Черноземье. Король

Глава 16

— Да, вопрос возникает весьма интересный. Но уже вполне понятный. Те же закадычные друзья и напоили Крома, и науськали его, чтобы самим решить свои вопросы с женами. Если Кром запретил бы Клее посещение хамама, то и остальные смогли бы на его решение сослаться, — ничем другим я появление настолько пьяного и уже заранее разъяренного Крома на пороге своего дома объяснить не могу.

— Это была заранее спланированная и продуманная акция со стороны друзей. Не иначе никак подобное не понять, если Кром с порога начал орать на привратника. Не просто такое все случилось, совсем не просто.

«Местные предрассудки и старания приятелей Капитанов сработали все же очень серьезно. Кром пришел поучить жену правильному поведению, но она внезапно оказалась уже обученной магиней, смогла лихо за себя постоять. Ну, не специально, конечно, но все же использовала ману, чего ее муж, потерявший берега, все-таки не пережил в итоге. Ибо один удар-толчок в состоянии вне себя, и все пошло по непоправимому сценарию. Да так приятели сработали, что они теперь остались без его прикрытия, без совместного авторитета старого и молодого Кромов», — быстро понимаю я.

— Сами они по себе, в общем-то, вообще никто! — делаю я главный вывод. — Ох, и подосрали себе дурашки, как поймут свой промах, так могут тоже не пережить смерть Крома! Если станут сильно ерепениться.

Поэтому я старательно обдумываю все варианты, дожидаясь посыльного, встречаю Гриту, ласково разговариваю с ней.

Подруга моя заметно возбуждена после удачного выступления, поэтому весело болтает, хвастается большим успехом и немного вызывающе посматривает на меня. Мол, не заставишь ты, Капитан Прот, меня отказаться от выступлений в трактире ни за какие коврижки.

«Кстати, такое тоже можно изменить, — вдруг задумываюсь я, уже примерно понимая, куда именно меняется будущее в Асторе. — До чего доведет внезапная смерть Крома. Ведь „Лиса и журавль“ до сих пор едва работает, никто из простых посетителей туда не ходят. Только дорогой трактир можно заново запустить, уже мне самому подобрать ему управляющего. Подобного места в Асторе все же не хватает, зато Грите там точно окажется более удобно выступать перед солидной публикой. Трактир Мортенса все же не дотягивает по уровню до „Лисы“. Слишком много там совсем простых мужиков в посетителях имеется».

Поэтому не спорю с Гритой, просто увлекаю ее в спальню, где мы занимаемся любовью до тех пор, пока сами не засыпаем. Надоело мне уже ждать посыльного, лучше ночью хорошо выспаться.

Однако в начале ночи в нашу дверь начинают громко стучать. Я слышу голоса моего охранника, потом и второй подключается, им отвечает посыльный, как я уже точно знаю.

«Долго все же Клея никого не подпускала к телу мужа. Не давала своим слугам кого-то позвать. У нас тут не современная Земля, так сразу без приказа хозяйки дома никто из прислуги не побежит в Караулку. Уже она решает, когда можно позвать официальные органы, ведь сама лично убивается по мужу».

— Кто там? — удивляется Грита.

— Не знаю. Наверно, случилось что-то в городе. Сейчас схожу узнаю, — я совершенно спокоен, потому что уже морально готов к новости.

Но тоже поражаюсь ей на глазах у посыльного и обоих своих охранников. Несколько раз переспрашиваю посыльного, который сообщает мне, что послан Капитаном Тинтумом.

— Приказано донести до господина Капитана, что в Ратуше назначено ночное срочное собрание Совета по поводу гибели господина Капитана Крома! — слышу я и всем своим видом изображаю небывалое потрясение.

Потом отправляю одного охранника поднимать дежурную осьмицу охраны:

— Сам дойду до Ратуши без них, поэтому пусть подождут меня около дома, — заранее подтягиваю я верных людей поближе.

— Спи, я по делам уйду, — говорю уже Грите, заскочив наверх за мешком с Палантиром и артефактами.

В Ратуше у входа дежурят гвардейцы, значит, Генс уже здесь. Я вхожу в малый зал, где горят свечи и обычно проходят собрания Совета.

Сразу же вижу, что Генс, Тинтум, Драгер держатся рядом, трое пожилых Капитанов тоже стоят друг около друга, а шестеро молодых наследников своих славных отцов занимают центральное положение.

Занимают и довольно настороженно поглядывают на всех остальных членов Совета.

