Хозяин моста

Глава 16

— Бать? — уручка явилась, не запылилась: бежать ей было чуть да ничего. Сами знаете — дети пешком не ходят, только бегают. Это если уже вошли в пешеходный возраст.

— Этсамое, — сказал я. — Ты пока беги, играй, но будет беседа.

— Серьезная? — а сама посмеивалась, бестолочь! Знала ведь, не будет даже внятного нагоняя! Да и не за что, вроде.

— Серьезнее еще не было, — ответил я. — И дядя Зая Зая тоже будет. Станем решать, как жить дальше.

— Ууу, — Алька сделалась грустной. — Тогда я пошла.

Вот вы сейчас спросите: зачем надо было дергать ребенка? Пусть бы себе бегала — когда надо, тогда и зови!

Тут две причины.

Первая — нельзя давать слабину. Только отпусти вожжи, чтобы почуяли волю — сразу потеряют нюх. Это правда даже когда речь о взрослых, если же дети, да еще такие безбашенные, как моя случайная дочь… Не случайная. Приемная.

Вторая причина — потому, что мне так захотелось. Глава я, в конце концов, или просто так?

Да ладно, ладно. Пока девочка бежала на мой зов, я успел заметить: мне машут руками из окна Правления — идите, мол, сюда. Уважаемый, мол, Глава.

Поэтому Альфия Ивановна убежала, я — ушел.

Собрались толпой, сидели мрачные, будто на похоронах.

В общем, так и есть — вон, павшие в неравной битве с силами зла, вдоль бровки, рядком…

Спросите, чего я ёрничаю?

Отвечу: и не думал. Самые натуральные павшие жертвы настоящих сил зла: упырей, мертвых эсэсовцев, еще всякой мрази из числа понятно чьих наймитов… К тому же, кто победил, тот и добрый!

— Мы облажались, господа-товарищи, и сам я — в первых рядах, — начал я.

Все сидели, я — стоял. Лицом к ним всем, так, чтобы меня было хорошо видно и не хуже — слышно.

Я — говорил, все — внимали.

— Однако это не снимает персональной ответственности с… Да ни с кого! — я понемногу заводился, и в тот момент это казалось единственно верным. — Как вообще так вышло, что…

— Позвольте мне сказать, — перебил единственный человек, которому это точно было позволено — здесь и сейчас. Или нет, не единственный: вон еще один опричник, вон господин младший Баал, рядом еще какой-то деятель, в гермокомбинезоне… Короче, сейчас встал на колесо и заговорил полковник Кацман, до того незаметно обретавшийся с левого краю тыльного ряда кресел.

— Внимательно, — конечно, я напрягся. А не надо вмешиваться!

— Для начала стоит ознакомиться с материалами… Назовем это словом «расследование». Да, с итогами расследования, — предложил киборг.

— Хорошо, — я поднял руки и выставил перед собой ладони — мол, сдаюсь. — Давайте смотреть, слушать… Что у нас там?

— Сначала я, — предложил гермокомбинезон. — Моя фамилия — лейтенант имперских Вэ-Вэ-Эс Зиганшин. Временно прикомандирован к КАПО… Шестой год уже как временно.

Голос-то я узнал, и немедленно подобрел: кто же не знает самого лютого и веселого сорвиголову во всем сервитуте?

Сразу стало как-то радостнее, понятнее, что ли.

— Как вы, наверное, все знаете, — начал он без лишней скромности, — я вожу вообще все, что летает.

— И все, что высоко подбросили! — выкрикнул кто-то в зале.

— Вот именно, — согласился пилот. — Конкретно в этот раз был боевой винтолет. Для лучшего, скажем, оперативного маневра.

Пост-интерлюдия 1. Зиганшин-буги.

Бортовой самописец номер неразборчиво. Диспетчерская КАПО, борт АХ-64 «Синий Гром», расшифровка переговоров.

СГ: Здесь шестьдесят четвертый, прошу разрешения на взлет.

ДК: Загрузка полетного доступа, минуту.

СГ: Долго!

ДК: Разговорчики, шесть-четыре. Доступ загружен.

СГ: Карта?

ДК: По ориентирам. Ориентир — «Сон Лича».

СГ: Что, опять? Как в прошлый?

ДК: В прошлый раз был самолет. Зиганшин, вы лететь собираетесь?

СГ: Разрешение?

ДК: У этой модели винтолета связная панель расположена…

СГ: Шучу. Разрешение наблюдаю. От винта!

ДК: Шутник, блин. Чистого неба!

(шесть минут спустя)

СГ: Визуально наблюдаю ориентир один. Внимание! Идет бой!

ДК: Попробуйте наблюдать, шесть-четыре.

СГ: Фиксирую старт ракеты земля-воздух. Маневр уклонения!

