Книжные черви. Том 2

Глава 31

Одним из самых «гениальных» преступлений, которые совершал Остап, однозначно было похищение ожерелья у своих.

Когда Бендер, Печорин, Онегин и Тёркин окончательно уяснили, что оставшаяся часть команды решительно настроена не идти на поводу у противника и не менять ожерелье на Машу, то есть, пожертвовать девочкой, они договорились спасти её тайком от остальных.

После того, как квартиру Марго обнаружили Непримиримые, все имеющиеся у Червей жемчужины и главный рубин Чичиков перевёз в свою квартиру в Санкт-Петербурге. Из-за ситуации с Мэл Ангелы Невы задержались в Москве, но пребывали в полной уверенности, что камни в безопасности. В такой уверенности они бы и оставались, если бы не Остап, который тайком вытащил у Чичикова ключи от его квартиры, на утреннем скоростном поезде уехал в Санкт-Петербург, добрался до квартиры Павла, без особых усилий нашёл там шкатулку со всем ожерельем и, забрав её, тем же вечером вернулся в Москву. Всё мероприятие заняло у великого комбинатора меньше суток.

Когда Чичиков хватился ключей, Остап одним из первых спросил, не эти ли ключи обронил Некромант у Марго в квартире, и Павел весь оставшийся день благодарил Остапа.

Однако Остап предвидел не всё. Когда он, Печорин, Онегин и Тёркин уже собирались выезжать из квартиры Бендера, им начали названивать остальные члены команды: Муму почувствовала, что камни в городе. Но отступать было некуда.

Пока Остап добывал ожерелье, Василий разведывал местность. Пунктом встречи Непримиримые назначили заброшенный коттеджный посёлок «Барвиха Village». Для нормальной подготовки времени не было, поэтому мужчины максимально спешили и ночью первого отведённого на «подумать» дня уже сидели в квартире у Остапа и разрабатывали план.

Василий заряжал пистолеты. Глядя на арсенал, который привёз Тёркин, Печорин одобрительно поаплодировал.

– Итак, наш план, – сказал Остап. – Понятное дело, что никакой честный обмен мы на самом деле не планируем: дураков нет отдавать почти полное ожерелье с Сердцем в руки Непримиримых. В идеале наша цель – забрать у них Машу и сохранить ожерелье. Если битва примет для нас совсем нехороший оборот – используем ожерелье и одним махом отправляем всех по домам, как собирались с самого начала. Непримиримые не смогут навредить Мэл, если их не будет в этом мире.

– Мне не нравится этот план, – мрачно подал голос Онегин. – А что, если они заточили Мэл в каком-нибудь заброшенном подвале, связанную по рукам и ногам? Её там никто не найдёт, а она не сможет выбраться сама и просто умрёт от голода.

– Мне тоже не нравится, – подключился Тёркин. – И не только из-за Мэл. Мы всё ещё не знаем, что такое Чёрный Человек. Его способности выходят за рамки типичных для призванного персонажа. Что если всеобщая депортация его не затронет? Вдруг он останется в этом мире и сможет творить тут всё, что захочет. В том числе и вернуть нас всех сюда, чтобы продолжить веселье?

– Угу… «Давай сюда ящик водки и этих идиотов обратно», – мрачно процитировал известный анекдот Печорин.

Остап усмехнулся и кивнул:

– Что ж, постараемся всё это учесть и не доводить до крайностей. Итак. Мы идём на встречу втроём. Пока я и Гриша тянем переговоры, Вася обыскивает здания посёлка – вдруг Мэл где-то там. Женя держит наготове вот это, – Остап открыл шкатулку и протянул Евгению несколько каплевидных рубинов. – Мы предупредим наших «друзей», чтобы они не делали резких движений, если не хотят быть стёрты на месте в индивидуальном порядке. Очевидно, что на подобное мероприятие может подтянуться и Вий. В лучшем случае он будет сторожить Мэл, в худшем – появится в самый неподходящий момент и решит поучаствовать в замесе. Но, как бы мы ни пытались играть в милосердие, Вия, Курагиных, Ленского и Чёрного Человека – стрелять на поражение.

