Его Величество Змееныш

30. О кольцах, топорах и поцелуях

“Кому беда от чужих, а нам она от своих” В. И. Даль. Загадки русского народа.

— Такое ощущение, как будто бы ты решил меня уморить!

Топор оказался магическим артефактом (кто бы мог только подумать!), и никакие обычные заклинания не него абсолютно не действовали. Даже напялить иллюзию кактуса не получилось. Срочно пришлось обмотать его блестящей подарочной бумагой и насадить яркий бантик на рукоятку, торчащую из рюкзака. Вид топор приобрёл безнадёжно дурацкий, но Светлана решительно утверждала, что без топора их обоих из дома не выпустит. Сложно спорить с официально лицензированным оракулом. Они вечно мнят себя истиной в последней инстанции.

В городской троллейбус с боевым магическим артефактом они сунуться не осмелились и шли всю дорогу пешком. Вышли на набережную, полюбовались снующими по Неве прогулочными катерами, прошли по Дворцовому, свернули на Гороховую, где зашли в крохотный ресторанчик и перекусили. Ева всё никак не привыкнет к тому, что может себе позволить роскошь — вкусный обед в ресторане, пусть не роскошном и фешенебельном, но сытный и очень обильный.

Выползли вяло на Невский, дошли до Литейного, впереди оставалось не очень внушительное расстояние до Мариинской больницы, где в кардиологии им предстояла встреча с отцом Ильи Змеева. Всё в Еве упорно противилось этой встрече. Ужасно хотелось всё бросить, схватить Илью за руку и трусливо сбежать. На край света, туда, где нет места магическим ритуалам и древним проклятиям. Где никому нет ни малейшего дела, чья ты дочь и чей сын. Есть и такие места во Вселенной, оставалось лишь их разыскать.

Илья неожиданно потянул её за руку в сторону пешеходного перехода на нечётную сторону Литейного. Русалка удивилась, но возразить не решилась. Зачем? Василиски — упрямые твари, он, если решил что, осталось лишь тихо и мирно расслабиться. Что Ева с успехом и сделала, покорно переставляя ноги по нагретому за день асфальту и вдыхая острые запахи майского города.

Малозаметная дверь с рельефною надписью ”Танец камня”. Задумчиво у неё остановившись, Илья привлёк к себе девушку, бережно её приобняв.

— Знаешь, я тут подумал...

— Пугающее начало. Илья, не беси меня, давай сразу конкретику.

— Сегодня у нас стряслось нечто важное. Неужели ты не заметила? — его голос сочился натуральным змеиным ехидством.

— Ну отчего же? — Ева тоже так умела. — Одна пустоголовая женщина добровольно согласилась связать свою жизнь с безработным и бездомным василиском. Пока ещё и бездипломным. Кстати, а когда…

— Т-ш-ш-ш…! — он приложил тёплый палец к её влажным губам и чмокнул русалку в нос. — Не умеешь ты вовремя останавливаться. Я хочу тебе сделать подарок на память. Согласна?

Ева ясно понимала, почему Змеев ей задаёт такой необычный вопрос. В мире иных любые дары имели большое значение, куда большее, чем у обычных людей. И, судя по долгой прелюдии, взвешивал этот шаг Илья долго и тщательно. Он знал, что согласиться девушке будет довольно непросто. В её жизни достаточно уже было “подарков”. Значительно всё осложняющих.

— Селёдка, ты можешь вполне отказаться, — словно прочтя её мысли, Илья осторожно тронул горячей ладонью неожиданно похолодевшие щёки. — Честное слово, я не обижусь.

— Врунишка, — хмыкнула Ева и потянула его за собой в сторону узкой двери. — Идём.

За дверью их приняла приветливая полумгла, окружили приятные запахи камня, прохлада и лёгкий хрустальный перезвон крохотных колокольчиков. Крутые ступени вели в цокольный этаж, где ещё одна дверь приветливо отворялась им навстречу.

— Ты сам здесь бывал? — тихо Ева спросила, остро почувствовав вдруг шевеление ревности.

— Что ты! Я и понятия не имел никогда о существовании лавки гномов в центре Питера. И до сих пор в них не верю, говоря уж совсем начистоту.

— Абсолютно напрасно! — мягкий, бархатный голос ответил им из темноты. — Уральские гномы — древний и вольный народ. Аве, сиятельные. Моё нижайшее почтение, уважаемый сын дома Полоза. Целую ручки, досточтимая Дивина, принятие сущностей пошло вам обоим на пользу, примите выражение моего искреннего восхищения.

Выступающая из темноты низенькая и коренастая фигурка медленно и почтительно кланялась, произнося эти слова неспешно и обстоятельно, словно подчёркивая значимость каждого прозвучавшего слова.

Илья удивился настолько, что не подать виду не смог. Даже у Змеёвых есть предел выдержке и терпению. Не говоря уже о русалке, она так и вовсе стояла с разинутым ртом.

— Прикажете вам подобрать ценный подарок в честь памятного события — принятия сущностей?

— Нет! — излишне поспешно прервал его Змеев. — Я хотел подарить кольцо своей невесте.

Тёмный взгляд из-под седых кустистых бровей впился русалке в лицо, неторопливо прошёлся по всей её съёжившейся фигуре.

Гном короткими пальцами уцепился за густую и длинную бороду и на минуту глубоко задумался. Короткие пальцы поглаживали пряди вьющейся моховой бороды, раздувались широкие ноздри изрядного носа.

