— Лана? — позвал меня кто-то издалека. На предплечье полыхнуло так сильно, что это оказалось сильнее другой боли.
— Сани…
Я рухнула на колени и в мои руки влетел светловолосый вихрь. Он что-то кричал или это только казалось, маленькие ладони обхватили моё лицо и я увидела большие глаза полные слёз.
— Прости.
— Тебе больно? Кто тебя обидел? Кто сделал это? — требовал ответа мальчишка со взрослой решительностью.
— Я их наказала.
— Никто не тронет тебя. Никто не посмеет…
— Ты ж моя радость, — обняв худое тельце, я села на полу и затащила его себе на колени. — Я скучала без тебя. Твой подарок со мной.
— Покажи.
Протянув руку, я охнула, запаздало припоминая, что она сожжена и обомлела — на здоровой коже сиял цветок мака.
— Мне не верили, что ты так смогла сделать, — под его пальчиками плоть заживлялась.
Вокруг нас поднимались на ноги упавшие и под их ногами хрустели осколки посуды и ламп. Я зажмурилась, понимая, что сейчас меня наверняка закуют и уволокут подальше, чтобы не наказывать на глазах у мальчишки.
— Я тебя не дам в обиду, — серьёзно заявил Санир, словно прочёл мои мысли.
— Мне надо сходить со взрослыми…
— Все вон, — прохрипел Кинар.
Запрокинув голову, я смотрела на любимого. Он качался, подталкивая дезориентированных гостей из дома.
— Заберите её, — он кивнул на лежащую у подножья лестницы девушку со спутанными светлыми волосами. — Она под арестом. Ребят у дома Миланы показать лекарю и под замок.
Никто не посмел ему перечить. Стало даже неловко, что я не гнушаюсь поставить его на место. Ненадолго. Мы остались одни. Санир высвободился из моих рук и подступил к хозяину дома.
— Почему с ней так поступают? Как ты позволил? Ты?!
— Дай нам поговорить, малыш, — глухо потребовал Кин и мальчишка нехотя подчинился.
Проходя мимо, он дёрнул меня за локон и пообещал:
— Если он тебя обидит — кричи. Я приду.
Это показалось таким забавным, что против воли я улыбнулась и кивнула.
— Закрой дверь и запечатай окна, — попросил Кинар, когда мальчишка вышел из дома.
Поднявшись, я начертила охранное заклятье, делающего дом непроницаемым для других и медленно повернулась, оттягивая момент встречи со осуждающим взглядом джинна. Разрушение были глобальны. Гостиная и кухня были в руинах. Лестница потеряла перила.
— Вот и я твой дом подрехтовала, — наконец сказала я.
— Я не хочу быть тебе просто соседом.
Кинар выглядел постаревшим. В его глазах было столько боли и голода, что невольно я шагнула… назад.
— Нет, — ответил мой голос, но душа корчилась от потребности сказать другое.
— Этого бы не случилось…
— Я доверилась тебе. Впустила в свой дом и в своё тело, — смотреть в пол было проще. — Поборола свой страх и пошла за тобой, а ты… Ты ничем не лучше тех, кто держал меня в клетке, жёг ради своего удовольствия и…
— Лана…
— Ты хотел меня подчинить. Заковать. Сделать вещью, — каждое слово падало меж нами кусками льда. — Ты никогда не видел во мне равную. Я всего лишь ведьма.
— Это не так.
— Разве?
— Ты многого не знаешь, — я терпеливо ждала продолжения, но джинн долго подбирал слова. Словно решал, как преподнести удобную версию. — Сейчас в Монетске творится неладное. Возможно, твоей второй частью манипулируют. Подозреваю…
— Тебе мало моего слова? Я знаю, что сестра не делала этого.
— Сестра? — он опешил.
— Она часть моей души. Моя часть. Так же, как я — часть её. Она не зло и никогда им не была. В ту ночь, у дома, она защищала меня от тебя.
— Разве тебе нужна помощь? Ты сама многое можешь.
