Душа ночи

Глава 47

Очнулась я на узкой кушетке на тонком матрасе в маленькой комнатке в полицейском участке. В воздухе вились пылинки, пересекая косые лучи солнца. Поднявшись, ойкнула от боли в голове и нащупала под волосами приличную шишку. Также на запястьях я обнаружила браслеты, которые блокировали мои возможности и содрогнувшись коснулась пальцами ошейника, который делал меня совершенно беспомощной. Похожий был на мне много лет назад, когда люди рвали моё тело.

В груди зародилось рычание и, хватая раскалившийся воздух ртом, я никак не могла успокоить Аями мечущуюся в моём теле. Она пыталась вырваться наружу и не могла. Обхватив себя руками, я взвыла и неожиданно мысленно услышала похожий звук. Вторая душа тоже ощутила его и замерла в тревожном ожидании.

— Милана? — в двери открылось окошко, и показалось настороженное лицо шерифа. — Не дёргайся и больно не будет.

Только сейчас я поняла, что мои метания привели к тому, что под браслетами темнели ожоги. На шее пульсировала свежая рана.

— Что вы делаете? — всхлипнула я. — Так нельзя. Без суда…

— Тебя застали на месте преступления. Ты горела!

— Так нельзя, — я обняла себя, качая головой. — Ты же знаешь меня. Неужели думаешь…

— Скоро соберётся совет и мы решим…

Раздался шум и окошко с лязгом захлопнулось. Я попыталась понять, что происходит, но казалась себе неполноценной, полагаясь только на слух.

Внезапно в коридоре раздался дикий рёв и я вскрикнула от неожиданности и странного волнения. Прижавшись спиной к стене, я судорожно теребила браслеты и пыталась успокоить вторую душу.

Грохот заставил меня застыть и распахнувшаяся дверь вскрикнуть от накатившего страха. Не сумев справиться с накатившей паникой, я забилась в угол, прикрывшись руками. Перед глазами стояли образы давно прошедшего, но часто мучающего меня в кошмарных снах.

— Не надо… не надо, — бормотала я, уже ничего не слыша от грохота сердца.

Горячие руки обхватили меня за плечи и подняли, ставя на ноги. Зажмурившись, я не решалась открыть глаз, понимая, что это глупо. Неожиданно успокоившаяся Аями заставила вдохнуть и ощутить знакомый аромат.

— Кин? — шепнула я, боясь ошибиться.

— Тебя обидели? Били? — отрывисто спрашивал он и, обхватив затылок, сдержанно выругался. — Кто тебя ударил?

— Ты заберёшь меня отсюда?

— Ещё бы, — подхватив меня на руки, джинн понёс меня на выход. — Когда ты научишься слушать меня, глупая?

Прильнув к его груди, я дышала глубоко, надеясь не разрыдаться. Сейчас я готова была согласиться с любым его ультиматумом, даже самым абсурдным. Хорошо, что он не умеет читать мысли.

— Вы не можете! — истерично кричал шериф. — Она подозреваемая!

— Гарантирую, что она будет под домашним арестом до разбирательства, — Кинар говорил уверенно и я не удержалась и уткнулась в его грудь лицом. — Я даю своё слово, что ведьма не сбежит от суда.

Слово джинна. Теперь я не смогу отмахнуться от его контроля. Не смогу подвести его.

Он занёс меня в машину и захлопнул дверцу, отрезая от внешнего мира. Только тут я открыла глаза. Мы были одни. Как только мужчина занял место водителя, автомобиль сорвался с места. Я сидела оглушенная происходящим и всё ещё не осознавшая, что произошло. Мы вырвались из посёлка и гнали по дороге в обратную от реки сторону.

— Куда ты меня везёшь? — спросила я едва слышно и джинн скривился.

— Ты не будешь участвовать в этом, — прохрипел он.

— Что?

— Твой… друг вывезет тебя из города и…

— Ты чего удумал? — наконец поняла я. — Ты дал слово!

— Я не уследил.

— Ты считаешь меня виновной! — закричала я исступленно и ударила его в плечо. — Гад! Ты считаешь меня убийцей!

— Тобой манипулировали…

— Останови! — он не слушал меня и я заорала от боли под дымящимися оковами, пытаясь выпустить новую силу.

Машина резко вильнула и остановилась. Меня швырнуло вперёд и только ремень безопасности, врезавшийся в грудь, оставил меня на сиденье.

Кинар схватил мои руки и словно бумагу сорвал браслеты. Пока я отходила от шока, он проделал тоже самое с ошейником.

— Они убьют тебя. Я никак не могу допустить этого и…

— Я не делала этого.

— Я был на той поляне, — его глаза были полны страдания. — Там всё пропитано твоей силой.