При упоминании Владимира Онегин вздохнул. Теперь он просто не мог возражать. Глубоко внутри него поселилось осознание, что его друга больше нет, а есть чудовище, которое не заслуживает никакой пощады.

– Что мы будем делать, если к нам явится подмога, до которой дойдёт, куда мы едем? – спросил Гриша.

– Этих развеивать не будем, – усмехнулся Остап, – но и ожерелье не отдадим. В этом случае нашей проблемой будет Малыш. Как только он появится, придётся пользоваться берушами, чтобы действовать по плану, а не подчиняться его приказам. Но к этому моменту, я надеюсь, Василий уже управится. Тогда и с Малышом разберёмся. Вторая проблема – Марго. Если она применит свой «Бал», будет непросто, поэтому её мы сразу же нейтрализуем Гришей.

– Женщины, – самодовольно усмехнулся Печорин.

– Что насчёт Базарова? – поинтересовался Онегин.

– Женя тоже может доставить неприятности, конечно. Но, если он потеряет концентрацию, он вне игры. Его будешь отвлекать ты. Запомни: стреляй в него, но никаких поражающих. Я верю, что ты сможешь стрелять так, чтобы пули его задевали, но не наносили серьёзных повреждений и уж тем более не убили. Всё-таки это наши друзья.

– Могу, конечно, – пожал плечами Онегин.

– Но, скорее всего, нас ждёт замес всех против всех, – усмехнулся Остап. – Как только Мэл будет спасена, мы уйдём. Однако если что-то пойдёт не так, господа, то мы развеиваем Вия. Либо, в худшем случае, я просто использую камень.

– Это в том, если мы все умираем? – с невесёлой усмешкой уточнил Тёркин.

– Именно. Но, надеюсь, до этого мы не доведём.

Когда Иван подъехал к дому Варвары Петровны, он удивился непривычному скоплению людей во дворе. Кажется, тут собрались практически все Непримиримые. В толпе Карамазов не видел только Ленского и Воробьянинова. Бегло поздоровавшись с коллегами, Инквизитор приметил стоящую поодаль от всех Мери и направился к ней.

– Это просто охренеть, я давно не видел всю компанию в сборе, – весело заметил он, подходя к девушке.

– К сожалению, не всю, – хмыкнула Мери.

– Мы отомстим, – посерьёзнел Иван и хотел было положить руку на плечо Княжны, но та резко увернулась.

В этот момент к ним приблизилась Элен.

– Ты же внимательно всё прочитал, Инквизитор? – медово протянула она. Предстоящая операция бурно обсуждалась в общем чате.

– Да, и, честно говоря, я не в восторге от того, что у нас есть шанс скопытиться прямо на месте.

Элен показала ему раскрытую ладонь, на которой лежало несколько кровавых рубинов.

– Это ультиматум. Как ты понимаешь, наша задача просто стремительно положить там всех. Естественно, они не привезут ожерелье. Но кто-нибудь да придёт. И тогда…

Иван попытался забрать камни, но Троянская игриво отдёрнула руку.

– Где Шутце? – поинтересовался Карамазов.

– Он не участвует, – резко помрачнев, отозвалась Элен.

– Тебе не кажется, что это как-то недальновидно? – буркнула Мери. – Нет Кисы, благодаря которому можно было бы моментально там из теней всех положить, нет Шутце с его способностями…

– Зато в этот раз едет Герасим. И Вий.

– А я вот хотела спросить: а Герасима кто-нибудь видел в деле? – спросила Княжна, чем вызвала удивление Элен.

– Ах, ну да, эта часть нашей команды тебя не очень жалует, крошка, – сочувственно покивала Троянская. – Но я и сама видела его в деле всего один раз. Его сжигали, отрубали ему голову, протыкали насквозь, пытались убить оружием, магией – его ничего не берёт. Он из пепла восстал, я сама видела. Нам о такой регенерации только мечтать.

