Культиватор Сан Шен III

Глава 29

ГЛАВА 29

— Вот цитадель секты, — тихо произнесла Ашами. — Идём и не спешим, чтобы не привлечь ненужное внимание. По сторонам не глазеем.

— Угу, — отозвался один из нашего диверсионного отряда. Анджалинец. Он, как и я, был на элементном ранге. Хотя и уступал в силе несмотря на наличие кучи амулетов. Потому что аналогичные амулеты были и у меня.

Для точечного удара по верхушке секты я отобрал десять человек с собой. Тех, кто находился на одном со мной ранге культивации. Да, в силе они мне существенно уступали, вот только в отличие от скороспелого меня эти бойцы могли виртуозно использовать свои техники. Они их оттачивали пару десятилетий.

Внутрь я зашёл с Канти и Ашами. Остальные восемь расположились снаружи, готовясь после получения сигнала ворваться в цитадель островной секты.

«Плохое место, — пронеслась в моей голове мысль, когда я оказался под сводами сердца сектантской вотчины. На сознание давила местная атмосфера, отдалённо схожая с демонической энергией. — Может, здесь устроился очередной Асир Полудемон, скрывающий свою суть и рядящийся под главу секты?».

Я о подобной вероятности подумал сразу же, едва услышал слова про жертвоприношения, проводимые сектой. Вряд ли тварь появилась здесь сразу после взлёта острова. Её могли поднять с поверхности во время одного из рейдов за продуктами и водой, за материалами для поделок, топливом и прочим. В крайнем случае на острове изначально оказался демонический дух, который сумел вселиться в какого-то сектанта и потом через кровь и обман подняться на самый верх.

Кстати, в самой цитадели жертвоприношение проводилось постоянно. Днём и ночью. Люди жертвовали свою кровь, делая надрезы на своих руках. Далее поливая кровью огненные жертвенники. Отправляли в огонь растения, насекомых, мелких птиц и зверьков. И всё ради того, чтобы получить один из амулетов секты, которые делал человека моложе, сильнее, красивее. Чем больше жертв, тем больше шанс. А самые настойчивые и щедрые могли стать членом секты.

«Вот тебе и волшебное место, вот тебе и город мастеров», — приговаривал я про себя, следуя за своей провожатой в толпе тех, кто пришёл сюда с жертвой.

Мне не нравилась аура внутри, не нравился шум голосов горожан, писки зверьков и отчаянное щебетание птиц, приготовленных на заклание, тошнотворный запах сгорающей свежей крови, плоти, пучков растений и древесины.

Огромный зал был разделен металлическими невысокими барьерами из прутьев. Люди двигались по ним к жертвенникам, а потом сливались в одну толпу в широком проходе у дальней стены и там расходились двумя потоками у левой и правой стены, выходя обратно на улицу. Но там же были лестницы наверх, охраняемые бойцами секты и големами. Всё-таки несмотря на изменения на острове он продолжал оставаться городом мастеров. Здесь всё также создавали амулеты, зачаровывали оружие, строили големы.

Сейчас мы проходили мимо одного такого охранника, сторожившего узкую каменную лестницу. Он тяжёлым взглядом мазнул по нам, на секунду задержал его на моей симпатичной провожатой, потом оценивающе оглядел Канти и вновь уставился на меня. Что-то ему не понравилось во мне. Может, чувствовал мою силу, которая не могла быть у обычного паломника или интуиция подсказывала, что со мной не всё так просто. Этот взгляд я ощущал промеж лопаток ещё пару минут, пока мы медленно двигались к жертвеннику.

Нам требовалось действовать очень осторожно и выбрать момент для переноса крайне ювелирно. Если всё сорвётся, то не просто всё пойдёт кувырком, а море крови прольётся на радость врагам человечества. Я потому и вошёл в храм без маскировочных техник, так как по словам нашей союзницы против невидимости в цитадели полно активных амулетов. Мигом засекут работающую невидимость и поднимут тревогу. Не факт, что моё перемещение в тенях останется втайне. Одна у меня надежда на то, что активность техники длится считанные мгновения. Есть шанс, что местные амулеты не успеют среагировать.

— Канти, держись ближе. Ашами, после жертвенника срочно уходишь на улицу, — шепнул я девушкам.

Оборотень молча шагнула ко мне, прижавшись сбоку. Ашами слегка отстала.

