Небесный воин. Книга 2. Железный аргумент

Часть 1 Глава 7

Дагар шёл по длинному коридору Императорского дворца, ведущему в зал заседаний Совета регентов. Его шаги звонко звучали в тишине, а за спиной тянулась длинная черная тень, напоминающая развевающийся флаг атакующего легиона. Вдоль стен коридора стояли статуи императоров прошлых эпох — их каменные лица смотрели на него с безмолвным укором.

— Граф Дагар, — раздался голос церемониймейстера, когда он подошёл к резным дубовым дверям. — Совет ожидает вас.

Тяжелые дубовые двери, украшенные гербами двенадцати самых богатых родов Империи, распахнулись абсолютно бесшумно.

Зал заседаний был огромен, но при этом казался тесным — будто воздух здесь сгустился от напряжения. Возле длинного стола, за которым восседали регенты, бросалась в глаза высокая спинка пустого кресла с фамильным гербом герцогов Турвилей. Высокие окна пропускали рассеянный свет, но не согревали — в помещении стоял лёгкий холодок, словно даже солнце боялось проникнуть сюда без приглашения.

— Граф, — герцог Скаар, сидевший во главе стола, кивнул ему. — Вы просили слово?

Дагар склонил голову, но не из почтительности — просто чтобы скрыть лёгкую ухмылку.

— Благодарю, ваша светлость. Господа, я пришёл с просьбой.

Глаза регентов уставились на него — одни с любопытством, другие с подозрением. Хессан, плотный мужчина с лицом, украшенном ранними морщинами, скрестил руки на груди. Олдрен, худой и бледный, как призрак, нервно постукивал пальцами по столу. Зург слегка кивнул, ободряя приятеля.

— Какая ещё просьба? — буркнул Хессан. — Разве министерство внутренних дел не наделено достаточными полномочиями?

— Наделено, — спокойно ответил Дагар. — Но не в отношении высшей аристократии! Мы не имеем право совершать хоть какие-то процессуально-юридические действия в отношении герцогов и их семей. Любой из герцогских домов неподсуден для нас.

— Это верно, граф! — сурово ответил Скаар. — Только мы сами можем судить друг друга! Но на что вы намекаете своими словами?

— Есть подозрения, что смерть старого герцога Турвиля… — Дагар демонстративно взглянул на пустующее кресло. — Не совсем естественна.

В зале наступила оглушающая тишина.

— Вы обвиняете в убийстве его сына Рона? — взвился со своего места Олдрен. — Сейчас, всего через два дня после похорон? Парень в трауре…

— Отнюдь, ваша светлость! Не Рона и не в убийстве! — усмехнулся Дагар. — Но ход ваших мыслей мне нравится!

— Так, а в чем тогда? — в голосе Олдрена прозвучало искреннее недоумение. — И если не Рона, то кого?

Дагар сделал паузу, словно давая им время приготовиться к невиданной по силе новости.

— Лекарь, наблюдавший герцога, утверждает, что тот принимал определённое снадобье для поддержания сил. Без него — риск внезапной смерти резко возрастал.

Шёпот пробежал по залу.

— Это чушь! — Хессан ударил кулаком по столу. — Герцог Турвиль был старым, его сердце могло остановиться в любой момент!

— Возможно, — согласился Дагар. — Но есть нюанс.

— Какой?

— Есть основания считать, что кто-то из слуг не дал это лекарство вовремя. — Дагар медленно обвёл взглядом присутствующих.

— Вы обвиняете слуг в убийстве? — Олдрен насмешливо фыркнул.

— И снова — нет, ваша светлость! Не в убийстве, а в преступной халатности! — Дагар внимательно посмотрел на герцога Олдрена. — Но ход ваших мыслей продолжает меня изумлять!

— Так что вы хотите, граф? — спохватился герцог Скааар. — Зачем отнимаете время у Совета?

— Я просто хочу проверить эту версию! А для этого необходимо осмотреть место смерти и допросить слуг! — с легким поклоном председателю Совета ответил Дагар.

— Ага, так вы хотите обыскать особняк Турвилей? — герцог Морд, старейший из регентов, приподнял седую бровь.

— Именно так! — кивнул Дагар.

— Это оскорбление! — снова вскочил Олдрен. — Рон Турвиль только что потерял отца, а вы хотите ворваться в его дом с обыском?

— Как вы могли подумать про меня такое, ваша светлость? — Дагар посмотрел на герцога с легкой укоризной. — Не я! А мои люди. И не «ворваться», а провести досмотр — аккуратно и уважительно.

— Абсурд! — прошипел Хессан.

