Императорский отбор, или Его строптивое счастье

Глава 5

Свитки были скопированы, сданы на проверку и получены назад – на каждой строчке алели пометки. Но ни Хестер, ни Милли не могли понять, что именно не так.

- Грамотно? Грамотно,- ворчала Милида.

- Без капли магии? Без капли магии,- вторила ей Хестер.

А через полчаса они получили письмо, где летящим, дивным почерком было ясно сказано: «Истинная леди в любом состоянии пишет так, будто рисует собственную линию жизни».

- Так это,- Милли потерла кончик носа,- какая жизнь, такие и линии. Не буду ничего переписывать.

Хестер, постучав уголком письма по собственной руке, согласно кивнула:

- И обрати внимание, нигде и не сказано, что мы должны что-то переписать. Боюсь, что если бы мы начали копировать заново, то получили бы внушение в духе: «Леди не прислушивается к пустому мнению».

- Пустому? – ахнула Милли и прижала ладони к щекам,- ты только при леди Кадрии не говори, что ее мнение – пустое!

- А ее мнение и не пустое,- хмыкнула леди Мерех,- мы с тобой предполагаем, что это она нам написала. Но где ты видишь хоть что-то, указывающее на автора письма?

Милида застонала:

- Как все сложно-то!

- В этом и заключается главный урок – высокородные леди хуже самой ядовитой грайгрейской жабы – если земноводные убивают из самозащиты, то леди… Сама понимаешь.

- Раньше не очень понимала,- честно сказала Милли. – Мне не нравится то, что я узнала про придворную жизнь. Осталось только в балах разочароваться.

Леди Аргеланд только плечами пожала:

- На большом имперском балу мне бывать не доводилось, матушка говорила, что он никого не оставляет без впечатлений. Но эту фразу можно трактовать самыми разными способами.

Оставив свитки валятся на кровати, подруги отправились в тренировочный зал. Второй этап отбора уже идет и их очередь наступит совсем скоро. К сожалению, в этот раз невестам не позволено наблюдать за происходящим, а тех кто прошел этап держат отдельно – чтобы ничего не рассказали.

- Но мы ведь и так знаем, что нам придется скакать на лошади и стрелять,- проворчала Милли и вновь взгромоздилась на артефакт, имитирующий лошадиный галоп.

Правда, едва лишь усевшись, она вновь вылетела из седла.

- Знаешь, я все же считаю, что тебе стоит пустить лошадь иноходью, доскакать до мишени и всадить стрелу рукой. Меня тренировали с самого детства и то я не собираюсь вскакивать на лошадь, когда у меня есть волка.

- Рискуешь не пройти этап,- сощурилась Милли.

- Я покину отбор после бала,- уверенно ответила Хестер,- и расскажу почему, после второго этапа. Если я права, то три невесты покинут нас одинаковым способом.

- Конечно одинаковым, не попадут в мишень или рухнут с лошади,- фыркнула Милида. – Или, как я, сделают оба дела сразу.

- Даже если ты уйдешь со второго этапа, это произойдет по другой причине,- таинственно улыбнулась Хестер.

- Ты провидица?

Леди Аргеланд рассмеялась:

- Насколько бы все было проще, если бы это было так. Нет, в моем роду никогда не рождались Истинно Зрящие. Да и ты знаешь, их забирают в Храмы.

Милли промучилась до самого вечера, а Хестер, всаживая в мишень стрелу за стрелой, продолжала убеждать подругу не рисковать здоровьем. Ведь это здесь, в зале, есть воздушные подушки. А там, на поле, их не будет.

- И представь, какую грязь уже намесили там лошади? Не даром всех бедных и худородных сместили в самый конец,- вздыхала Хестер.

- Так а магия на что? – пыхтела Милли, которая смогла просидеть на имитации лошадиного крупа уже больше трех минут. – Даже я знаю, как исправить потоптанный лошадьми луг.

- Знать и сделать это два разных слова. Идем, через час наш выход. Милли…

Договаривать леди Аргеланд не стала, только выразительно посмотрела на подругу. Та сдалась:

- Если там и правда грязевое месиво, то я аккуратно подъеду к мишени и вставлю в нее стрелу вручную.

- Спасибо,- мягко улыбнулась Хестер,- у меня никогда не было близкой подруги и не хотелось бы ее потерять. Тебя потерять.

Милли шмыгнула носом и, подавшись вперед, стиснула леди Аргеланд в объятиях:

- И у меня не было.

Час пролетел быстро. За девушками пришла виконтесса Эстальди, устала, чуть запылившаяся и сердитая.

- Следуйте за мной.

- Конфетка,- позвала Хестер,- идем. Есть возражения?

- Ради всех богов, да делайте вы что хотите,- махнула рукой виконтесса,- все делают что хотят, а я… а мне судить надо! А как судить, если…. Пф. Прошу прощения за недостойный срыв. Следуйте за мной.

И подруги, переглянувшись, покинули комнату. Позади них лениво перебирала лапами волка. Конфетка предвкушала веселье и не могла дождаться, когда же они с хозяйкой вновь помчатся наперегонки с ветром!

Виконтесса Эстальди привела подруг к одному из боковых дворцовых выходов. Там их перехватил помощник распорядительницы Грегуар. Мужчина немного похудел и на лице его читалась глубокая задумчивость.

Увидев леди Аргеланд он встрепенулся и тут же вопросил:

- Как часто Свободная Вайолин спрашивает обо мне?

- Она не спрашивает о вас,- хором проговорили подруги.

И Милли честно добавила:

- По крайней мере нас не спрашивает. А куда мы идем?