(самописец фиксирует отстрел левой носовой ловушки)

ДК: шесть-четыре, обстановка?

СГ: Пэ-Эр ловушки, расход — единица.

ДК: Разрешаю действия по обстановке. Передаю код разблокировки.

(самописец фиксирует получение пилотом полного доступа к системам вооружения)

СГ: Вступаю в бой! Врагуу не сдается наш гордый Напряг!

(сф: расход снарядов 30 мм АП — 41)

ДК: По обстановке, а не в самое… А!

СГ: Я тебе покажу — кидаться всякой дрянью!

(сф: отстрел нижнего негатора)

СГ:…в порядочных людей!

(сф: расход снарядов 30 мм АП — 5)

СГ: Да я ювелир!

ДК: Шесть-четыре, обстановка!

СГ: Веду бой с криомантом… А, нет, уже не веду. Кончился криомант, расход — штатный.

(сф: применение площадного заклинания школы Высшего Света. Выброс третьего порядка, номинальная мощность неразборчиво)

СГ: Варда-ять! Первый раз такое вижу!

ДК: Шесть-четыре, что там? В каком смысле «Варда»? Почему ругань в канале?

СГ: Варда — в смысле «А Элберет ее Гилтониэль!» Тут эльф, высший!

ДК: Авалон?

СГ: Щас разберусь! Иду на второй заход! Играааай гааааармооонь!

Конец пост-интерлюдии 1.

— Хорошо, что наш друг думает раньше, чем стреляет, — заявил, не вставая с места, эльф Эдвард. — Я понимаю, что первые шишки — авалонцам, волшебство вполне нолдорское, но если бы у меня был выбор!

— Хорошо, — согласился я. — А мне все думается: чего так трясет-то?

— И нас, — поднял руку кто-то из тролльей старшины.

Этого синемордого, и, в отличие от меня, мохнатого, я по имени не знал, но по алкам видел — тролль не рядовой.

— Ты кто, для начала? — это я нарываюсь, но уже на всякий случай. Главное, чтобы не как в прошлый раз. — И где старейшины?

— Я вместо них, — довольно спокойно ответил тролль. — Антон Нефилимич. Шаман второго разряда, сварщик четвертого, так-то.

— Так, а эти?

— Эти надорвались, — пояснил сварщик. — Всей старшиной. Лежат, отдыхают, молоко пьют. За вредность. Плюс еще тот вон, — синяя мохнатая рука ткнула пальцем в сторону эльфа. — Перво, как бы, рожденный!

— Без «как бы», — вежливо попросил Эдвард. — Дайте же толком объяснить!

Эльф посмотрел на тролля. Тролль кивнул мне. Я задумался.

— Объясняйте, Эдвард, — я зачем-то изменил своей всегдашней манере: общаться с соклановцами только на «ты». — Только понятнее как-то, здесь не все — эльфы.

— Вернее, все — не, — пробурчал тот. — Может, лучше сначала тролль? От лица наблюдателя, что ли…

Пост-интерлюдия 2. Бубном в бубен. Не, ну как «интерлюдия» — просто рассказ.

— Не, ну мы так-то сразу чуяли — что-то будет, — начал Нефилимич.

— Мы — это конкретно кто? — уточнил я.

— Мы — это конкретно они, которые сейчас отдыхают, — не смутился тролль. — Я, как бы, от их лица. Продолжать?

Я молча кивнул: сохранил, типа, лицо.

— Чуяли и готовились, — продолжил докладчик. — Укрепились, например. Двери, окна. Кое-где крыши и стены. Лично варил, арматуру-то!

— Интересное дело, — не выдержал я. — Укрепились они! Я почему ни сном, ни духом?

— Так-то говорили, — спокойно ответил шаман-сварщик. — И даже писали. До семи раз.

Тут мне стало стыдно: и правда, Дори, который Зубила, несколько раз пытался меня заставить читать какие-то каракули… Я поддался — единожды. Посмотрел, ничего не понял, посмотрел еще раз… Ловко забил.

Я не читаю на темном наречии! Впрочем, вы это уже поняли. И старик Зайнуллин — понял тоже, и главное, чтобы не кто-то еще.

Мне стало стыдно, но виду я не показал: вот еще, будто не я тут самый главный.

— А, ты об этих, — ловко выкрутился я. — Так там одна вода, никакой конкретики! Бу-бу-бу, мол, теоретически возможно, неточно… Сами знаете: хотите хорошо, делайте хотя бы нормально!

Я ни капли не рисковал: знаю, как пишутся такие доклады. Лично так делал, и куда больше раз, чем пресловутые семь.

— Наверное, — пофигистически согласился тролль.

