Эликсир красоты, или Это всё Она (СИ)

Глава 31

В дверь моего кабинета дробно постучали. Не громко, но очень уверенно.

— Войдите, — не поднимая головы от бумаг, ответила я.

Дверь с тихим скрипом открылась и внутрь помещения кто-то вошёл. Я продолжила писать историю болезни, но в какой-то момент поняла, что пришедший человек так и не сказал ни единого слова. Удивлённо подняла голову и посмотрела на гостя.

Градоправитель собственной персоной замер у стула, деловито сложив руки на высокой спинкой, он с интересом разглядывал многочисленные полки в моей каморке, даже тумбочку, сделанную местным мастером по дереву, по моему эскизу оценил.

— О, добрый вечер, лестер Холстен! — поприветствовала я его, даже не подумав вставать с места. — Как вы? Прошу, присаживайтесь. Взвар или воду? — услужливо предложила я.

— Добрый, — улыбнулся молодой мужчина и присел напротив меня, — от горячего взвара не откажусь, с мёдом и мятой. Как вы тут устроились?

— Неплохо, очень много работы, — кивнула я и всё же встала, чтобы подойти к шнурку, висевшему в углу. Потянув за него, вернулась на место. Джером смотрел на меня заинтригованно и даже чуть удивлённо вскинул тёмную чётко очерченную бровь. — Это моё нововведение. Я потянула за верёвочку, и колокольчик зазвенел у девушек на ресепшене.

— Очень интересно, — склонив голову набок, словно прислушиваясь — вдруг услышит звон, снова проговорил лестер. Мы замолчали, сверля друг друга нечитаемыми взорами. Я, вообще-то, и так собиралась к нему на приём, поскольку накопилось несколько важных вопросов, в которых мог помочь только градоправитель, но сейчас отчего-то растерялась. В глубине его серых, грозовых глаз что-то было, и я не могла понять, что же именно.

В дверь снова постучали, в этот раз негромко и осторожно.

— Да-да, — громко ответила я и в проёме показалась голова Элены. — Будь добра, принеси нам медового взвара с мятой, — попросила я её и она, быстро кивнув, тихо прикрыла створку.

— Я хотел пригласить вас завтра на ужин, — заговорил наконец-то странный и нежданный гость.

— О, — улыбнулась одними губами, внутри оставаясь всё такой же напряжённой и взвинченной, — у меня очень много дел, если честно, я даже боюсь, что до отъезда не успею закончить самые важные…

— Мы ведь условились, что я, как ваш официальный жених, буду ухаживать за вами, лесса Мия, как положено, со всеми полагающимися мероприятиями, и ужин в красивом месте является одним из таковых. При этом вы же помните, что сами настаивали на этом.

Мне ничего не оставалось, только согласиться: ведь действительно, сама потребовала, так что — нате, распишитесь.

— Хорошо, — демонстративно-вынужденно вздохнула я, — я с удовольствием составлю вам компанию.

Тут дверь снова распахнулась и внутрь бочком протиснулась Элен. Как ни странно, Джером встал со своего места и перехватил увесистый поднос из рук женщины. Та зарделась от смущения и, сделав неуклюжий книксен, вихрем ретировалась из моего кабинета. Я не сдержалась и улыбнулась.

Тем временем Холстен лично разлил по глиняным кружкам горячий напиток, одну чашу подал мне, другую взял себе и вернулся на свой стул.

— Вы не рассказали, как ваши дела здесь, в ОЛЦ? — сделав небольшой глоток, он с удовольствием прищурился. Взвар и правда оказался наивкуснейшим.

— Как будто вы не знаете? — насмешливо ответила я вопросом на вопрос.

— Знаю, конечно, — не стал юлить мужчина и улыбнулся, продемонстрировав белые, крепкие зубы. — Но хочу услышать новости, так сказать, из первых рук.

— Главное, что я хотела вам сказать, — начала я, прежде глубоко вздохнув и выдержав паузу, — что лекари ОЛЦ не все круглые олухи. Есть весьма талантливые и усердные целители. С ними мне бы хотелось продолжить работать. Но присутствие того же Еулия Краца портит всем нам настроение одним своим кислым видом.

— Вы уверены, что всем, а не только одной вам? — проницательно подметил парень, отставляя кружку на край стола.

— Возможно, кому-то он и нравится, — не стала отрицать я, — но мне точно нет. И большинству тоже. Предлагаю, если вы сомневаетесь, провести опрос по этому поводу.

— Я подумаю над вашими словами. Крац успел написать на вас несколько жалобных писем, скорее всего, такие же кляузы уже отправлены в королевскую канцелярию. Но пока с вами не поговорит Его Величество, все запросы Еулия останутся без ответа. Кстати, о вашей поездке в столицу королевства, — без перехода сменил тему Джером, — я отправлюсь вместе с вами.

Эта новость несколько меня удивила. И мужчина понял это, тут же пояснив:

— Вы моя невеста, негоже отпускать вас в дальнее путешествие без положенной охраны, ну и мне самому необходимо быть рядом. Ведь ваше желание напрямую касается моей семьи.

Ах вот оно что! А я и забыла, глупышка, какой мне меркантильный жених попался!

