Materia Prima-1. Добавь Яркости

Глава 23 Добавь яркости

Я наклонился к старику и внимательно его осмотрел. Дыхание прерывистое, но глубокое, внешних ран не вижу, только разбитый нос и губы. На лице живого места нет, задрал рубаху и увидел одну сплошную гематому.

— Крепко тебя, — сухо произнес я.

— И похуже бывало, — улыбнулся старик.

— Ты потерял много крови.

— Да разве же это кровь в моем-то возрасте? Так, водица одна, вот и хлещет, не остановишь. А ты все-таки сдержал слово, вернулся.

— Угу, — кивнул я. — Лихой?

— Ну а кто ж еще. Сначала тихий был, а потом как за вашу смерть всем штраф накинули, так и озверел.

— Понятно, — произнес я.

Обычно, когда мой разум в критической ситуации мог принимать холодные и взвешенные решения, я мысленно благодарил за это Четверга. Но в этот раз нутром чувствовал, мое спокойствие — оно только мое собственное.

— Раз ты лежишь тут, то он внутри.

— Да.

Я медленно вытянул цепь из-под рукава и намотал ее сначала на один, затем на другой кулак. Так, чтобы между руками оставалось достаточно длины для размашистых ударов. Проверил кинжал, но тот прочно сидел, примотанный к предплечью.

— Нила, голубушка, подними старика, очень хочется на это посмотреть, — Соломон улыбнулся во весь рот, в котором явно стало меньше зубов с нашей последней встречи.

В жилмодуле было мало народу, смена вот-вот закончится. Но тем не менее я насчитал с десяток прогульщиков, из которых больше половины новых лиц. Похоже, где-то недавно прошел удачный рейд за стены.

В дальнем конце знакомая компания. Лихой и его братки. В этот раз их почему-то всего трое, неужели остальные тоже работают?

Я шел медленно, не торопясь. Меня заметили, всполошились, бросились куда-то в уголок. Что-то заскрежетало, зазвенело. Через мгновение вся четверка вновь показалась, держа в руках железные трубы от кроватной рамы.

Ну-ну.

— Четверг, не отрубай болевые эффекты без крайней необходимости. Хочу кое-что проверить.

— Тратить ресурсы на такую шваль — это расточительство, босс.

— Надо знать свои лимиты.

Вперед вышел здоровяк, который был правой рукой Лихого. Бросился на меня и нанес удар. Железная труба налетела на мою руку, словно на камень. Боль есть, ощутимая, но терпимая.

— Один удар, — произнес я. — Даю тебе еще одну попытку.

Опустил руку и приготовился. Несмотря на ужас в глазах мужика, он все-таки замахнулся и от души прописал мне трубой аккурат в висок. Голова дернулась, но не более.

Ясно. Если оружие или противник не насыщены эйбом, то угрозу представляют минимальную. Четверг подтвердил, что будет синяк, но сотрясения удалось избежать. Ну да, было бы странно сдохнуть от удара куском кровати. И это после того, как мною чуть не проломили стену, голову вбили в землю, а потом еще и расстреляли.

— Слабо, — резюмировал я спокойным тоном, глядя в глаза здоровяка.

В них я уже увидел не страх, а подступающее безумие. Мужик бросил трубу и с диким воплем рванул в сторону выхода.

Не успел. Цепь обвилась вокруг его груди, рывок через бедро и я бросаю его так, что тело мужика пролетает над головами остальных, пока с грохотом не бьется о стену, а затем падает на пол. Что-то там хрустнуло, но мне было плевать. Я предупреждал, что спрошу с него лично, я сдержал слово.

Дальше размусоливать не стал. Я двигался короткими стремительными рывками, так что обычный необученный человек был не в состоянии уследить и среагировать на мои движения.

Сближение, рывок за спину, подсечка, ноги взлетают к потолку, удар локтем, тело вбивает в пол. Следующий, рывок, два отрывистых удара, подручный поплыл, пятится назад, разбрасываясь зубами.

