Дракон, заживо погребенный

30.

Я сидела в своей комнате у окна, подперев подбородок ладонью, и смотрела на пыль, что высоко клубилась позади кареты, которая мчалась, по-видимому, к нам.

Я вздрогнула. Надеюсь, не очередные кредиторы, которым ранее задолжал мой старший брат.

Он у нас был еще тот игрок. Но после последнего раза, когда проиграл огромное количество золотых, его увезли. В неизвестном направлении, и хотя отец кое-как, да набрал нужную сумму, его не вернули.

И после этого отец сильно сдал. Стал чаще запираться у себя в кабинете, стал молчалив.

А еще, мне кажется, он так и не смог простить мать. Когда узнал о всех ее злодеяньях. Он ведь даже ни разу ее не навещал в императорском остроге.

Я же раз в месяц ходила и приносила ей теплые вещи и кое-какую еду. А я ведь тоже перестала общаться с соседями, потому что те стали сторониться меня и называть – дочерью каторжницы и убийцы.

Я громко вздохнула.

В комнате пахло лавандой и сушеными травами – последние пару месяцев я сама была не своя. И чтобы как-то избавиться от грустных дум и от воспоминаний, стала собирать и сушить травы. И раскладывать по углам.

И этот ненавязчивый запах напоминал мне о нем… О моем герцоге.

Прошло столько дней, а боль в груди все еще жгла, словно огонь, растекаясь по венам. Я помнила его, как сейчас: высокий, статный, с черными длинными волосами…

А еще, как он был сдержан и холоден, когда мы в последний раз виделись с ним. Возле высокого дерева. Он тогда сорвался куда-то и оставил меня одну.

Даже толком не попрощался. Не посмотрел на меня, ничего не сказал. И эта обида до сих пор жгла мое сердце.

Наивная дурочка, вообразила, что его тянет ко мне. Надумала, что это влюбленность. А это скорее всего был обычный мужской интерес. К женскому телу.

И наверное, когда вернулся, удовлетворил его с другой служанкой, напрочь забыв обо мне.

Я вздохнула, и на запотевшем стекле окна образовался маленький кружочек. Я подняла руку и пальцем аккуратно начертила «К». Инициалы его имени.

Как же мне без него было грустно! Грустно оттого, что взял и ушел, оставив после себя лишь осколки надежд и несбывшихся женских мечтаний.

Но среди этой горечи было то, что согревало мне душу холодными и промозглыми ночами – наш первый случайный поцелуй.

Это случилось в его фамильном склепе. Он наклонился ко мне, и я увидела в его глазах нежность и страсть, которую никогда не забуду. Его губы были мягкими и горячими, а поцелуй таким волнующим, что у меня вновь при воспоминании перехватило дыхание. Я провела рукой по нижней губе…

Я никогда раньше не целовалась. Ни до него. Ни после. И как бы сейчас мне хотелось бы вновь почувствовать его губы на своих устах…

- Леди Алиса, вашему батюшке стало плохо. Приехал незнакомец и что-то…

Но я вошедшую без стука служанку дальше не слушала. Набросила на плечи платок и побежала к отцу.

Только этого не хватало, чтобы у него в очередной раз прихватило сердце. Если окажется, что это кредитор, возьму кочергу, и пригрожу, что побью, если не уберется! Сколько можно! Отец продал все, что у нас было, кроме нашего дома. Больше ничего нет!

И только я вошла в гостиную и бросилась к батюшке, как он странно на меня посмотрел. И произнес каким-то подозрительным голосом:

- Старшая моя дочь. Алиса Рочестер.

Я обернулась и замерла. Передо мной стоял герцог. Немного осунувшийся, но все такой-же милый, родной. Мы некоторое время стояли вдвоем в замешательстве. А затем он встал на колено и произнес:

- Алиса, выходи за меня замуж! Я понимаю, что я стар для тебя, разучился правильно изъясняться в любви, но обещаю, если дашь шанс, постараюсь исправиться. Прости, что поздно понял, как ты мне нужна, как без тебя стало пусто. Засыпая и просыпаясь, я представляю тебя. И хочу, чтобы ты была не просто видением, а моей настоящей и законной женой.

На этих словах мой отец закашлялся. Я подняла на него взгляд – он одобряюще кивнул. Надо же, отец впервые одобрил кандидатуру моего жениха. А мое сердце одобрило его еще раньше.

Поэтому я не стала тянуть. Улыбнулась и ответила «Да». И второй раз в своей жизни поцеловалась.