Черноземье. Король

Глава 8

Сам переход на Север прошел, слава всем водным богам, спокойно, не случилось ни шторма, ни урагана. Не пришлось нам под проливным дождем по бухтам прятаться, что было бы очень печально. И просто невыносимо совсем сухопутным крестьянам.

Однако повезло проскочить в редкий сейчас период без сильного ветра и прочих климатических бед.

Вообще я специально заказал правильный прогноз погоды у самых опытных капитанов заранее. Потому что подставлять пять с лишним сотен вообще ничего не понимающих в подобном деле крестьян под разгулявшуюся морскую стихию и удары огромных волн просто сам побоялся.

Поэтому получил благоприятный прогноз на ближайшее время длиной примерно в один день. Сразу же отправился в лагерь, чтобы сообщить лично крестьянским командирам про очень ранний выход завтра.

— Чтобы все были готовы в пять утра со всеми своими вещами повзводно отправиться к Речным воротам! И там прямо сразу пройти в гавань! Шагаем очень быстро, ворон не считаем, совсем молча смотрим по сторонам. Глупые слова между собой не кричать, спящих горожан не будить громкими разговорами. Потом в порту и во время плавания все обсудите, что увидели! — предупреждаю я молодых командиров.

— Всем донести мои приказы! Кто нарушит — останется без земли! — правильно обозначить возможное наказание за нарушение моего приказа лишним тоже не будет.

«А то еще зайдут в просыпающийся город, поразятся увиденному, начнут там орать и перекрикиваться, как стадо диких обезьян», — имеется у меня понятное опасение.

Командиры закивали головами, что донесут и все расскажут своим подчиненным.

«Ну, дворяне кое-какую дисциплину своим крестьянским воинам все же крепко вбили в нечесаные бошки. Не лезут с разговорами и не болтают между собой, когда им что-то начальство доносит. Даже активно не чешутся и не рыгают, пока на них начальство смотрит», — хорошо вижу я.

«Правда, когда не смотрит, занимаются всем подобным в два раза больше. Что взять с самых темных неграмотных крестьян?» — понимаю я.

«Ничего, даже анализы не требуются, — отвечаю сам себе. — Держать в кулаке и побыстрее отправить землю делить. Там уже как-нибудь сами выживут».

Можно было, конечно, крестьян послать вдоль стены до Каменных ворот и там сразу в порт перевести, но решили все же дать им посмотреть сам город перед отправлением за наделами земли. Тут они все должны на корабли сами торопиться, чтобы не отстать и не пропустить дележку.

Погрузка в гавани Астора крестьян с купленным и трофейным барахлом заняла несколько часов.

Но я ничего такого уже не увидел, понимая, что зрелище получится совсем печальное и неорганизованное. Сразу приказал капитанам моих отдельно зафрахтованных шхун выходить из гавани самыми первыми.

— Пусть гвардейцы со стражниками их строят и равняют в порту! Они за такие хлопоты все равно плату получают! — так и скомандовал всем.

Большинство из крестьян в том же Асторе впервые побывали, потому что пока свободно в сам город новых жителей Черноземья не пускают. Тех же парней, кто там уже нашел работу, каждый день сами работодатели внутрь городских стен проводят, уведомив стражников на Речных воротах.

Решили даже без меня на Совете, что так баловать еще не прошедших проверку временем и правильными делами бывших воинов дворянского войска, к тому же шедших захватывать местные земли, все же не стоит.

Ну, я спорить тоже не стал, мне лишняя ответственность за откровенно диковатых астрийских жителей самому никуда не уперлась. Если чего натворят по своей серости и глупости в цивилизованном месте, до которого еще явно не доросли по уровню сознания.

«Уж из пяти сотен точно несколько самых дурачков найдется», — уверен я.

Мой авторитет у астрийцев невероятно высок, никто слова против не вымолвит. Только носиться вдоль всего длинного каравана и разбирать всякие проблемы у меня нет никакого желания.

— Правильно, право свободно войти в Астор им еще придется заслужить! — так и ответил Генсу, который довел до меня первым решение Совета.

Поэтому проход пораженно глядящих по сторонам на высокие каменные дома и каменные мостовые крестьян занял довольно много времени, чего я сам, в принципе, и ожидал.

Ведь знаю хорошо, что только нервничать лишнего стану и ругаться на всех обормотов.

— Пусть свои командиры ведут, командуют и рассаживают парней. Пройдут по улицам в быстром темпе без глупостей. У них тут две осьмицы взводов, по одному на каждую шхуну! — сказал я Водеру и своим людям. — Я, в конце концов, не нанимался все время выступать главным командиром для такой толпы астрийцев! Мне за подобные хлопоты большую плату не выдают почему-то! Освободил, спас, накормил, обогрел, привел сюда, но сам с особо повышенной бестолковостью крестьян связываться не стану!

