Завоевать сердце Рождественского Принца

Глава 8. Альва

— Альва, одевайся. Быстро. — Ник поспешно начал надевать свою одежду. Снаружи буря продолжала бушевать, снег хлестал по бокам палатки саней, рычание собак не ослабевало — недвусмысленное предупреждение. Мои руки дрожали. Я не могла поверить, что это происходит. До Рождества оставалось две недели, и все разваливалось.

Комета и Молния были больны, свирепая буря обрушилась на наше королевство, а теперь…

Я посмотрела туда, где сидел Ник, застегивая свои сапоги. То, что мы только что сделали… что я позволила ему сделать со мной. Жар прилил ко всему моему телу, когда я подумала о том, как он касался меня, о мастерстве его языка. Ни один мужчина никогда не заставлял меня чувствовать себя так. Конечно, у меня не было тонны опыта, но все же.

Он заставил меня желать его тела способами, совершенно неподобающими, особенно после его слов о том, что он не заинтересован ни в одной из девушек-претенденток, которых ему представляли. Если я имела к этому отношение, то я была виновата не меньше самой Ледяной Королевы в подрыве безопасности наших земель. Если Ник не выберет невесту, Санта изгонит его из королевства. Наследником был Ник, а не его брат. Магия строга. Что, если она не примет принца Лейфа как следующего Санту?

Я все испортила. Рождество разваливалось из-за меня. Возможно, я была слишком отвлечена Ником. Возможно, если бы я просто пошла к местному целителю, вместо того чтобы согласиться отправиться в это путешествие с ним, ничего из этого не произошло бы. Мы не застряли бы в этой буре, не подвергались бы угрозе от кого-то неизвестного, и Ник и я никогда бы…

Мои пальцы потянулись к губам, туда, где его дикий рот завладел мной, тепло его поцелуя все еще ощущалось.

Ледяные духи. Вся эта чертова поездка была полной катастрофой.

Пока я засовывала руки в пальто и завязывала сапоги, звук нового рычания заставил мое сердце забиться чаще.

— Ник, — прошептала я, в моем голосе звенела паника, — что там?

Он натянул куртку и выскользнул из шатра, его золотисто-карие глаза сверкнули тревогой. Он протянул руку и помог мне выбраться из саней.

— Если бы мне пришлось предположить, питомцы Ледяной королевы. Снежные барсы.

— Ты думаешь, они охотятся на нас?

Внезапно в ночи прозвучал другой, более низкий и ужасающий рык. Дыхание застряло у меня в горле, когда я успела разглядеть в снежной пелене движение — струящуюся, словно жидкий лед, белую шерсть и светящиеся глаза, прикованные к нашему шатру. Он был прав. Ледяная Королева наслала на нас своих барсов.

Ник не медлил. Он мгновенно сложил палатку и поправил сани, затем втащил меня на пассажирское сиденье, в то время как сам прыгнул на место водителя, щелкнув поводьями.

— Держись!

Я вцепилась в край саней, когда собаки рванули вперед, их мощные лапы вгрызались в снег, увлекая нас в самое сердце бури. Барсы бросились в погоню, их огромные силуэты с гибельной грацией скользили между деревьями.

— Быстрее! — крикнула я, мой голос едва слышен из-за ветра.

Ник стиснул зубы, его концентрация была острой, как бритва, пока он маневрировал санями по лесу.

— Они настигают нас.

Впереди показалось озеро Эйсмир, его замерзшая поверхность блестела, как стекло, в лунном свете. Сердце у меня подпрыгнуло к горлу.

— Ник, мы не знаем, выдержит ли озеро…

— Есть только один способ узнать, — отрезал он, твердо держа вожжи.

Сани ударились о лед с толчком, собаки заскользили, но удержались на ногах. Позади нас барсы замедлились лишь на мгновение, прежде чем прыгнуть на озеро, их когти цеплялись за поверхность.

Лицо Ника потемнело, когда он оглянулся и увидел, что барсы сокращают дистанцию.

— Мы не сможем их обогнать. — Он держал поводья одной рукой, его другая рука поднялась, словно призывая что-то из глубин самого озера. Я почувствовала, как воздух вокруг нас сместился, заряженный магией, от которой закололо кожу.

— Ник, что ты делаешь?

— Выигрываю нам время, — сказал он, его голос был хриплым, рука слабо светилась.

Ник еще не взошел на трон, его магические способности не достигнут полной силы, пока он официально не станет Сантой. И все же сейчас он призывал силу Одина. Я смотрела на него в полном благоговении, наблюдая, как лед под нами начал трескаться, расходясь во все стороны зигзагами острых линий. По озеру Эйсмир прокатился яростный рев, когда сама Ледяная Королева материализовалась у кромки, ее развевающееся белое одеяние сливалось со снежной бурей.