— Кин, — ухватив его ладони, прижала их к губам. — Поверь в меня, прошу.

— Ты могла сделать это не сама. Вчера я видел в тебе что-то чужое, — мужчина обвёл подушечкой пальца мои губы. — Ты была одержима. Кто-то контролировал тебя…

Он дал слово. И нарушив его, станет проклят. Этого допустить я просто не могла. Не так я хотела уйти из его жизни. Не оставив его умирать от проклятья.

— Милый, — я перебралась на жёсткие колени, упираясь спиной в руль и заставляя его смотреть прямо в мои глаза. — Может я прошу слишком много, возможно ты не знаешь меня и привык полагаться только на себя, но сейчас мне очень нужно, чтобы ты мне поверил, — кожа под моими ладонями была слишком горячей. — Я не делала этого. Ни я, ни та, кого ты видел вчера.

— Ты не можешь знать наверняка, — упрямо заявил он.

— Могу. Просто поверь мне. Прошу, — я мягко поцеловала его сжатые губы. — Я не обманываю тебя.

— Значит, заблуждаешься.

— Не отпускай меня, милый, — решила я разыграть последнюю карту. — Не хочу уезжать от тебя. Поверь в меня. Мы справимся.

— Лана…

— Если нужно… — я закусила губу, решаясь на самый сложный шаг в жизни, — можешь посмотреть моё сознание сам и убедиться.

— Я обещал так не делать, — мрачно отозвался он, точно поняв, что я испытываю. — После этого между нами всё станет… иначе. Я смогу узнать твои тайны и забытые…

— Если не будет другого выхода, — я склонилась к его рту, ловя раскаленное дыхание, — ты сделаешь это со мной. Я покажу тебе всё.

— Я могу найти виновных до того как… буду проклят.

— А я не хочу рисковать, — на дорогом лице мелькнула странная эмоция, которую я не могла распознать.

— Мной? Или нами?

— Ты мне дорог, — избежала я ответа и прижалась к его сухим губам своими.

Он поцеловал меня исступленно и жадно. Ладони по-хозяйски забрались под футболку и сжали ноющую грудь. Я выгнулась, надавливая спиной на клаксон, и гудок разрезал полуденную тишину.

— Не умеешь ты делать все тихо, — ухмыльнулся любовник и нехотя одёрнул на мне одежду. — Что мне с тобой делать?

Я прильнула к нему и зажмурилась, млея от исходящего тепла.

— Ты голоден? — с грустью спросила, боясь разрушить возникшую светлую атмосферу.

— Позавтракаем дома.

— Я о другом, — пальцем нежно коснулась хрящика его уха. — Ты давно… меня не…

— …не трахал, — тяжело выдохнул Кинар, ссаживая меня с колен. — Давай не будем устраивать шоу для проезжающих. Потерпи немного.

— Конечно, — я вновь пристегнулась и обхватила себя руками. Солнце скатилось к самому горизонту и ветер принёс прохладу. — Спасибо, что пришёл за мной, — наконец произнесла, едва слышно.

— Я не мог иначе. Тебе было страшно и больно, — вывернув на дорогу, мужчина положил ладонь мне на колено. — Ты правда не понимаешь, что значишь для меня.

— Да, всё я знаю, — отвернувшись, шмыгнула носом.

Конечно, он не виноват, что ему нужен секс. И я так удачно оказалась под рукой. Вот только что будет, когда приедет его семья? Наверняка, его пассия не будет в восторге от моего присутствия. Неожиданно я заметила, что мы движемся в сторону города и беспокойно оглянулась.

— Куда мы едем?

— Нам нужно остаться вдвоём и всё обсудить. Не хочу, чтобы снова кто-то помешал, — пальцы неспешно ласкали моё колено. — Снимем номер в гостинице и ты наконец меня выслушаешь.

— Не хочу в город, — при мысли о Валсе, которому доложат о моём присутствии, меня встряхнуло.

— Из-за немёртвого? — догадался Кинар. — Он… дорог тебе?

— Нас многое связывает.

— Но вы не вместе.

— Мы никогда не были вместе, — внутри всё сжалось от нахлынувшей нечаянной обиды. — Но много пережили.

Аями тихо вздохнула внутри и мне почудилась её тоска. Это было удивительно. За столько лет я привыкла не замечать её, не выпускать из-под контроля, но моя попытка закрыться заклятьем от джинна освободила эту часть меня, показала мне, что она никогда не была мне врагом. Валс разделил нас, а Кинар познакомил.

— Ты хочешь быть с ним?

— Я сейчас с тем, с кем хочу быть, — уверенно произнесла я, накрыв его ладонь своей. В моей крови бурлило пламя. Может это был слишком длинный день, наполненный ужасом, кровью и предательством, но близость джинна делала со мной странные вещи. Рядом с ним не было страшно.