Как тогда выводил из гор, просто плюнув на правильную организацию спуска с нагорий. Все равно сами как-то организовались и вышли, никто даже не помер и ногу не сломал.

«Какая еще у них вообще может быть толковость, если они корабли, трапы и само море многие впервые в жизни видят? — отчетливо понимаю я. — Еще не один зазевавшийся парень с трапа при подъеме на корабль навернется! И тут же в гавани утонет!»

По рынку крестьяне уже походили с открытыми ртами, смеша торговцев и покупателей. Зато много чего купили, что-то сами продали, охрана местная за ними особо пристально приглядывала все время.

Но там уже и торговцы сильно сплоченные, ведь знают друг друга хорошо, и сами охранники более-менее опытные. Тем более с оружием крестьянам запрещено из лагеря куда-либо выходить. Только в город они сейчас все же с ним заходят, кто себе что-то оставил на будущую жизнь. Хотя, основное большинство, кому трофеев не досталось, уже совсем безоружны, не считая топоров и вил. Поэтому за ними на всех перекрестках конные патрули гвардейцев присматривают. И до гавани провожают, чтобы лишнего в Асторе вообще не задерживались.

На нашей шхуне плывем мы с Водером, сами городские землемеры, Тельсур и пара его помощников. Места всем хватает, у меня даже настоящая походная кровать есть. Моя охрана в количестве осьмицы и еще лошади для нас с парой арб расположились на второй шхуне.

Сами поедем на лошадях, Водеру, землемерам и инженеру с его людьми предоставим повозки в виде арб. Все не свои ноги сбивать в долгом переходе. Пусть уже за полтора дня доберемся, а не за три, как было раньше. Но все равно шагать долгие лиги своими ногами никто не согласен из технически грамотных в здешнем мире людей.

Идем быстро, капитан не хочет нарваться на шторм, только крупная, уже океанская зыбь заметно качает корабли. Поэтому совсем непривычные крестьяне, наверняка, замирают от ужаса при каждом подъеме наверх и поэтому травят за борт постоянно.

По итогу, как мне доложили уже в Гардии, двое парней все же слишком резко подлетели к низкому борту и чересчур далеко нагнулись. Поэтому сорвались за ограждение и камнем пошли на дно. Ведь даже близко не знают, как продержаться на воде хотя бы несколько секунд, пока опытная команда спасительную веревку кинет.

«Ну, такие жертвоприношения берет с нас само море, чтобы наш огромный караван из восемнадцати шхун прошел день пути по его волнам целым и невредимым. Парни терпеливо пережили ледяные горы и полгода ужасающего своими реалиями военного обучения, чтобы потом все-таки найти свой печальный конец в бездонных глубинах», — почти философски подумал я.

Да и вообще много чего подумал во время плавания, морская атмосфера позволяет долго смотреть на волны, ни с кем особо не общаясь.

Далее следует высадка двух наших шхун в порту Гардии, лошади и арбы сводятся по продуманным платформам вниз довольно быстро.

В самом порту нашлась уже почти загрузившаяся рудой шхуна, я даже подошел пообщаться с ее капитаном. Пока есть время, а мы ждем следующий за нами корабль с крестьянами.

Ведь скоро всем рудовозцам придется заниматься определенно чем-то другим, а не перевозкой руды навалом. Пусть они пока ни о чем подобном даже не догадываются, но Капитан Прот неуклонно выставляет здешнюю экономическую целесообразность по лекалам своего времени.

Узнал от разговорчивого капитана сразу, что под подобное дело хозяева морского транспорта переделали две старые шхуны и построили уже пару новых, чтобы еще удобнее стало навальные грузы возить.

«Так что примерно на четыре немного подготовленных корабля при доставке нефти я могу рассчитывать. Когда до хозяев и капитанов как-то определенно дойдет, что работы больше совсем нет. Потому что вся руда полностью, почти монопольным способом, уже около рудников начнет в железо и прочие металлы превращаться. И станет перевозиться в Астор уже одной шхуной пару раз в месяц, сделав все остальные корабли безработными на какое-то время, — задумался я. — Покрыть бункеры для руды той же смолой или обить тонким железом? Тогда уже получится таким образом нефть доставлять? Или все же лучше бочками возить? Как на Земле, по галлонам и баррелям считать? Или на метрически-килограммовую систему Черноземье переводить сразу?»