— Беги, пока можешь, принц! — крикнула она, ее голос был острым, как зазубренный лед. — Ты не можешь остановить меня. Я отравлю твое драгоценное Рождество, уничтожу магию твоего королевства и увижу, как Северный Полюс рухнет под моей властью!

Ник, стиснув челюсти, сосредоточился, и трещины расползлись шире. Озеро стонало под нами, глыбы льда откалывались и уходили в ледяную пучину. Снежные барсы ревели, пытаясь удержаться на твердой поверхности, но Ник не останавливался. С собственным криком он выжал из своей магии еще больше, послав по озеру пульсирующую волну золотого света. Лед разлетелся окончательно, и нас от Ледяной Королевы теперь отделяла стена ледяной воды.

Она прошипела, подняв руки, чтобы заморозить озеро снова, но Ник вытянул руку вперед, мерцающий золотой щит образовался между нами и ее магией.

— Ты не перейдешь, — сказал он сквозь стиснутые зубы, его тело дрожало от усилия.

Я не могла оторвать от него глаз, мое сердце бешено колотилось — не только от страха, но и от изумления перед той мощью, которой он владел. Это был тот самый принц, которого я считала неспособным к ответственности, чей потенциал, как я думала, пропадает впустую. И все же сейчас он защищал меня, защищал свое королевство, используя каждую крупицу своих сил.

Ледяная королева завизжала от разочарования, когда щит удержался.

— Это еще не конец, Николас! — выплюнула она, прежде чем исчезнуть в буре.

Ник плюхнулся обратно на сиденье, его дыхание было прерывистым.

— Нам нужно продолжать путь.

Ездовые собаки вновь побежали, увозя нас от разрушенного озера. Я сидела в ошеломленном молчании, а мысли неслись вихрем. Нелюдимый принц, казавшийся таким отстраненным от своей семьи и своего народа, оказывался куда более значительной личностью.

— Ник, — тихо сказала я, — спасибо.

Он взглянул на меня, и в его глазах читалась усталость.

— Не благодари меня пока. Нам еще нужно добраться до Хельки и вернуться в замок Нордхолл. Ледяная королева не остановится, пока не увидит Северный Полюс разрушенным.

Спустя некоторое время сани остановились перед небольшим покосившимся домиком, приютившимся в лесу. Из трубы вился дымок, а из окон струился тусклый свет..

— Здесь живет Хелька, — сказал Ник, спрыгивая вниз и протягивая мне руку. Метель немного утихла, больше не хлеща наши лица. Доски крыльца скрипели, когда мы поднимались к ее входной двери. Ник постучал пару раз, пока дверь, казалось, не открылась сама собой. Внутри ведьма приветствовала нас понимающей улыбкой.

— Рада видеть тебя, мой мальчик. Я уже начала думать, что ты забыл наше соглашение.

— Извини, старый друг. Мне следовало навестить тебя раньше. Боюсь, я прихожу не с добрыми вестями.

Теплота, с которой они приветствовали друг друга, смутила меня. Искренность в его голосе, мягкость — все это было так непохоже на того надменного и холодного принца, которого я, как мне казалось, знала. Эта его ипостась, та, что он стал являть с тех пор, как узнал о Комете и Молнии, была той самой, что могла по-настоящему разбивать сердца. Я содрогнулась от этой мысли и невольно прижала ладонь к груди, страшась, что он каким-то образом уже сумел прорваться сквозь мои защиты.

Длинные седые волосы ведьмы переливались под светом множества фонарей фей в комнате. Ее постаревшая кожа сморщилась в уголках глаз, когда она улыбалась принцу. Но хотя она и состарилась за столетия, красота ее юности все еще шепталась в ее чертах.

— Мы перейдем к причине твоего визита, но сначала, кто твой эльфийский друг?

— Прости, Хелька, как грубо с моей стороны. Это Альва Брайтвинтер, главный эльф моего отца…

— Да, да, — сказала она, перебивая его, — но кто она на самом деле? — Она подошла ко мне, ее тонкие губы растянулись в простую улыбку. — Дай мне свою руку, дитя.

Я сделала, как она просила, и молочные глаза ведьмы немедленно закатились. Она простояла так, казалось, минуту, затем снова открыла их, устремив проницательный взгляд на меня.

— У тебя сердце огня, Альва Брайтвинтер. Сильное желание защитить королевство. — Она взглянула на Ника, затем снова на меня, и улыбнулась. — Из тебя получится прекрасная хюсфрейя⁵.

