Materia Prima-1. Добавь Яркости

Глава 11 Можешь в следующий раз лазеры замутить?

В момент опасности бравые матерые спириты, что весь поход сыпали шуточками и посылали вперед себя рабов, как-то резко утратили боевой дух. Никто не спешил атаковать монстра, хотя тварь находилась в окружении и в самом уязвимом положении.

И тем не менее, все моментально начали пятиться. Отдам должное, первым взял себя в руки Гораций. Хотя правильней будет сказать не взял, а вытянул их вперед. В следующий миг с открытых ладоней командира сорвалась ветвистая молния, ударившая льва в бок.

Монстр взревел и сдвинулся на десяток метров. При этом сам по себе он не шевелился, а словно скользнул по воздуху. Его огненная грива на мгновение вспыхнула особенно ярко, тело развернулось, и чудище бросилось на обидчика. Опять же, это было похоже не на рывок, а скорее на полет.

Между зверем и командиром встал щитовик, но пылающий лев просто прошел прямо сквозь него. Прошел и остановился, будто его атака потеряла заряд. За спиной льва на пол упало обугленное тело.

— Огненный дух, — закричал Гораций. — Франциска, бей. Остальные, отвлеките тварь.

Сам Гораций при этом не стал атаковать, вместо этого он бросился к ближайшему наемнику — тому самому копейщику. Схватил пятящегося мужика и просто бросил его в сторону монстра. Лев поджал лапы, оттолкнулся, и в следующее мгновение его грива вновь вспыхнула.

Дух прошел сквозь вопящего копейщика, оставив от бедолаги одни угольки. Но после этого фигура льва будто замерла прямо в полете и опустилась на пол.

— Промежуток между фазами атаки четыре секунды, убийство человека заканчивает атаку, — подвел итог предварительного анализа Четверг. — Рекомендую использовать тактику «живой щит» для выживания.

Я не стал прислушиваться к советам ИИ, не обладающим инстинктами самосохранения. Поэтому использовал другую тактику под названием «паническое бегство». Свалить подальше, пока бравые дяди сами разберутся. Они же не просто так понтовались своей крутизной, вот пусть теперь на деле докажут, какие все из себя матерые дайверы.

Лев тем временем твердо намеревался прикончить именно Горация. Видимо, молнии были единственным, что могло причинить вред духу, который просто прожигает насквозь остальных бойцов. И что-то их доспехи и напитанное эйбом оружие ничего не могут сделать.

Цветочница попыталась вырастить какой-то алый бутон в ладонях. Не знаю, что этот цветок должен был сделать, но он сгорел вместе с девушкой, когда лев пролетел рядом. Гораций успел ударить молнией еще раз, но лев не попался на одну и ту же атаку и исчез в огненной вспышке, появившись в десяти шагах в стороне. Молния Горация же при этом попала аккурат в раба, который прятался за колонной.

Мужик упал и забился в конвульсиях. Казалось бы, легко отделался, но в следующий миг его голова разлетелась облаком кровавой взвеси. Похоже, от удара молнией коротнуло детонатор в затылке. Значит, эта штука не бутафорная.

И в этот момент свой ход сделала девушка. Все это время она листала книгу, а после этого вытягивала энергию сразу из двух страниц. Но сейчас обе ее ладони окутывал золотистый свет, от которого рябило в глазах.

Выпрямившись во весь рост, девушка выкинула руки вперед, и свет стал тонким золотистым лучом. Луч оставил ровный разрез в полу, протянувшийся от ее ног через весь зал. Прошел сквозь монстра, разрубил стену и часть потолка.

Льву эта атака явно пришлась не по вкусу, из его бока полилось жидкое пламя, стекающее на пол. Чудовище развернулось, краска на маске начала оплывать и трескаться. Я видел, что он готовится к новой атаке, нацелившись на девушку, но та оказалась готова.

В момент прыжка твари она развела руки в стороны, а затем с силой хлопнула в ладоши. Золотистый свет вокруг ее ладоней хоть и заметно ослаб после атаки лучом, но в момент столкновения его остатки взорвались, выпустив вперед широкий конус энергии.

Свет ударил прямо в льва, отчего его атака прервалась, а самого духа отбросило волной. Монстр явно получил серьезный урон, взревел, а его огненная грива начала испускать неровные языки пламени во все стороны.