Смещение к третьему, удар под дых, пригнуться, пропуская трубу над головой, накинуть цепи, рывок. Один крысеныш влетает в другого, оба валятся и кубарем катятся по полу.

Поворачиваюсь к Лихому. Один на один. Эйба в нем с одного погружения, равномерно размазано по всему телу. Несерьезная концентрация. Он замахивается для удара, отбиваю трубу цепью, отвожу в сторону, рывок и удар лбом в переносицу. Плавное движение рукой и труба вылетает из его рук, а сам Лихой падает на пятую точку и в ужасе пытается отползти подальше, да только куда уж дальше, и так в угол зажался.

— Ничему ты не учишься, — произнес я, присаживаясь на корточки, чтобы наши глаза оказались примерно на одном уровне. — Я ведь сказал, что вернусь.

— Прости, прости, я все понял, правда, правда, — затараторил тот.

— Т-с-с, — приложил я палец к губам. — Ты моя сучка, забыл? Тебе не положено открывать рот, пока я не разрешу.

С волками жить — выть в три раза сильней, чем по жизни. А я понимал, что скоро или сдохну, или свалю из этого гадюшника. А вот Нила и Соломон останутся. Так что на этот раз пришлось вдолбить урок более основательно.

Да, проще было бы решить проблему кардинально. И дело даже не в том, что мясо должно оставаться работоспособным, а убийство здесь карается смертью. Правила пишут для рабов, а остальные исполняют их кто как хочет, это я уже понял.

Я отказался от этих навязанных установок еще в моменте, когда мне на шею попытались навесить какой-то мифический долг и проценты. Отказался играть по их правилам.

Но до хладнокровного убийства я все еще не дошел. Будь это Фас или Ред — матерые наемники, готовые убивать рабов без перерыва на обед — одно дело. А этот… Мясо, еле-еле забравшееся на полступеньки выше и отчаянно пытающееся на ней удержаться.

У меня нет к нему ненависти, только жалость. Как к мусору.

И как положено поступать с мусором, я выбросил его из дома. Весь. Потом придут везунчики и если быстренько тут все приберут, то отделаются всего четырьмя зубами каждый. Ровно столько Четверг не досчитал у Соломона.

В итоге мы вновь сидели в уголке жилмодуля, где откармливали добродушного дедулю. Только в этот раз не галетами и серой массой с запахом паштета, а нормальной едой, которую успели распихать по карманам.

Соломон молодец, не унывает. И, несмотря на возраст и тяжкую жизнь, остается добрым человеком в мире, где убивают и за меньшее. Я даже не знаю, восхищаюсь я им или завидую.

Пока дедуля выедал из хлеба мякишь, а Нила с упоением рассказывала ему о всех ужасах, что нам пришлось пережить в глубине, я сам не заметил, как сознание начало отключаться, погружаясь в сон.

Да, я все еще не до конца восстановился после глубины и любая активность быстро выматывала. Так что я позволил себе немного подремать, развалившись на койке.

Очнулся от сигнала ИИ.

— Что-то не так, босс. Не могу объяснить, но я чувствую изменения. Мой новый модуль странно себя ведет, воспринимая внешние сигналы.

— Какие сигналы, что ты несешь? Проведи калибровку, почисти логи, свяжи носки шерстяные, что ты до меня-то докопался.

— Босс, я предельно серьезен. Могу тебя током долбануть для убедительности. Внешний сигнал, больше похож на волновые вибрации. Сигнатура отдаленно схожа с импульсами, которые я получил от ключа.

— Какого еще ключа? — никак не мог сообразить я. — Артефакта? Да что с ним может быть не так?

Я потянулся к карману, но тот оказался пуст. Карманы в этих штанах довольно большие, но оба пустые. Посмотрел на стол и сразу увидел полотенце. Его ни с чем не спутаешь, белое пятно на сером фоне.

Похоже, достал вместе с едой, да забыл. Развернул, но ключа внутри не было. Странно.

— Босс, вибрации отдаляются. Похоже на команды, но на другой частоте. Не могу объяснить, самому оперативки не хватает, чтобы понять.