В тень я шагнул сразу после того, как мы миновали жертвенник. Кидать в огонь ничего не стали, чтобы не привлекать внимание той сущности, которая царит в цитадели. Воспользовался краткосрочным мигом, когда пламя забушевало после жертвы идущего впереди нас паломника. Жертвующий уже не обращал внимание ни на что вокруг. Идущие за нами также смотрели лишь на пламя.

Техника перенесла меня и девушку на верхние ступени одной из лестниц. В пяти метрах под нами застыла фигура охранника. Тот даже ухом не повёл в ответ на наше перемещение. Продолжал контролировать паломников, медленно бредущих по проходам вдоль барьеров.

Дверь была закрыта. Но мне удалось нащупать тень с той стороны, в которую я перетёк вместе с Канти. А дальше начались наши с ней блуждания по коридорам и залам цитадели секты Небесного острова. И так пока не оказались в просторном зале диаметром не меньше тридцати метров с потолком-сферой. В её центре располагалась подставка в виде полутораметрового греческого столба. На нём стоял странный механизм, очень похожий на сложный часовой механизм из множества шестерёнок и сияющих голубым светом кристаллов. Над ним в воздухе светилось нечто вроде гало. А внутри этого светящегося столба угадывалось человеческое лицо типичного местного жителя с густыми бровями и отсутствием растительности на всех остальных местах.

Вокруг столба застыли на коленях шесть человеческих фигур. Две женских и четыре мужских. Я опознал каждого из них. Спасибо за это настоятельнице Бернэм. Она подробно описала каждого из глав секты: внешность, пол, возраст, ранг, наклонности, характер. Трое из них были наиболее опасны.

А ма Кровавая Луна. Женщина, возраст за восемьдесят, но выглядит чуть моложе сорока лет. Среднего роста с лёгкой полнотой со смуглой кожей и выкрашенными в медный цвет волосами. Всегда носит на плечах короткую накидку из кожи огненного варана. На каждом пальце на руках по паре колец и перстней. Садистка, обожающая казнить людей путем сдирания кожи и использования слабых исцеляющих амулетов или зелий. Вылечить и уменьшить боль они не в состоянии, зато значительно продляют жизнь и мучения. Находится на элементном ранге. Практикует техники крови, воды и воздуха.

Артхждан Костяной Щит. Мужчина давно перешагнувший за век жизни. За внешностью не смотрит потому и выглядит соответственно своим годам, то есть худой сморщенный старикашка-йог с седой бородой и куцей шевелюрой. Носит халат, увешанный десятками амулетов. Также амулеты покрывают его тело, заменяя усохшие, а местами и полностью атрофированные мышцы. Настоящий практик, идущий по пути артефакторики. Вроде как личных техник не имеет, только те, с помощью которых создаёт волшебные вещицы. Но это не делает его слабаком. Наоборот, по словам Бернэм Шефары он самый сильный практик в секте Небесного острова. Практикует Путь металла, огня и элементов. Как и Ама он тоже достиг элементного ранга на Небесном пути.

Вурджир Небесный Бык. Мужчина. Ровесник Амы, но, как и садистка, следит за внешностью. Выглядит, как тридцатипятилетний мужчина. Рост два метра, вес под двести килограмм, внешность перекаченного бодибилдера, переевшего анаболиков и протеина. Носит доспехи — аналог фентезийного женского бронебикини. Ну, или доспехи стриптизёра. В комплект входит куцая кираса, наплечники, наручи, панцирный пояс с круглой большой пряжкой, короткая кольчужная юбка, поножи и сандалии. На пояснице закреплены в горизонтальном положении два кривых кинжала под левую и правую руку. Садист, как и Кровавая Луна. Но любит ещё больше растягивать мучения. Содержит гарем из десятков девушек и красивейших женщин, который постоянно пополняется из-за гибели наложниц. В этом он схож с дохлым Асиром Полудемоном. Достиг элементного ранга. Практикует Пути тела, силы и скорости.

Остальные главари секты тоже имели элементный ранг, но заметно уступали этой троице.

В данный момент они отдавали свою Ци главе секты, заключившего свой дух в артефакт. Такое происходит дважды в неделю и только в определённое время. Нам повезло, что попали на Небесный остров в удачный момент и не пришлось долго ждать этой процедуры. Во время неё сектанты наиболее уязвимы. По крайней мере, это нам рассказала настоятельница островного Храма. Женщина очень многое знала про секту. Многое, но не всё. А жаль.

«Ну, понеслась фанта по трубам!», — мысленно выкрикнул я и подал знак Канти. После чего активировал призыв генерала демонов.

