Культиватор Сан Шен III

Глава 26

ГЛАВА 26

— И что это было ночью, а, Канти? — поинтересовался я у своей помощницы.

— Вам не понравилось, мастер? — вопросом на вопрос ответила она. И как мне показалось, он был совсем не риторический. Ей в самом деле была важна моя реакция на то, как я провёл время в палатке с настоятельницей.

— Не понравилось? — переспросил я. — Скорее наоборот! Всё настолько понравилось, что буду совсем не против повторить. Но я хочу знать, почему ты на это пошла⁈ Вместо Тураммы в эту ночь со мной могла быть ты.

— Настоятельница смогла найти слова, которые я приняла. Вреда она тебе не могла причинить. А вот удовольствие могла дать — и дала ведь — столько, сколько не смогу я, мастер. А ещё я видела, как вы несколько раз на неё смотрели после храма. В вашем взгляде было вожделение, тяга мужчины к женщине. И это совпало с её желанием возлечь на ложе с избранником богини. Потому я и пошла навстречу её просьбам помочь в этом деле, — произнесла девушка чуть склонив передо мной голову. Помолчав несколько секунд, продолжила: — К тому же, если вы не прогоните меня прочь, то и меня ждёт впереди не одна ночь наедине с вами, мастер.

«Женщины — это реальные инопланетяне. Никогда и никто их не поймёт», — подумал я. слушая её речь.

— Я прощена, мастер? — с надеждой и опаской спросила Канти.

— В этот раз да. Но в следующий всегда советуйся со мной. А то уж очень необычный сюрприз получился.

— Да, мастер, — несмело улыбнулась та с видимым облегчением. — Разумеется так и поступлю.

Мы провели время до полудня, отдыхая недалеко от руин речного посёлка.

— Плывут! — до моих ушей донёсся голос храмовника, стоявшего на страже. — Корабли плывут!

На горизонте показались светлые пятнышки парусов. Понемногу они стали приближаться к нам.

— Было бы неплохо на них доплыть до города, — вслух предложил я.

В ответ моя ночная любовница хмыкнула и отрицательно покачала головой:

— Не станут они так рисковать. Проплывут мимо.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — пообещал я. И приказал. — Собирайте вещи.

Корабельщики при виде нашей группы на берегу заложили крюк, чтобы пройти подальше от нас и ближе к соседнему бережку. На наши крики и жесты никак не отреагировали. Хотя вру, реакция была. И заключалась в том, что на палубе трёх небольших галер появилось с десяток воинов в доспехах и с оружием.

— Идите по берегу, а я к ним, — отдал я очередное распоряжение. После чего создал первую Водяную Ступень. С их помощью я быстро пошёл к кораблям на высоте трёх метров над водой.

Пока шёл, видел, как на судах началась страшная суета. Сначала ускорилось движение вёсел. Потом на палубе все вооружились и экипировались в броню.

— Ну и дебилы, — вздохнул я и швырнул одно за другой два облака Водяных стрел. Бил не по кораблям, а немного впереди, чтобы заклинания подняли фонтаны речной воды под носом судов.

Нет, так-то я бы и сам старался держаться подальше от большой группы незнакомцев в опасной местности, но пытаться демонстрировать агрессию в адрес сильного практика, который уже показал, что от него не скрыться… ну, это уже верх глупости.

На счастье корабелов, среди их командиров нашёлся один или даже парочка сообразительных и здравомыслящих людей. Они мигом всё поняли после демонстрации. Вёсла уже через минуту замерли, а оружие в руках вернулось в ножны или опустилось к палубе.

— Кто у вас старший? — крикнул я, дойдя по ступеням до самой крупной и более богато выглядящей галеры.

— Я, господин! — прокричал в ответ высокий мужчина с роскошной чёрной бородой, разделённой пополам с завернутыми концами в разные стороны. — Меня зовут Дван Хэтья.

Я сошёл по ступеням на палубу. Люди передо мной разошлись. Почти у всех на лицах застыл страх, но были и такие, кто поглядывал на меня со злостью и каким-то ожиданием. На всякий случай, чтобы свести к нулю глупые выходки с самыми плачевными последствиями для речников, я призвал Шершня. После чего посмотрел на бородача:

— Я Сан Шен. Избранный богини Анджали. Возможно, ты или кто-то из твоих людей про меня слышал. На берегу осталась настоятельница из главного храма во Фьярсте, служащей богу изменений Тари́мурти. С ней жрецы и храмовые воины. Нам всем нужно как можно быстрее попасть во Фьярст, и ты нас доставишь туда, Дван Хетья. За это тебе заплатят золотом.