– То есть, он совсем неубиваемый? – прищурился Иван.

– Получается так. Так что выпустим на них Герасима и нам, скорее всего, вообще ничего делать не придётся, так, для массовки постоим, группой поддержки.

– Я бы на твоём месте всё же чего-нибудь… – Мери всегда было сложно разговаривать на тему этих особенностей Троянской, – выпила или съела. Для подкрепления сил…

Элен поморщилась:

– Терпеть не могу консервы, а на нормальную охоту времени уже нет.

Разговор был прерван Чёрным Человеком. Он выглянул в окно дома. Ничего не сказал, но в воображении каждого из присутствующих калёным железом стали вплавляться его планы, как нужно действовать и что в какой из вероятностей событий делать. Вплавлялись и знания о слабостях каждого из Книжных Червей. Процедура была, мягко говоря, болезненная. Всю троицу аж пошатнуло, но Иван успел поддержать и Элен, и Мери.

– Ненавижу, когда он так делает, – прошипела Элен и воровато оглянулась.

В этот момент на пороге появился Павел Петрович Кирсанов с тростью и книгой в руке и обратился к присутствующим:

– Что ж, господа. Я, Тацит и Сильвер едем на одной машине. Княжна, Троянская и Инквизитор – на другой. Встречаемся на месте. Остальные инструкции у вас есть. По коням, так сказать.

– Ты и впрямь думаешь, что кто-то из них забрал твои ключи, сгонял в Питер, забрал ожерелье и вернулся сюда? – с сомнением спросил Чацкий.

Ангелы Невы и Марго сидели у Ведьмы на кухне. Чичиков пил чай, и кружка в его руке тряслась.

– Они не отвечают, – развела руками Маргарита, до этого пытавшаяся дозвониться до Тёркина, Бендера, Онегина и даже Печорина поочерёдно. – Никто.

– Ожерелье в Москве. Все камни чувствую я, – сказала Муму.

– Тогда просто давай ты по карте определишь, где скопление силы, и мы рванём туда, – предложил Родион.

– Вы серьёзно думаете, что они обменяют ожерелье? – спросил Чацкий.

– Нет, но там Онегин! – рявкнул Базаров, который был уверен, что именно Евгений предложил украсть камни, которые они все с таким трудом доставали. – Он точно отдаст всё, он – идиот.

– Док, хватит, – прервал Базарова Родион. – Мы просто поедем за ними. Сейчас заткнитесь, я покажу Муму карту, и она немножечко помедитирует, – сказал Родион

Муму долго смотрела на карту Москвы на экране ноутбука, пока остальные герои смотрели на неё. Когда собака отвела взгляд от карты, она выглядела удивлённой, словно почувствовала что-то ещё помимо того, что ожидала.

– Здесь, – она ткнула носом куда-то за пределы МКАДа. Затем, когда Раскольников увеличил масштаб, собака указала на «Барвиху Village».

– Едем, – коротко бросил Раскольников.

– Парни, берите карш, а я по воздуху, – сказала ребятам Марго и несколько раз ударила ногой диван. Из слегка отошедшего подлокотника Ведьма извлекла баночку с кремом, неимоверно радуясь тому, что даже после переезда в этой квартире у неё остались заначки.

Понимая, к чему все идёт, Чацкий молча протянул Родиону ключ от кейса.

– Я его только открою, взять возьму уже на месте, – кивнул Раскольников.

Чичиков провёл рукой над магическими камнями, и те ярко засветились. Базаров взял на руки Муму и пошёл в коридор.

– Ребят, ребят, – вдруг затормозил всех Александр. – А какой у нас план?

– Не даём забрать у наших идиотов ожерелье. Если это произошло, отнимаем его назад любой ценой, – холодно ответила Марго.