— Сверни на ту дорогу, вправо, — попросила я и джинн, не раздумывая, подчинился, отчего мне захотелось его расцеловать. — Примерно через километр есть особое место, где река делает поворот. Там мы устраивает гуляния в особые дни. Хочу туда.

Как только мы оказались там, мужчина вышел наружу и потянулся. Невольно любуясь разворотом широких плеч, я заставила себя отвернуться и пошла к обрыву. В сгущающихся сумерках открывался роскошный вид. До самого горизонта раскинулся лес, под откосом шумела вода и где-то очень далеко взвыл волк. Мне слышалась грусть в одинокой песне хищника.

— У вас тут есть неучтёные перевёртыши, — заявил Кинар.

— Уверен?

— Это не животное, точно. Я такие вещи различаю.

— Такой может быть опасным, — поёжилась я, уже не ощущая тепла.

Мужчина обнял меня со спины, прижав к себе крепко и устроив подбородок на макушке.

— Не бойся. Он не подойдёт к нам. Инстинкты не позволят.

— Но я ведь не послушала свои, когда встретила тебя, — я закинула руки наверх, обвив его шею. — И ведь поняла, что вы опасны. Ты особенно.

— Я помню, как ты смотрела на меня. Будто не замечала больше никого.

— Ты напомнил мне древнего Бога, — призналась я, прикрыв глаза.

— А ты была ошеломительной.

— Ты чуть не убил меня, — хотелось возмутиться больше, но талантливые пальцы, вычерчивающие странные узоры на моём животе отвлекали.

— Я идиот, — горячие губы коснулись моей шеи. — Чуть не лишился…

Тут я вспомнила, кто мы на самом деле друг другу и с сожалением освободилась от его объятий. От прохлады кожа покрылась мурашками.

— Тут есть хворост и поленница под навесом, — я отошла к разложенным брёвнам вокруг места для костра. — У тебя есть спички?

— Шутишь? — развеселился джинн и вспыхнул.

Упасть на колени мне помешал здравый смысл. Кинар был прекрасен в истинной ипостаси. Раздавшийся в плечах, ставший выше, со смуглой кожей расчерченной огненными письменами, с когтями, венчающими пальцы — он сиял. В его глазах плескалась расплавленная бронза, а губы, изогнувшиеся в греховной ухмылке, обнажили белоснежные клыки.

— Ты сейчас снова это делаешь?

— Что именно? — хрипло отозвалась я.

— Смотришь на меня, как на Бога.

— Гад, — наконец избавившись от ступора, я прошла мимо джинна к месту костра. — Зажги.

Мужчина коснулся дров и они зашипели. Влажная древесина источала дым и трещала. Кинар подошёл ко мне и присел рядом.

— Ты не сожжёшь меня?

— Я хозяин своего пламени, — ладонь коснулась моей щеки, пальцы зарылись в волосы и оттянули голову назад. — Тебя оно не тронет.

— Согреешь?

— Замерзла? — с надеждой спросил он.

— Хочу тебя такого… настоящего, — пробормотала я восторженно, стаскивая с себя футболку.

— А ты? — я застыла. — Хочу увидеть тебя… как на той поляне…

Только я собиралась сказать, что не могу сейчас измениться, как по телу пробежала дрожь и оно приняло истинную форму. Я даже зарычала от наслаждения.

— Красавица, — зашипел джинн, целуя мои губы и обводя языком клыки.

Ощутив прилив сил, я толкнула его на траву и уселась поверх крепких бёдер. В первые мгновенья, мужчина хотел столкнуть меня, но я легла на него потёрлась о напряженный пах.

— Позволь мне, — попросила, пробираясь под ремень его штанов и получила в ответ яростный взгляд, — миииилый.

— Быстрее, — приказал он, взрывая землю когтями.

Оценив, что он позволяет мне вести, я почти замурчала от восторга. Моя сущность воспринимала это как капитуляцию более сильного хищника. Моего хищника. Кинар замер и не сводил с меня зачарованных глаз.

— Мне нравится тебе нравиться, — приговаривала я, обнажая его пылающую кожу. Его огонь действительно не обжигал и я лизнула странную сияющую букву над выемкой его пупка. Зажмурившись от терпкого вкуса его кожи, я прислушивалась к своим ощущениям. Моя вторая душа затаилась в тени первой, но ей не нравился Кинар. По её мнению, он был слишком сильный и мог мне навредить. — Скажи, что ты не причинишь мне вреда, — попросила я, боясь, что моя своенравная половина вырвется из-под контроля.

— Девочка. Доверься мне, — прохрипел джинн и внезапно приподнял меня и швырнул… в костёр.