Культиватор Сан Шен III

Глава 30

ГЛАВА 30

— Эта крыса выполнит что пообещала. Жизнь она любит больше всего на свете, — раздался незнакомый мужской голос.

Голос звучал со стороны артефакта из кристаллов и шестерёнок со столбом гало. Мужская голова презрительно смотрела на сжавшегося в стену костлявого йога, от которого тянуло волной не просто страха — ужаса.

— Ты кто такой? — спросил я, приготовив в руке Водяной Хлыст.

— Машафар Великий Конструктор, — с нескрываемым пафосом ответила мне магическая голограмма. — Первый и последний глава секты Золотых Механиков.

Имя мне ничего не говорило. Но вот название секты упоминала в своём рассказе Бернэм Шефара. Сейчас на небесном острове его уже почти никто не помнит. Секту культиваторов просто зовут — Секта.

— И как ты дошёл до такой жизни, Великий?

— Великий Конструктор! — яростно поправил меня призрак. — Будь вежлив с тем, кто спас твою жизнь.

— Ой ли? — прищурился я. — Это когда же такое чудо случилось?

— Тогда, когда вон та кровожадная сука, что валяется под твоими ногами, задурила тебе голову своей копией. А сама под невидимостью собиралась вырезать твоё сердце, чужак.

— Хм, — чуть отступил я и посмотрел на Аму, лежащую в огромной луже собственной крови и уставившуюся остекленевшим взглядом в каменный свод зала. Вспомнил, как мне показалось подозрительным странное марево вокруг её тела, когда она убрала оружие и попросила прекратить бой. — Пусть так. Но что тебе с того? Зачем встал на нашу сторону и стал виновником смерти своей соратницы?

— Гнойный бабуин ей соратник, а не я! — аж задохнулась в яростном выкрике призрачная голова.

Всё оказалось далеко не так, как считала настоятельница островного Храма и мы. Машафар, получивший при жизни приставку к имени Великий Конструктор оказался тем самым мастером, который когда-то вырвал из тверди земной кусок и поднял за облака. Да, ему помогали десятки соратников и сотни младших членов секты, но основную работу выполнил он. Создал амулеты, напитал их Ци, просчитал технику, которая ими управляла. Он в одиночку управлял сектой и городом, но после создания Небесного Острова ему пришлось отдать другим часть власти. Сначала «поделился» городом. Потом приблизил к себе тех, кого считал самыми верными себе в секте и скинул часть внутренних дел на них. Но не сделал их равными себе, не признал новыми главами секты, а продолжал считать людей простыми помощниками. Гонора у него было как бы не больше, чем у всех виденных мной в этом мире сильных культиваторов. Его личным внутренним девизом был: глава секты един и вечен и он — я.

Поддержка Небесного острова съедала все его силы и время. Амулеты острова пожирали Ци со скоростью огня в стогу сена. Машафар создал новую технику с помощью которой удалось найти мощный дополнительный источник небесной энергии для подпитки острова. Ею оказался ритуал жертвоприношения, который мы сегодня с Канти имели честь наблюдать. Амулет — а им являлся каждый жертвенник — вытягивал всю Ци до капли из любого предмета мира. Разумеется, в простом булыжнике её было ничтожно мало, не хватит даже восполнить энергию амулета. А вот даже в курице Ци было достаточно и для работы жертвенника, и для пополнения амулетов, поддерживающих в небесах остров.

В защиту Машафара стоит сказать, что он практиковал только жертвоприношение животных. Не людей. На них поставил жёсткий запрет. Сколько-то лет всё шло своим путем, ровным, достаточно стабильным и удовлетворяющим и главу секты, и горожан.

Вот только однажды части его приближённых показалось мало… всего. Мало власти, мало силы, мало тех, кто перед ними раболепствует. После чего эта часть совершила переворот. Машафару гонор не дал вовремя заметить признаки надвигающейся угрозы. Из-за своего характера он не имел по-настоящему верных соратников, которые прикрыли бы ему спину, вовремя рассказали про угрозы. А вот бунтовщики этим умело воспользовались. Кого-то подкупили, кого-то запугали, кого-то поманили посулами в будущем, а кто-то просто нейтрально пожал плечами и отошёл в сторону, вспомнив обиды со стороны главы Золотых Механиков. Я уже говорил про мстительность и мелочность азиатов? Вот тут она показала себя во всей красе.

