Небесный воин. Книга 2. Железный аргумент

Часть 3 Глава 1 // Бог жизни

Рассвет над Берлогой «Лесных медведей» был холодным и серым, словно сама природа сомневалась в справедливости того, что должно было произойти. Туман стелился между высокими срубами, цепляясь за резные столбы Длинного дома, где уже собрались старейшины. Внутри пахло дымом, мёдом и кровью — шаман принес жертву богам и духам предком.

Берг стоял посреди зала, лицом к сидящим за огромным столом старейшинам. Он казался спокойным и даже расслабленным, но его пальцы слегка дрожали — не от страха, а от сдерживаемого железной дисциплиной волнения — наступил момент истины, момент, к которому он шел всю свою жизнь.

Шаман медленно и торжественно поднялся с резного кресла. Его голос, хриплый и глухой, будто доносился из-под земли:

— Берг, сын Хальда, бежал из клана, как трус, оставив свой долг неисполненным. Но духи дали ему шанс вернуться. Совет решил: если он пройдёт три очистительных испытания — огнём, водой и честью — клан признает его право на поединок с кровником.

Тишина повисла в Длинном доме тяжёлым покрывалом. Старейшины напряженно смотрели на своего бывшего соплеменника.

— Я принимаю решение Совета, — спокойно ответил Берг.

Эйлин, стоявшая рядом с Ярославом, сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Её милое личико впервые исказилось от страха.

— Это очень тяжелое испытание, Яр! — прошептала она. — Ему надо будет пройти десять локтей по раскаленным углям, а потом найти кинжал вождя в ледяном озере. И если он выживет, ему придется, стоя перед всем кланом, признать свои ошибки. Я знаю всего два случая, когда сивингов приговаривали к этому очищению и оба раза испытуемые погибли уже на первом этапе.

Ярослав лишь нервно хмыкнул и сжал рукоять палаша.

— Испытания начнутся немедленно! — громко объявил Сигирт

На площадке перед Длинным домом уже разложили «огненную дорожку». Сухие дрова быстро прогорели, раскаленные докрасна угли мерцали под тонким слоем пепла, воздух нам ними дрожал от жара. Почти все жители Берлоги собрались вокруг, чтобы посмотреть на жуткую церемонию.

Берг неторопливо снял сапоги. Его ступни, покрытые старыми окаменевшими мозолями, выглядели подходящими для ходьбы по гвоздям и битому стеклу, но вряд ли смогли бы выдержать огонь.

К капитану приблизился вождь и тихо сказал на ухо:

— Знаешь, а ты мне даже понравился, старик! Но прогулка по углям убьет тебя! Еще не поздно отказаться от испытания. Клянусь, что вас отпустят восвояси невредимыми.

Берг не ответил. Он сделал первый шаг. Кожа зашипела. Запах горелого мяса ударил в нос, резкий и тошнотворный. Но капитан не застонал, не остановился. Он шагнул второй раз, третий… Кожа и мышцы на ступнях прогорели полностью, обнажились и сразу почернели кости. Но Берг продолжал медленно идти, не издавая ни звука.

— Духи благоволят к нему, — прошипел кто-то в толпе сивингов.

Берг, не изменившись в лице, прошел огненную дорожку до конца и вышел на траву. От его ног валил дым, мясо догорало на костях. Ярослав в отчаянии отвернулся, не в силах смотреть на этот кошмар.

Старейшины, весьма удивленные таким исходом, переглянулись между собой. Шаман кивнул, колыхнув седой бородой:

— Огонь принял его! Первое испытание пройдено!

По толпе сивингов прошли шепотки. Кто-то выкрикнул нечто одобрительное. Вождь криво усмехнулся и покачал головой.

Берг стоял, гордо выпрямившись, на совершенно черных, обугленных почти до колена, ногах.

— Теперь Берга, сына Хальда, будет испытывать вода, — громко объявил Сигирт.

Озеро лежало в чаше меж скал, чёрное и холодное, как сама смерть. Путь туда занял больше часа, почти три лиги через густой лес, заваленный буреломом. «Костоломы» по очереди несли своего командира на самодельных носилках. Сивинги тонкой цепочкой шли следом, не желая пропустить второй этап кровавого шоу.

На берегу вождь указал Бергу на узкую лодку-долблёнку. Бойцы бережно опустили капитана в лодку и молча отошли в сторону. Сивинги встали на карнизах над водой, словно на трибунах стадиона. Сигирт взял весло, и быстрыми движениями погнал долблёнку к центру озера.

— Ты знаешь, зачем придумано это испытание? — спросил Сигирт, не глядя на Берга.