— Нила, — я толкнул девушку, спящую на соседней койке. — Нила, подъем. Где ключ? Где Соломон?

Спросил, соединил вопросы в голове и сам получил ответ. Минус на минус дали «еп твою ж налево».

Вскочил и выбежал в центр модуля. Никого. Выбежал на улицу, где при виде меня парочка мордоворотов Лихого бросилась врассыпную.

— А ну стоять! — гаркнул я, и те замерли, словно вкопанные. — Старик с золотым ключом? Где⁈

Оба синхронно подняли руки и указали в одну сторону. Я бросился туда, чувствуя, что вот-вот произойдет что-то ужасное. Нутром чуял.

И как будто бы в тон моим мыслям взвыла городская сирена. Буквально через пару секунд вдалеке раздались первые выстрелы. Очень далеко, я даже не уверен, что это в черте города. Но это точно были выстрелы. После крайнего рана я теперь хорошо знаю, как звучат выстрелы, спасибо Фасу.

Через мгновение стало ясно, в кого стреляли. Буквально мне на голову грохнулся громадный монстр, похожий на птеродактиля, только с пастью, как у ящера. Спасло то, что все улицы прикрыты железными балками с натянутой сеткой.

И тем не менее, тварь ударилась с такой силой, что конструкция над головой жалобно заскрипела и прогнулась, сеть порвалась в одном месте и вниз пролезла когтистая лапа. Увернувшись от преждевременного скальпирования, я рванул дальше.

Чуть впереди приземлился еще один похожий монстр, но в этот раз он упал, как мешок мяса. Пару раз дернулся в сетях и затих. Пробегая мимо, я заметил множество пулевых отверстий в туше твари.

Кстати говоря, оба монстра были насыщены эйбом, но концентрация совсем маленькая, сравнима с человеком, впервые зашедшим в глубину.

Только вот мы не в глубине.

Пробежав еще пару мелких улиц, я лишь убедился в верности догадки. Отворотов тут хватало, но я был уверен, что знаю, куда направился Соломон. Ключ, который ведет человека к выходу. А в Дельта-Четыре был только один выход, подходящий под описание. Бассейн перехода в глубину.

— Внимание! — верещали динамики. — Угроза внешнего прорыва. Всем смотрителям, наемникам, дайверам, немедленно прибыть к стенам для отражения угрозы. Это боевая тревога! Повторяю, угроза внешнего прорыва. Всем…

Запись крутилась по кругу и лилась из каждого утюга. Внешний прорыв, значит монстры вокруг города пошли на штурм? Не об этих ли командах говорил Четверг? Ключ притягивает местных тварей.

Завернув за угол, увидел спину старика. Тот медленно брел вперед, словно завороженный.

— Соломон! Стой, блин.

Я попытался нагнать старика, но тут из-за угла вылетел вопящий мужик. На нем повисло сразу с десяток жирных крыс, а одна вцепилась прямо в лицо. Вопя от боли и ужаса он запнулся и растянулся прямо посреди улицы, после чего начал вертеться из стороны в сторону.

Пришлось перепрыгивать, потому что тут и так тесно из-за повсеместного мусора. Попутно сбил с него пару крыс, отправив их покорять новые небесные горизонты. До первой балки.

И тут же сверху о перекладину ударилось очередное тело. Монстр напоминал жирную змею с крыльями. Та извивалась, пытаясь найти щель, чтобы пролезть. И нашла, зависнув прямо над улицей. Принялась высматривать подходящую добычу.

Пришлось сделать взмах кинжалом, чтобы у твари был лучший угол обзора. Пробегая мимо, пнул срезанную голову в ближайшую гору мусора, а то отрезанный кусок все еще продолжал извиваться и хлопать пастью.

— Соломон, — попытался я нагнать деда, как тот уже вышел на главную площадь нижнего города.

Мне потребовалось несколько долгих секунд, чтобы прорваться туда, но стоило выбраться из тесных переулков, как прямо перед носом пронеслась стая из пяти собак. Эти хотя бы без щупалец, но тоже мутанты.