— Да, господин, я всё сделаю, — торопливо ответил он. Да и что он мог ещё сказать после демонстрации моих сил? Право силы — это право силы. Даже приятно, что ли, иметь право на, хех, это право. Хоть и некрасиво, о чём мне напоминает совесть. — Сейчас отправлю лодку за уважаемыми жрецами, а вас прошу пройти в мою каюту и отдохнуть.

Каждая галера тянула за собой на канате крупную лодку. Ещё две маленьких и узких были закреплены на бортах чуть выше отверстий для вёсел. Сейчас все они были спущены на воду. В большую лодку забрались четверо гребцов. В маленькие сели двое. Всё это время корабли стояли на якорях. Атмосфера на палубах была та ещё. Почти все речники имели бледные лица и взгляды полные страха. Практики из экипажа и охраны держались недалеко от меня, но было видно, что они понимали насколько велика разница между мной и ими. Внутренняя Ци ощущается инстинктами, рефлексами, чем-то звериным, что есть в человеке. Так что меня они видели, как матерого тигра рядом со сворой тощих городских собак.

На корабле до Фьярста путь оказался лёгок и быстр. Настроение команды уже через несколько часов совместного плавания стало приемлемым. А к моменту, когда галера подошла к городской пристани, речники полностью успокоились. К тому ж первожрецы пригласили всех желающих в храм за бесплатным божественным благословением.

— Что-то тут шумновато, — заметил Раджат. — И многолюдно. И в целом как-то напряжённо.

Его слова относились к обстановке на улицах Фьярста. Здесь было очень многолюдно, многие вели себя нервно, на двух перекрёстках были заторы из-за толпы, которая собралась вокруг проповедников. О чём они кричали нам было не слышно. Соваться же в толпу не стали из экономии времени. Нас ждали в храме.

— Согласна с тобой, Раджат, — кивнула Турамма. После чего посмотрела на храмовников и своего первожреца. — Вы останетесь здесь. Узнайте, что происходит. Полагаю, вам трёх часов хватит. После возвращайтесь в храм. Но только не через главные ворота.

— Слушаюсь, госпожа, — поклонился ей первожрец.

Наш отряд разделился. Раджат с храмовниками направились в сторону одного из перекрёстков с проповедниками, а нас дальше повела настоятельница.

Чем ближе подходили к храму, тем многолюднее становились улицы. Я все чаще замечал молящихся, стоящих на коленях прямо на мостовой и повернутых головой в сторону храмового комплекса.

Метров за двести с небольшим до храма Турамма подошла к одному из домов и постучалась в его дверь. Не прошло и минуты, как в ней открылась смотровое окошко, ранее зарытое бронзовой слегка позеленевшей пластиной. На секунду там мелькнуло смуглое бородатое лицо. Человек с подозрительностью стал всматриваться в наши лица. особенно его привлекла Турамма.

— Не узнал, Хаблис? — произнесла она.

То ли голос, то ли интонации, то ли что-то ещё, оставшееся для меня тайной, позволило хозяину дома узнать женщину. С той стороны двери донёсся тихий возглас:

— Госпожа!

Заслонка вернулась на место, потом лязгнул засов, ещё один, звякнула цепочка и, наконец, дверь распахнулась. Сбоку от неё замер в поклоне невысокий среднего сложения мужчина в маленьком тюрбане, атласной жёлтой рубашке и темно-красных шароварах с тёмно-синим широким поясом, обмотанным вокруг талии. За пояс были воткнуты два кривых кинжала в серебряных ножнах.

Не говоря ни слова, настоятельница прошла мимо. Я шагнул за ней следом. За мной двинулись остальные. Как только последний первожрец переступил порог, хозяин (или быть может охранник) дома торопливо захлопнул дверь и вернул на место все запоры.

— Что происходит в городе, Хабли́с? — обратилась к нему Турамма.