— Чтобы я вспомнил, как тонуть, — хрипло ответил Берг.

Вождь усмехнулся.

— Чтобы ты понял: правда всегда на дне!

Он вынул из-за пояса кинжал — древний, с клинком из потемневшей от времени стали и рукоятью из желтого от старости оленьего рога.

— Найди его. Или умри.

Клинок ушёл под воду беззвучно. Берг мгновенно нырнул следом. Холод сжал его, как объятия мертвеца. Боль от ожогов быстро ушла — тело онемело почти сразу. Капитан рванулся в глубину. У самого дна царила тьма. Его руки напрасно шарили по камням. В легких начал разгораться огонек. Движения становились все более медленными, сознание постепенно покидало ветерана. Темнота сгущалась, становилась плотнее, и почему-то теплее. Берг уже не чувствовал ледяной воды — только мягкую пустоту вокруг.

Перед внутренним взором вдруг появились лица — давно забытые, но такие родные: отец, мать, старшие братья, сестра…

— Сынок… — произнес Хальд — высокий, широкоплечий, с черной бородой и страшной кровавой раной через левый глаз. Таким Берг запомнил отца — павшим в бою с кровниками. — Ты вернулся. Но зачем?

— Я пришёл… чтобы закончить то, что начали вы, — ответил Берг.

Отец печально покачал головой, его голос прозвучал тихо, но чётко:

— Ты не хочешь закончить. Ты хочешь продолжишь. Не стоит повторять нашу судьбу! Ты выбрал жизнь, а мы — смерть!

— Я сбежал! Я струсил! — вырвалось у Берга.

— Ты был ребенком! — сказала мать. — Вильда спасла тебя. В этом нет урона чести!

— А теперь ты — воин! — вперед выплыл образ брата, в изрубленном шлеме и окровавленной кольчуге. — Сильный и умелый!

— Я имперец, наёмник! — с горечью ответил Берг.

— Неважно! — ответил брат. — Главное, что ты не забыл нас!

— Докажи, что ты не зря выбрал жизнь! — прошептала мать. — Вернись к своим друзьям!

И Берг увидел — во мраке мерцает сталь клинка. Из последних сил он рванулся за кинжалом. Лёгкие горели, сердце колотилось, но пальцы уже сомкнулись на рукояти.

Когда он вынырнул, задыхаясь, Сигирт молча протянул руку и помог влезть в лодку.

— Вода отпустила тебя, — сказал вождь, когда он отдышался. — Теперь ты должен дать ответ соплеменникам. Весь наш клан собрался здесь, у священного озера. Говори!

Сивинги, мужчины, женщины и дети безмолвно наблюдали за испытанием со скалистых берегов. Берг с трудом поднялся и встал перед ними, мокрый, обожжённый, но не сломленный.

— Я не жалею, что бежал. Иначе стал бы убийцей или трупом! — тихо начал капитан.

В толпе зашевелились.

— Я служил Империи, но никогда не забывал свою кровь! — гордо сказал Берг, поднимая голову и оглядывая собравшихся.

Из толпы донеслись одобрительные выкрики.

— Я пришёл не за местью. Я пришёл, чтобы похоронить тени прошлого!

Вперед, опираясь на руку жены, вышел Ульфи.

— Он прошёл испытания и очистился! Теперь он, как член нашего клана имеет право на поединок. Пусть боги решат его судьбу в бою. Я готов сразиться с ним и не боюсь смерти.

В толпе охнули.

— Слепой старик против изувеченного Берга? — прошептал Ярослав. — О, это будет эпическая битва!

— Я заменю мужа в поединке! — резко сказала Бриза. — Так будет честнее!

— Честнее? Да он еле стоит на ногах! — воскликнул Сигирт.

— Я заменю в бою своего друга! — громко объявил Ярослав.

— Ты не из нашего клана! И вообще не сивинг! — возмутилась Бриза.

— Я сивинг! — вперед вышла Эйлин. — Богиня благословила меня на этот поединок!

Шаман, выслушав девушку, медленно кивнул.

— Кто мы такие, чтобы спорить с волей богов? Пусть будет так: вместо Ульфи пойдет сражаться Бриза, вместо Берга выйдет Эйлин! Они встретятся на закате.

Солнце окрасило дома Берлоги в багровые тона, словно сама природа предчувствовала кровопролитие. На площадке у Длинного дома собрались многочисленные зрители. Сивинги ждали «третьей серии» сегодняшнего шоу. Шаман лично обошел место поединка по кругу, посыпая землю пеплом священных костров, чтобы боги видели бой и судили по справедливости.