Ему-то что, отвечает не он! Так, «голос Саурона», или как тут это принято называть? Главное, чтобы не отрастил юбку и не принялся петь… Нет, уже другая история.

— Короче, вы укрепились, — напомнил я. — Еще что?

— Ввели посменные дежурства. Посты на угрожающих направлениях. Начальник охраны, вон, в курсе.

— Направления — угрожаемые. Те, которым угрожают, — ввернул в ответ Ульфович. — Да, в курсе. Ловко получилось, кстати — если бы не твои, Глава, ребята, половина инсургентов просочилась бы…

— Слушай, по-русски, а? — попросил я почти вежливо.

Слово «инсургент» я знаю, как и многие другие. Однако образ! Нельзя из того выходить, иначе кто-то шибко удивится.

— Находников. Вторженцев, — согласился начальник охраны. — Врагов. Короче, обнаружение тролли отработали на ять. Да и потом, когда уже началось… Лично я не помню никакой враждебной магии — колотушки стучали — будто горох сыпали! С другого конца немного колдовали, но там наши, вернее — Баал!

Младший наследник клана встал и поклонился: за себя и обе звезды семейных магов.

— Интересно, — удивился я. — Шаманы против магии… И удачно застопили, так ведь?

— Не всю, так-то, — почти согласился тролль. — Но да. Мелочь всякую не смогли: огнешары там, сосули, снежины, когерентное излучение — летало всякое. А вот чего поглавнее — демоны, порталы, армагеддец — хрена лысого, а не чтоб!

Антоха малость смутился — вспомнил, кто у нас тут главный лысый хрен… Да пусть его. После припомню — как-нибудь под горячую руку. И не совсем я, между прочим, лысый, и даже совсем не — эпиляция за облысение не катит!

— Ничего не понял, — ничего не понял я. — Это же не одно и то же? Поля вероятности в разных плоскостях, совсем другие энергии…

— Так это, Глава! Твоя же кон-цеп-ци-я! — на этот раз удивился докладчик. — Это же ты же придумал, ну, с порталом. Много мелких духов, резонанс, поди, колдани чего всерьез!

— Мало ли, что я придумал, — проворчал тот самый Глава, то есть — я сам. — Если бы вы все слушались меня каждый раз, может, ничего бы и не случилось!

— Ничего хорошего — точно, — ехидно сообщил Государь Гил-Гэлад.

Как оказалось, он уже некоторое время висел в зале собраний — зримо, но только для меня одного, ну и эльф Эдвард еще что-то такое чуял или прямо понимал.

— Спроси его, — потребовал меж тем призрак, — что случилось после того, как наш высокий эльф… Ты понял. У эльфа тоже можешь спросить — мне интересно.

— У меня вопрос к Эдварду, — я зачем-то назвал эльфа в третьем лице. — Что это было и как сработало? И почему троллей плющит до сих пор, даже меня?

— Это вот, — нолдо достал из кармана мелкий хрустальный сосуд. Притертая пробка, витое горлышко, внутри светится какая-то хрень: аж глазам больно. Постойте, неужто…

— Эт' чо, фиал? — дотумкал я. — Прям настоящий? Тогда у меня еще два вопроса: откель и почему?

— Первое — это просто, — ответил эльф. — Наследство. Сейчас таких не делают, это уважаемый Глава заметил верно, но и утратить древний артефакт… Скажем так, пока эльф держит клятвы рода, потерять такую штуку нельзя. Еще нельзя сломать, ее никто не украдет, не разобьет, не купит…

— А если молотом? — спросили от двери.

В зале стало многоорчно. Или как правильно называется ситуация, когда многолюдно, только вместо людей — орки? Все взрослые черные уруки, что есть сейчас в нашем славном-уже-поселке… Весь один Зая Зая.

— Если твоим молотом, — спокойно ответил эльф, — то не знаю. А так — пробовали, и не раз. Гномы, — быстрый взгляд в сторону вскинувшегося Дортенштейна, — тоже. Я, кстати, продолжу.

Спорить никто не стал.

— Второй ответ, — так и продолжил бывший авалонец. — Потому что! Потому, что у меня за спиной две дюжины детишек, которые — первейшая и любимейшая жертва кровососа! Потому, что ни один из них не виноват в том, что взрослые дяди продолбали тему! Потому, что я, трубами Ульмо клянусь, один педагог-воспитатель за дверью, а с другой стороны — уже почти гора дружеских трупов!

Воу, воу, полегче… Или нет, пусть. Мужик так-то прав, хоть и эльф.

— А как оно вообще работает? — миролюбиво спросил я. — И почему действует на троллей? И не действует, например, на снага и орков?

— Действует, нах! — подорвался снага Наиль. — Башка трещит как с перепою!