— Позавчера пришло очень много последователей Анджали. С ними были гла́вы движения фанатиков, госпожа. В основном они заняли дома и улицы вокруг храма. Очень многие вошли в храм и там остались на ночь. Выгнать их не удалось, а силу применять никто из настоятелей не стал. Сегодня с утра по городу разошлись проповедники фанатиков, которые сообщают, что во Фьярст прибыл избранный Анджали и уже скоро он отправится бить демонов и освобождать земли от их тёмной силы. Ещё они утверждают, что Избранный побывал в Великой Пирамиде на плато Дракона, где сразил одного из высших демонов, который готовил ритуал по осквернению Храма. С утра ходят слухи, что в нашем храме была выставлена одна из реликвий богини Анджали. И она явила саму богиню, которая вещала о скором падении власти демонов и призывала к помощи своему избранному, — быстро, и прямо по-военному чётко ответил тот, словно доклад у него уже был давно заготовлен и отрепетирован.

— Хм, ясно, — задумчиво произнесла Турамма и бросила быстрый взгляд в мою сторону. Чуть помолчала и добавила. — Неплохой ход. Боги на нашей стороне, значит, решились идти до конца и больше не отсиживаться в Пирамидах. Главное, чтобы это всё не привело к кровопролитию во Фьярсте, — она вновь посмотрела на бородатого кинжалщика. — Хаблис, ступай и открой тайный ход.

— Слушаюсь, госпожа, — поклонился тот и торопливо скрылся в комнате слева. Там раздался стук, как он камней или кирпичей, укладываемых в стопку. Спустя несколько секунд послышался протяжный скрип и тут же пощёлкивание, словно при натягивании цепочки в старинных часах «ходиках». — Всё готово, госпожа!

— Идём, — резко дёрнула головой женщина и первой направилась на звук голоса хозяина дома.

Когда я вслед за ней вошёл в комнату, увидел узкий и низкий проход сбоку от большого очага. Всего лишь полтора метра высотой и не более пятидесяти сантиметров в ширину. За ним начиналась такая же узкая и низкая лестница с неровными ступенями, вытесанными целиком из крупных булыжников. Тот же покойный Малай или тот жрец из местного храма с саблей, с которым я встретился у алтаря под землёй, тут не имели бы ни малейшего шанса протиснуться.

Худо-бедно один за другим мы пролезли в щель и спустились по лестнице. На глубине двух человеческих ростов она расширилась достаточно, чтобы мы перестали обдираться бока и головы о шершавый камень.

Через несколько минут мы шагали по просторным коридорам, ведомые настоятельницей. Хотя дом располагался сравнительно недалеко от стен главного городского храма, мы прошли не меньше километра до того, как оказались перед закручивающейся «крепостной» лестницей. В конце её мы уткнулись в массивную бронзовую дверь. Турамма подняла руку и принялась отбивать затейливый ритм кулачком по тёмной бронзе. Ей пришлось повторить его трижды, пока дверь не задрожала и не стала открываться. За ней нашим глазам предстал просторный коридор с высоким потолком, масляными светильниками на стенах и трое послушников с короткими копьями. При виде настоятельницы они почти синхронно низко поклонились:

— Госпожа.

Не знаю, как они опознали сильно изменившуюся дамочку. Тот же Хабли́с с полминуты сверлил взглядом её, и то узнал только после того, как она заговорила. Может дело в том, что мы уже в храме и здесь работает какая-нибудь жреческая аура?

Не обращая на них внимания, Турамма прошла мимо них. Мы последовали за ней.

Наше возвращение в храм не осталось незамеченным. Мы только подходили к крылу, где располагался храм Анджали и руководила Амрита Каур, а там уже собралась целая толпа. Отчего-то Турамма направилась сразу сюда, не стала заходить в свою епархию.

Встречала нас сама Каур.

— Я рада вас видеть, — произнесла она и посмотрела сначала на меня. а затем на Турамму. — Избранный, Турамма. Полагаю, цель миссии выполнена?

— Да, Амрита, мы справились. Нужно созывать общий совет.

Для меня не осталось секретом хорошо скрываемая зависть, которая так и сквозила во взглядах как Амриты Каур, так и у других, когда люди смотрели на Турамму. Всё-таки изменения, происшедшие с ней, впечатляли. Шаляпин из моего мира отдал бы одну ногу за то, чтобы поближе познакомиться с этой настоятельницей. По факту — бабка, в реальности же — великолепная женщина. Ух, что она выделывала недавней ночью! Я такого удовольствия от плотских утех не получал никогда в жизни.