«Ага, все уже разбились на группы по интересам! — понимаю я. — Молодые уже сговорились между собой, наверняка, некоторые из них участвовали в оказавшемся прощальным ужине с Кромом. Понимают, что у них самая большая группа в Совете, поэтому пока уверены, что проведут своего человека на пост главы Совета. У моих приятелей и последних взрослых Капитанов вместе со мной пока численное преимущество, но нет никакой общей идеи. Да еще двое опальных Капитанов тут же вернутся в Совет, чтобы помочь своим погодкам в голосовании, так что никак совсем законными способами нам их не обыграть. Тем более один из пожилых — мой откровенный противник, его и остальных взрослых мужиков молодые легко перевербуют на свою сторону, — быстро подсчитываю я возможные варианты. — Поэтому я должен сам с ними переговорить первым, предложить понятный выход. Пока молодые не привлекают никаких союзников, больше решают, кто из них достоин места главы Совета. Только ведь никто вообще на самом деле»

Подхожу к своим приятелям, здороваюсь со всеми, потом мы слушаем доклад Тинтума, как в десятом часу в центральную Караулку прибежал охранник из дома самого Капитана Крома.

— Он рассказал, что Капитан Кром совершил самоубийство, выпрыгнув из окна третьего этажа своего дома.

«Ну, вот, тема с самоубийством по страшной пьянке и после нанесения госпоже Кром сильных повреждений в результате домашней ссоры становится доминирующей. Уже и охранник доложил про явное самоубийство, поэтому органы начнут расследование именно в данном направлении. Клея звала прислугу на лестнице в тот самый момент, когда кто-то упал из окна. У нее стопроцентное алиби, а больше никого там не видели», — сразу же понимаю я.

— Мои люди подняли меня с постели, я разослал посыльных по всем нужным адресам. Прибыл пока в дом Капитана Крома, где обнаружил его тело на камнях двора. С проломленной головой и совсем уже закоченевшего. По словам госпожи Кром и ее людей, Капитан, ее муж, пришел откуда-то в очень плохом настроении и совсем пьяный. Обругал охранника с привратником, чего с ним никогда не бывало, поднялся на третий этаж, где устроил ссору с госпожой Кром. Нанес ей несколько ударов по лицу и груди, будучи сильно пьяным и не понимая своих действий. Так мне рассказала наедине сама госпожа Кром, — спокойно рассказывает Тинтум хорошо поставленным на службе голосом.

«Да, ничего не понимая, а когда осознал, что натворил, поступил настолько ужасным образом, что сиганул в окно. И кто там теперь сможет что-то понять, если не будет найдено большого количества крови в спальне Клеи. Для подобного нужно знать про скоши и артефакты невидимости, что сама Клея магиня. Еще опросить моих охранников, которые должны подтвердить, что я внезапно выходил из дома совсем один в такое же время. И то подобное ничего не докажет, мало ли куда я мог уйти по своим делам», — размышляю я, слушая Тинтума.

Я смотрю на пораженные лица тут же начавших шептаться между собой троих молодых пока еще Капитанов, понимая, что именно они качнули Совет Капитанов в еще им самим непонятную сторону. Теперь поражаются, куда вывернула задуманная ими интрига, которая должна была только дать им козыри для запрета своим женам посещать хамам вместе с остальными горожанками и даже крестьянками.

«Раз уж сам глава Совета запретил своей любимой жене туда ходить! То и вам там нечего делать!» — правильно понимаю теперь не пригодившуюся им аргументацию.

«Но, сам Кром, уже здорово уставший от непонятного для него доминирования над ним самим прежде безропотной жены, не смог справиться со своими глубинными эмоциями. Он же чувствовал, что Клея заставляет принимать странные для него самого решения, просто вкладывая их в голову уже готовыми. Не знал ведь, что она уже стала магиней, поэтому никак не мог понять ее новое, постоянное доминирование. Когда долго закручиваемая пружина распрямилась, он на какое-то время полностью потерял рассудок, дав волю рукам, и вскоре оказалось, что изменить больше ничего нельзя. Можно только отвести беду от самой Клеи, сбросив его вниз с не так уж и большой высоты», — рассуждаю я, слушая доклад Тинтума.

«Ну, этажи все же высокие в доме Крома, метров десять точно от окна до мощеного камнями двора имеется. Любое падение может стать фатальным, если удариться головой о безжалостные камни».

Пока никто ничего не подозревает и не говорит вслух, тело найдено во внутреннем дворе после ссоры с госпожой Кром. Она тоже пострадала, но не опасно для жизни, вот что довольно сдержанно докладывает командир городской Стражи.

— Так они подрались? — доходит до кого-то из молодых Капитанов.