Заброшенный коттеджный посёлок «Барвиха Village» состоял из двухэтажных краснокирпичных таунхаусов. Центральная линия домов представляла собой корпуса в виде букв «О», разомкнутых в верхней и нижней части, и именно во внутреннем дворе одного из таких корпусов Непримиримые назначили встречу Червям. По обе стороны от О-образных домов также тянулись линии таунхаусов, волнистые и ломаные.

Остап, Григорий и Евгений шли к месту встречи. Бендер думал о том, что никакой засады они здесь не смогут толком почувствовать: во-первых, чудовищный шум с трассы, которая пролегала неподалеку, во-вторых, главный рубин вызывал непрерывную головную боль и мешал сосредоточиться. К счастью, так он должен был действовать на всех персонажей, случившихся поблизости.

Павел Петрович и ещё двое мужчин – один огромный, за два метра ростом, а другой лощёный, с тёмными вьющимися волосами и в клетчатой рубашке – стояли во внутреннем дворе недостроенных таунхаусов. Онегин подметил, что пустырь отлично просматривается из домов: они тут как на ладони. Евгений бегло осматривал дома, предполагая, что в окне или на крыше одного из них вполне мог быть Ленский со снайперской винтовкой или кто-то ещё, о чьих способностях им было неизвестно.

Василий тем временем осматривал здания внешних линий на предмет засады и наличия пленницы, но так никого и не нашёл. Периодически он поглядывал на жемчужины, которые должны были выдать присутствие других персонажей, но ни одна из них не светилась. Тогда Тёркин направился к домам, окружающим место встречи. Василий приближался к нужной ему букве «О» с внешней стороны, собираясь проникнуть в строение, а затем подняться на крышу, чтобы оттуда контролировать предполагаемое поле боя и вмешаться в случае необходимости. Он уже неоднократно пожалел о том, что с ними нет Марго, которая решила лететь на щётке и пока не добралась.

…Остап, Григорий и Евгений стояли напротив Кирсанова, Герасима и, к удивлению Онегина, Карамазова. Иван грустно улыбнулся Жене и пожал плечами. Онегин сжал зубы. Больно. Было очень больно. Получается, что всё это время Иван его обманывал.

Впрочем, Остап почти сразу нарушил немые переглядки Онегина и Карамазова:

– Павел, верните девочку. Полагаю, вы чувствуете, что ожерелье у одного из нас.

– Да, Остап, – чуть склонил голову Кирсанов.

– Давайте не будем идти по пути насилия, и вы не станете заставлять нас одним махом стереть всех призванных вместе взятых, – уверенно сказал Бендер.

– Господин Бендер, – проговорил Кирсанов. – Дело в том, что девочки при нас нет. Мы, само собой, предвидели, что вы захотите нас обмануть, поэтому сначала вы отдаёте нам то, что мы хотим, и даёте уйти, а через некоторое время забираете из означенного места свою девчонку.

– И вы вообразили, что мы вам поверим? – презрительно прищурился Бендер.

– Где Мэл?! – не выдержал Онегин и наставил револьвер на Павла Петровича.

В этот же миг свистнул рассечённый воздух. Печорин успел выхватить саблю и защитить голову от резкого и быстрого посоха, который появился практически из ниоткуда в руках Ивана, чья фигура стала блёкнуть, а затем темнеть, обращаясь в чёрный рогатый силуэт.

– Значит, это был ты, – прошипел Печорин, вспоминая драку на Тихвинском кладбище.

– Где?! – повторил Онегин. Но Кирсанов был непоколебим:

– Ожерелье, господа. Сейчас.

– Пошёл ты! – крикнул Онегин.

– Что, Женя, всё своё красноречие ты израсходовал на малолеток? – съязвил Карамазов.

Онегин рассвирепел и, выхватив второй револьвер, наставил его на Карамазова. Ваня заулыбался Евгению, словно старому другу.

– Ребята, у них нет Мэл, – напомнил Остап, прерывая разговор.

– Всё так, – согласился Павел Петрович. – Девочка теперь забота Володи, а вы – наша.

