Зловещий художник

Глава 38

Конечно, я кинулся звать на помощь. В смежной комнате доктор Бэнчер, который отдыхал, удобно расположившись в кресле, бросил на меня недовольный взгляд. Но, видимо, заметив по моему лицу, что дело серьезное, тут же поднялся. Пробормотал:

— Так и знал, что этим закончится.

— У него пошла горлом кровь! Скорее… Я…

— Вы уже сделали все, что могли. Прошу вас, идите к себе. Больному нужен покой.

Он торопливо направился к двери спальни. Я в нерешительности остановился.

— Может, я…

— Уходите же, — уже сердито сказал доктор, который обычно держался сдержанно и никогда не повышал голос. — Очень прошу не мешать!

Мне осталось только подчиниться. Но успокоиться было невозможно. Перед глазами так и стояла последняя сцена, увиденная в спальне отца — кровь, текущая сквозь пальцы. Неужели это конец?!

Я бросился разыскивать инспектора. Вдруг осознал, что сейчас это тот самый человек, который способен помочь и что-то изменить. Не знаю, что дало мне такую уверенность. То есть не уверенность, а скорее надежду.

Инспектор Фоксен нашелся быстро, в своей комнате, однако не один. Они с уже знакомым мне полицейским врачом по фамилии Карриман что-то обсуждали и резко умолкли при моем появлении.

— Вы прямо пугаете, — сказал инспектор. — Нельзя же так врываться. Что опять случилось?

— Мой отец… ему гораздо хуже, пошла горлом кровь и…

— Я сейчас посмотрю, что с ним, — Карриман поднялся со стула и быстро вышел. Я опустился на его место.

— Не нужно отчаиваться, — произнес инспектор. — Такое кровотечение далеко не всегда смертельно опасно. Надеюсь, все обойдется. А Карриман толковый специалист. Хорошо, что сразу приехал. Не смотрите, что он работает в сельской местности, кому-то же надо это брать на себя. Зато у него была обширная практика в столице, до тех пока судьба не занесла сюда. Я даже подумываю устроить его перевод обратно. Он бы отлично вписался в нашу команду… Да и ваш домашний врач делает, что может. Так что выше нос.

— Вам легко говорить! А я всю жизнь ждал, когда отец обратит на меня внимание. Ждал… И вот теперь…

Я пересказал Фоксену последний разговор с отцом. То есть, мне не хотелось верить, что тот разговор мог быть последним.

— По-моему, вы не так уж и ненавидите своих родных, как может показаться. В ту ночь, когда мы только познакомились, впечатление сложилось иное. Но за те дни, что я за вами наблюдаю…

— Вы наблюдаете за людьми, как за потенциальными преступниками? Другого от вас и ждать не стоит.

— Я же говорил, что не считаю вас преступником. Кстати, интересный поворот с той предсказательницей.

— Вы тоже про нее знаете?

— Не то чтобы сильно интересовался раньше. Хотя кое-что слышал, краем уха. Она ведь сидит тихо, в мошенничестве не замечена. С полицией не сотрудничает. Хотя как мне известно, ей ещё давно делали серьезное предложение. Ведь если следствие заходит в тупик, то даже полицейское начальство начинает верить в сверхъестественное. Лишь бы сработало. Но я с этой особой никогда не пересекался.

—Знаете, это наверное, самая несчастная аристократка в королевстве.

— Да? Я думал она из простых. То есть, вообще о ней не думал, если точно.

— Нет. На самом деле она и по рождению, и в браке принадлежала к высшему обществу. Лет тридцать назад это была типичная молодая светская дама — беззаботная, счастливая, легкомысленная. Вышла замуж по любви, у нее уже был маленький сын. Но, как говорится, все изменилось в один день. Они с мужем вздумали попутешествовать по горному краю, там ведь очень красивые места. Захватили с собой ребенка. Это должно было стать увлекательным путешествием. В его середине ей приснился страшный сон, будто сын и муж летят в черную бездонную яму. Наутро они только посмеялись над глупым кошмаром. А потом их карета рухнула в пропасть. Погибли все — муж, ребенок, кучер, лошади. Только эта женщина осталась жива и даже почти не пострадала физически. Но духовно она словно умерла. То есть умерла и переродилась другой личностью. Вернулась в столицу и продала свой роскошный особняк, все остальное имущество. Пожертвовала все деньги на благотворительность, а себе купила маленький домик на окраине. Взяла новое имя Илара, под ним и живёт теперь. Прежняя жизнь для нее закончилась. Предсказательница Илара отказалась встречаться с прежними знакомыми и родней. Никогда не выходит на улицу. Зато к ней стремятся люди, которым нужны помощь и совет. Илара потеряла семью, но обрела дар ясновидения. Она не ошибается. Поэтому отец тогда к ней и отправился.

— Но с вами она слегка промахнулась.