- К шатру, в котором вы будете ожидать свой выход,- буркнул мужчина.

В парке Грегуар сразу направился к одной из второстепенных тропинок.

- Она не может просто взять и выбросить встречу со своим истинным из головы,- возмущался помощник распорядительницы. – Мы самими Богами задуманы друг для друга!

- Но вы не предел женских мечтаний,- выдала вдруг Милли. – В момент, когда вы увидели ее, вы подумали лишь о том, как это скажется на вас. Вы бросились каяться, умолять о прощении. Вы думали о себе, но не о ней.

Грегуар бросил на Милиду злой взгляд, но промолчал. Крыть ему было нечем.

- Вам сюда.

Плотная иллюзия не позволяла рассмотреть ничего, кроме яркого, цветастого шатра, вход в который был украшен живыми цветами и зачарованными птицами.

Леди Аргеланд полагала, что внутри уже никого не будет, но нет, там томилось ожиданием еще две невесты. Аррисия Нова Арентес и юная, бледная до зелени девица. Она сидела закрыв руками лицо и, как будто, что-то шептала.

- Смогу-смогу-смогу-смогу,- если прислушаться, можно было различить это многажды повторенное слово.

- Приятного дня,- поздоровалась Хестер и получила два ненавидящих взгляда.

Через мгновение леди Арентес поняла, кого видит и поспешно пересела ближе к перепуганной до смерти невесте.

Леди Аргеланд едва заметно усмехнулась и, повторив свое приветствие, нарочито вежливо осведомилась о самочувствии и здоровье леди Арентес.

Девица пошла пятнами, после чего тихо прошипела:

- Вашими молитвами.

- Ох, вряд ли нашими,- нарочито манерно протянула Милли,- пока вы не попались нам на глаза, мы про вас и не вспоминали.

- Вам бы все злословить,- фыркнула леди Арентес. - Давно ли от сохи отошли?

Милли подбоченилась и с нарочито-просторечно выдала:

- Так, стал быть, отец мой из седьмого поколения купцов. Эт значицца я – восьмая. Вот и считай, что лет сто шестьдесят мы от сохи-т и отошли, да.

И пока присутствующие переваривали эту информацию, Милли грациозно опустилась на застеленную шелком скамью, скрестила ножки, чинно сложила ручки на коленях и мило добавила:

- А вы? Если по вашей маменьке считать?

Леди Арентес, пойдя пятнами, запальчиво выкрикнула:

- Не смейте говорить гадости о моей матери!

- У кого что болит, тот о том и говорит,- пакостливо хихикнула Милли,- не буду я говорить ничего о вашей маменьке, хороший она человек. И в Бушуйке ее поминают исключительно добрым словом. Но все же подумайте о том, что не вам рассуждать о сохе.

Хестер заинтересованно посмотрела на леди Арентес, потом на Милли, а после решила, что несвежие сплетни можно и вечером узнать.

В центре шатра появился овальный портал и бесплотный голос прошелестел:

- Леди Фьеррин Тира Лована.

Запуганная девица всхлипнула и, дернувшись, бессильно опустила руки:

- Я не могу.

- Иди и скажи им это,- хмуро произнесла леди Аргеланд, после чего подошла к девушка и помогла ей встать. – Никто тебя не заставит.

- Отец…

- Предложи ему заменить тебя,- посоветовала Милли. – Как я поняла, правилами это не запрещено.

- Да?!

- Да,- кивнула Милли,- главное, уверенности в голос добавь, а то тебе откажут.

- Требовать я умею,- сдержанно произнесла леди Лована и честно добавила,- только это и умею. И рукодельничать.

Расправив плечи, Фьеррин Тира Лована уверенно шагнула в портал. И потекли томительные минуты ожидания.

Хестер, опустившись на низкую скамью, поманила к себе волку и принялась почесывать верную подругу за ушами. И потому не сразу услышала тихое покашливание леди Арентес.

- Вам плохо? – спросила леди Аргеланд, не желавшая понимать намеков,- мы можем попытаться вызвать целителя.

- Нет,- насупилась леди Аррисия. – Леди Хестер, я… Я поступила отвратительно и не снимаю с себя вину. И я понимаю, что моих извинений недостаточно. И я готова выплатить дополнительно любую виру и сейчас речь не о деньгах. Но, умоляю, верните мой артефакт! Меня матушка домой не пустит, а тетушка живьем сожжет!

Хестер посмотрела на Милли, Милли посмотрела на Хестер, после чего подруги воззрились на леди Арентес:

- Что?

- Артефакт,- девица чуть не плакала,- дура я, дура, повелась, подчинилась, сделала подлость и была в том наказана. Но мой род не может без этого артефакта! Вы же его нашли и спрятали так, что никто найти не смог.

- Мы не находили,- серьезно сказала Хестер.

- Мы заметили, что кто-то был в нашей комнате,- покивала Милли,- времени почти не было, Хестер быстро все проверила магией и ничего не нашла.

- Мы шли на дуэль и подозревали, что будет какая-то феерическая подстава,- кивнула леди Аргеланд,- и будь у меня время, я бы всю комнату вверх дном перевернула, но подброшенное нашла.

- Кстати,- Милли сощурилась,- вкусные конфетки были?

- Да,- вздохнула леди Аррисия,- мои любимые.

- Мои тоже, а я этот сорт не попробовала,- Милида насупилась.

- А вы можете поклясться, что не находили мой артефакт? – не сдавалась девица.

И, пока Милли набирала в грудь воздух, Хестер срезала слишком наглую леди:

- Можем, но не хотим. И не будем. И если увидим что-то похожее на артефакт – пройдем мимо. Подлость наказуема, леди Аррисия Нова Арентес.