Сектанты среагировали с неприятной оперативностью. Мой призванный демон ещё только нёсся в атаку на них, а половина врагов уже вскочила с колен и окуталась защитными техниками.

— Ра-а-ар!!! — оглушительно заревела Канти. Девушка обратилась в свою четырёхрукую ипостась. В этом виде она даже меня заставит попотеть на текущем уровне. Божественное проклятье перешло в иную грань после того, как Анджали даровала моей помощнице прощение. Девушка получила буквально пару техник — второй облик и почти безграничную живучесть. При этом в боевом обличии Канти могла обогнать гепарда, сломать шею буйволу, увернуться от укуса чёрной мамбы в упор и заставить признать обезьяну, что та неуклюжая черепаха. По прочности и остроте когти на четырёх ладонях соперничали с кинжалами из дамаска.

Следом за призывом тени демона я отправил в женщину-сектантку Водяные стрелы и тут же переместился через тени за спины врагам. Появившийся в моих руках меч зазвенел о воздух, как гитарная струна и на огромной скорости вонзился в шею врага, который только-только встал с обеих колен на одно. Мой расчёт, что этот человек был самым слабым звеном оправдался на все сто. Зачарованный цзянь из самых секретных ухоронок жрецов из Фьярста вошёл в плоть как в масло. Снести голову не удалось, но рана определённо оказалась смертельной. Башка сектанта скособочилась под диким углом, а из раны обильно полилась кровь. Противник ничком рухнул на пол и быстро-быстро засучил ногами, будто от чего-то отталкивался. Остальное тело при этом оставалось недвижимым.

'Сбор Ци +1099!

Сбор Ци +1169!

Сбор Ци +1294!

Сбор Ци +1051!

Сбор Ци +1093!'…

Перед глазами знакомо понеслись победные сообщения. Ци потекла не от полуобезглавленного сектанта. Это Канти распотрошила своего противника.

Демонический генерал схватился со здоровяком в доспехах стриптизёра. Тот из пространственного кольца извлёк двуручный дао чуть ли не полтора метра длиной. По телосложению они были почти равны, разве что демон оказался слегка повыше ростом.

Ама к моему сожалению смогла отразить заряд Водяных стрел. Пришлось ей бить в спину сразу после атаки мечом по её коллеге. Сначала раскрыл под ней бездонную лужу. А долей секунды позже рубанул с левой руки Хлыстом.

И опять всё мимо. Садистка скользнула по водной глади, как водомерка, проигнорировав тот факт, что у неё под ногами не обычная вода, а материализованная боевая магическая техника. Плеть же оставила у женщины на плече и левой груди неглубокую рваную рану с вывернушимися наружу краями кожи и мышц. Одежда в этом месте сползла здоровенным лоскутом на талию. Ама молниеносным движением сорвала его и откинула в сторону.

К этой минуте прочие члены секты очухались и вступили в бой. К сожалению, нам удалось прикончить только двоих из них, и никого из сильной троицы, которую я отметил перед началом схватки. Здоровяка плотно занял генерал. Ама окружила себя ледяным панцирем и вьюгой и в бой не рвалась. А вот костлявый йог-артефактор обрушил на меня не меньше десятка мощных техник разного плана. Пришлось уже мне уходить в глухую оборону.

Выгадав момент, я выпустил Шершня, а потом кинул в чёртова «кощея» Водяные стрелы и Клетку. Облака водяных струй артефактор отбил почти таким же облаком металлических круглых пластин чуть больше монеты. От Водяной клетки же ушёл в сторону. Сделал это так неуклюже, что под удар подставил вторую женщину из руководства секты. Та оборонялась от Канти и не успела вовремя среагировать на мою технику. Раз — и вокруг неё сплелись десятки водяных струй, которые стали стремительно сжиматься.

— А-а! — взвыла сектантка и попыталась вырваться из ловушки. Прутья из воды изогнулись, пошли волнами, но устояли.

За её попытками освободиться я следил краем глаза, отражая новую волну техник от костлявого йога. Тут ещё и Ама перешла от ожидания к делу, придя к нему на помощь. Женщина принялась забрасывать меня длинными и тонкими иглами чёрного цвета. Шершень тут же насел на неё, в свою очередь, принявшись метать в женщину сюррикены и дротики. Но получалось у него плохо. Сектантка успешно отражала все его атаки, успевая бить и по мне, и по моему пету. Канти в это время пришла на помощь генеральской тени, которая стала постепенно сдавать под напором бугая с дао. Всё-таки всех сил и возможностей, которыми владел генерал демонов при жизни, у призванного существа не было.