Вдруг земля под ними затряслась. Печорин только и успел схватить за шкирку Онегина и отпрыгнуть в сторону. То же самое сделал и Остап. Из-под земли вырывался Вий, и корни его тут и там пробивались сквозь почву, вздымая фонтанчики грязи.

…Тёркин добежал до внешней стороны таунхаусов, окружавших место встречи Червей и Непримиримых и, подтянувшись на руках, забрался в окно первого этажа. Он оказался в комнате заброшки – голой бетонной коробке с замусоренным полом. В противоположной стене зиял дверной проём, и Солдат направился туда. Преодолев короткий коридор и поднявшись по лестнице на второй этаж, он оказался у входа в комнату, чьи окна выходили непосредственно на поле начавшегося боя, однако этот наблюдательный пункт уже не пустовал: у окна спиной к Василию стояла невысокая девушка с длинными розовыми волосами, заплетёнными в косу. Догадавшись, что это пополнение в команде Непримиримых, Солдат без предупреждения выстрелил по ногам, но девушка резко повернулась, а пули застыли в воздухе.

– Твою мать! – только и успел крикнуть Тёркин и заскочил за угол. Пули тут же вошли в стену, туда, где секунду назад было туловище Солдата. А потом Мери крикнула. Оглушённый Василий скатился по лестнице на первый этаж. Времени разбираться с горластой девчонкой не было: следовало поскорее узнать, как дела у парламентёров. Тёркин помчался в соседний дом, чтобы там на крыше занять удобную позицию.

…Как только Вий выбрался из земли, Элен обратилась в свою альтернативную форму и спикировала с крыши, чтобы присоединиться к битве, однако прямо в полёте в неё на полной скорости влетела невидимая Марго на волшебной щётке, и обе женщины, сцепившись, рухнули на землю.

Кирсанов сжал в руке книгу, и они с Герасимом и Иваном в один миг телепортировались в разные места заброшки, давая Вию простор для манёвра.

Базаров уже смирился с тем, что водительских прав его лишат навсегда, и вдавил педаль газа. Машина с визгом влетела прямо в середину двора, к месту, где появился Вий. Первым из машины выскочил Родион с топором и побежал на чудовище. Тело Раскольникова стремительно увеличивалось в размерах. Вслед за Родионом из наружу выбрался Чичиков. Его руки засияли зелёным светом, и из земли поднялось несколько душ. На Павла тут же бросился Анатоль, пытаясь вцепиться зубами в шею. Чацкий же увидел на крыше Тёркина и побежал в его сторону, но ему преградил путь Карамазов. Последним из парней машину покинул Базаров.

– Ну что, господа и дамы? Уравняем шансы? – прорычал Док.

Онегин резко обернулся. Он увидел, как остальная команда Червей спешит им на помощь. На помощь ли?.. Сердце его забилось быстрее. Он перезарядил револьверы и принялся стрелять в Вия.

Иван уже вступил в бой с Чацким, и они оба отходили к месту, где сражались Марго и Элен. Родион и Базаров пытались усмирить Вия. Тёркин сцепился на крыше с Кирсановым.

Мало кто заметил, как из машины выскочила Муму и понеслась в сторону ко входу в один из таунхаусов. Собака чувствовала там знакомый запах и знакомую энергию, и не могла это игнорировать. Уворачиваясь от лап Вия, Муму нырнула в дом. Увидев огромного мужчину, собака зарычала. Мужчина поднял руку, чтобы ударить её, но Муму посмотрела ему прямо в глаза.

– Вспомни! Вспомни! – провыла она.

Герасим застыл.

– Ну что, давайте снова подожжём его! – задорно крикнул Печорин. – А после добьём рубинами!

– К машине! – отозвался Родион. – Гоним его к машине!

Онегин услышал. Всё внимание чудовища оттягивал на себя Раскольников, Стрелок прикрывал его.

…Павел Петрович не приветствовал, не объяснялся. Он ударил Тёркина тростью, выбивая пистолет из руки. Василий выругался и перешёл в рукопашную.