- Зачем вообще брать из дому такую вещь?

- Чтобы все подумали, что я – наследница,- с отчаянием произнесла леди Арентес и тут же прикрыла рот рукой,- это все ваша гадкая вира! Я ненавижу говорить правду! Ой!

- Похоже, вам лучше молчать,- без какого-либо сочувствия сказала Милли.

И в этот момент появился портал:

- Леди Аррисия Нова Арентес.

Гневно фыркнув, девица поднялась на ноги и, гордо вздернув подбородок шагнула к порталу. Вот только красиво из него выйти она не сможет – запнулась и рыбкой ухнула в сияющую магию.

- Милли,- укоризненно фыркнула Хестер, с трудом сдерживая улыбку.

- Еще скажи: «Так нельзя». Да с такими только так и можно! Ты вдумайся – она подкинула нам артефакт, при огромной высокородной толпе обвинила, извинилась кое-как, а теперь – дайте. Еще небось и о помощи попросить хотела! А вот пусть идет и просит помощи у той, кто ее «подчинила». «Я дура, повелась, подчинилась…», если ума нет, так по жизни и будет прилипать ко всему ароматному.

И Хестер согласно кивнула:

- Ты права. После такого позора… После такого позора только в монастырь, на полное послушание. Чтобы даже имя было стерто из родовой памяти, чтобы никто и никогда не вспомнил о существовании Хестер Мерех.

- Все так серьезно? – ахнула Милли.

- При таком количестве свидетелей – да,- кивнула я. – Император жесток, он не отложил разбирательство. Если бы все решилось за закрытыми дверьми, то остальным скормили бы какую-нибудь байку, а меня… Меня замуж за того, кто согласиться взять. И подальше от столицы. Раньше за воровство родовых артефактов вырезали всю семью.

- Но почему?!

- Потому что через такой артефакт можно проклятье на всех членов рода навести,- я развела руками.

- И зачем нужны такие артефакты?! – вытаращилась Милли. – Кто заказывает такую дрянь?!

- Есть два вида родовых артефактов,- Хестер склонила голову к плечу,- обычно, говоря «родовой артефакт» маги имеют в виду что-то древнее, дорогое, хранящееся в семье пару-тройку поколений. Таких вещиц в семье может быть несколько сундуков. Или несколько десятков сундуков. Но на самом деле называть такие вещи родовыми неправильно.

- О, получается, если моя пра-прабабушка зачаровала серебряное зеркало, потом им пользовалась и подновляла чары прабабушка, а потом бабушка, а потом мама и теперь оно мое – то это такая вот драгоценность, да?

- А вот это ты описала именно что родовой артефакт – несколько поколений добавляло свою силу в артефакт. И теперь, возможно, в этом твоем зеркале появилось что-то вроде отпечатка родовой ауры. Ты же знаешь, что рисунок ауры не может повторятся, но, при этом, в одной семье у всех общие элементы?

- И что, через мое зеркало можно нас всех проклясть? – прошептала Милли.

- Не знаю, надо проверить,- серьезно ответила Хестер. – Но ты описала именно процесс создания настоящего родового артефакта. Если твое зеркало работает и в чужих руках, то артефакт еще не полностью родовой.

- А она как раз говорила, что их артефакт отзывается только на их кровь,- Милида прижала ладонь ко рту,- это ж какой дурой надо быть, чтобы такую вещь из дому вынести! Ой, а почему на кровь?

- Видимо, он взаимодействует с кровью,- леди Аргеланд пожала плечами,- активация может быть какой угодно.

Посреди комнаты загорелся овал и шелестящий голос произнес:

- Леди Хестер Мерех, скрытая дворянка.

Спокойно поднявшись, леди Аргеланд потрепала подскочившую волку по ушам, после чего серьезно посмотрела на подругу:

- Не рискуй зря.

Милли кивнула:

- Не буду. Мне, признаться, уже не по себе.

Первой в портал проскользнула волка. А уж следом за ней прошла и леди Хестер Аргеланд.

Яркое солнце на мгновение ослепило ее, но уже в следующую секунду она вполне четко рассмотрела и судейский стол, что занимал одну из многочисленных зрительских трибун, и перепаханную лошадиными копытами лужайку, и шесть мишеней, что шли одна за другой.

- Леди Хестер Мерех, скрытая дворянка,- громко произнесла виконтесса Эстальди, что сидела среди судей. – Вам должно оседлать боевого скакуна и последовательно поразить шесть целей. Вы можете выбрать арбалет или же лук. Но знайте, что у каждой цели – своя стрела.

- Так же мы уведомляем вас, что на поле есть сюрпризы,- проронил мудрейший, что так же сидел за судейским столом. – Ведь путь к цели не может быть простым и понятным.

Хестер другими глазами посмотрела на взрытое поле и на мгновение задумалась, что, возможно, стоит оседлать коня. Все-таки волкины лапы куда как мягче и нежнее подкованных копыт.

Но Конфетка лишь фыркнула и выразительно посмотрела на леди Аргеланд. Мол, ты и правда хочешь променять меня, умницу-разумницу, на обычную незнакомую лошадь?

- Сбруя у нас своя,- ровно проговорила леди Аргеланд,- а выбираю я арбалет.

Подойдя к столу с луками и арбалетами, Хестер тяжело вздохнула. Кто бы ни подбирал оружие для испытания, он отнесся к этому очень и очень равнодушно. Во-первых, на стол попали армейские арбалеты, которые взвести не сможет не то что леди, их не каждый мужчина взведет. Во-вторых, на темной ткани лежали ростовые луки, использование которых верхом… Что ж, кто-то может, но не она.