Вопрос у меня не слишком хорошо изучен еще на родной Земле. Не ожидал я как-то так сразу здесь поверхностное месторождение нефти найти. Хотя все вызубрил и подробно законспектировал про каталонские печи, литье пушек, производство пороха, подходящее здешним условиям электричество, ткацкие станки, тот же цемент и еще много чего.

А вот про добычу нефти и выделение из нее полезных фракций как-то позабыл.

«Только ведь за добычей нефти и ее переработкой будущее. Еще лампы керосиновые нужно изобретать и самому производить, белое тонкое стекло заказывать у здешних стекольщиков. Или сначала можно не такое тонкое ставить. Именно на лампах и керосине первым делом пойдет отбиваться нефтедобыча. Греческий огонь пока не требуется для морских сражений, если только города и замки в Сатуме забрасывать», — размышляю я.

«Но все подобное нам самим целым требуется. Чем сжигать целые города, проще дыру в стене фузеей или пушками пробить, чтобы уже степняки добивали защитников. И владения целее будут, и степняков сколько-то погибнет при штурмах», — задумался я было про планируемое пока будущее.

Но тут же вернулся к настоящему, ведь лучше переработку нефти как раз перед вторжением в Сатум начать. Потому что потом столько свободного времени у меня точно уже не будет. Ведь придется дальше все время в самом Сатуме пропадать, лично руководить захватом новых земель.

«Наверно, что никогда вообще больше свободного не будет», — понимаю я правильно сейчас, во что именно ввязываюсь.

«Но ведь не хочется в сумерках полной неизвестности блуждать и изобретать заново то, что уже давно у нас продумано. Поэтому проще сходить на Землю, изучить там вопрос с нефтедобычей полностью и окончательно», — понимаю я изначально.

Вообще уже много всего накопилось с прогрессорством, что хорошо бы было еще раз прочитать и осмыслить.

«Однако бросить сейчас Астор и свои производства так просто никак не могу. Уже убедился, что случается в подобном случае, не хочу больше снова огромное разочарование получить по возвращению в Черноземье».

Когда появился первый корабль с крестьянами в гавани Гардии, они со своими грузами мгновенноосвободили палубу, посыпались с него, как насмерть перепуганные мышата.

Я тут же лично выдал инструкции командиру взвода, куда ехать или идти, выслушал рассказы про неимоверные страдания простых деревенских парней на качающихся вместе с волнами шхунах и сразу уехал.

— Дорога хорошо накатана, мимо рудников не проедете! — сказал напоследок. — Врагов здесь больше никаких нет, так что дойдете легко! Тем более многие при оружии или хотя бы вилах! И воевать обучены!

Мы с охраной едем вдевятером на лошадях, Водер с Тельсуром и его помощниками в одной арбе, землемеры в другой.

Первый раз проезжаю новую дорогу, прорубленную прямо через холмы и могу оценить сильно возросшую скорость передвижения. Сам ведь еще никогда не был в районе рудников, не видел огромных отвалов пустой породы, создающих реальную крепость вокруг стратегически важного производства.

С собой у меня есть две новые палатки, пошитые из той же парусины. Нам хватает почти всем места на первом ночлеге, чтобы укрыться от ночного холода и мелкого противного дождя, но двоим охранникам приходится постоянно нести службу снаружи.

Взял с собой в этот раз новых приближенных охранников. Оставил, как раньше, Дропера и Аписа на хозяйстве, еще к ним присоединил Дундера и Бейрака. Пусть учатся правильно управлять моим все больше разрастающимся и особенно прибыльным хозяйством.

Денег у меня теперь очень много свободных в Кассе и подвале дома лежит. Нужно умению их зарабатывать, контролировать и в ту же Кассу перевозить самых приближенных людей обучать. Чтобы могли без меня даже несколько месяцев все здесь контролировать и все возникающие вопросы самостоятельно решать.

Тем более за мастерские и кузницы Трон, Крип и Водер с Глорием сами отвечают.

За кладбищем, всем огромным теперь рынком, охраной промплощадки, обоими хамамами с буфетом, цехом по производству цемента — уже мои люди должны присматривать.

Еще на них охрана роскошного дома и Гриты с дочерью. Благо моего сына со службы в нечастые увольнения кто-то из гвардейских наставников провожает домой вместе с младшим Кромом.

Дальше он уже под общую охрану попадает вместе с семьей.