Не буду расписывать всё то, что вывалил на наши с Канти головы призрак из артефакта. Если кратко, то Машафар честно занимал своё место во главе секты и считался сильнейшим небесным практиком на острове. Просто, как говорится, толпой и батьку бить проще. Заговорщики не смогли всё сделать быстро. Полученной форой Великий Конструктор воспользовался на сто и один процент. Понимая, что ему не спастись и не собираясь разменивать свою жизнь на жизни бунтовщиков, он связал душу с главным управляющим амулетом. Без него ни остров не мог летать, ни жертвенники правильно работать. Теперь чтобы уничтожить его врагам потребовалось бы разрушить амулет. А это верная смерть от падения острова.

Тихое противостояние призрака и главарей восстания длилось несколько лет. У последних никак не получалось создать подходящие техники, чтобы запереть бывшего главу секты в амулете и отрезать от управляющих механизмов и Ци. Но и Машафар от подобного существования сильно тяготился. Ко всему прочему он стал испытывать сильную нехватку Ци. Плюс он тяготился от тёмного будущего, которое было уготовано его величайшему творению — Небесному Острову. Бунтовщики уже пришли к мысли, что придётся покинуть его, но перед этим они собирались разрушить управляющий амулет.

В итоге обе стороны нашли в себе силы договориться полюбовно. Бунтовщики не трогают Машафара и не вредят его творению, а он не лезет в управление, играя роль одного из глав секты и бога. Думаю, что Великий Скульптор в бестелесном облике потерял часть своего гонора вместе с гормонами. А то и вообще часть себя. Отсюда и такая покладистость. Да-да, тот самый Младший Бог — это и есть Машафар. И одновременно это ловкий ход ренегатов. Их стараниями появились человеческие жертвоприношения. Ци после такого потекла полноводным ручьём в амулеты и в резерв Машафару. А от него и главам секты. Оказалось, что историю с Ци, которую главы секты жертвовали Младшему богу, нужно было воспринимать с точностью до наоборот. Это вожаки забирали небесную энергию у призрака, а не он у них.

Та шестёрка, которую прикончили на пару я и Канти, были уже третьим составом секты. Увы, но после первого переворота это стало, так сказать, трендом в секте. Едва только на трон забирались новые вожаки, как среди сектантов начиналась подготовка по их свержению. Она занимала годы и годы, порой десятилетия, но результат был всегда один и тот же: старые главы секты погибали, а их место занимали новые.

С Машафаром очень быстро удалось договориться полюбовно. Когда он узнал, что мы даже не из секты и до Небесного острова нам постольку-поскольку, то мигом принял нашу сторону. Хоть и жил он в виде призрака, но знал про остров и секту больше, чем кто-либо. Благодаря его помощи мы быстро и тихо зачистили самых отъявленных мерзавцев на летающем куске тверди. Два дня и власть упала в наши руки. Небольшие шероховатости были, куда же без них, но мы с ними справились. Внутренние склоки на Небесном острове и нехватка ресурсов сделали своё дело. Самыми сильными была упокоенная нами шестёрка, и ещё дюжина человек лишь немного им уступали. Пятеро из них без боя подняли руки, поклявшись не вставлять палки нам в колёса, остальных пришлось ликвидировать.

Ах да, возникло трение с настоятельницей Храма. Та, едва узнав о том, что секта обезглавлена, ринулась наводить свои порядки в городе, и попутно откусить побольше от пирога власти. Пришлось нашим жрецам жёстко поставить её на место.

— Ох, как же хорошо вновь ходить, — пролязгал рядом со мной бронзовый голем. — Ещё бы вспомнить вкус еды и вина. И женщину! Ну, ничего, однажды всё будет. Всеми богами клянусь — будет!

Внутри голема расположился дух Машафара. Таких болванчиков у него было заготовлено несколько штук. Строил он их втайне от глав секты. Если бы не наше появление на Небесном Острове, то через несколько лет Машафар пошёл бы по пути новой сектантской традиции. То есть устроил бы бунт и сверг бы своих недругов. Големы его конструкции в корне отличались от всех обычных. По мощи они превосходили даже образцы из древних времён, когда демоны появились на материке. А главной функцией у них была возможность вселения души древнего артефактора и первого главы секты.

— Если ты решишь полететь с нами к демонам, то я не дам никаких гарантий, что вернёшься назад, — ответил я ему, опуская с небес полных мечтаний на бренную землю.

— Конечно полечу! — возмутился он. — Чтобы я отдал своё творенье в чужие руки⁈ Ни за что! Да и не может им никто управлять кроме меня.