Идя вдоль стола, леди Аргеланд все больше и больше убеждалась, что у нее нет ни шанса. Либо же стоит выбрать ростовой лук и, в определенные моменты, вставать на спину волки и…

«Бред какой-то», покачала она головой.

- Вы можете сделать три пробных выстрела,- проговорила виконтесса Эстальди.

А со зрительских трибун донесся ропот – кажется, приглашенным хотелось зрелищ.

- Я обязана использовать арбалет полностью? – спросила Хестер, подбирая со стола пук стрелок.

- Если вы сможете использовать его не полностью,- рассмеялся один из судей,- и при этом попасть – мы против не будем.

Хестер сосредоточенно кивнула и, вернувшись к уже виденным арбалетным болтам, оценивающе осмотрела все варианты и от трех наборов выбрала по одному неокрашенному.

После чего, встав перед мишенью, один за одним метнула их ровно в центр!

- Это немыслимо! – воскликнул тот же судья, что до этого разрешил использовать арбалет неполностью.

- Использовать ростовой лук для стрельбы верхом – вот что немыслимо. Колдовские арбалеты невозможно взвести без артефактного наруча, того самого, на который навешивают «пехотинца». А вот эти, безусловно достойные образцы, взведет только сильный, тренированный воин. И то ему потребуется спешится, чтобы упереть арбалет в землю,- Хестер склонила голову к плечу,- требовать от меня совершить невозможное – вот что немыслимо.

- Действуйте, леди Аргеланд,- добродушно хмыкнул мудрейший,- я принимаю ваши доводы.

Затем Верховный жрец разрушил заклятье, позволявшее всем слышать слова судей и потому возмущения третьего судьи не нашли широкой аудитории.

Подхватив шесть цветных болтов, Хестер вскочила на спину волке и медленно выехала на исходную позицию.

В тот же момент мощные щиты встали меж леди Аргеланд и зрителями. Зрителями, которых Хестер больше не видела и не слышала.

- Три. Два. Один. Начали!

Волка рванула вперед, к первой мишени. Хестер пригнулась к самой ее шее, и приготовила подходящий по цвету болт.

- Ах вы ж …! – вырвалось у леди Аргеланд, когда она увидела, что сердцевина у мишени совсем другого цвета, а значит болт нужно использовать другой.

Волке пришлось идти на второй круг – подобраться близко-близко к мишени не давал еще один колдовской щит.

Тем не менее, на втором подходе Хестер удалось поразить мишень.

- Первое попадание,- отметил этот успех бесплотный голос.

Ко второй мишени волка неслась чуть медленей – чтобы леди Аргеланд смогла заранее рассмотреть сердцевину и выбрать правильный болт.

- Второе попадание.

- Третье попадание.

Хестер немного расслабилась. Похоже, подвох был только с цветом. Но если так подумать, то для юных леди, которые в жизни не сталкивались с подобными активностями, и этого подвоха хватило бы с головой!

- Четвертое попадание.

- Давай девочка,- выдохнула леди Аргеланд,- немного осталось.

Вот только… Вот только пятая мишень исчезла. Хестер успела рассмотреть ее цвет, взять правильный болт и все, перед ними с волкой было пустое пространство!

«Они хотят, чтобы я стреляла вслепую?!», оторопела Хестер.

И, будто бы этого мало, над пустотой, где раньше была мишень, появились бегущие циферки обратного отсчета…

Леди Аргеланд была искренне уверена, что баллы не имеют значения. Потому что испытания, придуманные для невест, не выдерживают никакой логики. Хестер была убеждена, что с отбора невесты будут уходить лишь по одной причине – встреча с истинным.

Но верить и знать точно – не одно и то же. И эти мелькающие цифры обратного отсчета… Ох, это заставляло сердце биться все быстрей и быстрей!

Подняв руку с болтом, она сосредоточилась и попыталась представить, что мишень все еще есть. Что она не скрыта от взгляда чарами.

На краткое мгновение ей захотелось сорвать чары с мишени, но… Даже Римману не пришло бы в голову так глупо выдать себя.

Ш-шурх!

Арбалетные болты не предназначены для метания. Хотя по-настоящему способный воин способен метнуть абсолютно все, в том числе и то, что в принципе летать не должно.

Хестер не была воином в прямом смысле этого слова. Она была любимой воспитанницей, талантливой волшебницей и упорной ученицей. Поэтому сейчас ей было тяжелее, чем другим – леди Аргеланд точно знала, что попасть в центр невидимой мишени возможно. И даже не слишком сложно. И точно так же она знала, что у нее – не получится, увы.

Стук!

Проявившаяся мишень показала, что, как и ожидалось, Хестер не смогла попасть в центр мишени. Арбалетный болт замер в ладони от яркого пятна.

- Пятое попадание не засчитано,- сообщил равнодушный голос.

Хестер медленно выдохнула, стиснула зубы и приказала себе расслабиться и принять вердикт как данность.

- Давай, Конфетка, осталась последняя мишень,- шепнула успокоившаяся леди Аргеланд.

Волка тихонечко тяфкнула и, прижав уши, рванула вперед.

Одной рукой Хестер держалась за сбрую, второй прижимала к сердцу болт. Волосы выбились из прически и нет-нет да попадали в глаза, что заставляло леди Аргеланд сердито щуриться.

- Да что ж такое!