При своём небольшом росте гном отнюдь не выглядел недомерком и одет был не в фантастические одеяния с кафтанами или камзолами, а в потёртые старые джинсы, чёрную растянутую футболку с кислотными надписями. Мускулистые руки сплошь украшены необычайно сложными рунными татуировками, на запястьях — широкие кожаные браслеты, на голове — байкерская бандана с оскаленными черепами, на носу приютились махонькие очки.

— Колечко… Да, сиятельные, я подберу вам помолвочное кольцо. А хотите посмотреть на то самое, что отец ваш, сиятельный сьерр старший Змеев приготовил в подарок вашей матушке, великолепной Элен?

***

В голосе гнома внезапно прозвучал звук дурно скрываемого торжества. Илья дрогнул и оцепенел, только в Евину руку вцепился, как будто бы утопающий за соломинку.

— Что вы несёте? — переведя дух, он произнёс хриплым голосом. — У меня в жизни не было матери.

— У всех есть собственные матери, милейший, такова сущность процесса. И вы тоже не исключение. Но ради чего мы с вами спорим напрасно? Просто взгляните на это кольцо и скажите, что я вас обманываю.

Жестом фокусника гном достал из витрины крохотную, размером с грецкий орех, бархатную коробочку и приоткрыл её перед носом Ильи. Пальцы Евы болезненно захрустели. Свободой рукой Ева коснулась плеча младшего Змеева, осторожно погладила. Илья не сводил глаз с шаровидной коробочки, кажется, даже забыв, как дышать.

На пурпурной подушечке там лежало самое простое, незатейливое гладкое колечко. Крохотное, как будто отлитое для девочки, узенькое, ярко блестящее и аспидно-чёрное.

— Ну, что скажете, Змеев?

— Сколько? — сипло прошептал Илья, язык словно не слушался.

— Вы окажете мне неоценимую услугу, позволив взглянуть на ваш топор. Кольцо и так ваше, Илья. Отец ваш к нему не посмел прикоснуться, и с тех самых пор оно так и лежит в нашем специальном хранилище, ожидает законного наследника. Семейная собственность Полозовых неприкосновенна. Гномы сами себе не враги, уж поверьте.

— Да.

Илья отпустил, наконец, руку девушки, скинул с плеча свой рюкзак, резко дёрнул за топорище, одним безучастным движением сбросил обёртку и протянул ручку гному.

Ева молча и внимательно смотрела на это и вид имела задумчивый.

— Йольский кот, красота-то какая! — гном быстро захлопнул коробочку, небрежным жестом перекинув её русалке. Словно считанную минуту назад тут не отчётливо прозвучали слова о драгоценом Полозовом наследстве. Ева колечко поймала, кивнув снова вздрогнувшему Илье, бородатый крепыш вдруг вцепился в длинную рукоятку оружия и в воздух подбросил топор. Раздался тихий свист рассечённого острым лезвием воздуха, Ева втянула голову в плечи, мысленно чертыхаясь.

Как бы этот странный ювелир не облегчил бы их с Ильёй человеческие организмы. Например, на излишне доверчивую голову.

— Вы даже не представляете себе, чем владеете, дети великих семей! — поймав топор в воздухе и держа правой рукой его за рукоятку, теперь гном трепетно трогал рисунок на лезвии и восторженно цокал языком.

— Ну так расскажите, почтенный. И мы уже очень спешим, хотелось бы поскорее закончить тут... — начала было русалка, но неожиданно наткнулась на укоризненный взгляд Ильи и заткнулась.

— Легендарное, мифическое оружие, в реальное существование которого сегодня уже очень мало кто верит. Возможность держать его в руках для меня — величайшая честь.

— Меч-кладенец? — она не могла не съехидничать.

— Лучше! — гном чуть не захлёбывался от буйного восторга. — Оргитрон-оборотень.

— В полнолуние он внезапно становится серым волком, кусает хозяина и стремительно убегает? — Ева злилась на гнома: ей было жалко Илью, так болезненно отреагировавшего на простое женское колечко.

— Какое глубокое невежество! — гном глаза закатил и к серце прижал длинную рукоять боевого топора. — В руках воина Оргитрон обращается, да. В тот вид холодного оружия, который хозяину нужен.

— Даже в сапёрную лопату? — русалка прищурилась и ухмыльнулась. — Не, а что вы? Я же не сковороду вам настойчиво предлагаю, хотя в семейных ссорах она — весомейший аргумент.

После упоминания сковородки Илья сразу отмер.

— Вы мне обещали подобрать подарок для любимой невесты.

С выражением праведного негодования на круглом лице гном вернул Оргитрон в руки хозяину. На гнома смотреть было больно, он чуть ли не плакал. Легко выдвинув сравнительно узкий ящичек из бездонной стеклянной витрины, он выбросил перед парой на горизонтальную плоскость каменного стола целую россыпь колечек, милых, тоненьких, девичьих.

Судя по виду, очень недорогих. Простая, довольно дешёвая бижутерия. Скорее всего, это должно было оскорбить младшего Змеева. Илья снова напрягся, воинственно разворачиваясь к ювелиру, но русалка его остановила.

— Илюш... — тихо позвав василиска, она тронула его за запястье, — дело ведь не в низкой цене. Это просто подарок на память, ведь так? Можно я самостоятельно выберу?

И потянулась к колечкам. Помолвочное? Их раньше никто не дарил, просто новая мода. Змеёнышу так захотелось, и возражать ему Ева не будет, зачем? К тому же золото ей не нужно. Серебро? Иные не любят его. Латунь слишком блестит...

Взгляд Евы внезапно остановился на скромном колечке, мягко сияющем слабым отблеском тёплого пламени.

— Это.

— Сердолик?! — гном выглядел ошарашенно. — Сиятельная, вы уверены?