— Какой же ты идиот! — всплеснув руками, я принялась шагать по разгромленной комнате, пиная куски мебели. Сказать правду было так просто. Но теперь я боялась открыться ему. Испуганная ведьма. Грустно усмехнувшись, я обхватила себя руками и тут остро осознала, что мой кружевной бюстгальтер ничего толком не скрывает.
— Давай попробуем начать всё заново, — джинн уселся на подлокотник перевёрнутого кресла. Я кивнула. — Меня зовут Киран. Я глава клана Меняющихся. Часть ребят уже давно в отставке и обзавелись семьями. В нашей общине есть дети и женщины. Много полукровок и, так называемых, дефектных. Сейчас мы выполняем частные заказы и после долгих поисков наши место для того, чтобы осесть.
Устроившись на уцелевшем стуле, я смотрела на поникшие широкие плечи и слушала уставший охрипший голос.
— В нашей общине не было ведьм. Никогда. Большинство бояться таких, как ты, остальные — ненавидят. Они не знают тебя. Я хотел представить тебя клану, но ты представилась сама.
— Это было эффектно, — вставила я с ухмылкой.
— Мне нужно было немного времени, чтобы уладить всё с Зариной…
— С этого момента поподробнее, пожалуйста, — прорычала я и, вскочив, отшвырнула стул. Он ударился о стену, жалобно хрустнув.
Наверно я слегка погорячилась, потому как Кинар странно на меня посмотрел и поднялся на ноги.
— Почему тебя так задевает Зарина?
— Издеваешься? — я глубоко дышала, пытаясь успокоиться.
— Ответь!
— Она твоя невеста? Жена? Подруга? Любовница?
— Какая тебе разница? — джинн изучал мою реакцию с отчетливым интересом. — У тебя есть всё, что захочешь. Я дам тебе всё: дом, защиту, средства и моя жизнь тебя не касается. Так же как твоя — меня. Слышал, ты решила дать шанс Закари? — тут уж я заметила гнев на его лице, через мгновенье сменившийся равнодушным выражением.
— Просто…
— Просто тебе всё равно с кем делить постель, — сдавленно пробормотал мужчина.
— Мерзавец! — стиснув кулаки, я едва сдерживалась, чтобы не наброситься на него. — У меня было всё, что нужно до твоего появления! Я живу в своём городе и собственном доме, могу за себя постоять…
— и полежать, — подначил джинн.
— Гад! — взвизгнула я и набросилась на мужчину, успев ударить его в плечо.
Он перехватил мои руки и завернул их мне за спину, прижавшись вплотную. Извиваясь, пыталась пнуть его, но ничего не выходило.
— Справился? — со слезами в голосе простонала я.
— Да. И никак не могу понять, как мне это удаётся, — Кинар не причинял мне вреда, продолжая крепко держать и жадно вглядываясь в моё лицо. — Ты лишь раз дала мне настоящий отпор. И тогда я увидел твою "сестру". Не тебя.
— Пусти, — опустив голову, я уткнулась носом в его футболку. — Ненавижу тебя.
— Так убей, — глухо предложил он. — Я не буду сопротивляться. Шарахни меня так, чтобы костей не собрал. Ты же сильная.
— Не с тобой, — я уже не сдерживала рыданий.
— Почему?
Когда его руки освободили мои запястья, я даже не заметила. Горячие пальцы скользнули по спине, оставляя на голой коже огненные дорожки. Конечно, я положила свои руки ему на грудь, чтобы оттолкнуть, только отчего-то медлила, впиваясь ногтями в тугие мышцы под трикотажем. Дымное дыхание опалило висок.
— Почему ты меня щадишь? Отчего такая со мной? Ведь других…
— Дай мне уйти.
— Зачем же ты пришла? — сухие губы коснулись скулы и я дёрнулась.
— Я… меня… — мысли путались и я не могла вспомнить, зачем здесь оказалась. — Перестань…
— Я ещё не начинал, — мужчина обхватил мои ягодицы и стиснул до сладкой боли. — Скучала без меня? Ревновала?
— Кин…
— Скажи, что ты не спала с Заком, — неожиданно зло прорычал джинн и, скорее от неожиданности, я мотнула головой. — Вслух.
