Богатырь и Звезда Сварога: Быль 3

Глава 19: «Увоз в отай яругу!»

В этот раз ворожба Яги перенесла Яромира в слабоосвещенное помещение с каменными стенами, тяжело давящими на голову и гнетущими своим мрачным видом.

Яромир огляделся.

Посреди круглого зала, на каменном полу, было вырезано Черное солнце, прожилки которого заполняло что-то похожее на кровь.

Он присмотрелся по лучше и убедился, что это действительно оказалась кровь…

По краям Черного солнца, не шевелясь, стояли шесть фигур, со скрытыми под вотолами лицами.

— Бесполезное отродье! — взъерошенный от злости Кащей влетел в зал и остановился посреди круга. — Сколько еще этих славичей нам нужно перерезать, пока мы не наткнёмся на нужного?!

Ответа, как он и ожидал, не последовало.

— Может мало пустили? — игриво спросил Дый, скинув с головы балахон, за что стоящий рядом Вий больно стукнул его посохом по плечу.

— Девку можешь хоть до суха выдавить! Может от неё проку больше будет… — махнул рукой Кащей, развернувшись к выходу. — Что хотите делайте, лишь бы сработало! Отец уже слишком долго находится в заточении… Ах, да, князя можешь забирать, он нам больше ни на что не сгодится.

Кащей скрылся в темноте коридора так же быстро и пришёл.

Следом за ним последовали и остальные.

Яга хоть и старалась сохранять спокойствие, но заметно нервничала.

Там, на холме, Морена и так заподозрила неладное. Тогда Яге с великим трудом удалось заболтать мать, но больше позволить попасть себе впросак она не могла!

Она даже специально сама вызвалась пустить кровь Ярославу, чтобы Кащей ненароком не сделал надрез чуть глубже и не нарушил её планы.

Брат ведь никогда не церемонился с жертвами…

Теперь же, когда этот молодой выскочка Дый, всё-таки, сумел всё испоганить, она была готова бежать сломя голову, чтобы успеть в темницы раньше него.

Но сейчас, как никогда, следовало соблюдать осторожность!

Кощей всё видит и всё знает, и если он учует её измену, то заживо сдерёт кожу и по частям будет скармливать Аспиду.

Даже не посмотрит, что она его сестра…

Яга покинула ритуальный зал последней и, дождавшись пока все разойдутся, быстрым шагом стала спускаться по широким ступеням.

Яромир, к своему удивлению слышавший её мысли, последовал за ней.

Несколько пролетов ниже гулким эхом доносились звуки шагов Дыя, спускающегося в темницу.

Вечно юный, рыжебородый бог богатства широко известен своей больной страстью к всяческого рода пыткам…

Яга остановилась и, убедившись, что они были здесь одни, проследовала за Дыем.

Она хотела подкрасться незаметно, но чуткий слух Дыя всё же уловил её приближение:

— О, ты тоже пришла за кровью славича? — заигрывающе подмигнул Дый. — Можем набрать омолаживающую кровавую ванну и придаться любострастию, как ты любишь! Даже поделюсь с тобой его сердцем… А из хозяйства можем сделать занятную игрушку. Ходят слухи, что у князя в штанах о-го-го какой, сродни Святогору!

Дый разразился громким, раздражающим смехом.

Яга не медлила.

Она незаметно вынула из внутреннего кармана вотолы горсть измельченных трав и дунула ими в открытый рот Дыя, от чего тот тут же в беспамятстве рухнул на пол.

Назад пути больше не было…

Яга отворила дверь камеры.

В узкой, тесной комнате, на холодном, каменном полу, лежал однорукий князь, плечо которого Яга залечила, под предлогом сохранности его жизни для ритуала.

При виде ведьмы, Ярослав, не без помощи Ольги, сел и принялся сверлить ее полным злости взглядом.

— Прежде чем я сниму с вас оковы — выслушайте! — она опустилась перед ними на колени. — Я знаю, что вы мне не доверяете и не прошу вашего прощения… Со временем вы поймёте, что другого выхода у меня не было, иначе Кащей сразу бы меня придушил. Ольга, протяни мне руку. Ну же, не бойся!