Эта мишень оказалась подвижной. Она не исчезла, нет. Она – отскочила! Назад и влево. Потом вправо. Потом у нее резко вытянулись столбики и она поднялась высоко вверх, а сразу после этого вжалась вниз.

После чего мишень вернулась на свое место и замерла.

«Я так понимаю, мне показали, что именно может произойти. А может не произойти», подумала про себя леди Аргеланд.

Метнуть болт или нет?

Или… Что если и это тоже иллюзия?!

Внимательно всмотревшись в мишень, Хестер прикрыла глаза и метнула болт вслепую. Не открывая глаз, не проверяя, доверившись дыханию и памяти.

- Шестое попадание,- в бесплотном голосе появились удивленные нотки. – Леди Хестер Мерех, скрытая дворянка, с честью прошла второй этап турнира и может занять свое место на трибуне невест.

Щиты рассыпались яркими искрами и прямо перед леди Аргеланд появилась витая арка, украшенная шелковыми лентами и цветами. Подле этой арки стоял Грегуар. Он держал поднос, на котором лежал плоский золотой футляр.

- Комплимент от Его Императорского Величества,- с поклоном проговорил помощник распорядительницы.

Спешившись, Хестер приняла футляр и с огорчением отметила, что пальцы у нее дрожат.

«А ведь казалось, что мне и дела нет до происходящего», вздохнула она мысленно.

Вот только с каждой минутой усталость наваливалась на леди Аргеланд все сильней. И, в итоге, на трибуну невест она поднялась без сил. Успела только шепнуть волке, чтобы та вернулась в комнату.

«Куда мне сесть?», невесты сидели плотно и, на первый взгляд, свободного места не было!

- Иди ко мне,- крикнула Вайолин. – Сюда!

Встав, она махнула рукой и Хестер, увидев ее, улыбнулась и направилась к оборотнице.

- Позвольте вас поздравить,- пропела вдруг леди Авинская, мимо которой прошла леди Аргеланд. – Такое впечатляющее выступление. Признаться, на вашем фоне мы все померкли.

- Это комплимент? – хмуро спросила Хестер.

- Это констатация факта,- поджала губы леди Авинская. – Остерегайтесь чрезмерного внимания, леди… Из какого же вы рода? Лицо такое знакомое…

- Конечно знакомое,- кивнула Хестер,- кому не знакомы черты Левентреев. Пожалуй, единственный род у которого нет проблем с деторождением.

- Так вы из Левентреев? – вскинула тонкие бровки леди Авинская.

- Я – скрытая дворянка,- отбрила ее леди Аргеланд,- но черты моего лица – это черты Левентреев.

С этими словами Хестер поднялась наверх, к Вайолин и села на свободный стул. Рядом остался еще один, для Милли.

- Милида из Ревнянки,- разнесся над лужайкой бесплотный голос.

Появилось сразу два портала. Из одного вышла растерянная Милли, а из второго вывели огромного тяжеловоза. Конь был явно сердит, а Милида… Милида на его фоне казалась совершенно крошечной!

- О боги,- выдохнула Хестер.

- Я была одной из первых,- негромко проговорила Вайолин,- и могу тебе сказать, что у большей части невест были тихие, смирные кобылки. И ни у кого нет больше одного попадания.

- Вот как,- Хестер прикусила губу,- а почему те три девушки сидят отдельно? Они как-то особенно отличились?

- Трое мужчин, едва ли не один за другим, заявили, что эти леди их истинные возлюбленные,- шепнула оборотница. – Удивительно, да?

- На самом деле нет,- усмехнулась успокоенная Хестер. – После расскажу.

Милида меж тем подошла к столу с луками и арбалетами, потыкала во все это пальчиками, а после, так же как и Хестер, не стала брать ни лук, ни арбалет. Вместо этого она взяла пучок стрел и, поддернув юбку, пешком вышла на перепаханную копытами лужайку.

А на вопрос, что она себе позволяет, Милида предложила виконтессе Эстальди прокатиться на взбешенном жеребце:

- Видно же, что у него под седлом спина разодрана!

Так, спокойно и не спешно, Милли подходила к мишеням максимально близко, после чего бросала в них стрелы. А бесплотный голос фиксировал ее промахи.

- Шестой промах. Милида из Ревнянки, проследуйте на трибуну невест.

- Но футляр ей вручили с теми же словами, что и мне, и тебе, и всем остальным,- хмыкнула Вайолин,- интересно. Милли! Сюда! Да сюда же, ну!

- Я думала, что нас распустят по комнатам,- прошептала Милли, усаживаясь рядом с Хестер.

- Все так думали,- в полный голос проговорила Вайолин,- но, видимо, что-то еще запланировано.

- Очередное представление? – Милида фыркнула, а после подковырнула ногтем крышечку своего футляра,- интересно, что там? Тц, не поддается!

- Я на клык пыталась наколоть,- вздохнула оборотница,- видимо, откроется позже.

Хестер погладила бархатистую поверхность футляра и, ощутив слабый отток магии, негромко сказала:

- Думаю, нужно просто поделиться своей силой. Но я предпочту сделать это в комнате. Там может быть не только комплимент, но и условия прохождения следующего этапа.

Леди Аргеланд собиралась любой ценой попасть на бал. Да, она продала дар спасенного ею воина. Но… Хестер казалось, что он сможет понять. Все-таки причина была более чем стоящая.

- Логично,- вздохнула Милли и положила футляр на колени.

Вайолин же только фыркнула:

- Не вижу смысла откладывать.

Погладив футляр и поделившись с ним магией, она откинула крышечку и озадаченно произнесла:

- Однако же достойный комплимент, даже удивительно как-то.