— Нет.
— Он не касался тебя… так, — он расстегнул молнию на джинсах и сильные пальцы…
— Нет, — очнувшись, я забилась пойманной птицей, но оказалась прижатой к стене.
Джинн не обращал внимания на мои попытки освободиться и скользнул под кружево белья.
— Ты такая сладкая, милая, — шептал он исступленно, склонившись и увлечённо прикусывая мою шею. — Хочу тебя дико. Сейчас же.
— Пошёл ты, — возмущалась я, выгибаясь.
Неожиданно Кинар опустился на колени и потянул мои джинсы вниз, к лодыжкам. Его губы оказались на моём животе и глухое бормотание жгло кожу невероятным наслаждением. Ухватив за шелковистые волосы, я с мучительным стоном потянула его от себя и джинн подчинился, прожигая меня золотистыми глазами.
— Скажи, чтобы я остановился, — грубовато потребовал он, — и я никогда не коснусь тебя больше. Коянусь.
— Гад, — проныла, признавая поражение и освобождая ногу их джинсового плена. — Шантажист.
— Твой, — оскалился мужчина, снимая штанину со второй ноги.
— Мой… — одно лишь слово кружило голову и рождало мечты, которым не суждено сбыться. — Мой гад.
Закинув меня на плечо, Кинар звонко шлепнул по голой ягодице и через пару мгновений уложил на отломанную спинку дивана. Он стоял надо мной, не отводя сияющего взгляда, и рывками снимал одежду.
От накативших эмоций я заскулила, сжимая колени и царапая велюровую обивку.
— Останься со мной, Лана, — низко проворчал джинн. Протянув дрожащую ладонь, я ухватила его пальцы и потянула на себя.
Пусть один раз, но он будет со мной. А потом… если не разъяснит всё — прибью гада.
Он опустился, разведя мои ноги и размещаясь между бёдер. Широкими движениями он ласкал мой живот, сжимал грудь, сминая между пальцами соски.
— Давай же, — взмолилась я, подаваясь к мужчине, и он опустился на меня, опираясь локтями по сторонам от моей головы.
— Скажи, чего ты хочешь? — он качнулся вверх, скользя длинным членом по моим влажным складкам и размазывая смазку по животу.
— Тебя, — выдохнула я.
— Как? — он качнулся вниз, потираясь пульсирующей плотью о мою, задевая клитор.
— Внутри, — просипела я, впиваясь пальцами в его бока.
— Часто? — мужчина замер, упираясь головкой во вход в лоно.
— Кин…
— Как часто? — прорычал он.
— Всегда, — задрожала я от нетерпения.
Он вновь качнулся вверх, вырывая из меня рваный выдох и его губы коснулись моих.
— Я не спал с ней. Она мне никто, — он говорил отрывисто и уверенно. — Ты моя женщина. Услышь меня, наконец.
— Кин… — от его слов я замерла.
— А сейчас я тебя трахну. Так, как я хочу.
Ухватив меня за щиколотки, он поднял их высоко и развёл широко в стороны. Под оценивающим взглядом я плавилась и хныкала. Ровно до тех пор, пока джинн не толкнулся в меня и медленно протиснулся в тугое лоно.
— Идеальная, — прохрипел он и начал вбиваться в меня, выходя полностью и возвращаясь с силой, ударяясь тяжёлыми яйцами по моим ягодицам.
Сдавленно вскрикивая, я встречала каждое его движение, понимая, что никогда не буду сыта этим мужчиной. Он склонился ниже, меняя угол проникновения и закидывая ноги на свои плечи. Теперь я уже кричала, умоляя не останавливаться и дать мне всё. Острые клыки царапали мои лодыжки, пальцы сминали грудь и пылающие глаза завораживали.
Разве было важно, что под обломками мебели хрустели осколки, а за дверями дома наверняка собралась толпа жителей?
Я любила его. Любила. И кроме этого всё остальное стало неважным.