— Отдохните и приведите себя в порядок. За это время я всё подготовлю, — обратилась Каур к ней.

Турамма молча кивнула. После чего удалилась со своим первожрецом и храмовниками. Остался только Раджат.

Зал, где был созван совет жрецов, немного напоминал и студенческую аудиторию, и театр. Он мог вместить сотни две человек в своих ложах, но по факту здесь сейчас набралось максимум сто. Фиийя пришла со всеми, хотя я ожидал обратного. Вплоть до того, пока в зале будут проходить дебаты, она в это время начнёт укреплять оборону у подземного алтаря, строя баррикады.

«Хотя, кто знает, что там сейчас происходит. Одно другого не отменяет, — подумал вдруг я. — Не лично же она станет таскать камни и корзины с землёй».

Лицо у нашей противницы было каменным, но вокруг неё словно невидимое энергетическое поле дрожало, заставляя реагировать на него каждого в зале. Казалось, что женщине наше собрание безразлично и одновременно вызывает сильнейшее раздражение, прям бешенство.

Я вышел в центр зала вместе с Тураммой.

— Меня зовут Сан Шен и я избранный Анджали. По её поручению я добыл древнюю реликвию, — громко произнёс я, достал из пространственного кольца скрижаль и поднял над головой, держа обеими руками. — Её! — подержав её в руках с десяток секунд, вернул предмет обратно. — С её помощью нам выпал шанс навсегда разобраться с демонами и освободить нашу землю! Но для этого необходима энергия из главного алтаря храма. Только в нём содержится капля силы каждого из ушедших богов. Без этого реликвия не справится с уничтожением демонической экспансии, — я умолк, переводя дух.

Этой паузой воспользовалась Турамма.

— Кое-кто среди нас не поверил словам избранного и усомнился в действиях богов! — её помолодевший звонкий голос, полный внутренней силы, взлетел под высокий свод потолка и разнёсся по огромному залу. — Сомнения были настолько сильны, что эти лица были готовы пролить кровь своих собратьев в стенах нашего храма! Чтобы избежать этого и не навлечь на наши головы, а также на город с его жителями и сам храм проклятие богов, мы отправились на плато Дракона к Великой Пирамиде богов… — тут ей пришлось прерваться из-за прокатившихся по залу волне шепотков и тихих возгласов, которая заглушила её слова. Наконец, слушатели смогли обуздать своё удивление, и настоятельница продолжила. — Мы рискнули своими жизнями и даже душами, чтобы попросить у богов Глас. Вот он! — в руке женщины появился… появилось… не могу описать, что за предмет она явила всем нам. Не то жезл со сверкающим крупным бриллиантом в навершии, светившим как ярчайшая, но не слепящая лампочка, не то крупный вытянутый кристалл с теми же световыми свойствами, не то друза кристаллов.

И я, и все жрецы с благоговением уставились на него. В голове будто бы раздались чьи-то голоса, успокаивающие и одновременно подбадривающие, наставляющие на свершение подвигов. Мы словно попали под чьё-то влияние. И если я ещё как-то мог с ним бороться и понемногу выбираться, как отклеивать ладони от стола, политого липким сахарным сиропом, то остальные замерли с восхищением, не сводя глаз со светового кристалла.

И только когда Турамма убрала Глас в свой пространственный амулет с людей сошло зачарование. Осталось воодушевление, восторг, даже какая-то бодрость и активность. Все, кто ещё минуту назад смотрел и слушал меня и настоятельницу с недоверием и скукой в один миг изменились. Особенно изменилось поведение настоятелей и первожрецов. У меня сложилось впечатление, что с ними пообщались их боги, пока я ловил обычную нирвану.

Демонстрации Гласа хватило, чтобы на нашу сторону встали все. От сомневающегося и не знающего ситуацию, до ранее поддерживающего Фиийю. Это была наша полная победа. Далась она нам непросто. Вышло небыстро. Но мы всё равно победили. Жаль, что победа была среди своих. Впереди ждало главное сражение с демонами и череда мелких боёв до него.