— Скорее, господин Капитан ее побил, — просто говорит Тинтум, не подчеркивая голосом ничего.

Я уже вижу, как идея о виновности Клеи начинает обсуждаться среди молодых, но она ничем им все равно не поможет. Единственный Капитан из молодых в составе Совета, которого отец научил более-менее правильно управлять Черноземьем, и к которому я сам относился с определенным уважением, теперь погиб, даже не важно, от чего именно.

Версию с убийством его Клеей трудно опровергнуть на здешнем уровне расследования. Ведь стражники оказались около него через слишком большое время, чтобы что-то заподозрить. Даже довольно малое количество крови под его головой просто уже впиталось после смерти между камнями. Тем более она побитая слабая женщина и просто не сможет поднять самого Капитана так, чтобы отбросить от окна на пять метров.

«Значит, смертельный прыжок совершил он сам в каком-то сильном помутнении рассудка! Если они оставались наедине, никого прислуга и охрана вообще больше не видели, а сама супруга подверглась сильному избиению. Еще ведь сама просила спасти мужа прислугу, после чего все услышали негромкий удар со двора. Драки между супругами — дело вообще житейское, но сор из избы никто выносить не станет. Ведь никому правильные рассказы о смерти главы Совета в самом Совете не требуется», — примерно понимаю я возможные обсуждения потом.

В конце Тинтум докладывает, что расследование будет проведено очень тщательно, обо всем обязательно доложит уважаемому Совету.

Потом молодые Капитаны сразу же весьма нетерпеливо уходят дружной толпой что-то решать для себя, пожилые пока остаются, поглядывая в замешательстве на нашу группу.

— Предлагаю всем нам плотно переговорить здесь и сейчас, а утро продолжить прямо в казармы Гвардии. Нам всем есть, что очень серьезно обсудить, — решаю я взять в свои надежные руки управление ситуацией.

Начальники военных формирований города с удивлением смотрят на меня, не ожидая сейчас настолько конкретного предложения.

— Уважаемый Капитан Генс. Прошу вас обратиться к пожилым, настоящим Капитанам. У нас есть, что предложить им, — продолжаю я.

— Почему именно я? — удивляется Генс.

— Потому что я для кое-кого там противник, а ты как раз такой уважаемый Капитан Совета, которого все захотят послушать. Тем более — будущий Глава Совета Астора! — вот теперь я здорово ошеломляю старого приятеля.

Нужно брать инициативу в свои руки, а то мои люди слишком растеряны, а вот молодые явно пошли выбирать будущего главу из своего состава. Что ни мне лично, ни всему Черноземью вообще не требуется. Они его явно выберут совсем не скоро. К тому времени нам, всем оставшимся здесь, нужно договориться между собой, что самое главное.

Лица пораженных приятелей нужно видеть, я смог их крайне сильно удивить, присвоив еще вакантное место главы Совета их товарищу.

— Свои слова я объясню потом, а пока Генс, будь добр, подойти к собирающимся уходить по домам Капитанам и пригласи их с нами. Нам нужны для полной законности своих действий все их голоса.

Генс что-то смекает, обменивается взглядами с Тинтумом и уходит к пожилым Капитанам. Вскоре они подходят к нам и замирают в ожидании того, что я им хочу сказать.

Тянуть время нет никакого смысла, я начинаю излагать мысли, которые успел обдумать за имевшиеся три часа.

— Уважаемые Капитаны! Настоящие Капитаны Совета! — подчеркиваю я такую мысль, что где-то есть и ненастоящие.

— Не со всеми у меня хорошие отношения! — и я отвешиваю поклон своему несгибаемому противнику. — Предлагаю забыть про них навсегда. Обещаю больше никогда ни о чем не вспоминать, — мне сейчас требуются позарез все трое пожилых Капитанов. — Но вы трое единственные здесь из старых Капитанов. Капитаны Генс, Тинтум и Драгер попали в Совет полностью по праву, много лет отслужив в военных подразделения Астора, отдав военной службе по две осьмицы лет. Все время успешной службе. Я же полностью разбил Магов Севера, два опаснейших отряда астрийских дворян с наемниками, договорился на неплохие условия с сильно превосходящей нас в военном отношении степной ордой. Кое-какие заслуги перед Черноземьем и Астором есть и у меня тоже.

Все собравшиеся смотрят пока на меня без каких-то возражений.

Мои приятели полностью признают правдивость моих слов и перечисленных заслуг, настоящие Капитаны тоже спорить не собираются. Тот факт, что старый Кром когда-то передал пост Главы Совета своему сыну, а тот привел сюда кучу своих приятелей детства, таких же сынков настоящих Капитанов, быстро оттеснивших их со всех важных позиций, не может их радовать никак.