Ольга переглянулась с Ярославом и тот одобрительно кивнул.

Княжна выставила руку вперёд, и Яга провела ладонью по её запястью.

— Вот, видите?

На предплечье Ольги, откуда не возьмись, проявилась отметина Черного солнца, заставив княжну в ужасе отпрянуть к стене и стыдливо спрятать от Ярослава руку.

— Не пугайся этого! — попыталась успокоить её Яга. — Ты — чернородная! И, как бы дико это не прозвучало, — мой потомок…

Ноги Яромира подкосились, голова закружилась и замутило желудок.

Вновь ли Яга дурманит его обманом или это действительно правда…?

— Ты знала? — ошарашенный Ярослав бросил на Ольгу недоверчивый взгляд.

Она лишь стыдливо наклонила голову.

— Я полагаю, — торопливо вмешалась Яга. — что её отец, славный богатырь Илья, тоже не догадывался, что его жена Алёна моей породы…, но, сейчас не об этом. Как только я тебя увидела, тут же поняла, что ты ключ, то самое дитя света и тени, о котором предрекла Мокош. Ты и твои дети.

Ольга опасливо замялась.

— Князь, нельзя допустить, чтобы её кровь попала на алтарь! Не верите? Правильно делаете! Но, я тоже не желаю возвращения отца! Сейчас нам нужно как можно скорее выбраться отсюда и найти вашего сына.

Ярослав и Ольга снова недоверчиво переглянулись.

— Кащей уже в одном шаге от цели, только ему всё ещё не ведомо кто ты такая. И теперь единственная надежда только на вашего сына!

— Почему именно Яромир? — силы быстро покидали Ярослава и каждое слово отзывалось в его теле резкой болью. — Почему не другие?

Яга посмотрела на Ольгу, во взгляде которой читался неподдельный испуг и мольба, и немного замялась:

— Скажем…, он не совсем обычный ребенок, даже по вашим меркам. — Яромир подметил, как совершенно нескромно слукавила Яга. — Не зря Велес выбрал его среди остальных.

Ольга, незаметно для Ярослава, благодарственно поклонилась Яге.

— Послушайте, вместе мы сможем выиграть время, подготовить мальчика, помочь ему сразить Кащея… Доверьтесь мне, я не могу желать зла своему ребёнку, так же, как и вы не желаете своему! Мальчика ждут великие дела и без моих знаний он не сможет исполнить предначертанное! А без вас старый медведь меня к нему и за версту не подпустит… Ну же, идёмте!

Князь и княгиня никак не решались последовать за ней.

— Значит так: либо вы сейчас идёте за мной и ещё можете самостоятельно вырастить сына, либо с первой же капли её крови Этот мир охватит агония смерти и тогда больше уже никто ничего не увидит!

Князь продолжительно выдохнул и согласно кивнул.

Другого выбора у них не было.

Ядвига с легкостью разрезала путы острыми ногтями, и они осторожно стали подниматься по ступеням наверх.

Всю дорогу Ольга не сводила презрительного, любопытствующего и недоверчивого взгляда с Яги.

Яромир, продолжавший наблюдать со стороны, тоже чувствовал, что богиня ночи много чего не договаривала. Слишком много…

Яга остановила их перед входом в ритуальный зал, осторожно высунула голову из-за угла.

Убедившись, что опасности нет, она щелкнула пальцами и комната залилась тусклым зелёным светом факелов, после чего дала знак Ярославу двигаться дальше.

Посреди зала Яга внезапно остановилась.

Холодный озноб пробежал по её коже, пот проступил на лбу.

— Кащей… — в ужасе прошептала она, оглядываясь по сторонам в поисках выхода.

Она потянула Ярослава к лестнице, ведущей к выходу, но проход, прямо перед её носом, заволокла толстая стена льда.

Сзади, эхом разлетелась по комнате неторопливая, тяжелая поступь.

Ольга умоляющим взглядом взывала к Яге, но всё, что та могла — лишь судорожно глотать воздух.