Мое сердце пропустило удар. Это было слово на нашем древнем языке, означавшее хозяйку дома. Глаза Ника расширились, и он нервно провел рукой по волосам. Он быстро сменил тему, вернувшись к сути дела.

— Хелька, мы пришли за помощью. Ледяная Королева напала на нас по пути. Я полагаю, она планирует саботировать Рождество, чтобы ослабить Северный Полюс. Комета и Молния больны странной болезнью, и эта буря… она неестественна.

— Ты прав, опасаясь Ледяной Королевы, Мой Принц, — сказала она, ее голос стал серьезным. — То, что отравляет оленей, распространяется на всех магических существ в королевстве. Весь лес поддается этой странной болезни. Я готовила микстуру с тех пор, как повстречала больного фавна. Если вы не остановите ее, не только все олени падут жертвой ее темной магии, но и все существа, что охраняют наше королевство.

— Но зачем ей это? — спросила я. — Война между Северным Полюсом и Скадгардом закончилась столетия назад.

— Альва права, — сказал Ник. — Мы соблюдали нашу сторону договора. Наши люди никогда не заходили за наши границы на ее землю.

— Твои предки, возможно, выиграли войну, но королева никогда не переставала планировать свою месть. Столетия назад праздновалось Зимнее Солнцестояние — сила мороза, темная красота самой длинной ночи — но затем твоя семья превратила его в праздник огней и радости. Вы уменьшили мороз, заменили его теплом и любовью, и оставили ее королевство угасать в безвестности.

— Так каков ее план? — спросила я. — Украсть Рождество у нас, у мира?

— То, что она планирует, юная эльфийка, — это заявить права на трон Святого Николая для своего сына, Джека. Как только она это сделает, магия Северного Полюса направится в него и Скадгард, погрузив весь мир в вечную зиму.

— Как мы можем ее остановить? — спросил Ник, его руки сжались в кулаки.

Хелька достала с полки флакон с мерцающей жидкостью.

— Это зелье поможет оленям. Начните с этого. Что бы ни случилось, вы не должны допустить, чтобы что-либо помешало этим саням взмыть в небо в сочельник. Но вы должны спешить. Если их не вылечить к рассвету, они погибнут. А что до Ледяной Королевы…

Ник наклонился вперед.

— Я верю, она отравила вечнозеленые деревья Винтерблумского⁶ Леса, — сказала ведьма, ее глаза затянулись тенями.

Мышцы на плечах Ника, казалось, напряглись.

— Эти деревья — жизненная сила этой земли… они поддерживают не только Северный Полюс, но и ее королевство тоже. Она уничтожает себя вместе с нами. Зачем ей это?

— У меня нет всех ответов, Мой Принц. Но я верю, что единственный способ остановить ее — это Сердце Йоля.

— Древняя реликвия, дарованная нам самим Одином? Она была утеряна давным-давно, — сказала я.

— Верно, дитя. Но лишь ее магия достаточно могущественна, чтобы остановить Королеву и восстановить баланс.

— Хорошо, допустим. Но если она утеряна, как нам ее найти? С чего вообще начинать поиски? — спросил Ник.

Хелька подошла к столу, заваленному книгами и стопками бумаг.

— Оно появляется только тем, кто готов принести величайшую жертву. Однако Сердце спит и может быть пробуждено только в Зимнее Солнцестояние, день, когда свет начинает возвращаться в мир. — Она достала карту и протянула ее Нику. — Легенда гласит, что Сердце похоронено где-то на вершине Исфьялла.

Мое сердце упало.

— Ледяная Гора? Местность гибельная.

— Если его можно пробудить только в Зимнее Солнцестояние, что нам делать до тех пор? — спросил Ник.

Ведьма глубоко сглотнула, ее лицо стало мрачным.

— Вы должны защищать свое королевство любой ценой.

Я положила руку на руку Ника, привлекая его внимание.

— До Рождества две недели, — сказала я. — Все поглощены финальными приготовлениями, включая ухаживание. Эта новость может все разрушить. Даже если мы вылечим оленей и сани взлетят, праздничное настроение будет омрачено этой угрозой. Это подорвет боевой дух эльфов и скажется на вылете в Сочельник.

Мышца на челюсти Ника дернулась, пока он обдумывал наши варианты.

— Последнее, о чем я беспокоюсь, — это ухаживание. Мне нужно поговорить с отцом. Он должен все понять. Мы отложим эту брачную чепуху. Я соберу поисковый отряд для Сердца и помогу отцу вести Багровую Стражу к границам, чтобы укрепить щиты. Ты займись эльфами, загрузи их работой. Рождество должно состояться, Альва. От этого зависит судьба нашего королевства.