– То женщины, то старики… – с досадой пробурчал Солдат, которому сегодня категорически не везло на достойных противников.

– Тебе хватит, – весело отозвался Кирсанов, сбивая Василия с ног.

…Элен не видела Марго, она отбивала атаки Ведьмы наугад, на слух. Это продолжалось до тех пор, пока в их поединок не вмешался Иван. Он выхватил у себя из-под ног горсть земли, подскочил к Марго и швырнул в неё. Песчинки облепили Ведьму, сделав её видимой, и Элен могла нападать.

– Стоять! – крикнул Чацкий, пытаясь парализовать упырицу, но та лишь сжала кулак, и Саша почувствовал, как из носа и ушей у него идёт кровь.

– Не верю! – крикнул Базаров и бросил в Элен метательный нож. Упырица взмыла в воздух.

…Тем временем Онегин только и успевал перезаряжать револьверы и стрелять в Вия, помогая Родиону, который что есть сил рубил существу тело, корни и ветви.

Остап бросился к машине, чтобы включить зажигание, Григорий прикрывал его от извивающихся корней Вия, которые, казалось, поспевали везде. Родион как раз отсёк чудовищу достаточно крупный отросток, чем отвлёк всё внимание монстра на себя. У мужчин было несколько секунд форы, чтобы добежать до цели, пробить бензобак и поджечь бензин. Печорин мимоходом ударил саблей по бензобаку, и оттуда полилась горючая жижа. Остап включил зажигание.

Родион медленно отступал к ним.

Печорин отслеживал всех, кто участвовал в драке, но не видел Чёрного Человека и ожидал, что тот вот-вот проявит себя.

– Гриша, Ося, давайте! – окликнул их Онегин.

Григорий выжидал момент, когда Вий кинется в их сторону. Печорин понимал, что сейчас ударит Вия саблей, Остап бросит в чудовище рубины, а Раскольников кинет зажжённую спичку в бензин.

Григорий занёс саблю.

Резко развернулся к Остапу…

И одним ударом снёс Бендеру голову.

Обезглавленное тело великого комбинатора рухнуло на землю.

– Остап!!! – душераздирающий крик Тёркина, почти сразу заставил очнуться от шока тех его товарищей, которые хоть мельком видели, что произошло. Василий бросил Кирсанова и спрыгнул с крыши прямо во двор, где бесчинствовал Вий. Солдат во что бы то ни стало хотел догнать Печорина.

Базаров, который не видел случившегося, услышал этот крик и попытался разглядеть среди дерущихся Бендера, но в этот самый момент почувствовал тяжёлый удар по голове, и всё потемнело.

Печорин не стал терять ни секунды. Воспользовавшись заминкой, он выхватил перемазанную кровью шкатулку с ожерельем, которую великий комбинатор держал во внутреннем кармане пиджака, и бросился бежать.

– Не уйдёшь! – крикнул Онегин. Слёзы гнева наворачивались на его глазах. Он перезарядил револьвер и выстрелил в Печорина. И пуля бы попала в него, если бы между Стрелком и убегающим Григорием не возникла тень, которая поглотила пулю.

– Теперь это наш клиент, – улыбнулся Чёрный Человек.

Онегин подбежал к телу Бендера и увидел, что возле откатившейся головы лежат три маленьких красных камня. Евгений подхватил рубины с земли и почувствовал, как в этот самый момент прямо в спину ему вцепились когтистые лапы. Элен сжала правое плечо так, что Онегин услышал хруст собственных костей и выронил револьвер.

– Да сдохни ты, сука! – в отчаянии крикнул Стрелок и бросил три рубина через плечо. Камни попали в цель. Они ярко засветились, а затем Элен рассыпалась в пыль, а Онегин упал на землю рядом с телом своего друга.

…Родион чувствовал, что весь его рот был заполнен кровью, тело не выдерживало нагрузки трансформацией, но он продолжал отчаянно рубить новые и новые конечности, которые вырастали из туловища Вия и пытались добраться до его друзей.