Он уже был здесь…

— А ведь знаешь, я уже было начал тебе доверять, сестрица, — язвительный, леденящий душу голос Кащея гулко отскакивал от каменных стен зала. — И как же удачно сложилось, что именно Морена выразила обеспокоенность и вновь заставила меня обратить на тебя взор.

Полуголый Кащей, опёрся плечом на стену, перекрыв собой единственную оставшуюся лестницу.

Теперь Яромир смог полностью разглядеть и самого Князя Смерти.

Через тонкую, бледно-серую кожу, мерзко обтягивающую остро выступающие кости, просматривались нити черных вен.

Ещё больше Кащея уродовали толстые нити шрамов, слов на древнем наречии, вырезанными на его теле.

Яромир не видел в нём ничего живого. Он больше походил на высушенную, обескровленную жертву упыря, чем на человека.

Его острый нос и такой же острый подбородок вызывали отвращение, а глубоко впавшие глаза источали холодную свирепость.

Если бы Яромира попросили представить себе смерть с человеческим лицом, то он бы вообразил именно такой образ…

— С того самого времени, — Кащей выковырял длинной иглой кусок мяса, застрявший в зубах, и цинично сплюнул его на пол. — как ты спрятала от меня дочь, я не переставал спускать с тебя глаз. И, как видишь — не прогадал… Ты предала меня…, в который раз, только теперь он будет для тебя последним.

Ягу трясло от страха.

Ей хотелось провалиться под землю, бежать без оглядки, но путей для отступления не было. Это конец…

— Князь-калека и его молчаливая язва-жена, — Кащей оскалился в ехидной улыбке. — В чём же твоя выгода? Что они могут тебе дать, чего не мог дать я…? Ты прекрасно знала, что я с тобой сделаю и всё же решилась на это… Значит, они нужны тебе ради чего-то крайне, крайне существенного, настолько, что ты готова расстаться ради этого с головой! В глаза мне смотри!

Яромиру показалось, что взгляд Яги готов был прожечь Кащея насквозь.

— Теперь мне всё ясно! Какие низменные желания… — Кащей закатился язвительным смехом. — Я имел о тебе лучшее мнение, сестра. Жаль, что ты оказалась такой же недалёкой, как и твой волосатый муженёк… Княже, позволь угадаю, что она вам наплела? Мальчишка особенный и только лишь ему хватит сил убить меня?! Не утруждай себя ответом, по глазам вижу, что я прав. Полно, не смешите! Она в жизни не заботилась ни о ком, кроме своей собственной шкуры. Теперь-то я точно заполучу этого ребёнка! Ты увидела в нём что-то особенное и я обязан выяснить, что именно…

— На твой прах будут мочиться до конца времён! — не выдержал болтовни Кащея Ярослав и сделал шаг вперёд. — Ты сгинешь в Забвении, подлое, мерзкое отродье!

— Позволь открою тебе тайну, княже, — глаза Кащея злобно сверкнули и уголки губ сложились в злорадную ухмылку. — Я в ней родился!

«Морена… Спастись… Яромир…» — Яга суматошно перебирала мысли, как вдруг её будто ударили камнем по голове. — «Забвение!»

Незаметно для Кащея, она глубоко вонзила ногти в ладонь, и черная кровь длинной струёй потекла на пол.

Она поклялась себе больше не прибегать к кровавому чародейству, но другого выхода у них не было.

— Неужто решила сбежать, сестра? — Кащей взволновано отпрянул от стены и стал быстро приближаться к ним. — Думаешь, что так просто сможешь от меня скрыться?!

Ей кровь в одно мгновение обратилась в чёрную лужу, куда свободно мог поместиться человек.

— Увоз в отай яругу! (Спуск в скрытую долину!) — дерзко бросила она в лицо Кащею, схватила за шкварник Ярослава и Ольгу и, не оборачиваясь провалилась в темноту, утянув их следом за собой.

Кащей не успел последовать за ними.

Только макушка Ярослава, последним скрывшимся в открытом Ягой лазе, исчезла, как проход мгновенно захлопнулся, оставив на полу лишь маленькую лужицу крови.

