2.Леди любят артефакты 2

Глава 9: Малиновая заводь

В назначенный день мы с Бетти, прихватив корзинку, из которой соблазнительно пахло очередным кулинарным шедевром миссис Смитти, отправились в путь. Кристофера предусмотрительно решили оставить в замке, хотя воспитанница убеждала, что Инграмы не будут возражать.

Впрочем, сам мальчик не горел особым желанием наносить визиты соседям и с демонстративным энтузиазмом взялся за домашние задания.

Трудно было его не понять. Не стоило дразнить Мелани тем фактом, что Кристофер все же стал воспитанником, только вот в Золотых холмах.

Мысли о том, как помягче преподнести эту новость леди Инграм, занимали меня всю дорогу до Малиновой заводи. Бетти предлагала отправиться туда пешком, срезав путь по тропинкам, которыми пользовалась Мелани. Но, как выяснилось, толком она об этих дорожках ничего не знала, а лишь рассчитывала выяснить.

Пришлось проявить твердость. Приключений с нас достаточно, а потому мы все же отправились в путь, как и положено: в коляске, запряженной Золотым Громом.

Бетти затеяла с мистером Хьюзом спор о лучших удобрениях для пучелистника, в то время как я любовалась тянувшимися вдоль дороги зарослями бересклета, который, несмотря на приближение осени, все еще был в цвету. Краски стали гуще и насыщеннее, южное небо, казалось, вобрало в себя все оттенки лазури. Долина меняла наряд, словно кокетка платье. Не сравнить с чопорной столицей, которая почти всегда в сером из пелены дождей да снега с копотью.

Особняк Инграмов располагался в другой стороне от Бринвилля, и, проезжая по незнакомой дороге, я видела крошечные домики утопающих в зелени деревенек и пологие холмы, где снежной россыпью бродили овечьи стада.

Наконец, спустившись со склона, мы увидели поместье, издали напоминавшее большой белоснежный торт. Простые формы особняка были дополнены изящной лепниной и аккуратными башенками. А вокруг раскинулся ухоженный парк с асимметричными линиями дорожек и живой изгороди. Он очень походил на самих Инграмов, так же, как иной раз собаки похожи на своих хозяев.

Стоило приблизиться, как я сразу разглядела знакомые фигуры на крыльце. Похоже, нас уже ждали. Тони подъехал на коляске совсем близко к дому, и Джефри тотчас оказался рядом, чтобы помочь нам с Бетти спуститься.

От меня не ускользнул тоскливый взгляд, который бросила на механическую лошадь Мелани. Однако стоило мне протянуть корзинку, как она тут же забыла о недоступной игрушке:

— Не может быть! Да это же знаменитый пирог с ревенем! Джефри, понюхай.

— Мелани, — стонал лорд Инграм, уворачиваясь от корзинки, которой излишне настойчивая сестра грозилась заехать ему по носу.

Выглядеть при этом серьезным ему никак не удавалось. И в этот миг близнецы показались мне такими простыми и близкими, словно давние приятели, которых знаешь со школьной скамьи.

Беатрис захихикала, а затем, опомнившись, поглядела на меня и прикрыла рот ладошкой. Но в атмосфере Малиновой заводи как-то не хотелось разыгрывать из себя суровую наставницу, а потому я лишь улыбнулась ей в ответ. Воспитанница, видимо, поняла, что сегодня ее не будут мучить этикетом, и тут же включилась в беседу:

— А еще ревень очень полезный. Вы обязательно должны попробовать, лорд Инграм!

— Как мило с вашей стороны, леди Беатрис, — подыграл ей Джефри. — В свою очередь, готов угостить вас свежим ревенем прямо из нашего сада! В нем гораздо больше целебных свойств, чем в запеченном.

— Фу! — скривилась девочка, и тут же отскочила, спрятавшись за меня, будто и впрямь поверила, что Джефри исполнит угрозу.