Похожи на тех, что я видел в сортировочном цеху, когда стоял на разделке туш. Некоторые двигались на лишних лапах, у некоторых два хвоста или какие-нибудь асимметричные наросты. Твари меня то ли проигнорировали, то ли просто не заметили. Они гнались за смотрителем, который пятился, но продолжал отстреливаться. Не помогло, псин было слишком много.

Я воспользовался тем, что тварям на меня все равно и бросился за Соломоном. В центре над фонтаном в куполе имелось отверстие, сделанное непонятно для чего. И его уже облепило несколько летающих монстров, которые прямо сейчас забирались внутрь.

Я на вскидку насчитал не меньше двух десятков смотрителей, отстреливающих тварей. А вход в здание администрации защищали дайверы, судя по разномастной одежде и эйб-аурам. Среди них я заметил и одну знакомую рожу. Фас стоял чуть позади и вел прицельный огонь из револьвера.

Дайверы были в обычной одежде, почти ни у кого не было брони, некоторые и вовсе оказались безоружны. Похоже, нападение застало их врасплох, а сами они в это время находились в административном здании.

Тут же нашелся и знакомый жирный ублюдок в заляпанном халате. Симба стоял в дверях и орал команды, но сам в бой не вступал. А я мимоходом отметил, что сам по себе он был очень сильным спиритом. Пожалуй, такой яркой ауры мне еще не доводилось видеть ни у кого.

А еще я заметил, что монстры не атакуют Соломона. Старик как брел себе неспешно, не обращая ни на кого внимания, так и бредет. Наоборот, монстры будто его защищают, прикрывают собственными телами.

Я бросился за ним. Надо остановить, выбить ключ и быстро увести обратно. Всего за пару минут от обороны центра практически ничего не осталось. Твари не пытались кого-то сожрать или утащить. Просто убивали. А я уже уяснил, что такое поведение для хищников нехарактерно.

Остатки смотрителей сместились к зданию администрации, так что теперь монстры целенаправленно атаковали именно это место. Среди дайверов также уже были потери.

Я почти нагнал старика, как на нас обратил внимание Симба. Жирная тварь. Я видел, как он поднял руку и что-то прокричал, указывая пальцем то ли на меня, то ли на Соломона. И тут меня увидел Фас.

Наши взгляды встретились, я увидел, как в его глазах проступает сначала удивление, как оно сменяется ненавистью и гневом, но в итоге перерастает в хищное предвкушение.

Он начинает стрелять, но огромный птар загораживает ему обзор и принимает урон на себя. Монстра быстро приканчивают парни с мечами, Фас приближается, пытаясь выйти на линию стрельбы, прицеливается, но его пихает в бок один из смотрителей, которому в горло вцепилась бешеная псина.

Мне удалось нагнать Соломона и схватить его за плечо в тот момент, когда Фас выстрелил. Я почувствовал, как тело старика дернулось под моей рукой, а сам он остановился. Фас прицелился в меня, но револьвер лишь жалобно щелкнул.

Маты наемника, звон пустых гильз, отскакивающих от каменных плит, какофония боя, злобные выкрики Симбы — все осталось на фоне, отошло на второй план, отсеченное невидимой пеленой неважности.

Я подхватил Соломона, прижимающего руку к животу. Сквозь пальцы течет красное. Течет быстро, не остановить. Мерзкая рана.

В одно мгновение я осознал, что это все. Конец для старика, который еще жив, но уже как бы и нет. Он такое не переживет, даже если удастся достать пулю. Не в его состоянии, не в его возрасте. Слишком много крови.

Соломон безвольной куклой осел на землю, я смог лишь помочь ему привалиться спиной к бортику бассейна. А за ним уже вовсю кипела черная материя. Бурлила так, словно предвкушала скорое пиршество. Пелена жаждала получить подношение.

— Я тебя грохнул, выродок, грохну и второй раз!