Ну, сам Трон с тем же Глорием в отсутствие Водера могут обратиться к моим приближенным людям, чтобы решить разные вопросы. Как тот же старший на рынке, сами мои ювелиры и даже Орнии может потребоваться быстрая помощь в виде силовой поддержки. Особенно при попытке кого-то из клиентов нарушить имеющиеся договоренности по покупке или продаже очень дорогой теперь городской недвижимости.

Она иногда просит у Дропера выделить самых солидно выглядящих парней для присмотра за сделками. Когда очень много золотых тайлеров из рук в руки переходят, вооруженные умелые молодцы с взглядами бывалых убийц всегда приносят спокойстие и уверенность в завтрашнем дне.

«Если оно, конечно, еще случится, это завтрашнее дно?» — усмехаюсь я.

Тот же Апис больше работой с источниками информации занимается и проводит первичные мероприятия по контрразведовательной деятельности. Такое у него неплохо получается, но и за хозяйствующими объектами присматривает.

Все же шестьдесят охранников — весьма большая сила в городе, тем более почти все они из отставных служивых. К ним вопросов у той же Стражи с Гвардией почти по любому поводу возникнуть не должно, ну, а саму Гильдию плотно мой человек контролирует.

Поэтому мне требуется постоянно новых людей проверять и продвигать, еще благодарить крепко за разные услуги и правильно выказанную верность Капитану Проту.

«Уж своим людям по хорошей комнате всем могу купить. А ближним и по целой квартире, столько денег приходит отовсюду, что не успеваю тратить. Правда, промплощадка около рудников большие суммы вытянет. Очень большие, просто невероятные. Тут сейчас осталось немного работников еще со строительства дороги, но их недостаточно. Зато теперь крестьяне зимой точно впрягутся в строительство, даже за относительно небольшие деньги и сытную еду. Других рабочих из города сюда если только четырьмя, а то и пятью тайлерами месячной платы заманишь, — прикидываю я в дороге. — И кормить еще гораздо дороже придется, чем совсем неизбалованных по жизни астрийских крестьян».

Около рудников оказались к вечеру, переночевали в свежепостроенном трактире Сохатого, который принял меня со спутниками по высшему разряду. Уже наладил поставки продуктов из Астора, пиво варит на своей теперь пивоварне, о чем уже много лет мечтал.

Как мне сразу в который раз признался, что теперь всем очень доволен и почти счастлив.

«Ну, возить пиво сюда из Астора — совсем бессмысленное занятие. Оно просто золотым станет с подобной перевалкой, — правильно понимаю я. — Зато на хамаме технология хорошо отработана и запас бочек большой заранее создан. Теперь подобного добра у Сохатого в погребе своего производства, даже отдельного специального цеха, под сто двадцать штук имеется. Может даже подольше пиво выдерживать, самому любимый Портер получать».

Теперь Сохатый вовсю пользуется своим монопольным положением единственного на десять дней пути трактира. Да еще продающего самое свежее и вкусное пиво, показывая наглядно местным работникам, что жизнь на нагорьях реально меняется в лучшую сторону.

Сразу и засели поговорить с ним наедине с мисками и кружками. Я дегустирую здешнюю кухню и пиво с новой пивоварни, он хвастает своими успехами, которые теперь налицо.

— Идти мужикам все равно некуда здесь! Только вокруг рудников гулять и в лес за зверем сходить! Ко мне и стражники ходят, и рабочие, и возчики руды, теперь еще мои строители у меня же пропадают! — рассказывает он сразу про явный финансовый успех нашего предприятия. — Стражники еще за порядком присматривают, когда у них выходные получаются. В очередь стоят при трактире поработать, когда от службы свободные.

— Эти, как вообще, которые беглецы от степняков? Которые должны урок отработать? — вспоминаю я о помилованных беглецах.

Помилованных в том смысле, что они не были выданы обратно на казнь лютую, как у нас вообще-то с самими степняками изначально договорено. Теперь должны год отработать на севере, прежде, чем получат разрешение вернуться в Астор.

— Все здесь, я их постоянно пересчитываю сам, тоже хорошо зарабатывают и бежать никуда не собираются. Перевоспитались, вроде, что совсем, — рассказывает мне Сохатый и добавляет. — Работают же на меня они все!

— Да? Ну, здорово! Ладно, давай вместе посчитаем, сколько денег ушло на перевозку, строительство и весь товар для трактира и гостинки? Когда начнешь отдавать долю с прибыли? — интересуюсь я у всегда прижимистого хозяина трактира.

Так, на всякий случай спрашиваю, чтобы помнил, что должок за ним есть.