Хестер не удержалась и бросила взгляд на открытый футляр. Внутри него, на бархатной подушечке, лежала изящная витая цепочка. Белое, красное и обычное золото были переплетены с большим вкусом. Но главное – от украшения отчетливо фонило магией.

- Артефакт скрытого ношения,- Вайолин вытащила украшение,- я так думаю, внутрь можно сложить пару чемоданов вещей.

- На застежке должно быть написано,- подсказала Милли,- у моего папеньки несколько таких цепочек, для особенно дорогих товаров.

Оборотница всмотрелась в цепочку и чуть разочарованно проговорила:

- Емкость равно одному чаромешку. И вот что это значит?

- Первыми были зачарованы мешки для зерна,- сказала Хестер,- их внутренний объем увеличивали вдесятеро. Оттуда и пошло один чаромешок, два чаромешка. Так что внутри этой цепочки скрыто пространство, равное десяти мешкам для зерна.

- Это больше, чем пара чемоданов,-присвистнула Вайолин. - Роскошный комплимент, просто роскошный. А главное - полезный какой!

Хестер кивнула и, не удержавшись, тоже открыла свой футляр. Внутри лежала точно такая же цепочка.

- Думаю, у всех невест одинаковые комплименты,- Милли тоже вытащила украшение и, не мудрствуя, тут же накрутила его на запястье. - Ну или для леди Авинской что-то особенное.

- Нет,- Хестер покачала головой и, сильно понизив голос, поделилась,- Его Императорское Величество отчитал виконтессу Эстальди и запретил фаворитизм.

- Как будто он этого не видел,- вздохнула Вайолин.

Хестер хотелось защитить Даррена Тиваррана, но… Вокруг было слишком много чутких ушек, а ей совсем не хотелось прослыть влюбленной в Императора дурочкой.

«Он красив, умен и силен – закрыть прорыв в Темноземье в одиночку это… Это почти немыслимый подвиг», подумала леди Аргеланд. «Но мы, жители Тройственной Империи, властвуем над своими сердцами. Меня ждет мой истинный и я… Я хочу найти его».

Вот только иногда Хестер становилось страшно – что если они не сойдутся характерами? Говорят, что узы истинных могут истончиться и исчезнуть, если мужчина и женщина расстанутся сразу после встречи.

- О чем задумалась?

- О синдроме истонченных уз,- призналась леди Аргеланд.

Вайолин хмыкнула:

- Да, думаю, мне придется этим воспользоваться. Три года, два из которых будут наполнены ничем не обоснованной тревожностью, и я – дважды свободная Вайолин. Думаю, меня никто не осудит.

- И вот вопрос, как же нас так подбирают,- вздохнула Милли. – Должно же в этом Грегуаре быть хоть что-то хорошее?

- Хорошего в нем может быть сколько угодно,- равнодушно пожала плечами Вайолин,- беда в том, что в нем нет того, что мне нужно. И щенки от него родятся слабые.

- У истинной пары всегда рождаются сильные дети,- возразила Хестер. – Настолько сильные, насколько это возможно для родителей.

На что оборотница вздохнула:

- А я говорю не про магию, а про дух. О, тише, начинается. Император изволит сказать нам пару слов!

И действительно – луг уже принял свой обыденный, сочно-травянистый вид, а перед трибуной невест появилось ее почти зеркальное отражение. На этом самом «отражении», украшенном белыми цветами и золотыми лентами, стоял Император. По его правую руку находился Верховный жрец, а по левую… По левую руку стояло трое мужчин.

- Сегодняшний день мог стать немного грустней,- ровный, спокойный голос Даррена перекрыл все шепотки,- трое невест должны были покинуть отбор по итогам этого испытания. Вместо этого боги даровали трем юным леди счастье истинных уз. Сим заявляю, что не имею власти над истинностью, что свята для каждого химмара, веннара и таннара.

Император на мгновение склонил голову и именно в этот момент на трибуну поднялись те девушки, что сидели отдельно от остальных невест.

- Леди Лорнабель Ринтар, примите в знак искренней благодарности,- Император лично протянул девушке футляр.

И этот футляр сильно отличался от тех, что получили мы. Прощальные подарки Императора были упакованы в серебро и перевязаны алыми бантами. Все три девушки получили свои дары. А после все трое мужчин поклялись, что видели знак истинности.

- Да будет так,- мудрейший всплеснул руками,- пусть каждый будет осенен божеской милостью.

Трибуна исчезла вместе со всеми стоящими на ней. А после над лугом разнесся голос виконтессы Эстальди:

- Невестам просьба покинуть трибуны и вернуться в свои комнаты. Уважаемые гости, прошу проследовать в Облачный Зал.

- Хорошее было представление, интересное,- хмыкнула Милли. – Чему ты так загадочно улыбаешься, Хестер?

- Радуюсь,- леди Аргеланд подмигнула подруге,- в комнате объясню.

- И мне.

- Тогда мы тебя подождем. Нюх подскажет тебе, куда идти? – Милли с любопытством посмотрела на Вайолин.

- И нюх, и слух, и магия.

- Вот и славно,- подытожила Хестер и немного ускорила шаг. Умыться хотелось до дрожи.

В итоге собраться подругам удалось не сразу. После испытаний невест созвали на обед, где еще раз отметили, что все-все участницы большие молодцы и умницы. Затем Хестер и Милли поймал Грегуар.

- Вы понимаете, что сейчас решается наша с Вайолин судьба? – нудил он,- Его Императорское Величество ставит невест, нашедших свою пару, на место своих наиближайших некровных родственниц! И вдвое увеличивает приданое. А если паре негде жить, то он поклялся…

- Вам нужна Вайолин или императорское золото, которое к ней прилагается? – нахмурилась Милли.