— Поэтому есть предложение выдвинуть в главы Совета именно уважаемого Капитана Генса! — продолжаю я удивлять сразу всех.

— Почему меня? — снова спорит со мной сам командир Гвардии.

— Потому что самый достойный из всех! — объясняю я. — Очень щепетильно относящийся к выполнению законов в Асторе. Еще поддерживающий со всеми хорошие ровные отношения, ни в какой коррупционной теме не замазанный. Но дело не в том, есть ли какие-то доходы у всех нас, у всех какие-то есть! — показываю я, что совсем не препятствую всем собравшимся зарабатывать золото своим влиянием при власти. — Главное здесь другое — у всех нас есть большие достижения перед городом! Поэтому мы занимаем места в Совете абсолютно заслуженно!

— Мы имеем право выдвинуть своего главу Совета и можем выставить за него семь голосов, чего нам вполне хватит. Молодые, пока еще Капитаны, — конкретно так намекаю я. — Остались вшестером, поэтому должны будут принять наше решение! С другой стороны, все они попали в Совет только за заслуги своих отцов, не сделав для Астора вообще ничего! Какие они Капитаны? Совсем никакие!

Собравшиеся передо мной обдумывают мои слова и прикидывают, не стоит ли их донести до ушей противоположной стороны. Чтобы попасть в милость и остаться в том же Совете с гарантией.

Но слова, которые я сейчас открыто говорю всем, уже много раз ими самими обдуманы. Ведь Капитан Кром реально слишком поторопился передать власть своему сыну, даже не спросив старых сподвижников.

— Предлагаю проголосовать на ближайшем Совете за Капитана Генса, на что нашего преимущества вполне хватает. Тогда он получит сразу два голоса. И дальше уже оставить в самом Совете только достойных Капитанов! — предлагаю я радикальное сокращение Совета. — И остальных уже набирать в Совет именно за серьезные заслуги и достижения.

— Есть еще двое Капитанов, бывшие командиры Гвардии и Стражи! — напоминает мне один из пожилых Капитанов, которого я уже сам подлечил пару раз.

— Они не ходят на собрания Совета уже давно. Заслуг перед Астором у них тоже нет никаких! От них один только вред и множество зря погибших воинов! И полностью захваченные улицы города ворами и бандитами! Не нужно нам подобных Капитанов! — жестко отвечаю я. — Они тоже больше не будут носить гордое звание Капитанов Совета!

— У вас все равно не хватит голосов, чтобы исключить молодых Капитанов из Совета! — вдруг, довольно неожиданно для меня, вступает в обсуждение скользкой темы мой старый противник. — Для подобного требуется три четверти голосов Совета!

— Хватит вполне, — усмехаюсь я и выкладываю основной аргумент. — За спиной Капитана Генса стоит пять сотен гвардейцев. За спиной Капитана Тинтума — осьмица десятков стражников! За спиной Капитана Драгера столько же, осьмица десятков Охотников! За моей спиной набрано осьмица осьмиц бывших гвардейцев и стражников!

— Еще мне и Капитану Генсу подчиняются две тысячи хорошо вооруженных ополченцев! Мне — по старой памяти, как бывшему Диктатору и спасителю Астора от степняков, ему — по боевому расписанию! Так что голосов нам хватит с огромным преимуществом на самом деле! — раскрываю я свои карты перед, как уже получается, имеющими все права знать мой замысел заговорщиками.

Вот таким незамысловатым способом я показываю, что вся настоящая сила именно на нашей стороне. И кто бы не попробовал предупредить сопляков-Капитанов о будущем лишении славных званий, ему тоже ничего не поможет.

Остаться в Совете можно теперь только на одной стороне истории, и сейчас это точно наша сторона.

— Теперь предлагаю всем разойтись по домам, спокойно обдумать мои справедливые и правильные во всем слова. Собираемся в семь утра в казармах Гвардии, кто сделает нужный выбор, потом играем уже в открытую на Совете!

Не думаю, что теперь все же сомневающиеся пожилые Капитаны решат перебежать на сторону беспонтовой молодежи.

Я сказал открыто, а молчание Генса, Тинтума и Драгера подтвердило, что они думают так же. Потому что они тоже понимают — обладая всей реальной военной силой Астора, окажется очень глупо отдать полноту власти сплоченным между собой соплякам, которые первым делом заберут или попытаются забрать военную силу под свой личный контроль.

Если дать им подобную возможность. Но Капитан Прот ничего подобного делать вообще не собирается.