…В комнате одного из домов Княжна весело смотрела на Чичикова, который стонал от боли. Со сломанными телекинезом Мери руками колдун был бессилен. Девушка кивнула появившемуся рядом Анатолю, и тот, оскалив свои белоснежные зубы, впился Некроманту прямо в горло. Мери же побежала во двор на помощь Ивану.

Инквизитор занёс посох над головой Базарова, и в этот самый момент услышал приказ мальчишки. Не церемонясь, Иван бросился на Чацкого, но вдруг пространство вокруг Карамазова заволокло ярко-красным туманом. Перед ним, отделяя его от Чацкого и Базарова, возникла Марго. Кровь текла из её ушей и носа.

– Что ты знаешь о демонах?! Да что ты знаешь, мальчик?! – грозно вопросила она.

Иван почувствовал, что ему становится трудно дышать: на него действовало измерение Маргариты. Он метался, пытаясь добраться до обессилевших парней, но ноги застревали в земле. Маргарита взвыла:

– Ты всемогущ! Помоги мне! Ни о чём не просила тебя, никогда! Дай мне сил!

Ничего не произошло. Измерение ослабевало.

Тогда Маргарита вновь представила его.

Ей казалось, будто время застыло, и он спокойно наблюдает за происходящим, смакуя все события, как старинное вино. Ему ведь было совсем неинтересно это время, это место, вся эта история. Он просто наблюдал. Возможно, даже искренне радовался, что не был призван и мог оставаться зрителем. А чёрные тени участников событий метались вокруг него. Но сейчас вся эта возня утомила таинственного господина. Он швырнул на шахматный пол свою трость, возвращая Марго в реальность.

В этот самый миг Саша увидел лежащую на земле шпагу с эфесом, на котором красовался набалдашник в виде головы пуделя. Чацкий схватил её, и на секунду и в его сознании появился яркий образ усмехающегося человека с разноцветными глазами. А затем из последних сил он сделал выпад в голову Карамазову. Но Чацкий не был талантливым фехтовальщиком. Он промахнулся и попал в рог демонической фигуры. Иван схватился за голову и закричал. Его защита пропала. Посох упал на землю, и тотчас множество бесов схватили его и принялись затягивать в глубину багрового измерения. Затем руки вцепились и в самого Ивана.

Вдруг позади Марго раздался оглушительный вопль Мери. Ведьма не смогла больше поддерживать «Бал», и все бесы, атакующие Ивана пропали, но Маргарита, Чацкий, и сам Иван были оглушены.

…Онегин отдышался. Он был весь в крови Остапа и прахе Элен. Он собрал камни. Подобрал револьвер. Мельком увидел через оконный проём, как в одном из домов какое-то существо напало на кого-то похожего на Чичикова. Онегин быстро проверил барабан. Одна пуля. Не было времени думать о том, что эту пулю заслужил Печорин. Женя выстрелил в голову предполагаемого противника.

…Чичиков уже терял сознание, как вдруг его заляпало кровью. Чужой. Анатоль, вцепившийся в его шею, обмяк. Павел завалился на бок. Из его кармана выпал маленький зелёный камень. Чичиков припал к нему окровавленной щекой. Из камня вырвался Петрушка.

– Петруша, огня, – простонал Павел.

Петрушка обернулся яркой искрою и упал на тело приходившего в себя Анатоля. Чичиков только успел пнуть это тело ногой, и тут же одежда на вампире загорелась. А затем и сам Анатоль вспыхнул как свечка. Прошло меньше десяти секунд, а от Курагина остался только пепел да чёрная жижа. И камень, из которого Чичиков совершал призыв, треснул напополам, навсегда потеряв магическую силу.

…Муму и Герасим стояли друг напротив друга, не пытаясь даже сдвинуться с места. В этот самый момент перед Муму появился Чёрный Человек и со всей силы ударил собаку ногой, так, что та отлетела в стену и жалобно заскулила. Чёрный Человек подошёл к Муму, схватил её за шкирку, но вдруг почувствовал лёгкое покалывание. Василий Тёркин бросил рубин в Чёрного Человека. Но вместо того, чтобы рассыпаться, он поглотил камень. И швырнул Муму в Герасима.