Наши с Инграмом взгляды встретились, и я почувствовала смущение. Он смотрел на меня как-то необычно, точно хотел прочесть мысли и заглянуть в самую душу. К счастью, прежде чем я успела залиться краской, в воздухе между ними повисла злосчастная корзинка. Под напором сестры Джефри таки сдался и, вдохнув аромат, похвалил пирог и таланты миссис Смитти.

Мелани, так и не расставшись с гостинцем, пригласила нас в дом, и лорд Инграм любезно подставил мне локоть, приглашая войти вместе с ним. Бетти же, без всякой застенчивости, взяла Джефри за руку. Уловив, как он улыбнулся краешком губ, глядя на девочку, я подумала о том, что стоит все же заменить парочку уроков ноттовея на занятия по этикету. И Кристоферу будет полезно.

— Вы так внезапно покинули нас тогда, мисс Катарина, — начал Джефри. — Мы даже не простились...

— Кстати! — я поспешила перевести тему, пока Беатрис не сболтнула лишнего про наши приключения и собаку-сундучок. — Я так и не узнала, чем все закончилось. Расскажете?

— Лорд Блэквуд, смотрю, ничьей хвастаться не стал, — не оборачиваясь, хохотнула Мелани. — Ох уж этот Генри! Ему только победы подавай.

— Сестра мне льстит. Ничьей я обязан ей.

— Неужели Мелани заменила вас на поле боя? — ахнула я, ни капли не сомневаясь в том, что эта энергичная женщина могла потребовать тренировочный меч брата и вступить в схватку с Блэквудом.

— Нет. Но она постоянно говорила Генри под руку. Дразнила его, прямо как в детстве.

— И ведь до сих пор работает! — откликнулась Мелани.

Джефри лишь покачал головой. Он не разделял веселья сестры.

— По мне, признание себя несовершенным в чем-либо само по себе требует огромного мужества, — тихо сказала я, полагая, что его серьезность вызвана необходимостью признать свое поражение в том нелепом турнире.

— Стало быть, есть надежда, что в ваших глазах я — победитель? — понизив голос спросил он.

Я не успела ничего ответить, потому что мы как раз миновали холл и вошли в просторную столовую с высокими окнами. В нос ударил приятный аромат малины, ванили и еще чего-то сладкого. А Мелани торжественно объявила:

— Малиновая заводь рада гостям, старым и новым! Предлагаю немного отдохнуть и насладиться ее дарами. А после, дорогая Китти, мы устроим для вас экскурсию по дому!

Я окинула взглядом помещение, в котором каждый предмет чуть ли не кричал о том, что Инграмы много путешествуют. В буфетах на гнутых ножках, помимо посуды, можно было заметить статуэтки, привезенные из разных стран, а на полу лежал ковер с необычным рисунком из тех, что можно увидеть на Востоке. По стенам висели раскрашенные маски с путанными подвесками, украшенными бусинами и перьями. Но больше всего удивляло то, что стояло на столе…

— Это то, о чем я подумала?

— Да, во всех этих блюдах так или иначе присутствует малина, — улыбнулась Мелани. — Малиновый пудинг, сорбет, само собой — свежие ягоды, джем из малины с кардамоном, малиновый тарт с белым шоколадом, лимонно-малиновые маффины — мои любимые...

— А это что? — спросила Бетти, указывая на бело-желтый вздутый блинчик, украшенный ягодами и листочками мяты.

— Полагаю, сладкий омлет с малиной и мягким сыром, — поморщилась Мелани и, понизив голос, добавила: — Гадость редкостная, но миссис Памкин, которая нам стряпает, об этом знать необязательно. Иначе есть вероятность, что только этим мы и будем завтракать в ближайшие две недели. Поварихи, знаешь ли, крайне мстительны.

— Миссис Смитти такая же, — хихикнула воспитанница. — Иногда будто специально подает отцу овсянку с кислым молоком и орешками. Он ее терпеть не может, но ест. Потому что полезная.

