Императорский отбор, или Его строптивое счастье

10.3

Забрав из библиотеки сводку, Хестер быстрым шагом направилась к выходу в парк. Пройдя немного вглубь и налево, она подошла к приметному кусту, который постоянно виден из ее окна. А после, оглядевшись, свистнула так, что где-то в стороне закричали птицы.

Через несколько минут ошеломленная, но радостная Конфетка крутилась у ног леди Аргеланд. А та, обведя карандашом заметку о Горме, приписала рядом свою просьбу.

- Найди Императора, Даррена Тиваррана, Алькора Неизвестного,- проговорила Хестер, глядя волке в глаза.

Когда Конфетка понимающе вуфнула, леди Аргеланд протянула ей сводку:

- Отдай ему, поняла?

- Вуф!

- Я брошу на тебя чары неприметности, мы тренировали это, помнишь? Тишь.

Волка тут же чуть напружинила лапы и припала к земле. Это была последняя команда, которую они натренировали до Прорыва. Чары неприметности и особые, текучие движения позволяли Конфетке оставаться незаметной даже на открытых освещенных пространствах. Но лучше всего это все работало ночью – волка просто растворялась в тенях.

Вернувшись в библиотечный закуток, Хестер постаралась включиться в работу. Но, в итоге, просто села за стол и принялась бездумно крутить в руках свой карандашный огрызок.

- Если хочешь, я могу подарить тебе свой набор карандашей,- сказала вдруг Милли,- папенька мне привез, а во мне таланта ни капли.

Хестер посмотрела на огрызок, а после покачала головой:

- У меня есть и другие, просто этот особенный.

Единственное, что осталось от наставника Оддли. Маленькая записная книжка и карандаш, который за год почти сточился. В тот день Хестер одолжила их у старика – своего под рукой не оказалось, а картина была до того привлекательной, что захотелось сделать набросок. В записной книжке так и остался набросок иссохшего дерева и диковиной хохлатой птицы, никогда ранее не виданной в графстве. После того момента леди Аргеланд больше не сделала там ни одной записи, хоть и продолжала носить книжицу с собой.

- Господин Варри, вы видели леди Мерех, из скрытых? – громкий, почти истеричный возглас привлек внимание и Хестер, и Милли. – Не могу найти эту нев-весту! Все леди как леди, собрались в музыкальной гостиной и поют-играют, а эта…

- А эта здесь, выполняет задание госпожи Кадди Леар,- хмуро перебил его библиотекарь.

- О, так вот как зовут нашего несчастного библиотекаря,- Милли округлила глаза. – А я все к нему «Добрый день, позвольте вас побеспокоить».

Хестер тихо рассмеялась:

- И я так же.

- Леди Мерех? – в закуток заглянул молодой слуга,- вас приказано доставить в бронзовую гостиную.

- Хорошо,- Хестер поднялась. – Встретимся на ужине? Думаю, обед я пропущу.

- Обед, да… Ой ! Обед же! – Милли быстро собрала записи и вместе с подругой покинула библиотеку.

Хестер же проследовала за слугой в совершенно ином направлении. Пройдя сквозь залитую солнечным светом анфиладу, они свернули направо и оказались перед массивными дверьми.

- Прошу,- слуга поклонился и открыл перед леди Аргеланд двери.

А внутри ее ждал Император, рассеянно почесывавший волку. Двери захлопнулись и Даррен поднял на Хестер взгляд:

- Зачем?

- Понять, при нем ли та самая магия. Она слишком тяжелая и не могла просто развеяться,- леди подошла ближе и села напротив дракона. – Если ее забрали, то…

- То Империю, вероятно, ждут тяжелые времена,- хмуро проговорил Император. – На его руках вырезаны координаты и твои инициалы.

Хестер словно оглушило:

- Что?

- Мне доставили вот это,- Император плавно повел рукой и перед леди Аргеланд появилась шкатулка, от которой явственно тянуло землей,- закопано было довольно глубоко.

- Как… Я не понимаю, почему…

Договорить Хестер не смогла – откинув крышку, она увидела перчатки. Очевидно, те самые, о которых говорил Горм.

- Все, связанное с Ямами попадает мне на стол. Поэтому о смерти Горма узнал в тот же час,- Даррен сложил руки перед собой,- и хотел бы я знать, отчего он перед смертью думал именно об этой шкатулке?