Дым вновь стал стремительно заполнять комнату и последнее, что увидел Яромир, как Кащей вне себя от гнева швырнул иглу в кровавую каплю и она скрылась в ней без следа…

Всё вокруг завертелось и Яромир опять оказался на вершине злосчастного холма:

— Да сколько можно?! Что-же за проклятое место?! Будь оно не ладно… — выругался он, едва сдерживая рвотные порывы.

В нос ударил отвратительный смрад разлагающейся плоти.

Теперь туманные топи стали такими, какими они ему и запомнились — безжизненным болотом, усеянном трупами…

Под ногами что-то захлюпало, и он поспешил отскочить в сторону.

Из ниоткуда растеклось черное пятно, из которого, по уши заляпанные в крови, вывалились Яга, Ярослав и Ольга.

Яга победоносно рассмеялась, радостно задрыгав ногами, как маленький ребёнок, только что получивший леденец-петушок.

Она смогла, вырвалась из его лап!

Теперь уж точно всё изменится и она, наконец-то, получит то, что принадлежит ей по праву!

Только радость её оказалась недолгой…

Ольга одернула её за подол платья, и душа Яги обвалилась в пятки.

Из шеи посиневшего Ярослава торчала игла Кащея.

Князь с мольбой посмотрел на Ягу, кровь фонтаном брызнула из его рта, забрызгав и Ольгу, и Ягу.

Он повалился на колени и стал жадно хватать ртом воздух. Жизнь стремительно покидала его…

Нет, нет, нет, нет! — Яга истерично вцепилась в волосы и в приступе отчаяния незаметно, для себя, вырвала целый клок. — Подлый костлявый ублюдок! Всё, всё насмарку… Так, Яга, держи себя в руках… Ольга, доченька, здесь всё, нужно уходить! Ты всё ещё можешь помочь сыну, но ему мы уже не поможем…

Яга схватила Ольгу и поволокла за собой, но та лишь одернулась и крепко припала к груди задыхающегося князя.

Яромир, видевший отчаяние матери и страдания отца, не смог сдержать слёз…

— Послушай, — трясущаяся от страха Яга села возле Ольги и стала гладить её по запачканным кровью белокурым волосам. — Кащей проклял его! Он уже не жилец! И если мы сейчас не уйдём, то будем тоже!

Слезы рекой текли по щекам Ольги, но ещё сильнее прижалась к Ярославу, тело забилось в конвульсиях.

— Подумай о сыне! — от волнения Яга едва выдавливала слова. — Теперь можно не скрываться, я знаю, знаю про него!

Ольга в ужасе перевела взгляд на Ягу и руки её беспомощно разжались.

— Больше не нужно скрываться! — у Яги получилась ухватить её за живое. — Я знаю, чей он… У мальчика его глаза и их не спутать ни с чьими другими… Без Ярослава ему будет спокойнее, всем будет спокойнее! Ты всё ещё можешь сама вырастить его, не боясь гонений и порицаний, только доверься мне!

Яга протянула Ольге руку.

Ольга суматошно вертела головой между ней и князем.

Охладевшее тело Ярослава уже окончательно перестало подавать признаки жизни.

Он умер.

Ольга залилась слезами. Без криков и стенаний, но Яромир всем телом чувствовал её боль и отчаяние.

Всё, что было так дорого Ольге оказалось потеряно и в конце концов она нехотя приняла предложение Яги.

Но Ольга не смогла уйти, не простившись…

Княжна склонилась над бездыханным телом мужа, как неожиданно он схватил её за шею.

Ярослав открыл глаза, которых уже не было в глазницах.

«Не может быть…» — у Яромира перехватило дыхание, и он в ужасе попятился назад, уткнувшись спиной в ствол дуба. — «Не может быть…!»

Столько лет прошло, а он до сих пор продолжал видеть в кошмарах этот холодный, пропитанный гневом и отчаянием взгляд, пристально всматривающийся в посиневшее от удушья лицо Ольги.

Яростное рычание вырвалось изо рта Ярослава.

Он поднялся на ноги и стремительно увеличивался в размерах.

