Авалон. Последний Апокалипсис

Глава 5

Сергей Александрович медленно поднялся из-за стола. Его взгляд скользнул по каждому из нас, задерживаясь на оружии. Я видел, как его глаза сузились, заметив свечение моего меча.

— Серьёзно поговорить? — повторил он с холодной усмешкой, в которой не было ни капли юмора. — Вооружившись до зубов? В моём доме?

Я сделал ещё шаг вперёд. Паркет под ногами тихо скрипнул. Вес меча и щита казался приятным, успокаивающим — напоминание о том, почему мы начали этот разговор.

— Это не угроза, — произнёс я ровно. — Просто пора расставить точки над «и».

Он обвёл нас взглядом снова, более внимательно. На секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, но тут же исчезло.

— Оружие из Авалона, надо полагать? — констатировал Демидов, его голос стал чуть тише. Он обошёл стол, приблизившись. — Интересно. Значит, вы действительно не шутите.

Пальцы его правой руки медленно постукивали по краю стола — единственный признак того, что он не так спокоен, как хотел бы показать.

Катя шагнула вперёд.

— Папа, послушай, — её голос дрогнул, но она взяла себя в руки. — Мы пришли не просто так. Нужно снова поговорить о Моррайе — она настоящая угроза. Времени мало.

Лицо Сергея Александровича окаменело.

— Снова эта песня? — каждое слово было отточенным. — Екатерина, я уже говорил…

— Нет! — голос Кати взлетел вверх. Она шагнула ещё ближе, её глаза горели яростью и отчаянием. — Ты не слушал! Ты вообще никогда не слушаешь!

Эхо её слов повисло в воздухе. Я видел, как слегка дрогнула Олеся, как сжал кулаки Димон. Даже Юки, обычно невозмутимый, слегка напрягся.

В кабинете воцарилась полная тишина. Отец и дочь смотрели друг на друга сквозь пропасть непонимания, которая разверзлась между ними.

Плечи Демидова напряглись, пальцы медленно сжались в кулак.

— Следи за тоном, — произнёс он тихо, но в этих словах было столько подавленной ярости, что воздух, казалось, сгустился.

— Или что? — Катя не отступала. Её подбородок вздёрнулся вверх в знакомом жесте упрямства, который я видел сотню раз. — Отречёшься от меня? Снова эти угрозы? Вспомнишь свою вторую дочь? Не нужно, если что, я и сама уйду.

Сергей Александрович резко выдохнул через нос — звук, похожий на фырканье разъярённого быка. Его рука легла на стол, пальцы медленно и методично постукивали по полированной поверхности чёрного дерева.

Тук. Тук. Тук.

— Объясни мне тогда, — начал он ледяным тоном, от которого в воздухе словно опустилась температура на несколько градусов, — зачем вы явились сюда с оружием, словно собираетесь на войну? Вот так ты решила поговорить с отцом, который дал тебе всё?

Я подошёл ближе, встав рядом с Катей. Мне просто надоело. Мы тратили время попусту.

— Потому что война уже началась, — произнёс я чётко, глядя ему прямо в глаза. — Просто ты её не видишь.

Его тяжёлый и оценивающий взгляд переместился на меня. В тёмных зрачках полыхнула плохо скрываемая враждебность. Я видел, как желваки заходили на его скулах.

— «Тыкать» мне будешь? Да ещё указывать, Решетов? — в его голосе прозвучала угроза.

— Указывать? — я усмехнулся. — Нет. Просто констатирую факт.

Юки чуть подался вперёд. Его голос прозвучал спокойно:

— Мы видели своими глазами целую планету, уничтоженную демонами. Миллиарды погибших и скверна, поглотившая всё живое. Города, превратившиеся в могилы и небо, почерневшее от пепла сожжённых душ.

Сергей Александрович фыркнул.

— Байки, — отмахнулся он.

— Это не байки, — голос Кати стал громче, в нём зазвучали нотки отчаяния. Она шагнула к отцу. — Мы были там! Такие же люди как мы потеряли всё — целый мир рухнул!