- Не пойму, по какой причине именно вы стали ее истинным,- скупо проронила Хестер,- но прошу уважать ее решение держаться от вас на расстоянии.

Грегуар сдулся как шарик и усеменил прочь.

- Гадкий человечишко,- буркнула Милли.

- А ведь ему в пару должна была достаться такая же гадина,- задумчиво проговорила Хестер. – Если смотреть на сложившиеся пары, то муж и жена друг друга дополняют и имеют схожие интересы.

- Намекаешь, что Вайолин плохая?

- Нет, просто… Просто подумалось всякое,- принужденно улыбнулась леди Аргеланд.

А сама, прикусив губу, начала рассуждать о том, что такое действо, как отбор невест, никак не может обойтись без тайной службы. И кто его знает, может именно этот нелепый человечек является частью этой самой службы? Это точно не виконтесса – она на виду всегда. А вот про Греуара неизвестно ничего, кроме того, что он помощник распорядительницы отбора. Да даже его родовое имя неизвестно – никто его не величает по нему!

«Но такие выводы я придержу при себе. Если Грегуар действительно что-то из себя представляет, то найдет возможность наладить свою личную жизнь и без моего вмешательства», решила Хестер.

- А вот и Вайолин,- Милли кивнула на колонну, из-за которой выглядывала оборотница,- она его чует и сразу скрывается!

- Идемте, я поведаю вам одну занимательную историю,- чарующе проговорила Хестер.

В комнате, едва лишь подруги закрыли за собой дверь, Милли тут же принялась выставлять на стол вазочки с конфетами и печеньем. И волка, разумеется, тут же легла у стола – она преданно заглядывала в глаза Милиде и шумно сглатывала, едва лишь та пыталась откусить печеньку.

- Не поддавайся,- хмыкнула Хестер,- она поймет, что тебя не пронять и перестанет просить.

- Я не могу-у-у,- всхлипнула Милли и поставила перед волкой всю вазочку.

Вот только Конфетке и это не понравилось. Она, боднув вазочку мордой, возмущенно гавкнула.

- Садись и отламывай ей по маленьким кусочкам,- развела руками леди Аргеланд. – И сама не забывай есть – Конфетка девочка воспитанная и в одиночестве не ест.

- Очень разбалованная химера,- цокнула Вайолин,- думала, только у меня такая.

- Да все они такие,- хмыкнула Милли,- у нас во дворе обычный пес, а сливочки не из-под каждой коровы пьет. А теперь ему их давать запретили и все, караул. Воет с утра до ночи.

Наконец, печенье было скормлено волке полностью, и Милли с Вайолин требовательно посмотрели на Хестер:

- Ну?!

- Не «ну», а «прошу, поведай нам свои мысли»,- улыбнулась Хестер и, не дожидаясь ответной ремарки, все же начала рассказывать,- дело в том, что я стала свидетелем очень интересной ситуации – молодой человек снял с пальца своей истинной пары кольцо невесты.

В этот же момент Хестер выразительно подергала себя за палец:

- Сами мы его снять не можем. И глава моего рода тоже снять не смог, хотя уж он-то имеет надо мной огромную власть.

- Не можем,- Милли кивнула,- уж как я пыталась. И мылом, и добрым словом! И папенька пытался, и мама.

- Я не пыталась, но верю,- Вайолин подергала кольцо и добавила,- но мне интересно, к чему ты клонишь.

Хестер улыбнулась и торжественно произнесла:

- Отбор это задумка Верховного Жреца. Я не могу быть в этом уверена полностью, но… В противном случае он бы запретил это небогоугодное дело.

- Так, и? – нахмурилась Вайолин,- я пока не понимаю, к чему ты клонишь, хотя мне по-прежнему интересно.

- Истинные встречаются ровно в тот момент, когда им пора встретиться,- леди Аргеланд пригубила чай и отставила чашку в сторону,- но во время прорыва из Темноземья было уничтожено слишком много сильных артефактов, погибло несчитанное количество людей – все это говорило о том, что истинные не смогут обрести друг друга. Ведь магические потоки над нашей Империей перепутаны, а где-то и разорваны. И вот объявляется отбор невест, да с такими интересными правилами – оплачивают долги, предоставляют целителей, позволяют скрыть родовое имя – зачем?

- И тут истинные начали находить друг друга,- ахнула Вайолин,- я должна была поехать учиться в столицу, но после… После прорыва у меня не осталось денег. Если бы не возможность погасить долги, то я бы осталась там, у себя. Не то чтобы я была рада встретить этого странного человека, но все же.

- Одна девчонка, из тех, что нашли своих истинных после второго этапа, бесприданница. И отец собирался отправить ее в монастырь, потому что те платят за одаренных послушниц,- припомнила Милли. – Это я услышала, пока по комнатам скиталась. Значит, и она бы никак не встретила своего истинного! У двух других, наверное, похожие истории!

- Или у их мужчин,- задумчиво проговорила Вайолин.

- Вот и получается, что все мы на отборе встретим своего истинного,- кивнула Хестер. – Я с нетерпением жду бал.

- Думаешь, это будет красиво и романтично? – заинтересовалась Вайолин. – Смотри, может, на третьем этапе будет прохождение полосы препятствий и он подаст тебе платок, когда ты будешь вылезать из ямы с грязью.