Дышать становилось все труднее, от жара начала тлеть одежда. Я пригнулся, но это не сильно помогло. В этот момент Гораций ударил молнией в третий раз. Попал, отчего тварь взревела еще сильнее. Командир же при этом упал на колени, из глаз, ушей и носа у него пошла кровь. Кажется, третья атака отняла последние силы.

Книжница, к слову, тоже в ужасе пятилась. Золотое свечение уже спало, так что она оказалась беззащитна. Книга хоть и лежала у ее ног, но почему-то она не торопилась ее использовать повторно. Не может?

Последний живой наемник с криком бросился бежать прямо сквозь пламя. Судя по тому, как в помещение ворвался поток воздуха, ему все-таки удалось добежать до дверей. Женщины в кремовом платье нигде не было видно, может уже сгорела, может сбежала или просто прячется.

Так что по факту против льва оставались лишь Гораций и Франциска. Оба, судя по всему, без сил. И я прекрасно понимал, что как только монстр их прикончит, я буду следующим. Чтоб добраться до выхода, мне требовалось пересечь весь зал. Либо бежать обратно и прятаться в подвале. Но даже если удастся выжить, то что дальше? Я понятия не имею, как отсюда выбраться.

В этот момент я заметил одну странность. Лев почему-то повернулся к Горацию, готовясь к атаке. Хотя девушка была ближе и, как показала практика, гораздо опасней для монстра.

— Четверг, работай давай!

— А я что делаю. Не ори на меня, я нервничаю!

— Быстрее, скотина! Вернемся, будешь роботом-бариста в кофейне до конца дней пахать, пока…

— Нашел! Показываю.

Зрение расчертилось линиями дополненной реальности. Я не сразу сообразил, что Четверг показывает мне процесс рассеивания энергии. Наиболее плотным источником энергии был сам огненный дух.

Я видел не только его сияющую ауру, но и как эйб толчками выходит в пространство сквозь раны на теле, рассеиваясь вокруг. Другими источниками были люди, в том числе и обгоревшие тела. Книга на полу, застрявший топор, разбросанное повсюду оружие.

Как и в моем мире, в этом эйб не являлся полностью изолированной системой, так что часть энергии рассеивалась вовне. Но только теперь я заметил еще один источник этой энергии. Обломки статуэтки на полу. Они продолжали испускать волны энергии, и чем ближе, тем они были заметнее.

Огненный дух, чем бы он ни был, не хотел приближаться к статуэтке.

Вариантов не было, так что я бросился вперед. Подхватил обе части статуэтки и посмотрел на льва. Тот как раз приготовился к прыжку, а Гораций все еще стоял на коленях, харкая кровью. В момент прыжка я уже был перед командиром.

Выставив перед собой обломки статуэтки словно щит, я попробовал их соединить. По ощущениям, словно однополярные магниты пытался столкнуть. Тем не менее реакция была странная.

Лев бросился на меня, но в последний момент его полет начал замедляться. Он попытался развернуться и отлететь подальше, но не получилось. Вообще его движения выглядели сюрреалистично, хотя откуда мне знать, как должен двигаться дух.

И вот он просто в прыжке разворачивается и начинает медленно уплывать в противоположном направлении. Грива при этом продолжает бить языками пламени во все стороны, а из брюха на пол стекает раскаленная магма.

Сначала я заметил, что огонь словно втягивается в статуэтку, не причиняя мне никакого вреда. А затем понял, что чем ближе половинки, тем сильнее духа затягивает в статуэтку. Осознав это, надавил на них что было сил. Рев твари перекрыл рев пламени, кажется, я и сам начал орать от напряжения.

В какой-то момент трясущимися руками мне удалось сделать так, чтобы осколки коснулись друг друга. Не соединились, но коснулись краями. В следующий миг статуэтку вырвало из моих рук, она сама соединилась. Резко, внезапно, с грохотом. В тот же миг дух исчез.

Статуэтка с шумом рухнула на пол, в дребезги разбив плитку, да так и замерла. Я машинально отметил, что ровно посередине на ней появилась полоса скола. То ли от удара Лимпопо топором, то ли как рана, оставленная золотым лучом.

Разбираться не было ни времени, ни желания. Вокруг бушевал огонь и трескался раскаленный камень. Дышать можно было с огромным трудом. Горело все, что мы успели натаскать в главный зал, а натаскали мы очень много.