— Если желаете чего-то более существенного, есть салат с ветчиной и овечьим сыром, — предложил Джефри.

— В чем подвох?

— Там тоже малина, — улыбнулся он. — Это настоящее проклятье нашего дома. Каждый сезон, соскучившись, ты ждешь первых ягод, а через пару месяцев — смотреть на них не можешь.

— Но никуда не деться, — Мелани жестом подозвала служанку, которую я не сразу заметила. — От нас даже садовники сбегают. Чтобы бедняги ни воткнули в землю: лавандовый кустик, гортензию или просто палку — вырастает малина. Так что ваш пирог с ревенем — очень кстати! Китти, ты же не возражаешь, если мы чуть позже сами его съедим?

Она передала корзинку девушке, молодой, худенькой и бледной, и распорядилась принести кофе и малиновый лимонад. А заодно пригласить мистера Хьюза в кухню, чтобы там его накормили и напоили чаем.

— Сегодня у нас особенный день, поэтому мы попросили прислугу побыть подольше, — продолжала трещать Мелани. — Работники у нас приходящие и до столичных им далеко, зато почти весь штат набрали из деревеньки неподалеку, а потому вечером они отправятся домой.

— А наши живут с нами все время, — присоединилась к разговору Бетти, которая уже выбрала себе место за столом поближе к маленьким корзинкам с башенками из взбитых сливок, увенчанных красными ягодами.

— Пожалуй, если бы мы остались тут жить, то и нам пришлось бы нанять кого-то на постоянной основе, — она, прищурилась в сторону брата.

— О, не смотри на меня так! Это дело для леди Малиновой заводи.

И они оба, не сговариваясь, поглядели в мою сторону, словно говоря: ты не ошиблась, мы о тебе, Катарина! Точно Джефри уже сделал мне предложение, и мы вот-вот пойдем к алтарю. Неужели все это взаправду, и близнецы всерьез обсуждали нечто подобное? Если и так, то им придется сказать напрямую, а не изъясняться намеками.

Хотя, стоило представить, как это будет выглядеть, сразу становилось неловко. Особенно, в присутствии Бетти, которая хоть и была увлечена поглощением вкусностей, но могла весьма некстати со своей детской непосредственностью начать задавать ненужные вопросы. Или сболтнуть лишнего перед отцом.

Я все еще помнила историю о том, как Инграмы и Блэквуды переманивали у друг друга прислугу. Блэквуд рассвирепеет, если Джефри вдруг начнет за мной ухаживать с далеко идущими перспективами. Он вряд ли поверит, что они есть. Впрочем, и я сама согласилась бы с этим, если бы речь шла о какой-то другой девушке, которая, будучи гувернанткой, привлекла внимание мужчины, вроде Джефри Инграма.

Нет, нужно просто отбросить эти мысли и одинаково избегать, как глупых мечтаний о семейном счастье, так и неоправданных подозрений. Пусть все идет своим чередом, а то с моим богатым воображением немудрено надумать себе бог весть что и страдать потом от несбывшихся ожиданий.

Я постаралась расслабиться и просто наслаждаться гостеприимством Малиновой заводи. Постепенно болтовня Мелани перетекла в обсуждение местных новостей и сплетен. Так я узнала о том, что дочка бургомистра скоро выходит замуж, а давний приятель Блэквуда — полковник Кроуфорд — вложил целое состояние в строительство железных дорог, и теперь повышает цены для своих арендаторов.

Бетти, очевидно, было не слишком интересно участвовать в этих беседах, а потому она вспомнила о кроликах, ради которых и затевался визит. Однако оказалось, что Мелани все это просто выдумала, чтобы выманить нас из Золотых холмов:

— Нам нужен был благопристойный повод. Уверена, вам тоже надоело сидеть взаперти! — заявила эта неисправимая женщина. — Крольчата как-то сами собой всплыли в голове, потому что маленький Генри их просто обожал.