В данный момент Небесный остров висел в огромном ущелье в нескольких днях пути от Фьярста. Практически всё его население было высажено здесь. В ущелье вёл только один проход, и очень сложный. Сейчас там стоял крупный отряд практиков, который не выпускал островитян в большой мир. Нам не нужно было, чтобы раньше времени до демонов дошли новости про остров. Твари обязательно начнут копать дальше и докопаются до нашего плана. Им хватит и того, что жрецы занялись полномасштабным введением в заблуждение демонов и их прислужников в виде призыва к сбору армии против иномирных пришельцев.

Подготовка к настоящему походу велась в настолько строгой тайне, что уже с десяток человек расстались с жизнью, а две дюжины оказались в темницах храма во Фьярсте и на Небесном острове. Этими неудачниками различные авантюристы, бандиты, охотники, сборщики трав и прочие, которые либо специально решил сунуть нос в наши дела, либо случайно пересекся с нашими караванами, везущими припасы и бойцов в ущелье. Никто рисковать не хотел, поэтому так и вышло жестоко. Погибли те, кто оказал сопротивление. Добровольно сложившие оружие были отправлены в казематы.

В деле были даже боги из Храмов. Они опустошали свои закрома, обеспечивая людей самым лучшим оружием и доспехами, амулетами, зельями. А ещё небесными техниками. Увы, но последних не хватало. Многие практики просто не могли принять такой божественный дар, а других не могли наградить сами боги. Всё-таки они не являлись полноценными божественными сущностями, а настоящие боги, отделив от себя слепки своей личности, наложили кучу ограничений. Переступить через них никто из богов был не в силах, но все мы были рады и тому, что через кладовые островного Храма получали содержимое арсеналов и кладовок других Пирамид. Как это происходило — сие было великой тайной. Лично я предполагал, что «поставки» идут через Храмы вроде того, который расположен на плато Дракона, где на одной территории сошлись вместилища нескольких богов. И обязательно с Храмом Кралома, так как все диковинки, все божественные дары мы получаем из Храма на Небесном острове.

Что же до меня, то я наряду со многими также получил награду. И не простую. Кралом из Храма на Небесном острове дал мне Ци в достаточном количестве, чтобы я перешёл на следующий ранг.

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: небесный

Меридианы: 101/5000

Ци: 110 000/5 000 000

Направленность: Вода, Дух и Тень

Техники: Водяной хлыст (2000 Ци)

Духовный доспех (2500 Ци)

Водяные брызги (2500 Ци)

Бездонная лужа (400 Ци)

Водяная ступень (600 Ци)

Живая вода (3000 Ци)

Водяная клетка (3000 Ци)

Плащ Теней (3000 Ци)

Шаг в Тенях (3000 Ци)

Взгляд через тени (3000 Ци)

Дух защитник (5000 Ци)

Водяной доспех (2500 Ци)

Водяные Стрелы (2500 Ци)

Водяной Хамелеон (3000 Ци)

Пылевой Щит (3000 Ци)

Похищение Тени (10000 Ци). Имеются Тени для призыва

Управление Тенями (3000 Ци)

Поле Кровавой Жатвы (50 000 Ци)

Царь элементалей: 5000 Ци

Меч тени: 2500 Ци

Водяной меч: 2500 Ци

Поглощение Тенью: 3000 Ци'.

Когда я вышел из Пирамиды Небесного Острова, где прошёл посвящение в практики высшего звена, я ощутил мир по-новому. Наверное, так чувствует себя слепец, который с рождения видел мир тусклым и размытым и вдруг прозрел после сложной операции. Теперь он видел, что серые комочки под ногами — это воробьи, галки и голуби и у каждого из них чётко различал перья с узорами. Что небо имеет насыщенный голубой цвет и по нему иногда проплывают белоснежные облака всевозможных форм, и что можно посчитать каждый завиток на них. Что девушки — это не просто человеческая фигура, отличающаяся от мужчин голосом, ростом и более стройным телосложением, а красавица, при взгляде на которую в груди всё замирает. Ну, или наоборот, иногда хорошее зрение, позволяющее рассмотреть все недостатки и недочёты — это минус, хе-хе. Кажется, друг Пушкина, Антон Дельвиг, писал, что когда ему в лицее запретили носить очки, то все женщины стали ему казаться невероятными красивыми.

Кралом усилил все мои техники в несколько раз и дал в награду несколько дополнительных. С ними мне теперь не нужно носить обычный клинок. Бог подарил мне оружие из Ци, которое на порядок опаснее для моих врагов, чем обычная, пусть и зачарованная сталь. Если сейчас против меня выйдет приснопамятный генерал демонов, то мне будет достаточно щёлкнуть пальцами, чтобы его разорвало на тысячи кусочков или растворило в тенях.