Кожа на его руках и голове с мерзким шипением рвалась на части, оголяя кости и череп, а единственная костлявая лапа всё сильнее и сильнее сдавливала горло Ольги.

Яга, окончательно потерявшая всякую надежду, поспешила скрыться за дымной пеленой.

Ольга колотила Ярослава по хлюпающей от крови руке, била ногами, но всё безрезультатно.

Чудовище, в которое превратился князь, оторвало её от земли и крепко сжало когтистую лапу.

Шея Ольги громко щёлкнула и тело безжизненно обмякло.

Она жила в любви, и умерла от любви…

Водяной издал оглушительный, до боли знакомый рёв, заставивший нутро Яромира затрястись от страха.

Яромир беспомощно обхватил колени и горькие слёзы сами собой потекли по его щекам.

Дым заклубился, но он так и не нашёл в себе силы посмотреть на обратившегося ужасным чудовищем отца, убившим его мать…

Недолгое время пробирающую до дрожи тишину нарушал лишь слабый треск хвороста в костре.

Казалось, будто сама природа страшилась закипающей в груди Яромира ярости…

За этот вечер на него так много всего свалилось, что голова неистово гудела, не давая возможности остановиться и обдумать хотя бы одну мысль из всех, что копошились внутри него шипящим змеиным клубком.

— Ты всё время это знал? — словно в пустоту мрачно спросил Яромир.

— Смотря о чём ты спрашиваешь. — Велес, пурпурное пятно которого уже полностью залило руку и бок, закашлялся кровью. — Оже Ярослав обратился водяным, убил твою мать и схоронился на Туманных топях? Да. Оже Ольга рода чёрного? Да, но и помыслить не мог, оже от её породы…

Яга со всей возможной надменностью поклонилась.

— Почему ты сказала матери, что Ярослав мне не отец?! — Яромир раздраженно сверкнул на неё глазами. — Или ты опять играешь со мной? Учти, сейчас я больше всего на свете не настроен шутить.

— О каких забавах речь? — Яга невинно развела руками. — Так сложилось, что твой настоящий отец — Перун.

Яромир неожиданно подскочил и попытался схватить Ягу за горло.

Браслет, всё ещё находившийся на её руке, загорелся и его рука, будто со всего маху, ударилась о каменную стену.

Дикая боль поднялась до самого плеча, заставив Яромира отступить.

— Но-но! — Яга важно потрясла золотым браслетом перед его лицом. — Теперь ты не сможешь причинить мне вреда!

— Оковы Радагаста. — прохрипел Велес. — Хитрая выдра нацепила их, пока ты витал во сне… Их не сломить против её воли.

Яромир осторожно провёл остриём Кладенца по незримой стене, выбивая из воздуха огненные искры и длинные нити молний.

— Хочешь злись, буянь, круши всё вокруг, — самодовольно выпалила Яга. — только правды это не изменит. Не веришь? У него спроси!

Она указала пальцем в заметно нервничавшего Велеса.

— И это ты знал?

Велес занервничал ещё больше:

— Не так давно… — только начал он и вновь закашлялся кровью.

— Позволь, я продолжу? — игриво постукивая ногтями, влезла между ними Яга. — В ночь, когда я подобрала тебя на болотах, Перун сам пришёл к Велесу и предъявил ему права на тебя, но старый лживый змей сумел-таки перехитрить его и пустить по ложному следу.

— И вновь одна сплошная ложь…

Он умоляюще посмотрел на Велеса, в поисках поддержки, но его суровый взгляд сказал всё за себя:

— В этом она не солгала.

— Только Велес не знал, — настойчиво продолжила Яга. — что из-за плешивой пёсьей морды, именно в это время, тебе доведётся сойтись в битве с Ярославом. Ты, наверное, слышал из былин, что Перун никогда не пропустит доброй сечи, вот и мимо этой битвы он пройти не сумел. Повелитель бури так восхитился тобой, что решил помочь одолеть невиданную тварюгу, так и не признав в тебе родной крови.

«Значит, мне не показалось, и тот старец с вороном на плече был реален…» — удивлённо, почти незаметно усмехнулся Яромир.