— И твой коварный план сработал, — поддержал сестру Джефри.

— Как и всегда, братец, — подчеркнула она. — У Генри не было шансов. Родителям нравится, когда дети похожи на них. Пусть это даже любовь к пушистым зверушкам.

— То есть никаких животных здесь нет? Вообще никаких? — не теряя надежду, поинтересовалась Беатрис.

— Уверяю, у нас и без них есть на что посмотреть, — спохватилась Мелани. — Тем более, я уже давно собиралась пригласить мисс Китти к нам. Сколько можно было откладывать визит?

Мелани продолжала болтать, вспоминая, как в детстве вместе с Джефри частенько сбегала в деревню, чтобы поглядеть на крошечных цыплят, а однажды, тайком от няни, даже попыталась спрятать в детской маленького поросенка! Бетти хихикала, а я попивала сладкий лимонад, ловя на себе задумчивые взгляды Джефри.

Когда простоватый на вид лакей принялся собирать посуду со стола, Мелани заявила, что пора осмотреть дом.

Сама она вместе с Бетти ушла немного вперед и принялась развлекать воспитанницу забавными рассказами о старой экономке бабушки Инграм, которую побаивались даже домочадцы. Именно эта почтенная миссис в свое время руководила ремонтом и настояла на том, чтобы каждая комната в поместье обрела свой характер и стиль.

Мы с Джефри шли следом и мало прислушивались к разговору. Я с удовольствием разглядывала дом, задерживая взгляд то на выразительных морских пейзажах, украшавших коридор, то на изящных скульптурах и лепнине.

— Это, конечно, не Лисий камень, — предупредил Джефри, — но мы постараемся вас впечатлить.

— Лорд Инграм, зря вы так, — мягко пожурила его я. — Прекрасным дом делают вовсе не десятки комнат, которые, давайте будем честны, большую часть времени пустуют, и не обилие позолоты...

— Даже так?

— Именно. Все дело в людях, которые там живут. Они — душа и очарование дома.

— И как вы находите наш?

— Весьма гостеприимным, — я посмотрела на Джефри, который, судя по виду, ждал продолжения мысли, и добавила: — А еще необычным и милым.

— Уже что-то.

Часть комнат в поместье были закрыты, в других, несмотря на привычную обстановку, которую часто можно увидеть в аристократических домах, чувствовался характер Инграмов. То тут, то там можно было заметить безделушки из разных стран, которым не место в дорогих интерьерах Малиновой заводи, развернутую на столе игру с незаконченной партией или модную механическую игрушку.

Но больше всего меня впечатлила библиотека, не уступающая размерами той, что я видела в Золотых холмах. Расстановка и подбор книг были слегка хаотичны и казались бессистемными, словно хозяева интересовались всем на свете, но от помещения таки веяло теплом и уютом. Я с удовольствием осталась бы подольше в этом царстве книг, но леди Инграм хотела непременно показать нам музыкальную комнату.

— Прошу прощения за легкий беспорядок, — предупредила Мелани, прежде чем открыть дверь, — мы давно не используем ее по назначению.

— Моя сестра прекратила музицировать, едва вышла из нежного возраста.

— И опеки гувернанток, которые рьяно на этом настаивали. Прости, Китти, но обычно они полная противоположность тебе.

— О, тогда нам совсем не обязательно туда заглядывать, — я попыталась избежать неловкой ситуации.

— Нет уж! — Мелани была полна энтузиазма. — Я намерена убедить тебя, что в жизни существуют вещи поинтересней книг. Прошу!

Мелани открыла массивную дверь, и мы оказались в помещении, напоминавшем нечто среднее между комнатой чокнутого коллекционера и антикварным магазином.

Музыкальную комнату превратили в своеобразный музей. Рояль был сдвинут к стене, а на его месте расположился длинный стол, уставленный разнообразными статуэтками, необычной посудой и артефактами непонятного назначения. Казалось, тронь один, и все они повалятся, как подкошенные.