До моего сознания донесся голос Фаса. Но выбесили меня не его слова, не его рожа, не то, что он сделал, а его тон. Слишком радостный, слишком довольный. Омерзительно довольный.

Я посмотрел в лицо Фаса. Отметил, как тот защелкивает барабан револьвера, как поднимает руку и взводит курок. И при этом с улыбкой смотрит на меня.

Слишком медленно.

Кинжал выпадает из руки, обратный взмах. Оружие описывает большой полукруг и по дуге опускается прямо ему на голову. Фас успевает среагировать и отшатнуться, кинжал летит мимо. Но полный круг сделать не успевает.

Отпускаю цепь и пинаю оружие. Лезвие резко меняет траекторию и выстреливает вперед. На такую атаку ублюдок среагировать уже не успевает. Кинжал влетает ему аккурат в лоб по самую рукоять. От инерции удара наемника отбрасывает назад, так что ноги с вьющейся цепью на мгновение взлетают в небо.

На его падение я уже не смотрел, вернувшись к Соломону. Его взгляд обрел осмысленность, золотой ключ лежал рядом, выпав из ослабевшей руки.

— Я его видел, — шепчет старик. — Он звал меня. Человек-кролик, он говорил со мной. Он ждет по ту сторону зеркала, хочет, чтобы мы его впустили, Рейн.

— Я видел его в глубине, Соломон. Поверь, ничего хорошего от этого существа мы не дождемся.

— Да, да, ты прав, — прохрипел старик. — Сейчас же у нас все хорошо.

Он закряхтел, но я понял, что это был смех. Сам улыбнулся незамысловатой шутке. Огляделся вокруг. Монстры все так же атаковали всех, кто попадался на пути. Выстрелы и взрывы грохотали повсюду, охватив, казалось, весь город.

Но тварей будто бы становилось меньше. И даже возле административного здания спириты сейчас добивали оставшихся. Похоже, не все так страшно, отобьются.

— Убейте этих двоих! — донесся до меня голос Симбы.

С удивлением понял, что он тыкает своим пальцем-сосиской в мою сторону. Что я-то ему сделал?

— Это все они! Они вызвали монстров!

Хрена се заявление. Сильно. Это он своим спиритическим шестым подбородком пришел к такому выводу? Скотина жирная. Жирная и неблагодарная.

Но несмотря на мое внутреннее возмущение, я заметил, как пара наемников выдвинулась в мою сторону. Нас разделял колодец с бурлящей жижей, фонтаны которой вылетали на метр в высоту. Именно из-за нее меня до сих пор не пристрелили — не прицелиться.

Но вот уже пятеро вооруженных спиритов начали обходить бассейн с двух сторон, беря меня в кольцо. Что ж…

— Собственно говоря, — задумчиво произнес я, обращаясь то ли к Соломону, то ли к самому себе. — А какого, собственно, хрена я тут так потею за них?

Мысль странная, но своевременная.

Пинаю ключ и смотрю, как золотой артефакт тонет в черном мареве бассейна. Переход открылся мгновенно. Не как обычно, когда бурление постепенно оседает и прекращается. Нет, мгновенно. Фонтаны просто рухнули и черная материя замерла зеркальной пеленой.

Замерли и наемники, не понимая, что происходит. А затем из зеркала начали подниматься отдельные холмы из материи, будто бы пелена изгибалась с той стороны.

Их было четыре, каждый примерно два метра в высоту. Затем они одновременно опали, оставив вместо себя человеческие фигуры.

Серый костюм, мешковатый, явно на пару размеров больше, чем надо. Фиолетовый широкий галстук, на голове маска от ростовой куклы, только в этот раз панды. Мужчина был очень крупным, настоящий колосс по меркам людей.

Вторым оказался человек в маске кота. Черные приталенные брюки, твидовый пиджак цвета осени, под ним водолазка до горла.

Третьей была девушка, судя по фигуре. Деловой брючный костюм в кремовых тонах, белая блузка, маска волка, в руках плетеная корзинка, накрытая тканью.

