Алексо Тор Цитадель теней

— Пролог —

Двери метро закрылись точно за спиной пожилого мужчины, едва успевшего заскочить в вагон. Конец рабочего дня означал большое скопление народу, стремящегося побыстрее попасть домой, и забыть о рутине, что сопровождает их каждый день в душных офисах. Мужчина глубоко дышал, прижавшись лбом к холодному поручню. Было видно, что ему тяжело далась пробежка до поезда. Мужчина вытирал испарины со лба, когда почувствовал, как кто-то тянет его за рукав серого пиджака. Он повернул голову и встретился взглядом с парой необычных глаз. Цвет зрачков плавно перетекал от светло-серого, казавшегося практически прозрачным, до насыщенно-зеленого, словно сочная зелень. В народе глаза подобного типа именуют «хамелеонами», за уникальную способность сочетать практически все оттенки, встречаемые среди глаз. Обладательницей столь редкого цвета была девочка лет двенадцати. Она улыбалась, и от этого на сердце становилось тепло. Подобные улыбки часто приписывают ангелам — теплый взгляд и ямочки на щечках.

— Извините, — голос ребенка разливался, словно кто-то затронул струны. — Садитесь, пожалуйста.

Девочка уступила место пожилому мужчине, поблагодарившего ее кивком, и встала рядом с матерью, которая с такой же теплой улыбкой смотрела на свою девочку. Женщина была очень молода и красива, и скорее напоминала старшую сестру девочки, нежели ее мать. Женщина мягко провела рукой по иссиня-черным волосам малышки и взяла девочку за руку. Ребенок был только рад. Она крепче прижала свободной рукой к груди футляр со скрипкой.

Девочка разглядывала людей в вагоне, и в глазах ее играло озорство и любопытство. Полный мужчина, судя по слишком светлым волосам — иностранец, ел мороженное, подвязав к горлу салфетку, но капли тающего лакомства падали ему точно на брюки. Мужчина облизывал перепачканные губы и прищуривал глаза каждый раз, как подносил десерт ко рту. Таких людей редко, но все же, можно было встретить. Они явно переоценивали значимость еды. С таким обожанием и вожделением он смотрел на молочно-кремовую сладость.

Молодая пара, воспользовавшись тем, что их со всех сторон зажимали, тесно прижались друг к другу. Парень нежно обнимал девушку за талию и что-то шептал ей на ушко, от чего девушка тихонько посмеивалась и краснела. Пожилая дама, стоявшая справа от них, что-то тихо бурчала себе под нос, и легко можно было догадаться, что говорила она о распущенности современной молодежи. Хотя сама она была одета в яркое цветное платье, явно, из времен ее былой молодости. Лицо женщины было при полном параде — тени, помада, тушь, пудра — все на месте. Да и волосы еще совсем недавно были покрашены в сиреневый цвет. Правда, напоминанием о нем служили лишь еще не отстриженные кончики волос.

Девочка перевела взгляд на окна вагона и стала рассматривать, что же скрывается за стеклом, но ничего кроме быстро проносящихся стен подземного туннеля, изредка расписанного граффити, она увидеть не могла. Заскучав, малышка решила поговорить с матерью, как вдруг ей показалось, что за стеклом что-то мелькнуло. Нечто настолько темное, что свет поглощался полностью. Освещение в вагоне замерцало. Люди стали осматриваться по сторонам, словно ища то, что вызвало проблемы со светом. Через несколько минут, поезд метро встал и во всех вагонах погас свет. Пассажиры заволновались; где-то в темноте, послышался голос плачущего ребенка; кто-то из стариков причитал, что больше походило на молитву. Девочка сильнее прижалась к матери и та, успокаивающе погладила ее по голове.

— Просим всех соблюдать спокойствие, — раздалось по внутренней связи. — Временные неполадки на линии. В скором времени они будут устранены и движение продолжится.

Успокоившись, люди перестали обращать внимание на отсутствие электричества. Прошло не больше десяти минут, и в поезде вновь загорелся свет. Радостные голоса разносились по всем вагонам. Девочка облегченно вздохнула — уже нечего было бояться.

Через несколько минут вагон метро двинулся, и все словно забыли, о недавнем инциденте с электричеством.

Девочка думала о чем-то своем, когда рядом стоящий мужчина случайно толкнул ее и футляр со скрипкой выпал из ее рук. Малышка нагнулась за инструментом, как вдруг ее накрыла волна жара, за которой последовала кромешная тьма.

Открыв глаза, девочка поняла, что лежит на полу и сверху на нее что-то давит. Выбравшись из-под этого нечто, девочка протерла глаза, которые саднило от дыма. Громкий крик разнесся по вагонам метро.

Вокруг испуганной девочки лежали мертвые, окровавленные, обожженные и изуродованные тела пассажиров метро.

Мужчина, что совсем недавно увлеченно ел мороженное, сидел на своем месте, с торчащим куском стекла из горла. Кровь текла по его костюму, смешиваясь с выпавшим из рук десертом, образуя одновременно красивые и ужасные узоры малинового цвета. Влюбленная пара, пронзенная поручнями, навеки соединились в объятиях — их поза говорила о том, что парень в последний момент попытался уберечь любимую. Еще недавно они оба улыбались, а сейчас на их лицах застыли гримасы ужаса и страха. Тело женщины сгорело на половину, а лицо превратилось в расплавленную восковую маску. Трупы. Только трупы и ничего более.

Наверное, когда верующие думают об Аде, они представляют его именно так. И посреди всего этого Хаоса находилась единственная выжившая.

Девочку трясло от увиденного. Ее несколько раз вырвало. Малышке хотелось лишь одного — поскорее исчезнуть из этого места. Но последней каплей для нее стало тело матери — с выжженной и окровавленной спиной до самых костей. От осознания происшедшего, девочка потеряла сознание, погрузившись в спасительную темноту.

Загрузка...