Сбоку на шелковом ковре была выставка керамических чайников с непривычно длинными носиками и вытянутых ваз из фарфора. На вид они казались такими хрупкими, что рядом с ними было страшно дышать. Одну из стен облепили уродливые маски, украшенные бахромой с костяными бусинами. На другой висело самое разнообразное оружие: от кривых сабель до кинжалов с рукоятями, усыпанными драгоценными камнями. Изящная арфа служила подпоркой щербатому панцирю черепанога, а в центре всего этого безобразие стояло настоящее чучело урда.

— Ого! — Бетти тотчас к нему подбежала. — А вот такого я не видела!

— Потому что мы привезли его из последней поездки, — ответила Мелани. — Хочешь посидеть на нем верхом?

— Конечно!

Бетти оглянулась на меня, точно ожидала подтверждения, что это безопасно. Я кивнула.

Чучело выглядело безобидным. И, если судить по книгам, Мелани попался не самый крупный урд – чуть больше крепкого бычка, если не считать вытянутой шеи. Вероятно, самка, если судить по короткому костяному гребню на голове.

Говорят, что в Приграничье, рядом с Пустошами, их вовсю используют, как тягловых животных. Местность там гористая, и эти большие ящерицы там хорошо передвигаются, цепляясь острыми когтями за каменистые склоны. Главное, чтобы платье не порвала, зацепившись за кожистые чешуйчатые выросты.

Бетти не терпелось усесться верхом на урда, и я почувствовала, что у меня теплеет на душе от вида воспитанницы. Сейчас она совсем не была похожа на ту злую, несчастную и обиженную девочку, что встретила меня в первые дни. Хотелось бы думать, что теперь она стала собой: веселой, беззаботной и непосредственной.

И, что скрывать, будь я в ее возрасте, то, пожалуй, с не меньшим удовольствием оседлала бы урда.

Джефри с улыбкой помог Беатрис влезть на покатую спину чучела, придерживая до тех пор, пока не убедился, что она сидит крепко. Воспитанница обхватила руками длинную шею и каблучком слегка ударила по боку урда, словно погоняя животное.

Мелани, усмехнувшись, сняла со стены одну из масок и, надев ее, принялась очень забавно изображать приспешника хаоситов. Бетти засмеялась.

Я тоже не могла сдержать улыбки: чего-чего, а артистизма хозяйке Малиновой заводи не занимать.

— Все! Вы умерли, леди Инграм, — девочка протянула обе руки в сторону Мелани. — Я только что испепелила вас столпом пламени!

— О! — она отбросила маску и прижала руки у груди. — Первая в мире женщина боевой маг. Пожалуй, принять мученическую смерть от вашей руки — большая честь.

— Мелли, мне кажется, ты заигралась, — кашлянул Джефри.

— Опять?! Такое чувство, что тебя покусал наш Генри. Не порти веселье. Хватит с Китти и одного зануды. Правда?

— Боюсь, многие и меня саму к ним относят, — уклонилась я от ответа на провокационный вопрос.

— Все! Снимите меня отсюда! — закомандовала раскрасневшаяся Бетти.

— Маленькая леди Блэквуд, вы чем-то опечалены? — спросил Джефри, помогая ей слезть.

— Совсем чуть-чуть. Вот бы здесь был Кристофер. Можно в следующий раз мы придем вместе?

Брат с сестрой переглянулись…

Сердце мое сжалось, предчувствуя неладное:

— Беатрис, напрашиваться в гости, пусть и к таким радушным хозяевам, — дурной тон.

— Я лишь предложила в следующий раз пригласить и его тоже, — пожала плечами она, пропустив мимо ушей мое предупреждение.