Четвертый — уже знакомый мне кролик. В руках старинные антикварные часы на цепочке. Кролик нажал кнопку на них, и все пространство вокруг замедлилось. Люди, монстры, наемники, брыжущий слюной Симба продолжал тыкать в меня пальцем. Все не замерло, но размазалось. Кроме нас.

Вперед вышел кот, оглядел меня с низу вверх, затем словно бы кивнул своим мыслям и вытянул вперед руку в черной перчатке.

— Благодарим за сотрудничество, — донесся голос из-под маски. — Моя визитка. Будете на втором уровне, заходите. У нас там отличный магазин классических костюмов, уверен, вам очень подойдет деловой стиль.

Я рефлекторно протянул руку и коснулся черного матового прямоугольника визитки. На шершавой бумаге не было ни одной надписи. Да и стоило мне ее взять, как визитка рассыпалась хлопьями сажи.

— Обнаружено потенциально вредоносное программное обеспечение. Изолировано до дальнейших распоряжений, — констатировал Четверг.

— Второй уровень, это в каком мире? — задал я вопрос.

— Это в глубине, — кажется в голосе я почувствовал улыбку. — Эта нора куда глубже, чем ты можешь представить. Братец кролик не даст соврать. Хотя он даже половины не видел.

Кот прошел мимо меня, вышел из временного пузыря и замер вместе с остальным миром. Следом за ним прошла волчица. Остановилась, достала из корзинки что-то и протянула мне. Погладила по щеке, словно ребенка, и тоже вышла из пузыря, замерев рядом с котом.

Овсяное печенье с кусочками шоколада. Еще теплое.

Панда просто встал в стойку, ударил огромными перчатками с тяжелыми железными кастетами друг о друга, а затем сорвался с места. Меня на мгновение обдало волной воздуха, и я с удивлением смотрел, как замедлившаяся громадная туша панды обгоняет кота с волчицей.

Из-за замедления то ли времени, то ли восприятия казалось, что панда просто летит, пригнувшись, но на самом деле он двигался широкими шагами, когда периодически обе ноги были оторваны от земли.

— Кто вы такие? — спросил я оставшегося со мной кролика.

Тот обернулся, посмотрел на меня и развернулся обратно. Медленно снял маску, и я увидел выбритый затылок с торчащей в нем миной. Маркировку не успел разобрать, так как маска быстро вернулась на место, но это однозначно была такая же мина, как и у меня.

— Я уже говорил, я такой же как ты. Тот, кого эти выродки не смогли заставить играть по их правилам. Мы одинаковы, лишь с той разницей, что ты еще в самом начале своего пути.

Не знаю о каком пути он говорил, но факт разницы между нами неоспорим. Я говорил, что Симба самый сильный спирит, которого я увидел? Симба сосунок в мире спиритов, потому что мне пришлось отключить энергетическое зрение, когда появилась эта четверка. Я просто не видел ничего за сиянием их аур.

И да, в этот раз я видел ауру кролика. Даже если смотреть на него одного, казалось, что вокруг все утопает в белом сиянии.

И внезапно кролик вытянул руку, из которой вырвался сгусток энергии. Он начал разрастаться, пока не превратился в знакомого фантома, похожего на льва с огненной гривой. Точно такого же, как был в музее. А, нет, того же самого. Вон шрам на боку от атаки лучом.

— Знаешь, что нужно делать, когда мир вокруг становится слишком мрачным? — спросил кролик голосом хищника, вышедшего на охоту.

Все произошло одновременно. Грива льва засияла, раскаляясь, кролик нажал кнопку на часах, время вернуло свой бег, человек-панда реактивным снарядом протаранил ворота в верхний город, из колодца выскочило с десяток собакоподобных тварей.

Лев выстрелил настолько тугим потоком пламени, что когда тот попал в двери здания администрации, то огонь мгновенно вылетел обратно, выбив разом все окна.

— Добавь яркости! — ответил кролик.

Здание вспыхнуло, словно спичечный короб.

Панда врезался в вышку, и следовавшая за ним ударная волна разметала железные укрепления, будто игрушечные. Волчица взмахнула рукой, и десятки собакоподобных тварей бросились в образовавшийся пролом.