– Убей её! – приказал Чёрный Человек.

Тёркин высадил в Герасима полную обойму, но всё было бесполезно. Мужчина держал в одной руке собаку и задумчиво рассматривал её.

– Убей её! – раздражаясь, повторил Черный Человек.

– Стой! – раздался крик Печорина.

Григорий вышел из-за угла, сжимая в кулаке шкатулку с ожерельем.

– Я доказал свою верность. Я принёс тебе все их слабости на блюдечке и ожерелье в придачу, – мужчина протянул Чёрному Человеку шкатулку. Чёрный Человек открыл её. Все камни разом засветились. Герасим охнул.

– Му-му, – промычал мужчина и разжал руку. Тёркин среагировал молниеносно: он подскочил к собаке, схватил её и бросился бежать. Отбирать ожерелье у Чёрного Человека не было ни сил, ни возможностей. Нужно было уходить.

Великан смотрел в одну точку, словно что-то вспоминал, Печорин и Чёрный Человек удивлённо глядели на него. К ним, прихрамывая, подошёл Кирсанов.

– Вообще-то, там только что убили Анатоля и Элен. И если ты не хочешь, чтобы добили Мери и Ивана, вытаскивай нас отсюда, – зло процедил Кирсанов Тени.

Чёрный Человек будто специально замедлился, смакуя происходящее и размышляя.

– Вытащи нас! – крикнул Кирсанов и схватил Чёрного Человека за отвороты фрака.

– Ну хорошо-хорошо, уговорил, – ухмыльнулся тот. А в следующую секунду чёрная тень поглотила Кирсанова, Герасима, Печорина и Вия. А когда она появилась возле Ивана и Мери, они оба закричали от боли так сильно, что приходящей в себя Марго показалось, что эти двое провалились в ад.

– Не верю, – тихо говорил Базаров, сидя на корточках у тела Остапа. Но это ничего не меняло.

Марго плакала.

– Он изначально был призван ими, – мрачно сказал Тёркин. – Он всё это время ждал подходящего момента. Да как так…

Чичиков достал из кармана маленький рубин.

– Что ты хочешь сделать? – закашлявшись, спросил Родион.

– Избавиться от тела. Шельма такого не заслужил, – сказал Чичиков.

Онегин принёс голову Остапа. На его лице застыло добродушное удивление.

– Прощай, друг, – сказал Чичиков и положил рубин на тело Бендера. Камень ярко вспыхнул и потух, а тело великого комбинатора рассыпалось в пыль.

– Мы отомстим, – процедил сквозь зубы Чацкий.

Онегин же развернулся и молча пошёл в сторону трассы.

– Женя, куда ты? – окликнул его Родион.

– Я иду за Мэл, – не оборачиваясь, глухо отозвался Евгений.

Родион хотел было броситься за Онегиным, но его остановил Базаров.

– Оставьте его, – сказал Базаров. – Нам нужно думать, как вернуть ожерелье. Пусть сам.

Чёрный Человек сидел на веранде резиденции Непримиримых. До него доносились крики Барыни, которая срывала злость от потери ценных солдат на Герасиме, Кирсанове и остальных. Хотя они добыли ожерелье, утрата Анатоля и Элен была очень некстати.

Некстати Варваре Петровне.

Чёрный Человек извлёк из себя костяную шкатулку. Она дрожала. Что-то очень скверное пыталось вырваться из неё. Тень склонила голову набок. Перед его единственным глазом промелькнула будущая предрешённая смерть каждого из Книжных Червей и Непримиримых. Каждого, кто сдохнет в этой нелепой войне.

– Скоро, дорогие мои безликие, ничто не сможет вас сдержать. И этот мир изменится. Навсегда.

Улыбка Чёрного Человека превратилась в ядовитый оскал.