— Хорошо, с вами в дороге будет веселее, — хмыкнула я, одним глотком ополовинив свою весьма увесистую кружку. — И ещё, — не дала я ему открыть рот, — если во мне всё же есть что-то сверхъестественное, у меня к вам просьба, — подчеркнула я последнее слово, — и она не относится к нашим с вами договорённостям… В ОЛЦ работают люди, нанятые лично мной, и мне бы хотелось, чтобы они здесь и остались, ежели вдруг меня запрут на всякие ваши зверские опыты.

Джером нахмурился. Его стального цвета глаза потемнели, как небо перед грозой. Но я чувствовала, что его недовольство направлено не на меня, а на кого-то другого.

— Хорошо, — через минуту напряжённого молчания, выдал он. — Я позабочусь обо всех тех, кто попал под вашу опеку. Даю слово. Ну а теперь мне пора. Увидимся завтра, Мия.

— Какой наряд мне надеть? — выпалила я, поскольку Холстен ни словом не обмолвился, куда именно меня собирается повести.

— Приличный, — последовал равнодушный ответ, — точно не мужские штаны и рубаха, — насмешливо добавил он, оглядев мою медицинскую форму. — Мне пора, лесса, увидимся завтра вечером. За вами заедет экипаж. Будьте дома.

Градоправитель ловким движением поднялся и, слегка поклонившись, вышел за дверь. Я осталась сидеть и думать, а что это сейчас такое было? Зачем он пришёл и для чего завёл весь этот разговор? Решил лично пригласить на свидание? Хотя мог отправить письмо, тут такое, насколько я уже знаю, было привычным делом.

Покачав головой, поднялась из-за стола и вышла в коридор. Аромат духов Джером всё ещё витал в воздухе: смесь сандалового дерева и чего-то мускусного. Интригующее сочетание, и оно очень подходит этому статному мужчине.

Думая о странностях градоправителях, прошла в операционную, где временно содержалась кесарённая роженица. Девушку звали Рози, и уже два дня, как она пребывала в сознании и кормила малыша грудью. У неё родился мальчик, худенький, но вполне здоровый. Новоиспечённую маму Красий взял под личный контроль и кормил отдельно приготовленной едой, он явно жалел бедняжку, которую собственный муж держал в чёрном теле. Поколачивал, истязал тяжким каждодневным трудом, заставляя угождать ему, жирному борову, привыкшему только лежать на печи, да жрать калачи. Мне всё это рассказала Гарра, так как семья Рози жила в нижнем городе, но не была настолько бедна, как могло бы показаться.

— Насколько муж властен над судьбой супруги? — был первый мой вопрос Гарре, как только я услышала всю эту историю.

— У неё нет родных, поэтому и защитить её некому, да и пойти тоже некуда. Она вернётся к нему, поскольку иных вариантов у женщины просто нет.

Я нахмурилась и все эти дни думала, что же делать. Превращать ОЛЦ в приют для обездоленных не вариант. Но временно оставить Рози и её чадо здесь смогу. А дальше посмотрим.

— Как вы себя чувствуете? — натянув радушную улыбку, я вошла в кабинет. Молодая мама кормила своё чадо и нежно что-то ему шептала.

— Всё хорошо, лесса Мия, — Рози посмотрела на меня своими большими тёмно-карими глазами и неуверенно улыбнулась в ответ.

— Ничего не болит? — деловито спросила я, подходя к рукомойнику. Медсестра забрала младенца у матери и уложила Рози на кушетку так, чтобы я могла провести осмотр шва.

— Нет, — повторила пациентка.

— Так, Рози, — вытерев руки чистым полотенцем, напустила в голос строгости, — давай будем со мной честны. Говори как есть, если не хочешь оставить своего ребёнка без мамы.

В глазах девушки мелькнул неподдельный страх, и она уже честнее ответила:

— Когда встаю, очень больно ходить, и даже разогнуться до конца невмоготу, хотя я стараюсь делать всё то, что вы наказали.

Пока она отвечала, я подняла края рубахи, чтобы открыть нижнюю часть живота женщины. Убрав повязку, осмотрела розовый, чуть покрасневший по краям шов.

— Рана заживает хорошо, — удовлетворённо заявила я, и пощупала живот и взяла антисептики, чтобы обработать швы. — А ходить просто необходимо как можно чаще, даже если вы чувствуете невыносимую боль. Так нужно, потерпите немного.

— Я всё сделаю, лесса Мия, не сумневайтесь, — закивала девушка.

Сменив повязку, я снова помыла руки и взялась за осмотр малыша.

— Решила, как назовёшь? — спросила я между делом.

— Луис, — с гордостью ответила Рози.

— Очень красивое имя, — улыбнулась я, завершая осмотр пупком. — Ниэла, обязательно дважды день смазывай пупочную ранку зелёнкой, ты уже знаешь, что это такое, — обернулась я к медсестре и та понятливо кивнула. — Осмотр удовлетворительный, Рози ты идёшь на поправку, а малыш здоров.

Оставив их, пошла делать обход. Много дел, и самые важные мне просто необходимо завершить в кратчайшие сроки.

А о Джероме Холстене я подумаю потом, в тишине и спокойствии.