больше двух усредненных глифов? — задаю вопрос.

Макс и Олеся поднимают руки. Про меня и так все знают. С Олесей понятно — она учится у Пилюлькина и постоянно работает с глифами. А вот умение Макса — это новость. Раньше он создавал только свои каменные ловушки, а сейчас, получается, расширил свой потенциал. Это радует.

Удивлённо посматриваю на остальных ребят из нашей группы.

— Чего ты так смотришь? — недовольно спрашивает Аглая. — Специализированные глифы мы все можем держать. А вот нейтральные… это сложнее — тут Макс с Олесей нас прилично опережают.

— Да не то, чтобы прилично, просто чуть чаще тренируемся, — улыбается Макс, хотя похвала ему приятна, да и Олесе тоже. — Мы все постепенно с этим справимся. Просто скорость обучения у всех разная.

— А мне и не обидно, — добавляет Марина. — Я часто пропускаю дополнительные тренировки. Макс меня чуть ли не каждый вечер зовет, а я все время нахожу отговорки. В общем, сама виновата.

Аглая просто закусывает губу — видимо, вся проблема действительно в дополнительных занятиях. По Марку вопросов нет — его и так все устраивает. Парень не стремится опередить программу, идет крепким середнячком. В моём же случае выбора особо не было — дополнительные тренировки возникали сами собой. Да и я не упускаю возможности научиться новому, особенно, если помощь предлагает директор или его брат.

— Давайте попробуем изобразить глифы в воздухе, — предлагаю. — Будем увеличивать или уменьшать их по мере потребности. Покрутим в воздухе, приложим гранями.

— Мы не продержим глифы так долго, — замечает Аглая.

— Поэтому я и спросил, кто может взять на себя сразу два, — поясняю. — Предлагаю держать по очереди. Я могу изобразить за раз три рисунка. По крайней мере попробую.

Краем глаза слежу за преподавателем. Он молча ходит по аудитории и ни с кем не разговаривает. На вопросы тоже не отвечает.

— Повторяю, сейчас время самостоятельной работы, — говорит препод после очередного вопроса одной из девчонок. — Нужно разминать мозг.

Значит, время у нас еще есть. Замечаю, что Иннокентий Павлович будто намеренно не выставляет нам ограничительные рамки. Тоже интересный подход.

Переключаюсь на глифы. Использую первые три карточки. Рисунки поддаются моей воле и проявляются в воздухе прямо перед нами. Макс тут же добавляет ещё два. Олеся добавляет последний.

Аглая скрещивает руки и наблюдает за нами без язвительных комментариев. Девчонка привыкла быть в гуще событий, но сегодня явно не её день.

— Потом просто поменяемся, если вдруг кто-то из нас устанет, — объясняю. — У вас сейчас лучше концентрация в пространстве, мы же все внимание тратим на поддержание рисунков, — обращаюсь к тем ребятам, кто не держит глифы. — Попробуйте соотнести их между собой.

— Так, и что мы делаем дальше? — уточняет Марина. Ей безусловно нравится такое распределение ролей.

— Мы можем уменьшать или увеличивать глифы пальцами. — Показываю, что имею в виду. — Тот, кто контролирует глиф, просто следует за движениями пальцев. — Таким образом мы сможем играть объёмом сразу всех рисунков.

— Хорошая идея, — стиснув зубы, подтверждает Аглая. При всей скверности своего характера, девчонка умеет признавать правоту других — и это мне нравится в ней больше всего.

Начинаем играть с размерами и границами рисунков. На удивление идею схватывают все и сразу. Более того — играть получается с удовольствием.

— Ребята, кажется, я нашла, как соединить два рисунка, — откликается Аглая. Она изо всех сил старается помочь группе, чем снова меня удивляет. Мне казалось, она затаит обиду и будет сидеть в стороне.

— Показывай, — отвечаю ей. — Где уменьшить размер, где увеличить?

— Берем крайний глиф Лариона и рисунок Олеси — крайний уменьшаем, второй, наоборот, увеличиваем. — Внимательно слушаем слова менталистки и сразу же выполняем все, что она говорит

Благодаря этому первые пару стыков находим очень быстро, чем уменьшаем количество рисунков. И как только мы находим правильные грани, понимаю, что глиф, скорее всего, будет объёмный. Проблема в том, что объёмные глифы наш курс ещё не проходил. Если вспомнить моё предположение о невозможности выполнить это задание, объёмная структура вписывается сюда идеально.

— Так, ребята, подождите секунду, — говорю вполголоса. — Есть подозрение, что структура совсем не плоская, как мы думали изначально. По всей видимости, она объёмная.

— Откуда ты все это берешь? — все-таки не выдерживает Аглая. — Сейчас покрутим остальные, будет плоская цепочка глифов. И всё, задание выполнено. Мне кажется, ты слишком усложняешь.

— Нет, ты не права, сейчас расскажу, почему, — обращаюсь к девчонке, и та на удивление внимательно меня слушает. — Смотри, здесь получается тупой угол. — Показываю конструкт. — А здесь получается острый угол, и здесь тоже острый. Если мы будем соединять всё по порядку, как ты предлагаешь, ничего не выйдет, как бы мы не соединяли эти глифы. Всё равно общая структура не получается.

— Вижу, — кивает Аглая. — Просто мы такого не проходили ни на одном занятии.

— В этом и суть, — отвечаю. — Смотри дальше. Если мы эти углы наложим друг на друга, они легко совпадут. — Перед нами образуется четверть вершины пирамиды.

