Императорский отбор, или Его строптивое счастье

11.9

Хестер Мерех Аргеланд

Подавив внутреннюю дрожь, леди Аргеланд тихо и ровно проговорила:

- Я отвечу, если вы прикажете, мой император.

Он смотрел на нее темным, нечитаемым взглядом. Но она была тверда и через минуту Даррен проронил:

- Ваш прадед ответил так же. «Я отвечу, если вы прикажете, мой император».

- Ему не приказали?

- Как и вам,- суховато ответил император.

И только в этот момент Хестер поняла, что Даррен больше не говорит с ней, как с приближенной.

«Что ж, значит я на правильном пути», твердо сказала она себе.

Вот только вся ее твердость разбивалась об острые грани разочарования. Неужели он думал, что она ответит иначе?!

- Проследуйте за мной в Фиолетовую гостиную, леди Мерех,- еще суше проговорил император.

- Могу ли я переодеться? – спросила леди Аргеланд и, мучительно покраснев, соврала,- посадила пятно на платье – слишком удивилась подносу с нежданными пирожными.

- Хорошо,- Даррен поднял руку и едва заметно шевельнул пальцами,- проводи леди Мерех до ее комнаты, затем до Фиолетовых покоев.

- Как прикажете, Ваше Императорское Величество,- прошелестела пустота и через минуту перед Хестер оказался молодой парень в дворцовой ливрее.

Присев перед Императором в прощальном реверансе, леди Аргеланд поспешила к своей комнате. Временами переходя на бег, она за считанные минуты добралась до общей гостиной, махнула рукой Милли:

- Все потом, меня изволит ругать Император.

И скрылась в своей комнате, где старательно набросала короткую и емкую записку. Волка, спокойно дремавшая на своей лежанке, подняла голову:

- Уаф?

- Найди старого графа, моего отца. Передашь ему записку и пусть обязательно напишет ответ, хорошо? Тишь.

Волка выскочила в окно, что в каком-то смысле давно стало привычным. По меньшей мере на газоне появилось что-то вроде мягкого тента – чтобы Конфетка не улетала в кусты роз.

Вообще, у главного садовника не было претензий в химере – она ничего не портила, а гадила в таких непролазных местах и столь редко, что некоторые искренне считали, что в Конфетку еда только входит, а обратно не выходит.

- Я готова,- выдохнула Хестер.

Слуга выразительно осмотрел ее и осторожно произнес:

- Вы справились с пятном, миледи? Или вашей служанке не было на месте и вы не смогли переодеть платье.

Хестер на мгновение нахмурилась – она забыла, что именно соврала. А через секунду мягко проговорила:

- Дело было не в соусе. Но иногда лучше не уточнять.

Она говорила туманно, чтобы слуга мог сделать свои выводы. И он сделал – логично предположил, что у леди случились внезапные женские недомогания и она отлучилась за зельем.

Душно покраснев, парень смог выдавить:

- Для этого есть особый знак, рукой вот так, а потом вот так. И вам принесут зелье.

- Искренне благодарю, но думаю, что мне это не пригодится – не думаю, что отбор продлится так долго.

Парень кивнул и с облегчением ухватился за новую тему:

- Еще две невесты Его Императорского Величества нашли свое счастье. Это произошло совершенно незаметно, никто не стал привлекать внимание. Девушки получили золото и украшения, а их мужья должности при дворе.

По дороге до Фиолетовой гостиной словоохотливый паренек рассказывал, как быстро и ловко свершился брачный обряд:

- И как повезло, сам мудрейший проводил службу! Боги каждый раз откликались сиянием, а ведь это неразрывный брак! Брак, в котором воистину срастаются души.

С каждым его словом Хестер все больше и больше дурнело. Она совершенно перестала ощущать ту тонкую, дергающую ниточку, что связывала ее с истинным. Или даже не ниточку, а настоятельную потребность «дай-подай-найди-мое». Вероятно, связь окончательно истончилась.

«Мой метод решения проблем по мере поступления может не сработать», пронеслось в голове леди Аргеланд. «С чего бы истинному отказываться от своей предназначенной, а так же от тех благ, что прилагаются?!».