— В словах графа есть определенный смысл! — поддержал приятеля Зург. — Если есть хотя бы малейшее подозрение, что наш добрый друг ушел из жизни раньше отмерянного светлыми богами срока — это нужно тщательно проверить!

— Согласен с Зургом! — громыхнул голос герцога Морда. — Граф совершенно прав — расследование необходимо! Мне этот прыщавый ублюдок Рон сразу показался…

— Голосуем! — неожиданно сказал Скаар, перебив реплику Морда. — Лично я — за!

Регенты, оглядываясь друг на друга, принялись поднимать руки. Против обыска оказались только Хессан и Олдрен.

— Решение принято, граф! — резюмировал Скаар. — Найдите виновного!

Особняк Турвилей стоял в самом престижном квартале Аннаполиса, окружённый высокими коваными решётками и ухоженным садом. Белоснежные стены, стрельчатые окна, башенки с флюгерами — всё здесь кричало о богатстве и власти. Но сегодня дом выглядел мрачным, будто сама смерть нависла над его крышей.

Ярослав стоял в ближайшем переулке, на расстоянии двести локтей от ворот поместья, скрестив руки на груди. За его спиной выстроились два десятка бойцов Внутренней стражи — ветераны-пограничники, переведённые в столицу по личному приказу Дагара. Их лица были невозмутимы, но в глазах читалась готовность к любому развитию событий. Близко к объекту предстоящей «акции» не подходили, чтобы не спугнуть обитателей. Ждали только «отмашки» от Дагара, отправившегося в Императорский дворец за формальным разрешением на обыск.

Вскоре к Краснову подъехал конный вестовой.

— Граф передает: разрешение на обыск получено, можно начинать!

— Пошли, парни! — громко сказал Ярослав, и быстро, даже не обернувшись на бойцов, зашагал к особняку.

Ветераны молча последовали за капитаном, держа оружие наизготовку. Выбивать ворота не пришлось — испуганный привратник сам распахнул тяжелые створки. На крыльце дома отряд ждал величественный дворецкий. пожилой мужчина в камзоле с вышитым гербом на груди.

— Господин офицер! — обратился к Краснову слуга. — Герцог Рон Турвиль ждёт вас в гостиной.

Ярослав кивнул и двинулся вперёд, через плечо скомандовав солдатам:

— Заходим! Действуем по плану!

По заранее отработанному и пару раз отрепетированному сценарию, воины должны были блокировать коридоры и лестницы здания. И только после отдельного приказа заходить в комнаты для осмотра.

Парадная гостиная встретила Краснова холодным великолепием. Высокие потолки, украшенные золотой лепниной, мраморный пол, отполированный до зеркального блеска, огромный камин, возле которого стоял Рон Турвиль.

Молодой герцог был одет в чёрный камзол, расшитый серебряными нитями — все еще соблюдал траур. Его прыщавое лицо покраснело от гнева, но внешне он оставался спокойным. Однако, увидев Ярослава, Рон не сдержался и завопил:

— Ты! Скотина! Во имя дырки темных богов, что ты здесь делаешь, подонок?

Юноша схватился за рукоять меча, Краснов поступил аналогично. Трое солдат за спиной капитана мгновенно окружили хозяина дома полукругом, но оружия пока не обнажали. Несколько долгих секунд Рон буравил Ярослава ненавидящим взглядом, но потом, опомнившись и, прекрасно понимая, что шансов на победу в открытом противостоянии нет, убрал ладонь с эфеса.

— Я капитан Внутренней стражи Империи! — спокойным голосом сказал Краснов, тоже отпуская рукоять палаша. — У меня есть приказ произвести в особняке обыск!

— Не имеете права! Герцогский род неподсуден простым людишкам! — с ненавистью выплюнул слова Рон.

— Мы получили разрешение Совета регентов! — усмехнулся Краснов. — Тебя слили, детка! Не вздумай рыпаться и останешься жить. Ребята, присмотрите за ним! — последняя фраза предназначалась тройке солдат.

Рон повернулся спиной к Ярославу, принявшись разглядывать огонь в камине. Золотая вышивка на рукавах камзола заиграла бликами в свете пламени. Краснов уже начал было поворачиваться, чтобы выйти из гостиной, но тут его взгляд, скользнувший по фигуре молодого Турвиля, за что-то «зацепился». Капитан остановился и посмотрел внимательней — поиск увенчался успехом — на каблуках сапогов Рона виднелось несколько небольших темно-багровых пятен.

Рон внезапно хрипло рассмеялся, словно понял, куда только что смотрел наемник.

— Надеюсь, вы не задержитесь надолго. Вряд ли вы что-нибудь найдете.