— Я тебя… — удовольствие скрутило меня с такой силой, что тело перестало мне подчиняться. Выгибаясь и хватаясь за сильные руки, я твердила его имя, как заклинание. В порыве страсти изогнулась и укусила его предплечье… во рту появился медный вкус крови.
Вечность спустя я стала слышать своё сердце. Оно билось гулко и часто.
— Самая горячая ведьма в мире досталась мне. Я счастливчик, — Кинар улыбался, смахивая с моего лица спутанные волосы. Собираясь ответить, я открыла рот и получила настойчивый поцелуй. Джинн смаковал мои губы, тихо порыкивая на мои попытки взять инициативу на себя.
— Я знаю, что веду себя неправильно, — хрипло признался Кинар, слегка отстранившись. — Я не умею быть слабым и совершенно точно не был готов к такой как ты.
— Какой? — осторожно спросила я.
— Умопомрачительной. Роскошной. Сильной, — подушечкой пальца он обвёл мои губы. — Прости, милая. Мне было так… невыносимо стать зависимым от тебя. Но уже поздно. Я весь твой. Когда я увидел тебя с Заком… — его зрачки заполнили золотистую радужку.
— Ревнуешь? — надежда колыхалась под кожей.
— Сильно, — перед ответом он даже зажмурился.
— И я ревную, — прошептав, уткнулась ему с изгиб шеи и плеча. — Знаю, что между нами нет… любви, но я хочу верности. Только ты и я. И никого кроме.
— Согласен, — отозвался он мрачно. — Зак будет против? Он предложил отношения? Я его прибью.
— Мне кажется… точнее, я уверена, он дразнил тебя, — решила признаться.
— А ты подыграла? — удивление было таким искренним, что я едва сдержала смех.
— Я же ведьма.
— Прежде всего, ты девушка, — возразил любовник, очерчивая ладонью мою грудь. — Такую нельзя упускать.
— Запрёшь в лампе? — тоскливо поинтересовалась я.
— Выходи за меня замуж, — сказал, как прыгнул, — по своим, ведьминским законам.
— Я?
— Ты.
— Кинар… — опешив, я даже дышать перестала.
— Я не запру тебя. Отпущу, если захочешь уйти и потеряю огонь. Мне он не нужен, если ты будешь несчастной, — джинн тщательно выговаривал каждое слово и верил в то, что говорил. — Но сделаю всё, чтобы ты захотела остаться со мной, быть моей. У меня есть средства. Я умею готовить мясо. Буду греть тебя ночами и терпеть твои капризы. Я смогу стать хорошим мужем.
— Думаешь, у нас получится? — едва слышно уточнила я, не веря в происходящее.
— Уверен.
— Нас не поймут. Осудят.
— Не посмеют, — джинн полыхнул, обнимая меня ласковым пламенем. — Никто на тебя не посмотрит косо. Если они не поймут, какая ты замечательная, мы создадим другой клан.
— Ты привык к своим ребятам…
— Но они не заменят тебя, — мужчина снова коснулся губами моего рта. — Ты ищешь причины сказать мне "нет"?
— Не хочу, чтобы ты жалел потом.
— Только если ты откажешь.
— Ты мне должен всё рассказать.
— Знаю.
— Никаких секретов и я не прощу лжи.
— Её не будет. Обещаю…
Он был так убедителен… когда перевернул меня на живот и вновь вошёл во влажное лоно. Я пыталась сопротивляться… встав на колени и прогнувшись в пояснице, подаваясь на каждое его проникновение и вскрикивая от восторга, граничащего с безумием. Он вколачивался в меня в убыстряющемся ритме, все сильнее стискивая бёдра и наверняка оставляя отметины на коже. Я встретила оргазм с сиплым криком, дрожа и всхлипывая. Кинар ухватил меня за волосы и вздёрнул, наверх, прижимая спиной к своему животу.
— Моя?
— Д…да, — сдалась я.
— Моя, — зарычал он, вонзая клыки мне в плечо, прокусывая кожу и вздрагивая всем телом. Он выплеснулся своим удовольствием глубоко внутри меня и заворчал, ощущая, как я сжимаюсь в новом наслаждении, прокатившимся по венам и замирающем в самом низу живота.