Лев продолжал вертеться волчком и выплевывать настоящие огненные кометы, вокруг все взрывалось, огонь моментально перебрасывался на соседние строения, и через мгновение в городе стало светло. Не как днем, а по-настоящему светло.

Сквозь треск пламени, сквозь грохот падающих строений, сквозь скрежет покореженного металла я услышал чистый радостный хохот. Смеялся Соломон, разглядывая творящийся хаос широко открытыми глазами. И я видел в них отблески разгорающегося пожара.

— О, да! — орал старик. — Ради этого дня стоило жить! Не зря, не зря я терпел до последнего. Как же это прекрасно!

— Гори-и-ите! — вторил ему другой голос. Я увидел на краю площади чудоковатую старушку с растрёпанными волосами. — Пылай в последний раз, проклятый город!

Бабушка божий одуванчик то сыпала проклятиями, то безумно хохотала, радуясь огню. Я же понял, что смех и радость Соломона частично перекинулись и на меня. Улыбка тронула уголки губ.

Жалел ли я о случившемся? Нет. В этом городе я не видел ничего хорошего или доброго. Тут не было ни одного человека, который не обозвал бы меня выродком в первые три секунды разговора. Только Нила и Соломон единственные выделялись из общей массы.

За девушку я не переживал, она стала очень сильной, а братии в костюмах явно был интересен лишь верхний город.

Что касается Соломона… Ну, он сам все сказал.

— Ре-е-ейн! — раздался чудовищный душераздирающий вопль.

Я с удивлением обернулся. Это кто тут вспомнил мое имя?

Кролика уже не было, как и остальных из четверки. Из фонтана продолжали вылезать монстры глубины, среди которых я узнал разве что парочку Теневых Псов. Но все они игнорировали нас и бежали сразу в верхнюю часть города.

А вот на фоне пылающего здания администрации стоял Симба. Стоял, выпрямившись во весь рост. От халата остались лишь обгоревшие обрывки, волосы и брови спалило напрочь, кожа красная, как у вареного рака. Но ублюдок все еще был жив и смотрел прямо на меня.

— Ты! — прошипел он. — Я тебя вспомнил, разноглазый выродок. Так ты решил отплатить городу за доброту? Городу, который приютил тебя, дал тебе кров и работу. Сговорился с мутантами? С этими тварями с глубины? Сдохни, выродок!

Я ожидал какой-то магической атаки, выстрела из винтовки, да хотя бы что он просто бросит в меня чем-нибудь. Но вместо этого ублюдок решил действовать наверняка. Единственная атака, от которой нельзя уклониться, которую не получится пережить.

Он что-то нажал на своем браслете, и я почувствовал жужжание в черепе. Вернее, не в черепе, а прямо за ним. Мина в затылке пришла в действие.

— Искажаю сигнал! — завопил Четверг. — Не удержу! Четыре секунды.

Лицо Симбы выражало предельную степень довольства. Байты всемогущие, как же хочется метнуть ему кинжал в рожу, как до этого Фасу. Но не долетит, а если бы и долетел, не факт, что убило бы. Кто этих спиритов знает.

Три секунды. Делаю шаг вперед и полной грудью вдыхаю горячий воздух умирающего города. Пылай, Дельта-Четыре, пылай ярко. Наслаждайся теплом, которого в тебе никогда не было. В этом огне твой воздух больше не кажется кислым.

Две секунды. Две руки, два средних пальца, которые я показываю жирному ублюдку.

— Я вернусь, — шепчу я. — Я всегда возвращаюсь.

Одна секунда. Я падаю в зеркальную пелену перехода. В глубину. В падении успеваю развернуться и бросить последний взгляд на небо над городом. Натянутая пелена низких облаков сияла в отсвете пожаров приятным оранжево-багровым оттенком. Красиво.

Ярко.

Но не достаточно. Нужно еще ярче.

Ярче будет во втором томе: https://author.today/work/554745