— Погодите, — Мелани прекратила дурачиться. — Кажется, я не совсем поняла. Если Беатрис хочет взять с собой Кристофера, нет никакой проблемы. Джефри, это тот мальчик, о котором я говорила.

— Да-да, и много раз, — кивнул лорд Инграм. — Мисс Катарина, не беспокойтесь, пирогов с малиной хватит на всех.

— Вот именно! Мы с радостью устроим еще одно чаепитие, если захотите привести с собой мальчугана, — поддержала его сестра.

— Тогда вы должны официально пригласить его, — загорелась Бетти. — Как нас тогда. Отец должен дать согласие.

Инграмы непонимающе переглянулись.

— Генри, похоже, действительно скучно, раз он решил контролировать абсолютно всех, включая беспризорного сиротку, — обратилась ко мне Мелани.

— Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, — вздохнула я. — С глазу на глаз и при других обстоятельствах.

— Китти, прошу, эти условности лишь нервируют. Если есть новости, которые мне необходимо знать, выкладывай!

Ничего не поделаешь. Придется рассказать ей как есть. Я бы предпочла сделать это без свидетелей, но Мелани выглядела непреклонной. Нехотя, я поведала близнецам о том, что случилось в тот день, когда они неожиданно приехали с визитом в Золотые холмы. Я с удовольствием опустила бы некоторые моменты, но Бетти то и дело упоминала мелкие подробности, а потому Инграмы в итоге узнали и про черный артефакт, и про дар витальности, и про то, что Кристофер стал воспитанником Блэквуда. И если Джефри с большой заинтересованностью расспрашивал о Честере, то Мелани, казалось, вообще не обратила внимание на то, что в Долине, возможно, впервые в этом столетии был создан живой сундук.

Я видела, как с каждым моим словом она менялась в лице: беззаботная улыбка угасала, а ей на смену пришла какая-то необъяснимая то ли усталость, то ли тоска. В этот момент она даже выглядеть стала старше.

Мелани кидала вопросительные взгляды на Джефри, будто ожидая от него какой-то реакции или поддержки, но тот лишь качал головой, словно говоря: а что здесь можно поделать?

— Ох, Китти, и сколько же ты собиралась от меня все это скрывать? — спросила она.

— Прости, Мелани, я не хотела ранить твои чувства.

— Мелли, — поправила она. — Называй меня Мелли, если тебе действительно есть дело до моей тонкой душевной натуры.

Прозвучало весьма грубо. И по взгляду леди Инграм было ясно, что она это понимает, но извиняться и сглаживать ситуацию не спешит.

— Моей сестре тяжело отказываться от своих планов, — пояснил Джефри слегка извиняющимся тоном.

— Это я виновата, что дала ложную надежду...

— Брось! — Мелани вскинула руку, жестом призывая меня замолчать. — В этой ситуации я могу злиться только на себя. Мне нужно было быть настойчивей.

— Готов признать, ты как чувствовала, что мальчик особенный.

— В отличие от тебя, — кисло улыбнулась она, поспешив, однако добавить: — И Генри. Мужчины, что с них взять.

Последнее было адресовано мне. И я не могла с ней не согласиться.

— Нет смысла об этом спорить, — примирительно начал Джефри.

— Теперь, конечно, — его сестре, очевидно, было необходимо чуть больше времени, чтобы успокоиться и отпустить ситуацию. — Такого ценного воспитанника Генри точно не отдаст.

— Согласись, ему там будет лучше. Если кто и сможет помочь мальчику раскрыть свой дар в полной мере, то это лорд Блэквуд.

— И мисс Катарина, — вмешалась в спор брата и сестры Беатрис. — Она теперь учит нас двоих. Но у меня все получается лучше.

— Не сомневаюсь, маленькая леди Задавака, — Мелани провела рукой по кудрявой голове девочки. — Но это очень несправедливо. У твоего отца есть ты, а теперь еще и Кристофер. Почему одним все, а другим ничего?