Я схватил Горация и помог ему подняться. Подставил плечо и буквально на себе потащил через весь зал в сторону выхода. Если он сдохнет, то я останусь тут навсегда без хоть какой-либо возможности вернуться домой в родной мир.

По пути схватил за шиворот девушку, поволок и ее тоже. Она неожиданно начала дергаться и сопротивляться, хотя до этого даже ползти не могла. Похоже, надышалась дымом или эта ее магия высосала все силы. Что она, что Гораций в энергетическом спектре выглядели какими-то потухшими.

Оглянувшись, понял, что девушка пытается дотянуться до книги, но я уже оттащил ее слишком далеко. Книга валялась в стороне от входа, так еще и пламя подобралось к ней слишком близко, вот-вот вспыхнет. Смотреть, что будет с мощным артефактом, если его начнет жрать насыщенный эйбом огонь, у меня не было никакого желания.

Двери были открыты, но за ними еще два зала. Огня здесь оказалось гораздо меньше, зато дыма чуть ли не больше. Четверг наверняка отрубил мне почти все рецепторы, так что я чувствовал себя машиной, двигающейся на автомате.

Уж не знаю, каким образом мы смогли преодолеть эти несколько залов и как я умудрился вытащить эту парочку. Гораций хоть и навалился на меня, но старался идти сам. А вот Франциску я буквально волок за шиворот по полу. И ведь они еще и в доспехах были.

Но главное — вытащил. Буквально вывалился из здания, но тут силы меня окончательно покинули, так что я завалился, упал и кубарем скатился по ступеням. Остановился в метре от подола кремового платья.

С трудом перевернулся на спину и посмотрел на женщину, что стояла рядом, держа над головой зонтик в светло-розовых оттенках. Над ней кружили хлопья серого пепла в отблесках оранжевых искр. Но до самой девушки вся эта грязь и пламя не долетало. Или облетало.

— Я уж думала, вы не придете, мальчики, — обиженно надула она губки.

А меня от ее голоса дрожь пробрала. Говорят, что голос человека невозможно опознать, когда он шепчет. Но эти интонации, эта легкая насмешливая манера. Нет, теперь я точно уверен, во тьме у меня над ухом шептала именно она.

Только вот странно, что теперь я снова вижу ее эйб-ауру. Очень плотная, насыщенная, даже стала еще насыщенней. Глянул в сторону Горация и Франциски. Их ауры были все такими же большими, как и раньше, но энергия колеблется, да и стала более прозрачной что ли.

Ладно, плевать. Потом об этом подумаю. Сейчас сил хватило лишь на то, чтобы лежать и смотреть в небо, затянутое серой пеленой.

— Четверг, все плохо?

— Не то, чтобы. Пришлось всю накопленную энергию пустить на насыщение клеток организма. Точный эффект пока неизвестен, но однозначно могу сказать, что были укреплены кости, мышцы, кожный покров и увеличена эффективность внутренних органов. В частности, дыхательная система претерпела значительные изменения.

— Щупальца вырастут?

— Нет.

— А лазеры из глаз?

— Даже рентгеновское зрение не подвезли.

— Отстой.

— Согласен.

— Можешь в следующий раз лазеры замутить?

— Увы, я не контролирую процесс. Насыщение происходило равномерно по всему организму. К тому же я считаю это оптимальным вариантом в виду отсутствия клинических испытаний по воздействию эйба на организм.

— Зануда.

Сверху раздался кашель и стоны. Кажется, парочка начала приходить в себя. Да я и сам уже немного очухался на относительно свежем воздухе. Кое-как присел на корточки, пытаясь справиться с накатившей слабостью.

— Выродок! — раздался женский крик. — Мой гримуар. Сгорел! Из-за тебя, тварина.

— Франциска, — устало произнес Гораций.

— Я почти дотянулась. Сгорело все, там два десятка страниц было! Ты хоть представляешь, сколько ты мне должен теперь? Ты, выродок, не сдохнешь, пока все до последнего кредита не отработаешь! Сгною ублюдка.

Я медленно встал и обернулся. Девушка не выглядела грозной. Стоя на коленях, вся в копоти, в подпаленной одежде, кираса покрыта сажей, волосы слиплись, лицо красное, глаза безумные.

Я стоял ровно, просто охреневая от услышанного. Это была просто запредельная наглость.