— Думаешь, пирамида? — переспрашивает Макс, глядя на получившуюся часть конструкта.

— Не уверен, но очень похоже. Только в основании не четыре точки, а три. — Показываю их расположение.

— Похоже, ты прав, — без колебаний признает Аглая. — Давайте подбирать дальше. Мне кажется, мы на правильном пути.

Мы начинаем расширять одни и уменьшать другие части так, чтобы места стыков совпадали. Оставшиеся четыре глифа прекрасным образом дополняют идею о трёхгранной пирамиде.

Поскольку с объёмами работать сложнее до тех пор, пока не понимаешь что должно получиться, после выдвижения основной идеи дальнейшее развитие происходит практически мгновенно. Нам всем пригождается воображение. Совместными усилиями совмещаем части рисунков.

— Ещё немного уменьшить, — берёт на себя командование Аглая и наконец чувствует себя в своей тарелке.

— Кажется, у нас неплохо получается, — замечает Марина.

— Не отвлекайся, — просит менталистка. — Вот получится доделать, тогда и порадуемся. Раньше времени не надо.

Мне в какой-то момент начинает нравиться, как Аглая руководит дальнейшим процессом. Главное, дать девчонке верное направление, а со всем остальным она справится.

Продолжаем рисовать нашу уже намеченную пирамиду. Каждый разбирает свою часть. Воплощаем глиф из чернового варианта в чистовой. Держу всю пирамиду. Как только конструкт полностью готов, держать его легче, чем три разрозненных глифа. Задачка оказывается легче сложных вязей. По ощущениям, пирамида идет за один, просто довольно сложный глиф.

С этим я уже справлялся.

Ребята без проблем стыкуют свои части с частями, уже нарисованными в пирамиде. Совмещаем.

— Сейчас будем подавать магию, — говорю группе.

Все воодушевленно напитывают глифы. Каждый свою часть.

И… ничего не происходит.

— Так. Почему не получается? — спрашивает Аглая.

На лицах одногруппников тоже мелькает разочарование. Благодаря тому, что вижу магию, почти сразу понимаю, с чем может быть связана проблема. Говорить об этом пока что преждевременно. Надо убедиться в своей версии.

— Ларион? — обращается ко мне Олеся. — Мы же все делаем правильно. Почему не выходит?

— Ребята, без паники, — призываю группу к спокойствию. — Не торопимся с выводами. Мы нарисовали глиф. Он правильный, сомнений почти нет. Давайте попробуем поработать с магией. Подадим тонкой и минимально возможной нитью.

— Зачем такие заморочки? — спрашивает менталистка. — Думаешь, проблема в потоке?

— Вроде того, — подтверждаю. — Просто у всех нас разные объёмы, которыми мы оперируем. Помните, что говорил в своё время Пилюлькин?

— Минимальный объём магии у всех примерно одинаковый, — припоминает Олеся чуть ли не дословно. — После такого объема глиф схлопывается.

— Умница, — хвалю девушку. — Поэтому давайте попробуем. Время еще не остановлено.

Остальные наши однокурсники настолько поглощены процессом, что в нашу сторону даже не поворачиваются. А зря — так бы они поняли, в чем суть задания. Все остальные группы пытаются составить плоский конструкт. Многие додумались, что нужно увеличивать и уменьшать глифы, но дальше дело не идет.

— У нас еще есть время? — спрашивает у преподавателя Майя. Тот только пожимает плечами.

Как я и думал — еще одна проверка. Сможем ли мы работать без ограничений.

— Делаем? — обращаюсь к своим.

Команда прекрасно понимает, о чём речь. Каждый из ребят аккуратно уменьшает объём магии, который вливает в свой глиф. И вот тогда структура срабатывает, несмотря на разные направления стихий и разный цвет магии.

Нейтральная пирамида разворачивается в разноцветное слово «зачёт», которое повисает над нашим столом.

— Ага! — Молодой преподаватель сразу же подходит к нам. — Молодцы! Не ожидал, что вы справитесь так быстро. Как можете прочитать. — Показывает рукой на горящее над нами слово. — Вам всем зачёт. — Девчонки радостно хлопают в ладоши. — Но не расслабляемся, — добавляет препод. — Тем более, что пара почти закончилась, а кроме вас пока никто не справился. — Оглядывает аудиторию.

Кое-кто из ближайших групп догадался посмотреть по сторонам и увидеть нашу объёмную пирамиду. Тут же подсказали своим.

— Хотя, — громко добавляет преподаватель, — все группы на пути к правильному решению. Ещё есть время. Главное, не сдаваться.

Препод снимает лёгкое напряжение в воздухе. Все остальные несколько негодуют, что мы догадались чуть раньше. Но ребята быстро переключаются на свои конструкты.

— Вы все думаете правильно, — поддерживает Иннокентий Павлович. — Не хватает буквально одного маленького шага. Ребята сделали — у них получилось. Теперь вам нужно сделать свою фигуру.

Слова «маленького шага» препод выделяет, чем дает небольшую подсказку. Остальные группы начинают соображать значительно быстрее. Мне кажется, что я слышу, как шуршат шестерёнки в головах однокурсников.

— Так, — оборачивается к нам. — Вас поздравляю не только с зачётом. Вы действительно молодцы. — Препод щедр на похвалу. — Такая командная работа заслуживает отдельного одобрения.