— Я бы так не сказал. Знаете, тот убитый щенок и правда был. Я нашел его возле конюшни, случайно. Кто-то перерезал ему горло. Мне было его так жаль. Я… прибежал с ним на руках домой. И, конечно, мне не поверили! Решили, что это сделал я.

— Сочувствую.

— Понимаете, от меня всегда ждали чего-то ужасного. А тут ещё… за несколько дней до я этого вскрыл лягушку, которую поймал возле озера. Ну, мне просто было интересно, как она устроена. Как раз читал одну книжку по естествознанию… Так что решили: со щенком та же история. Думаю, если бы отец был тогда дома, предсказание Илары точно сбылось бы. Он обожает животных, и они так возле него и крутятся…

— В сущности, жизнь лягушки, щенка и человека — не так уж сильно отличаются по своей ценности. Убить любое живое создание — что может быть хуже?

— Я это понимаю, но…

Инспектор внимательно посмотрел на меня.

— Вот это да. У вас слезы на глазах.

— Вам показалось.

Я отвернулся и вытер глаза.

— Бросьте думать о прошлом, — сказал инспектор. — Тогда трагедии в вашей семье не случилось, вот и славно. Сейчас, надеюсь, тоже, хуже уже не будет. Мы всё сделаем для этого. А вы с Иларой даже чуть похожи. У обоих предсказания сбываются.

— Если бы! От моих никакого толку…

— Все равно рисунки по многом уже помогли. Помогут и ещё. Если бы было поменьше подозреваемых! Одной только прислуги целая толпа.

— Так ведь и замок огромный.

— Это да. Вот, помнится, расследовал я убийство в одном маленьком уютном поместье… Семья хозяев из четырех человек, горничная, повар и садовник… Все как на ладони. Красота… — Инспектор поднялся и взял со стола толстую кожаную папку. — Но мы с вами заболтались. Некогда рассуждать. Я сейчас еду в город.

— Зачем?!

— Нужно кое-что разузнать и встретиться с коллегами.

— А если здесь опять что-то случится?

— Я вернусь уже вечером. Или завтра утром. Оставляю расследование на вас. Если вдруг что — здесь же ещё остались двое полицейских. Один дежурит в холле, другой — у выхода из подземелья, пока там не поставили надёжную защиту... Все ваши рисунки я везу с собой. Вы так и не вспомнили, что за замок на последнем рисунке?

— Нет, к сожалению.

— Ладно, ничего страшного. Наверное, мне надо сообщить о своем отъезде. Пожалуй, лучше графу Траубу. Он кажется самым…

Инспектор так и не уточнил, что имел в виду. Возможно, “самым уравновешенным” или “самым серьезным” или "внушающим доверие".

***

Дядя Трауб сидел в комнате перед спальней отца. Известие об отъезде инспектора воспринял спокойно.

— Что ж, раз это необходимо. Будем ждать вашего скорого возвращения. Экипаж как раз запрягают, сможете выехать прямо сейчас. Мы решили послать за доктором Локком.

— Раз вы считаете, что я не справляюсь, то посылайте, конечно, — сухо отозвался находившийся тут же доктор Бэнчер.

— Никто не сомневается в вашей компетентности. Но положение тяжёлое, и лучший столичный врач точно будет полезен. Считайте, что здесь соберётся консилиум из трёх врачей. Мы сделаем все, чтобы мой брат выжил.

***

— Нас все меньше и меньше за столом, — мрачно заметил Дорф.

Он был прав. Мало кто остался. Мать, дядя Мариос находились рядом с моим отцом. Из врачей присутствовал доктор Бэнчер, на лице которого было написано недовольство. Ведь кто-то посмел усомниться в его компетентности. Стерк арестован, инспектор укатил в город… Из всех шестерых только у маркизы Лерейн был нормальный аппетит, остальные почти ничего не ели.

— Лучше запереться в своих комнатах, как это сделала тетушка Новеллина, — отозвалась Веатта. — Наверное, я так и сделаю.

Никто не ответил…

***

Не зная, куда деться от тоски, я заглянул в зал для молитв. Но меня опередили. Возле статуи одной из древних богинь горели свечи. Мать стояла на коленях и что-то шептала, умоляюще сложив руки. Я едва успел выйти на цыпочках, пока она меня не заметила..

***

В полной темноте слышались очень тихие, но отчётливые звуки. Кто-то стучал в дверь. Я сначала подумал, что это продолжение сна, однако стук повторился.

— Кто там?

В ответ полная тишина.

Я выбрался из постели, повернул ключ (да, я теперь тоже запирался на ночь) и приоткрыл дверь. У порога никого не было. Я осторожно выглянул наружу. Но в коридоре ничего не удалось разглядеть. Если кто-то и стучал, то успел скрыться. Я наскоро оделся, зажёг маленькую лампу и вышел из комнаты.