— Тебе до книги было метров десять, — наконец произнес я. — Скажи спасибо, что вытащил тебя из этого ада.

— Спасибо? Спасибо⁈ — ее голос сорвался на визг. — Ты, тварь, еще и пасть открывать осмеливаешься? Совсем страх потерял? У-убью-ю! Выродок!

— Сука, — не выдержал я. — Неблагодарная сука! Я вас обоих спас! Заточил монстра, вытащил из огня. И ты мне еще претензии предъявляешь.

— Тварь, — задыхаясь от гнева, выплюнула Франциска. — Ты не жилец. Я твою жизнь в чистый ад превращу!

— Франциска, заткнись! — рявкнул Гораций.

Командир уже почти пришел в себя. По крайней мере, встал на ноги и вытер кровь, что текла из всех отверстий. Покачиваясь, он спустился по ступеням и подошел ко мне. Наши взгляды встретились, но я не отвел глаза, смотрел прямо. Правда на моей стороне.

Гораций тяжело вздохнул, покачал головой, а затем его кулак ударил мне в солнечное сплетение. Воздух со свистом вылетел из легких, а я упал на землю, согнувшись в три погибели. Не знаю, что за сила у этого ублюдка, но несмотря на помощь Четверга, меня скрутило так, что даже вдохнуть не было сил.

— Объясняю доходчиво и один раз, — спокойным тоном произнес Гораций. — Ты мясо. У тебя нет прав, нет свобод, нет желаний или хотелок. Ты просто функция города, материал, ресурс в наших руках. Ты сделал свое дело, сделал хорошо. За это получишь награду по возвращению. Но если решил, что ты теперь герой, то у меня для тебя плохие новости.

На этих словах Гораций с размаху пнул меня по ребрам. Силы удара хватило, чтобы я отлетел на несколько метров и еще сильнее скрючился в позе эмбриона. Боль я почувствовал, она была ощутимой. Почему-то Четверг не смог заблокировать ее полностью. Возможно, это как-то связано с хрустом, что я услышал.

— Если ты даже каким-то чудом сможешь сам выбраться с глубины, в Дельте тебя казнят как беглеца, — продолжал объяснять ситуацию Гораций. — Так что ты не нас спас, ты себя спас, вытащив нас из огня. А если в городе вякнешь кому-нибудь о своем геройстве, то это будет твой последний день, уж поверь. С мясом никто церемониться не станет, один рейд за стену принесет больше голодных ртов, чем вас дохнет за месяц. И поверь, все они будут рады занять твое место, скотина неблагодарная.

— Командир, там гримуар. И вещи.

— Надо идти на выход. Карта все еще у меня.

— Там снаряжения на сотню эйбов. У Лимпа топор четвертого ранга был.

— И что ты предлагаешь? Подождать, пока пламя опадет? — взъелся Гораций. — Даже если здание устоит, через десять минут здесь соберутся твари со всей округи. Сядем дружно в кружок, будем жарить шашлыки и рассказывать веселые истории? Собирай манатки и дуй за мной, Франциска. Или можешь остаться здесь и дождаться начала пира. Если придет какой гуманоид, то тебя даже не сразу сожрут, сначала поимеют.

Парочка медленно побрела в сторону от пылающего музея. Девушка в платье с легкой усмешкой посмотрела на меня и пошла следом. Пришлось приложить немало сил, чтобы кое-как подняться на ноги.

Урок Горация я усвоил мгновенно. Нахрен эту правду. Тут важна только сила и твой статус. И чего я ожидал? Как будто бы в моем мире было иначе. Да разве вообще может быть мир, где будет иначе?

Ждать меня явно никто не собирался, так что пришлось ковылять самому, пытаясь нагнать. После всего произошедшего сил было примерно нисколько, так что двигался на чистой злобе и упрямстве.

Отойдя метров на сто, обернулся, чтобы последний раз взглянуть на место, где все пошло по известному сценарию.

На секунду мне показалось, что на входе в здание стоит существо, напоминающее человека, и смотрит прямо на меня. Строгий черный костюм, кроваво-красная полоска галстука, а вместо человеческой головы огромная кроличья маска, как у ростовых кукол, что стоят на входах в мегамаркеты и завлекают зевак.

Пару раз моргнул и тряхнул головой. Видение пропало, и я побрел дальше. Просто дыма надышался, вот мозги и сбоят. Откуда тут взяться кролику в костюме, это же бред.