Сам раньше прикидывал примерно, во сколько мне обошлось подобное мероприятие с постройкой большого трактира на самом краю человеческой цивилизации, куда всю нужно из Астора везти. Так-то насчитал всего-то двести тайлеров на дерево и работу при возведении трактира. Но тут сам трактир примерно такой же по размерам, как оставленный около Сторожки. Сюда Сохатый забрал все, что смог погрузить на подводы, когда покидал не оправдавшее его надежды привычное место. Только вот еще вместительная гостиница построена рядом. Уже в три раза больше там номеров, чем в старом трактире, не пять, а все шестнадцать.

И она две сотни золотых съела, но здание подобное здесь совсем необходимое для размещения рабочих с промплощадки и командировочных разных.

Так что, если вместе с трактирными номерами, всего на сто с лишним человек мест для проживания у Сохатого хватит. Я ему сразу сказал на особо богатых путников не рассчитывать, строить для простого народа.

Поэтому только при трактире есть номера на двоих и четверых гостей, а при так называемом рабочем общежитии они все по шесть и восемь кроватей в номерах, типа полатей.

— Зимой придется топить пару печек в нем! — сообщил мне Сохатый. — Сейчас, к концу осени, еще терпимо, работники надышат и еды себе приготовят, хватает им гостинку к вечеру прогреть.

Гостинкой уже я предложил подобный пункт для ночлега и проживания назвать, еще по старым земным воспоминаниям.

— Я уже у тебя печки заказал, — это Сохатый к Водеру за соседний стол обратился. — Еще три осьмицы назад заказ отправил!

— Так я их уже привез! — порадовал тут же кузнец трактирщика, оторвавшись от кружки с крепким пивом. — В арбе лежат, можешь забирать!

— Так быстро? — поразился тот.

На что Водер только улыбнулся, теперь у него работа быстро делается, особенно с тяжелыми молотами и прессами.

На закупку продуктов еще пятьдесят золотых ушло, на все остальное, чтобы камины и печи сложить столько же. Так что около пяти сотен золотых я лично вложил, чтобы начать создавать кусочек понятной местным людям цивилизации на диком Севере.

Кусочек именно моей цивилизации на самом деле, есть у меня серьезные планы на здешнее поселение.

Но, видно дела и правда хорошо идут, поэтому Сохатый не стал упираться, сразу мне два десятка золота выдал в счет долга. У нас с ним договоренность расходы и прибыль делить пополам.

— Нормально у тебя, значит, торговля идет! — даже удивился я.

— Спасибо тебе большое, Ольг, что сюда меня позвал, — негромко, но очень сердечно поблагодарил меня Сохатый. — Как вспомню прозябание в том трактире, так вздрогну. Хотел ведь руки на себя наложить! Честно-честно! И тебе сильно должен, и пиво киснет, продукты пропадают, выхода никакого не видел. А тут все крутится и вертится, всем местным жителям заведение мое очень нужно. Народа вроде не так много живет рядом, всего с сотню мужиков и двадцать баб, а трактир всегда полон. Осталось только веселых девок привезти и вообще свободных мест не останется.

— Ну, тогда есть у меня для тебя очень хорошие новости, Сохатый, — собираюсь я обрадовать его еще раз. — За мной уже едет сюда пять сотен и три осьмицы молодых крестьян с кое-каким инструментом и своей пока едой. Я убедил город и Совет Капитанов выдать им землю именно здесь. Жить вокруг рудников будут, больше, конечно, в сторону Астора поселятся, но и рядом с тобой полсотни крестьянских хозяйств заведется. Так что новые люди здесь появились в большом количестве, уже завтра начнут прибывать. Им городские землемеры десять дней участки будут нарезать.

Сохатый даже руками всплеснул от подобной новости, что здесь не только стражники и всякие командировочные теперь станут проживать. Но и целых пять сотен крестьянских хозяйств заведутся скоро, это же реально стабильное превращение начавшего строиться поселка в полноценный населенный пункт.

— Иногда и они по кружке пива пропустят, но главное здесь другое. Через три-четыре месяца после зимы уже начнут тебе сюда свой первый урожай привозить, продавать в трактир и местным жителям. Не нужно будет через год из Астора продукты везти морским путем задорого. Можно будет те же ячмень и рожь с корнеплодами уже здесь дешево покупать. Я здесь похожий рынок тоже построю и все красиво сделаю, чтобы торговали свободно, но положенный налог платили на развитие поселения. Так что, старина, через осьмицу лет и здесь настоящий город появится, раз все руды и прочие ископаемые только в здешних землях сосредоточены.

Поговорили мы вволю и посидели хорошо, потом спать пошли. Землемерам завтра целый день на ногах придется провести, у нас с Водером и Тельсуром тоже беготни много ожидается.