Эйлин стояла у края площадки, крутя в руках клевцы, чтобы размять кисти. На вороненой кольчуге играли тусклые солнечные блики.

— Сделай этой злобной тётке больно, принцесса! — сказал Ярослав, хмуро глядя на ее соперницу. — Если она вдруг одолеет тебя, я ей башку прострелю!

Бриза нервно топталась в противоположном конце площадки. Для поединка воительница выбрала боевой топор с широким зазубренным лезвием. Лицо Бризы, изрезанное шрамами, искривилось в оскале, когда она заметила взгляд Ярослава.

Сигирт вышел на середину площадки и объявил:

— Поединок между представителями кровников начинается! Пусть боги решат, кто прав! Бой будет идти до смерти или до признания поражения.

Толпа сивингов замерла. Даже ветер стих, будто затаив дыхание.

Бриза первой пошла в атаку — стремительно, как разъярённая медведица. Её топор свистнул в воздухе, рассекая пространство между ними. Эйлин успела отскочить, почувствовав, как лезвие всколыхнуло воздух у лица.

— Ты думала, что сможешь победить меня, глупая девчонка? — прошипела Бриза, делая очередной выпад. — Я убила множество таких дурёх, как ты!

Эйлин не ответила. Она кружила вокруг противницы, её клевцы сверкали, как крылья стрекозы. Первый удар — левый топорик скользнул по кольчуге, не пробив её, но заставив Бризу отпрянуть. Второй удар — правый клевец метнулся к лицу, но Бриза уклонилась и ответила мощным ударом в живот. Не попала — Эйлин гибко изогнулась, избежав попадания.

Ярослав непроизвольно рукоять пистолета за пазухой, но стоящий рядом Сигирт вдруг положил ему на плечо тяжелую руку.

— Девчонка справится, — прошептал вождь. — Не мешай воле богов!

Бриза, прощупав девушку несколькими выпадами, и, решив, что та слаба, перешла в яростную атаку. Её удары становились всё быстрее, топор гудел в воздухе, как разъярённый шершень. Эйлин хладнокровно уворачивалась и отступала, ожидая, когда у немолодой женщины закончатся силы.

— Ты мелкая дрянь! — крикнула Бриза, прыжком разорвав дистанцию. — Я отрежу твои волосёнки и сделаю из них швабру для уборки свинарника!

Эйлин только усмехнулась в ответ на грубую подначку. Девушка, несмотря на молодость, была опытным бойцом, и понимала, что Бриза почти выдохлась. Тяжелый топор уже не так легко порхал в руках воительницы, по лицу женщины ручьями тек пот.

И тогда Эйлин перешла в контратаку. Её движения резко ускорились, стали молниеносными. Левый клевец попал в запястье Бризы, правый — в плечо. Бриза зарычала от боли и выронила топор. Кровь сочилась по её руке, капая на пепел.

— Довольно! — крикнул шаман.

Но Бриза не слушала. Она внезапно рванулась вперёд, занося для удара голый кулак. Эйлин, не ожидавшая нападения от обезоруженной соперницы, не успела прикрыться. Послышался глухой звук удара — кулак угодил в полумаску шлема. Голова Эйлин мотнулась в сторону, девушка машинально сделала шаг назад и вслепую рубанула клевцом. Звонко заскрежетал металл кольчуги. Бриза рухнула на колени — лезвие клевца вошло ей в живот, на три пальца выше пряжки ремня.

Эйлин выдернула оружие и отошла назад. Бриза ничком упала на землю, её кровь впитывалась в священный пепел. Толпа сивингов замерла в гробовой тишине.

— Я не хотела убивать тебя! — тихонько произнесла Эйлин.

Шаман поднял руку.

— Боги сделали выбор! Эйлин победила!

Толпа взорвалась криками. Некоторые сивинги орали от ярости, другие — от восхищения. Сигирт подошёл к лежащему на носилках Бергу, его лицо было непроницаемым.

— Твой поединщик победил! Твоя честь восстановлена! Кровная месть между вашими семьями завершена! Клан «Лесных медведей» поможет вам добраться до Рикса.

— Твоя помощь не понадобится, вождь! Мы сами отведем гостей в нашу обитель! — раздался спокойный голос.

Все присутствующие одновременно повернули головы к говорившему.

У входа в длинный дом стояли пять человек, одетых в короткие черные куртки, с островерхими шлемами на головах. В руках нежданные визитёры держали гизармы с короткими древками. От них веяло спокойствием и холодной уверенностью.

— Архуниты! — выдохнул Сигирт.