Ярослав задумчиво кивнул и вышел, оставив герцога в компании солдат. Выйдя в коридор, Краснов махнул рукой подчиненным — обыск начался.

Конечно же, обнаружить что-то компрометирующее в здании они не планировали изначально. Не такой уж Рон дурак, чтобы дать им хоть малейший шанс засадить его в тюрьму. Все помещения в особняке уже были вычищены и вымыты до блеска, никаких следов убийства старого герцога не найти, поэтому Ярослав, быстро пробежавшись по этажам, даже не заглядывая в распахнутые двери комнат, отправился в подвал.

Подвал особняка был огромным — каменные своды, тяжёлые дубовые двери кладовых, запах старого дерева и пыли. Солдаты методично проверяли каждый отсек, но находили лишь бочки с вином, мешки зерна, брошенный хлам и старую мебель. Ничего подозрительного не нашли.

— Похоже, что здесь чисто, капитан, — сказал десятник.

— Похоже, что ты прав, дружище! — внимательно посмотрев под ноги, сказал Краснов. — Здесь действительно чересчур чисто! Центральный проход регулярно подметали, на полу почти нет пыли. А остальные отсеки? Принесите больше светильников и еще раз осмотрите все углы!

Ярослав прошелся по подвалу, приглядываясь к каждой трещинке, каждой неровности на светлых плитах и у дальнего конца прохода увидел несколько крохотных, едва заметных кровавых пятнышек. Они располагались цепочкой и вели к вроде бы глухой стене.

— Похоже, что здесь что-то есть, — сказал Ярослав.

Десятник, засопев от усердия, поднес поближе магический шар. Свет выхватил из полумрака едва заметный выступ в кладке. Ярослав надавил — и часть стены бесшумно отъехала, открывая тайный вход.

— Десятник и пятеро бойцов, со мной. Остальные — ждите здесь! Не расслабляйтесь, глядите в оба! Здесь могут быть спрятаны другие секретные комнаты.

За потайной дверью начиналась лестница, ведущая вниз. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным запахом металла, гари и… крови.

Ярослав с солдатами спустился, настороженно глядя по сторонам. Перед ними открылось просторное помещение, освещенное тусклыми магическими шарами. В центре стоял массивный стол, а на нем громоздилась помятая проволочная конструкция — каркас «Жезла жизни». Он был совершенно не такой, каким его запомнил Ярослав: не было прежней изящной упорядоченности, странного, но красивого «рисунка» тонких линий. Казалось, что куски просто грубо прикручены друг к другу, без какого-либо смысла и плана. Ни одного кристалла на узлах подвески не было.

— Тяп-ляп, — пробормотал Ярослав.

Это была жалкая пародия на ту установку, что он десятки раз видел в Храме Карса.

— Капитан! — десятник призывно махнул рукой. — Здесь люди!

Краснов торопливо двинулся в указанном направлении. Там находился отсек, отгороженный тяжелой занавесью. Один из солдат отдернул ее и Ярослав увидел узкие кровати, грубые стулья, кривоногий стол с глиняными мисками. И среди всего этого — окровавленные тела. Смуглые худые мужчины в холщовых туниках. Те самые — уцелевшие жрецы Карса.

Их было пятеро. На груди и животе — колотые раны.

— Их убили совсем недавно! — сказал десятник, нагибаясь к трупам. — Кровь еще не успела засохнуть.

— Один из них дышит! — вскинул голову солдат, осматривающий тело, застрявшее в полусидячем положении между тяжелым стулом и небольшим сундуком. — Буровит что-то не по-нашему! Но не жилец — клинок пробил легкое, на губах пена.

Ярослав опустился на колено рядом с умирающим. Жрец был бледен, его губы дрожали. Глаза, мутные от боли, сфокусировались на лице Краснова.

— Ты… Яр… призванный герой… — прошептал жрец на языке народа Великой пустыни. — Мы… всё…

Ярослав сжал его руку.

— Кто это сделал? Кто вас убил?

Жрец закашлялся, изо рта хлынула алая пена.

— Он… пришел… злой, как песчаный демон…

— Рон Турвиль?

Зрачки жреца расширились.

— Да… — его пальцы впились в руку Ярослава. — Он… узнал, что будет обыск… но он убил бы нас… в любом случае… мы говорили ему, что «Жезл»… никогда не заработает… у нас нет кристаллов… они рассыпались в пыль…

Его рука упала. Глаза остекленели. Ярослав медленно поднялся.

— Что он там шептал, капитан? — спросил десятник.