— И что? — Демидов скрестил руки на груди. — Если это правда, Земля под защитой — у нас есть Титаны. Даже если угроза настолько серьёзная, хоть я в это и не верю, они справятся.

Димон не выдержал. Его смех вырвался так резко, что я обернулся.

— Титаны? — он покачал головой, его обычная беззаботность испарилась, оставив лишь сарказм. — Серьёзно? Дядь, вы вообще понимаете, с чем мы столкнулись?

Лицо Сергея Александровича потемнело. Краска гнева поднялась от шеи к щекам.

— Следи за языком, мальчик, — процедил он сквозь зубы.

— Ну да, ну да, — Димон покачал головой. — Угрожать будете? Ну попробуйте. Мне уже надоел этот цирк. Вы не слушаете собственную дочь, которая буквально умоляет вас поверить ей.

Атмосфера в кабинете уже накалилась до предела. Я чувствовал, как каждый вдох становится тяжелее, как воздух сгущается от взаимной враждебности. Энергия в моём ядре начала пульсировать в ответ на эмоции — медленно и настойчиво, как второе сердце, бьющееся в унисон с яростью берсерка.

Сергей Александрович резко развернулся к столу. Он нажал кнопку на селекторе, его палец вдавился в неё с такой силой, словно хотел проломить устройство насквозь.

— Роман. Немедленно в мой кабинет. Ребятишки решили устроить бунт.

Повисла гнетущая тишина. Только тихое гудение ламп нарушало её. Мы все молча смотрели на него, не шевелясь. Я видел, как сжались кулаки Кати, как Юки положил руку на рукоять катаны, как Олеся отступила подальше от двери — в более удобную позицию специалиста поддержки.

— Думаешь запугать нас своими людьми? — спросил я тихо.

Он обернулся. Его взгляд был холодным и непроницаемым, как сталь.

— Думаю напомнить вам, где вы находитесь и с кем разговариваете.

Катя метнулась между нами, её движение было отчаянным.

— Папа, прекрати! — её голос надломился. — Мы не враги! Мы пытаемся тебе объяснить…

— Объяснить? — он резко повысил голос. Его лицо исказилось от ярости. — Что? Что я должен бросить всё? Забыть о клановых делах? Об Орловых, которые наступают нам на пятки? О том, что действительно важно? Ради какой-то призрачной угрозы?

— Да! — крикнула Катя. — Именно так! Потому что, если Моррайя захватит Землю, не будет ни кланов, ни войн! Не будет ничего! Только руины и скверна!

— Бред, — отрезал Демидов, рубя воздух ладонью. — Паникёрство. Вы просто дети, которые насмотрелись ужасов в Авалоне и теперь видите демонов за каждым углом.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как ярость закипает в груди. Сколько можно-то? Пальцы сами сжались на рукояти меча.

— Мы видели культистов на Земле, — произнёс, стараясь держать голос ровным. — Видели, как они перемещаются между слоями реальности. Как похищают людей средь бела дня. Как заражают их сознание, превращая в марионеток.

— И что с того? — Сергей Александрович махнул рукой, будто отгоняя надоедливую муху. — Видели… и не разобрались?

— Разобрались, но дело не в этом, — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как раздражение закипает внутри, — Их уже наверняка больше и они действуют организованно. У них есть доступ к силам, о которых ты даже не подозреваешь. Вы не можете перемещаться по слоям, у вас нет силы Авалона. Мы единственные, кто может сделать хоть что-то, и нам нужна поддержка.

Дверь кабинета распахнулась с таким грохотом, что все обернулись.

Вошёл Роман. Его массивная фигура заполнила дверной проём. За ним — Василий, чуть ниже ростом, но с такой же боевой выправкой. И ещё четверо мастеров в чёрной боевой форме.

Роман сделал три уверенных шага в глубь кабинета.

И замер.