— Как будто ты не знаешь, — раздраженно обронил Джефри. — Мелли, смирись. Тем более, никто не запрещает наведывать нашего нового соседа.

И, правда, Кристофер придется соблюдать приличия, а потому у него будет меньше шансов ускользнуть от досужей леди Инграм, если она решить с ним пообщаться. Хотя, возможно, для нее самой это окажется болезненно. Пожалуй, стоит как-нибудь поговорить с ней и напомнить, что есть и другие сироты, которые нуждаются в заботе и отзывчивом сердце. Если она была готова взять Кристофера без дара, значит, для нее это не имеет большого значения. Вероятно, ей самой лучше чем кому бы то ни было известно, каково это, когда судят по наличию или отсутствию способностей.

С одной стороны, я была рада и благодарна Беатрис, что она начала этот сложный разговор. Мне самой пришлось бы долго набираться решительности. С другой – сам разговор и спор близнецов после него оставили после себя гнетущее чувство неловкости.

Джефри, безусловно, знал о желании Мелани обзавестись воспитанником, но насколько он его поддерживал? Трудно сказать. Эти двое слишком близки, и, вероятно, одобрение Джефри для Мелани очень важно. Мне было очень не по себе от того, что я стала свидетелем этой семейной сцены и косвенно послужила ее причиной.

Никогда не питала слабости к подобным вещам и не находила удовольствия в наблюдении за чужой жизнью. Со своей бы разобраться…

— Мне кажется, мы еще не видели лаборатории лорда Инграма, — я отчаянно делала вид, что не обратила никакого внимания на взаимное раздражение хозяев Заводи.

— Лаборатория? — переспросила Мелани и улыбнулась. — То есть так он называет свой кабинет?

— Не начинай, — посуровел Джефри.

— Кабинет, кабинетик, каморочка, — нараспев произнесла Мелани, чем вызвала смех у Беатрис. Похоже, та находила перепалки этих двоих весьма забавными. — Поверь, Китти, мою «лабораторию», — она обвела рукой комнату, — Джефри вряд ли переплюнуть.

— По наличию диковинок уж точно, — нехотя согласился он.

— Уверена, там есть на что посмотреть.

— Ага, — закивала Мелани. — Стопки корявых почеркушек, погрызенные мышами трактаты и пыль. Море пыли.

— Все как я люблю, — мне вдруг захотелось заступиться за Джефри, который, определенно, был очень терпелив в отношении сестры. — Тем более, он обещал показать мне Антологию Иехезкеля с легендами о боевых артефактах войны Орденов в первом издании. Простите?

— Мелли, мне показалась, или ты только что захрапела? – хмыкнул Джефри.

— Ой, мисс Катарина, — пискнула Бетти, разрываясь между ужасом и смехом. — Она снова это делает: издает неприличные звуки.

— Леди не храпят, а мурлычут во сне, — как ни в чем не бывало, заявила Мелани и театрально зевнула.

К счастью, ей хватило манер прикрыть рот рукой. Не удивительно, почему лорд Блэквуд был не в восторге от соседки. Определенно, если ей и брать воспитанника, то только мальчика. Ибо кем-кем, а примером для юной леди Мелани точно не является.

— Мисс Катарина, — Джефри предложил мне локоть, — для меня честь показать вам мою скромную обитель.

— Беатрис, — позвала я воспитанницу. — Ты с нами?

— Смотреть на пыль и изучать скучную антологию? — ответила вместо девочки Мелани. — Умоляю, Китти, побудь хоть немного не гувернанткой, а леди. Я присмотрю за юной мисс Блэквуд.

В этот момент взгляд Бетти как раз был прикован к ящичку, в котором виднелись деревянные фигурки животных и расписных человечков с веревочными ножками. Похоже, Мелани была права: девочка явно не горела желанием разглядывать старые книги. К тому же мне и самой хотелось поговорить с Джефри о том странном вечере и убедиться, что моя репутация в его глазах не пострадала.