Окружив себя тремя защитными техниками и отправляя во врагов то Водяные Стрелы, то Хлыст, то Клетку, я ринулся на них с цзянем в руке. Артефактор честного боя глаза в глаза не принял и торопливо отскочил подальше. А вот Ама Кровавая луна с радостью двинулась мне навстречу. Именно это чувство я прочитал в её взгляде. В её руках соткались два угольно-чёрных изогнутых тесака кукри в локоть длиной.

— Ты кто такой, мальчик? — шипящим и очень неприятным, вызывающим откровенную неприязнь, голосом произнесла она с первым выпадом. — Откуда ты взялся?

Её левый кукри пугающе легко прошёл сквозь все мои защитные техники и с громким скрежетом ударил в кирасу в районе живота. Мой цзянь оставил на её здоровом плече глубокую рану, в которой я успел рассмотреть светло-розовую кость плечевого сустава с зарубкой от меча, пока там всё не залила кровь.

Разменявшись ударами, мы отскочили друг от друга. Дамочка неприятно удивила своей скоростью и мастерством владения клинками. А ещё тем, как наплевательски относится к собственным ранам.

Я воспользовался тенями, чтобы разорвать дистанцию и выйти за спину артефактору. Привычно отработав по нему тремя боевыми техниками и натравив Шершня, я вновь прыгнул к женщине и попытался достать её клинком. Она оказалась готова к подобному раскладу. За две секунды мы обрушили друг на друга больше дюжины ударов и столько же раз отразили чужие. Я оставил на её теле ещё три раны. А она почти разрубила мне левый наплечник и оставила очередную глубокую царапину на кирасе. В этот раз точно напротив сердца. Её кукри мою магическую защиту проходили так легко, словно той на мне не было вообще.

В этот момент перед глазами побежали знакомые строчки победных сообщений.

'Сбор Ци +1566!

Сбор Ци +1619!

Сбор Ци +1704!

Сбор Ци +1551!

Сбор Ци +1693!'…

Это тень и Канти разобрались-таки с Небесным Быком. Всё, теперь его гарем полон вдов. Главное, чтобы сектант не привязал к себе женщин смертной клятвой, в противном случае сейчас они умирают одна за другой.

Смерть очередного соратника не прошла мимо внимания Амы.

— Что ж, вы доказали, что достойны занять место рядом со мной. Забудем обиды и отбросим оружие, — прошелестел её неприятный голос. — Как раз очень удачно освободились несколько тронов.

Она продемонстрировала пустые ладони. Кукри из них пропали незаметно для меня. Ама застыла в пяти метрах от меня. Показалось, что её тело на кратчайший миг подёрнулось маревом. Но странный эффект мгновенно пропал.

В этот момент раздался резкий свист. Он болезненно ввинтился буквально в мозг. Тень и Шершень исчезли. Я сам пошатнулся на месте… Ама пропала. Тут же справа я услышал тихий стон. Союзником у меня в этом зале кроме Канти не было. И её я прекрасно видел. Поэтому взмахнул вслепую цзянем, нанося удар в то место, где раздался звук. Клинок вошёл во что-то твёрдое и тяжело двинулся дальше. Когда я обернулся вслед за своим мечом, то увидел, что тот на треть вошёл в грудь Аме. Лезвие точнехонько угодило промеж ребер с левой стороны. Прямо в сердце. Тут же пустил сырую Ци по мечу.

— Кха!!! — изо рта сектантки вылетел фонтан крови. А вместе с ним и её жизнь.

'Сбор Ци +1606!

Сбор Ци +1611!

Сбор Ци +1604!

Сбор Ци +1599!

Сбор Ци +1503!'…

— Я сдаюсь! Пощадите! — впервые с начала боя подал голос артефактор. — Дам клятву подчинения и верности, только не убивайте меня!

Он прижался вплотную к стене, перестал разбрасываться боевыми техниками и отрезал нас от себя двумя слоями магической защиты. Одна состояла из полупрозрачных мелких кристаллов размером с мизинец, напоминающие сосульки. Вторая пелена выглядела, как сотни крошечных электрических разрядов, то и дело вспыхивающих вокруг деда то там, то здесь.

— Эта крыса выполнит что пообещала. Жизнь она любит больше всего на свете, — раздался незнакомый мужской голос.