Я видел, как его обычно спокойное лицо опытного воина, повидавшего сотни боёв, внезапно изменилось. Как расширились глаза.

Виртуоз. Человек невиданной силы, который провёл годы, улучшая своё ядро. Человек, чьи инстинкты были отточены до совершенства.

Он явно почувствовал нашу силу на уровне первобытной интуиции хищника, различающего опасного зверя.

Василий тоже остановился за его спиной. Его взгляд метался между нами, пытаясь понять источник внезапного напряжения. Лицо куратора побледнело. Мастера позади напряглись всем телом, их стойки изменились.

Воздух в кабинете словно сгустился, наполнился невидимым давлением.

— Роман, — голос Сергея Александровича прорезал тишину, в нём звучала привычная властность. Он кивнул в нашу сторону небрежным жестом. — Проводи гостей.

Роман не двигался.

— Сергей Александрович, — произнёс он медленно, подбирая каждое слово с осторожностью сапёра. — Я не уверен, что это хорошая идея.

Демидов нахмурился. Его брови сдвинулись, на лбу появилась глубокая складка.

— Что? — в голосе послышалось удивление, граничащее с раздражением.

— Они… — Роман замолчал. Я видел, как он пытается найти правильные слова. Его взгляд скользнул по каждому из нас — задержался на моём мече, на луке Димона, на катане Юки. — Они изменились. Я чувствую их силу. От тех людей ничего не осталось.

Глава клана резко обернулся к нам.

— Сила? — усмехнулся он. — Да, может быть. Но не такая, чтобы диктовать мне условия в моём собственном доме.

— Я выполню ваш приказ, — холодно сказал Роман. — Просто предупреждаю, что последствия могут быть серьёзные. Вам решать.

Сергей Александрович стоял неподвижно, как статуя. Только его взгляд медленно скользил по каждому из нас — по Юки, застывшему в расслабленной, но готовой к бою стойке. Затем по Димону, по Олесе, и, наконец, по мне, стоящему в центре нашей группы с мечом и щитом.

Холодный взгляд стратега.

— Хорошо, — произнёс он наконец, его голос был лишён эмоций. — Допустим, вы стали сильнее. Впечатляюще и неожиданно. Но всё же.

Он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе.

— Что дальше? — продолжил он, скрестив руки на груди. — Собираетесь угрожать мне в моём собственном доме? Демонстрировать силу, чтобы я… что? Испугался? Подчинился?

— Мы не угрожаем, — устало сказал я, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на плечи. — Мы пытаемся до тебя достучаться. Понять не можешь?

— До меня достучаться? — он усмехнулся, и в этой усмешке было столько презрения, что хотелось стереть её кулаком.

— Папа, послушай хоть раз! — в голосе Кати звучала мольба. — Моррайя — это демонический бог! Божество, командующее легионами! Её силы способны уничтожить целые миры! Мы видели результаты их работы!

— Демонические боги, — повторил Демидов с издёвкой, растягивая слова. — Легионы. Конец света.

Он обошёл стол, приблизившись к нам.

— А почему тогда Император молчит? — его голос стал тише, но острее. — Почему ваш хвалёный Авалон не поднимает тревогу? Почему не мобилизуются все силы Иггдрасиля, если угроза настолько велика, как вы говорите?

— Потому что Авалон сражается на сотнях и тысячах фронтов! — выпалила Катя, её глаза заблестели. — Потому что демонических богов четверо! Потому что ресурсов Авалона не хватает, чтобы защитить каждую планету в отдельности, особенно на таком этапе как Земля.

Сергей Александрович скрестил руки на груди, его поза выражала абсолютный скептицизм.

— Я сказал… Нет.

Последние остатки моего терпения испарялись. Злость подступила к горлу горячей волной. По венам побежали импульсы жара.

— К чёрту. Раз ты так упёрся, то проехали. Мы пришли сказать вот что, — процедил я, чувствуя, как каждое слово даётся усилием воли, — мы больше не будем частью твоего клана. Мы уходим.

