Императорский отбор, или Его строптивое счастье

13,12

Хестер замерла. Даррен продолжал что-то успокаивающе шептать, но она не слышала. Провалившись куда-то внутрь себя, леди Аргеланд пыталась нащупать опору. Отыскать тот самый стержень, что позволял ей быстро и безошибочно принимать решения. Но…

- Я ничего не понимаю,- прошептала она. – Где мы?

- На полпути к Зеркальному Дворцу,- мягко ответил Император.

- Бал уже начался? – Хестер цеплялась за простые и понятные вещи, ведь новость об истинности…

Нет, она пока не готова это обсуждать. Не готова поверить.

- И да, и нет,- серьезно ответил Император. – Мы прошли Коридор Цветов и вышли в Комнату-без-времени.

- Мы не двигались,- хмуро ответила Хестер.

Отвернувшись от Даррена, она скользила взглядом стенам, что были испещрены колдовскими знаками. Подойдя ближе, леди Аргеланд коснулась прохладного камня рукой и поразилась тому, сколько силы гудит в этих колдовских цепочках.

- Присядь,- негромко произнес Император.

- Куда? – удивилась Хестер и обернулась на него,- комната пуста… О.

Дракон создал два темно-зеленых кресла и вереницу янтарно-желтых светлячков, что вились вокруг и сглаживали пугающий вид комнаты-без-времени.

- Ты напугана или сердита? – спросил Император прямо.

- Я не понимаю, как это возможно,- Хестер никак не могла посмотреть в глаза Даррену. – Моя сила… Кто знает, может Коридор ошибся. Разве не Авинская…

- Тебе знакомы часы, чья цепочка обхватывает ее талию? – Даррен поймал ее взгляд и Хестер, удушливо покраснев, кивнула. – Если бы ты их рассмотрела, то заметила бы клеймо. Точно такое же красуется на твоем браслете.

Дернувшись, она коснулась кончиками пальцев теплой кожаной полоски:

- Отец умирал. Мне были нужны деньги и я… Я выбрала семью.

- Аргеланды зубами и когтями держаться за своих,- криво усмехнулся Император. – Расскажи мне все.

- Я под клятвой,- Хестер сморгнула выступившие слезы,- могу рассказать лишь часть истории.

И она, опустив взгляд, принялась говорить. Про то, как они прибыли в Виррталан. И как мастер-артефактор отказался брать часы.

- Потом мне поступило предложение, но ради него я должна была уехать в столицу,- Хестер покачала головой,- зачем? Ведь лучше, если бы мы сгинули в Виррталане. Покупательница сказала, что она подмастерье-артефактор, как и я. И что ей нужны чистые камни. Тогда я использовала свою силу и разрушила чары привязки, что возникли между мной и вашими часами, мой император.

Один из световых шариков опустился на руку Хестер и та, прикусив губу, подняла ладонь и сдула огонечек в сторонку. Леди Аргеланд чувствовала себя так, будто вот-вот умрет. Кровь в ее венах словно обратилась в кислоту и разъедала, уничтожала ее изнутри.

«Я знала, что разговор с истинным будет не из легких», с отчаянием подумала она. «Но даже не представляла насколько!».

- Посмотри на меня,- попросил Даррен,- что не так, Заноза моя?

- Заноза?

Император усмехнулся:

- Это сравнение пришло мне в голову в день, когда ты билась на двух дуэлях. Знаешь, я будто сошел с ума. Среди всех я видел только тебя.

- Мне казалось, что Императрица давно определена,- Хестер искоса посмотрела на Императора,- леди Риальтрея Лисомни Авинская явно выделялась среди всех невест.

- Не по моей воле,- поморщился Даррен. – Она прибыла ко двору с часами на поясе. Я не стал задавать вопросы в лоб, но то, что удалось выяснить указывало на нашу связь. Вот только… Порой я ее просто не замечал. Проходил мимо и лишь после спохватывался. Ты плачешь?

- Нет, соринка,- Хестер медленно выдохнула,- в любом случае, Авинские сильны.

- Мы говорим не о том,- Даррен потянулся к ней и взял ее тонкую, безвольную ладонь. – Ты… Ты ждала кого-то другого?

- Нет,- вскинулась Хестер,- нет! Просто… Все так сложно закрутилось. И продажа часов…

- Они выручили тебя?

- Очень. Отец остался жив, брат не ушел в солдаты, да и крыша над головой,- Хестер прикусила губу,- самое страшное, что я бы все равно поступила так.

- И я рад,- серьезно отозвался Император. – И сожалею лишь о том, что не догадался снять пару колец. Мы живы и счастливы.

Он немного помолчал и теплом добавил:

- А еще я первый Элеарский, который точно полюбил свою супругу не из-за связи истинных, а вопреки.