— Не «как», — отбрил я Гвоздя. — Типа, никто не в курсе, как ты закладываешь…

— На свои же, ять! — обиделся снага. — И не каждый день, нах!

А я, между тем, знаю, чего он бухает. Знаю, но никому не скажу, даже себе… Это реально проблема, и ее надо реально решать.

Эльф смотрел на нас понимающе. Ну да, педагог… Мы-то с Гвоздем для него — что дети малые, с высоты, так сказать, прожитых лет!

— В троллях есть немного от старых темных сил, — прояснил, наконец, Эдвард. — От тех, которыми командовал Враг-Которого-Нельзя-Называть.

Это который, в смысле? И причем тут книжный персонаж? А, наверное, какой-нибудь Моргот, там ведь тоже были заморочки с табу на имя…

— Тролли, так-то, пришли оттуда же, откуда все остальные орки. Уруки, снага, гоблины, — возразил я. — Причем тут Тот-Кого-Нельзя-Почему-То-Там?

— Шаманы, много, — пояснил эльф. — Ходите вдоль Грани как к себе домой, причем — всем народом сразу. Волей-неволей возникает контакт… Не с самим Тем, конечно, а с его прислужниками или похожими низшими сутями. Суть силы, понимаете, Глава?

— И что, оно такое мощное, это ваше с пробкой, чтобы нас так задевало? — окончательно уточнил я. — Этот фонарик?

— Раньше, что во вторую, что в третью, — эльф напомнил о легендарных эпохах, — мои предки гоняли такими фонариками арахнодемонов, не считая всякой мелочи. И успешно гоняли!

Ну да, что-то я такое припоминаю… Да и фиг с ним.

Конец пост-интерлюдии 2.

— Основательный ты эльф, Эдик, — вдруг подал голос лейтенант Зиганшин. — Я вообще авалонцев не очень, но ты прям нормальный.

— Это взаимно, — согласился тот. — Скажи, человече, у тебя в родне не было ли духов воздуха?

— Леший его знает, — пожал плечами пилот. — Может, и были… Сейчас уже не спросишь, не у кого.

— Не было, — я вмешался решительно: что-то подсказывало, что эти двое могут так болтать до изнеможения, пусть и не были между собой раньше знакомы… Наверное. Нам же надо было заняться делом — конкретно, мне — вспомнил кое-что важное.

— Точно тебе говорю — не было. Я такие вещи вижу наверняка! Чистокровный человек, по всем линиям…

— Ну и ладно, — вовсе не расстроился Зиганшин.

Вот все стали смотреть: на меня. Вот я понял: надо что-то сказать.

— Главе все ясно, Глава удаляется на совещание, — вот, сказал. — Мнения выслушаны, выводы будут, до всех донесут. Похоронная команда, — я посмотрел в глаза начальнику охраны, тот медленно кивнул, — займитесь павшими. К ночи должен быть костер.

— И христиан? — спросил кто-то.

— Христиане что, не люди? — удивился я. — И не нелюди? Впрочем, Ульфович — разберитесь. Если поселку нужно кладбище — у поселка оно будет.

Тьма вопросов оставалась, просто дофига!

Вот только мне, если кто забыл, не двадцать с хвостиком, а чуть больше четырехсот: делегировать полномочия я научился еще в первую сотню лет жизни. Главное — задать направление, определить ответственных… Задачи они и нарежут, и разберут сами. И еще радоваться станут: сколь умен у них Глава!

Еще товарищ Сталин писал… Нет, опять не та история.

Остальное-то можно и выспросить потом, и выводы реально сделать, и решения принять кулуарно, а не вот так, напоказ.

Толпа радостно зашумела: любят, черти, демократию! Особенно, когда отвечать за это все будет кто-то другой.

А я повернулся на каблуке, и пошел, и вышел вон — успел только сделать знак Зае Зае и орк двинул следом.

И полковник Кацман еще — но от киборга вообще пойди отвяжись, если он сам того не хочет.

— Ты, Ваня, молодец, — сообщил на ходу жандарм. — Лихо выстроил… Всех. Клан все больше похож на семью, а не на бандитскую шайку, как на начальном этапе. Атака была страшная — сам я не видел, но успел уже и спросить, и выслушать! И почти все уцелели, а это значит — каждый знал свое место и как на том воевать! И ведь сомневались же всякие… Хорошо, что я смог уговорить кого следует и возразить кому попало.

Это он так намекает на свою всемерную помощь. Нет, чего греха таить, полковник помог, и очень сильно… На начальном этапе. Сейчас то ему что нужно? Возврат инвестиций?

— Я, Дамир Тагирович, тролль, — пришлось остановиться: не говорить же умное и правильное на бегу! — Мосты — моя тема, так-то. В том числе — между людьми.