Все замерли.

Даже Роман и Василий замерли, их лица выразили шок.

Лицо Демидова уже второй раз за несколько минут стало каменным.

— Что ты сказал? — тихо спросил он.

— Ты слышал, — я выпрямился, расправляя плечи. Встретил его взгляд и не отвёл. — Мы выходим. Создадим свою организацию и будем заниматься тем, что действительно важно. Защитой Земли и борьбой с реальной угрозой.

— Свою организацию, — повторил он медленно, произнося каждый слог отдельно. — Ты. Мальчишка, которого я приютил, обучил, дал ресурсы и открыл двери к силе, о которой ты даже не мечтал.

— Ты всего лишь нас использовал, — парировал я, не повышая голоса. — Как будущую силу для нужд клана. Я тебе больше скажу, мы никогда и не планировали служить дому Демидовых.

Его глаза сузились до щёлочек.

— Неблагодарный щенок, — прошипел он.

— Называй как хочешь, — я пожал плечами, демонстрируя показное безразличие. — Факт остаётся фактом. Мы уходим и все вместе.

Катя встала рядом со мной. Её плечо коснулось моего.

— Я с ними, — сказала она твёрдо, хотя я слышал, как дрожал её голос.

Сергей Александрович медленно перевёл взгляд на дочь. В его глазах мелькнула краткая, почти незаметная боль. Но она тут же исчезла.

— Екатерина, — произнёс он тихо, и в этом тихом голосе было столько подавленных эмоций, что воздух, казалось, задрожал. — Подумай о том, что ты делаешь. Ты моя дочь и наследница клана.

— Я думала, — ответила она, поднимая подбородок. — Думала долго. Каждый чёртов день в Авалоне, пока вскрывала глотки демонам. И я приняла решение. Всё это — мелкая возня.

— Ты предаёшь свою семью, — в его словах прозвучало обвинение.

— Нет, — Катя покачала головой. — Я спасаю её.

Димон резко фыркнул.

— Сергей Александрович, — бросил он с горечью. — Ты слишком занят своими играми в короля горы.

Лицо Демидова исказилось от неконтролируемого гнева. Краска прилила к щекам.

— Ты… — начал он, делая шаг к Димону.

Юки мгновенно оказался между ними. Его рука легла на плечо Димону — мягко, но настойчиво, останавливая друга от более резких действий. Но когда азиат заговорил, его голос был спокойным, размеренным, что делало слова ещё более убедительными:

— Мы не просим вашей помощи, — произнёс он, глядя прямо на Демидова. — Не просим ресурсов. Не просим присоединиться к нашей миссии. Мы просто информируем о своём решении. Как взрослые люди, способные принимать собственные решения.

Сергей Александрович медленно обошёл стол и остановился в нескольких шагах от меня. Он смотрел чуть сверху вниз, используя разницу в росте как психологическое преимущество.

— И что, по-вашему, я должен сделать? — продолжил он тихо. — Просто отпустить вас с миром? Похлопать по плечу и пожелать удачи?

Я встретил его взгляд, не моргая.

— Было бы здорово.

Он холодно усмехнулся.

— А если я откажусь?

Воздух между нами словно наэлектризовался.

— Тогда попробуй нас остановить.

Роман резко шагнул вперёд, его массивная фигура оказалась между нами и Сергеем Александровичем.

Виртуоз стал действовать. Его движение было настолько резким, что я едва успел среагировать. Огромный кулак пронёсся к моему корпусу с дикой скоростью, которую я в отличии от прошлого раза теперь…

…видел!

Но удар все-таки врезался мне в живот. Всё-таки Роман был невероятно силён.

Боль взорвалась где-то глубоко внутри. Мышцы инстинктивно сжались, пытаясь погасить силу удара. Воздух на мгновение вышиб из лёгких.

Но я не отлетел. Даже не качнулся.