- Ха, знаешь, это было бы очень в духе моей семьи,- неосторожно рассмеялась леди Аргеланд. – Но нет, своего истинного я уже встретила. Беда лишь в том, что мне пришлось его оставить – он был в безопасности, а вот… Ладно, не важно. В любом случае, мы уже встретились и теперь я боюсь, что у меня начнется синдром истонченных уз.

- Так что ты,- ахнула Милли,- так надо же что-то делать! Если вы уже виделись, тебе этот отбор может и не помочь!

- Я уверена, что он служит в личной гвардии Императора,- серьезно сказала Хестер,- а на балу гвардейцы будут присутствовать все. А кого не будет – про того можно будет и выспросить!

Подруги призадумались, а после Милли тихо спросила:

- Так ты хоть опиши его, что ли.

- Да,- отрывисто кивнула Вайолин,- мы его, если что, зажмем за колонной. Не будет же прославленный гвардеец драться с девицами? А там и ты подойдешь.

Хестер рассмеялась и, разведя руками, вздохнула:

- Что ж, слушайте…

Проговорив это, она замолкла. Никак не могла сообразить, с чего начать свой рассказ и как, при этом, не выдать себя.

- Я попала под удар Темноземья,- Хестер подхватила ложечку и принялась крутить ее в пальцах. – Там же были мой отец и брат. Охота, будь она неладна… Или благословенна? От дома-то не осталось ничего, кроме стекла. В общем, мы с волкой метались по пепелищу, я кричала, звала брата. Отца. И за одним из оплавленных холмов мне послышался шум.

Сглотнув, она прикрыла глаза. Все встало будто наяву – её страх, её боль. Хестер мерещились обугленные тела родных в каждом найденном трупе.

- Он лежал на боку. Волосы, белые-белые, были залиты неправдоподобно красной кровью. Вообще, вокруг был только два цвета – серый да черный. А тут он. Нижнюю часть лица, до самой переносицы, закрывала дыхательная маска. Точно-такая, какую носят в особом отряде.

- Не просто гвардеец,- присвистнула Вайолин,- элитный боец, воин. Как же я тебе завидую!

- Ой, мамочки,- одновременно с ней простонала Милли и прижала ладошки к щекам,- особый отряд! Каждый раз сиди и думай, домой придет муж или его командир со скорбной вестью!

- Да что ты понимаешь,- махнула на нее рукой Вайолин. – Дай угадаю, ты с него маску не стащила, да?

Вздохнув, Хестер развела руками:

- А зачем? Воздух был настолько грязен, что имел вкус. Я помогла ему, а он принялся пихать мне… Плату.

Леди Аргеланд прикусила губу – про часы она сказать не могла. Клятва, которую она дала при продаже, была не то чтобы совсем жесткой, но… Нет смысла пытаться окольными путями объяснить, что именно ей подарил ее истинный.

- Плату? – оторопела Милли. – Он тоже тебя не разглядел?

- Мне кажется, он был слеп,- серьезно ответила Хестер. – Зрачок то нормальный был, а то затягивался белой пеленой. В любом случае, я его стабилизировала и на волке отправила в ближайшую деревню.

- А сама? – ахнула Милида.

Но вместо Хестер ответила Вайолин:

- Незнакомый мужик – ценное приобретение, но брат и отец дороже. Отца, я так понимаю, ты не нашла?

- Выжили не все,- скорбно поджала губы Хестер. – Потом волка отвезла в ту деревню и меня, но его там уже не было.

- Девочки, а у Императора ведь тоже волосы белые,- сдавленным голосом выдала Милли. – Что если…

Хестер нахмурилась:

- А что Император мог делать в тех холмах? Да и одежда на нем была не богатая. И, к тому же, в деревне про моего истинного сказали, что он, чтобы добром отплатить приютившим его людям, натаскал воды в зачарованную бочку и наколол дров на месяц вперед.

- О, это не каждый может,- кивнула Милли. – Папенька мой, к слову, дрова колоть не умеет от слова совсем. Один раз, разозлившись, попытался. Так ему полешко в лоб отскочило и ходил он потом, с красотой под обоими глазами.

- А магия на что? – нахмурилась Вайолин. – Или вы были настолько близко к эпицентру? Я знаю, что сейчас на землях графства Аргеланд колдовать нельзя.

- Это было в день прорыва,- Хестер развела руками,- я пользовалась магией. А как иначе? Без магии я бы ничего не смогла сделать. А вот почему он не стал – не представляю.

- Брата-то нашла?

- Спасли родовые артефакты. Именно родовые, не те, что только принято так называть. Но и выгорели напрочь, бриллианты и тройственное золото стали серым песком,- леди Аргеланд вздохнула, вспомнив, как нашла и отца, и брата.

Отец закрывал сына собой. Римман порой винит себя в том, что старый граф не может ходить. Что вместо ног у него лишь плотная иллюзия, чтобы не пугать людей. Чтобы под старым пледом угадывались очертания и люди не кривились, представляя себе человеческий обрубок.

«Ничего, мой истинный должен обладать огромным запасом терпения. Он согласится не афишировать нашу связь», подумала Хестер. «Потому как денег и помощи от него отец не примет, а вот от осмотра старшего придворного целителя отказаться не сможет. А значит, мне нужно войти в десятку последних».

И, положа руку на сердце, леди Аргеланд была готова на все. В том числе и отказаться от своего истинного, как Вайолин. Если это позволит вернуть отцу возможность ходить…

«Быть может, этому проклятому дару пора сгинуть? Хотя дочь Риммана тоже может его получить, но пока я жива – дар не придет ни к кому другому. А если в основной ветви Аргеландов дважды подряд родятся мальчики, то… Надо это все как следует обдумать».