— Молился перед смертью! — подумав, что бойцам не нужно знать лишнего, ответил Краснов. И добавил твердым голосом: — Отправь вестового к Дагару. Сообщи, что мы нашли «Жезл» и убитых жрецов. Поставь охрану на все входы и выходы, Рона Турвиля — под стражу! Глаз с него не спускать! Он подозреваемый, а всё вокруг — улики!

Поздним вечером Ярослав без стука вошел в домашний кабинет Дагара. Тяжелые бархатные шторы, задернутые наглухо, скрывали комнату от посторонних глаз. На столе стоял графин с Асторским вином и два хрустальных бокала.

— Ну что, герой, я так понимаю, что дело Карса-отступника и его жрецов закрыто? — Дагар отложил самописку и устало откинулся в кресле. — Твою докладную я прочитал. А теперь расскажи, что там было своими словами.

Ярослав тяжело опустился в кресло напротив, достал из-за пазухи фляжку с коньяком и сделал длинный глоток.

— Вошли без проблем. Рон особо и не рыпался. Увидел меня — схватился за меч, но обнажить его побоялся. Сказал, что хрен мы чего найдем. Он к тому времени уже зачистил жрецов. Видимо, кто-то предупредил его об обыске — он зарезал их в самый последний момент перед нашим приходом. Это я немного вперед забежал… В общем, мы с ним посверкали друг на друга глазами, и тут я увидел кровь на его сапоге. Ну и метнулся искать жертвы. Нашли в подвале секретное помещение, а в нем каркас «Жезла жизни». Вернее — то, что от него осталось — фактически куски, кое-как прикрученные друг к другу, совершенно бессистемно. Вероятно бедолаги, прекрасно зная, что установку восстановить не удастся, имитировали работу. Но это не очень им помогло. Рядом с каркасом мы нашли пять тел. Свежие, еще теплые, с колотыми ранами. Один еще дышал… Он и сказал мне, что без кристаллов «Жезл» все равно не подлежал восстановлению.

Дагар налил себе вина и принялся медленно вращать бокал в ладонях.

— Что будет с Роном, Игорь Петрович? — подавшись вперед, спросил Ярослав.

— Ничего не будет! — грустно сказал Дагар, отпивая из бокала. — Рон на допросе сказал, что знать ничего не знает ни о каком «Жезле жизни», а тайник в подвале устроил его покойный отец.

— Но это же он убил жрецов! Последний из них сказал мне об этом! — возмутился Ярослав.

— И на каком языке он тебе это сказал? — прищурился Дагар, глядя на Краснова через хрусталь бокала.

— На языке Великой пустыни… — тихо сказал Ярослав, опуская плечи.

— Которого, кроме тебя, никто не знает! — добавил граф. — Так что… Никаких доказательств, что именно Рон зарезал пять человек, не существует! Твое слово против его! А он, на минуточку, новый герцог Турвиль, кандидат в члены Совета регентов.

— А я — бывший наемник, бывший мятежник, бывший варвар, так? — без обиды, просто констатируя факты, произнес Ярослав.

— Именно, мой друг, именно! — кивнул Дагар и вдруг, выплеснув вино в камин, протянул пустой бокал Краснову: — Налей-ка коньячку, надоело этот компот пить.

Ярослав щедро наполнил бокал до краев.

— Ты не расстраивайся, Ярослав, мы эту гниду рано или поздно прищучим! — сказал Дагар, отпивая сразу половину.

— А сколько он за это время успеет дел наворотить? — вздохнул Краснов.

— Не думаю, что много — мои агенты следят за ним круглосуточно!

Дагар слегка расслабился, откинулся на спинку кресла, задумчиво потягивал коньяк, его взгляд скользил по пламени в камине.

— Для нас сейчас самая важная информация, что вся эта безумная история с «Жезлом жизни» наконец закончена! — сказал граф минуты через три. — Больше никто не сможет штамповать послушных и умелых солдатиков, грозя смертью цивилизации.

— Ну, хоть что-то радует! — сказал Ярослав, прикладываясь к фляжке. — Впрочем, не только это… Игорь Петрович, а Арина уже открыла свой элитный бордель?

Дагар медленно кивнул и усмехнулся.

Ярослав допил коньяк и встал.

— Ты куда?

— Проверить периметр! — жизнерадостно сказал Краснов.

— Врешь, капитан! — улыбнулся граф. — Решил по бабам пройтись?

— Да, — не стал отпираться Ярослав.

Они переглянулись и одновременно рассмеялись. Дагар махнул рукой.

— Ладно уж, иди.

Ярослав вышел, а граф остался сидеть у камина, глядя на огонь.