Тело само приняло правильную стойку — ноги чуть расставились, центр тяжести сместился вниз. «Искусная крепость тела», «Стальные кости» и другие навыки — всё это сработало одновременно, распределив удар по всему корпусу. Роман вложил в этот удар серьёзную силу, пусть и не всю, но моё тело почти поглотило её.

Я медленно выдохнул, сохраняя абсолютно спокойное выражение лица. Словно ничего не произошло, хоть и пришлось сдерживать боль от удара.

Роман застыл. Его кулак всё ещё упирался мне в живот. Глаза расширились от шока, а рот приоткрылся.

Он не ожидал такого. Совсем не ожидал.

— Какого… — прошептал он.

В тот же миг вся моя команда взорвалась движением.

Юки выхватил катану из ножен с металлическим звоном, клинок сверкнул в свете ламп.

Димон натянул энергетическую стрелу.

Катя чуть отступила, оба кинжала вспыхнули энергией.

Олеся вскинула руки, и вокруг нас мгновенно материализовался светящийся барьер.

Мастера за спиной Романа напряглись, готовые активировать свои техники.

Василий отскочил в сторону, прижавшись спиной к стене, готовый к бою.

Атмосфера накалилась до предела. Все замерли, разделённые лишь несколькими метрами пространства.

Я медленно опустил взгляд на кулак Романа, всё ещё упиравшийся мне в живот. Потом перевёл глаза на его лицо.

— Может не стоит? — спросил тихо.

— ХВАТИТ!

Голос Сергея Александровича прорезал напряжение, как удар грома.

Все замерли.

Демидов сделал несколько шагов вперёд. Его лицо было бледным, губы сжаты в тонкую линию. Руки дрожали — от ярости или чего ещё, я не мог сказать точно.

— Роман, — произнёс он ледяным тоном. — Отойди. Немедленно.

Виртуоз медленно опустил руку. Его взгляд всё ещё был прикован ко мне.

— Сергей Александрович…

— Я сказал — отойди!

Роман сделал шаг назад. Затем ещё один. Мастера последовали его примеру.

Демидов вдруг сел в своё кресло, его взгляд был полон холодной ярости.

— Убирайтесь, — произнёс он тихо, но каждое слово было отчётливым. — Прочь из моего дома. Немедленно. Все.

Катя шагнула вперёд.

— Папа…

— Я сказал — УБИРАЙТЕСЬ! — взревел он, и весь кабинет содрогнулся от силы его крика.

Она застыла, словно получив пощёчину. Её губы задрожали.

— Понял, — я положил руку на плечо Кати, разворачивая её к выходу. — Пошли.

Юки медленно задвинул катану обратно в ножны. Димон опустил лук, но стрелу не убрал.

Мы начали отступать к двери. Роман и мастера расступились, но их взгляды следовали за каждым нашим движением.

Я уже почти дошёл до двери, рука легла на холодную ручку, когда Сергей Александрович заговорил снова:

— Решетов.

Я обернулся.

— Ты об этом еще пожале…

И в этот момент всё изменилось.

Небо почернело.

Это было видно даже из кабинета через окно. Оно не просто потемнело, как бывает перед грозой, а вдруг стало абсолютно чёрным.

Мгновенно, словно кто-то щелчком выключил все звёзды разом, погрузив мир в первобытную тьму.

Неестественная, густая, почти осязаемая тьма накрыла город. Она была плотной, вязкой, словно живая субстанция, поглощающая свет.

Я замер, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Что за… — начал было Димон.

Тьма сгущалась с каждой секундой. Она становилась темнее и плотнее. Я видел, как огни города начинают тускнеть, гаснуть один за другим. Пробирающий до костей холод пополз по коже.

Наступало то-то зловещее и…

— Ну что, Сергей Александрович, — произнёс я тихо, — теперь веришь?

…демоническое.

Слова ещё не успели раствориться в воздухе, когда раздался грохот.

БАБААААААААААААААААААААААААХ!

Что-то невероятно огромное с чудовищной силой проломило крышу усадьбы.