Я не фаворитка!

Глава 18

Агата

… - Мерзавка! Подлая хитрая тварь! – бесновалась Адель в своём кабинете. Она гневно скомкала бумагу и запустила в корзину, где уже набралась половина смятых листов. Вскочив, ведьма прошлась по кабинету – сначала к окну, потом к камину. Её крики разлетались по коридору и соседнему залу. Тень, незаметно скользившая по пушистому ковру, испуганно замерла.

- Какая она мерзавка! Что ж, дорогая, ты хотела узнать истинную силу Верховной – ты её узнаешь! Сгниёшь в темнице, а твоё лживое отродье отправится на каторгу!

Тень вздрогнула, да и я вместе с ней. Что нашло на Адель?! Несмотря на внешнюю холодность, она казалась женщиной рассудительной и мудрой!

- Ненавижу, ненавижу! – кричала она, тыкая кочергой в прогорелые дрова. Огонь заискрил, вырываясь на волю. Пользуясь тем, что Адель отвлеклась, я скользнула к её столу. Новое письмо было ещё не написано, но получатель был указан нервным курсивом сверху.

«Гранд-мастеру, ночной ведьме, леди Магдалин Иветт Соте».

Магдалин?! Наставнице Ледарии?!

Я другими глазами посмотрела на Адель. Светлоликая Амэ, это логично! Кто выказывал сомнения в такой радикальной форме?.. Кто всегда был яро против исследований Эрин?.. Разумеется, Адель догадалась, кому выгодно подставить её ученицу!

Маленькая тень в чёрном плаще стрелой пролетела сквозь меня. Схватила нож для писем и… всадила в открытую спину Адель.

Мне хотелось закричать. Сквозь время закричать, что это чудовищная роковая ошибка! Что мы обе неправильно её поняли! Адель могла наказать реальную убийцу, но… но нож в её спине поставил крест на возмездии.

Пространство загудело от тёмной силы. Адель колдовала. Яркой искрой чернильный шар поднялся в свод потолка и исчез. Следом над умирающей Верховной вспыхнули ещё три искры. Думаю, та сила, которую Адель вытянула из Мартена, Аделарда и Эрин.

Тень звонко охнула и толкнула Верховную вперёд, на камин. Ударившись головой об доски, Адель уже больше не двигалась. Разбуженный огонь голодным волком вгрызся в дорогое платье и вспыхнул. Недоверчиво сжав нож, убийца сделала несколько шагов к телу и застыла.

Осознала.

По моим щекам катились слёзы. Я словно чувствовала её боль. Через много лет этой боли станет больше. Вся жизнь пропитается затаённой болью, как бинты раненого – кровью.

Убийца взглянула в зеркало, по которому скользнула чёрная рябь. Сжав нож, тень выскочила из кабинета, а я осталась. Рядом со мной, опустившись на колени, сидела Адель.

- Вы получили ответ?..

Она смотрела, как огонь жадно пожирает её тело. Пламя горело в погасших глазах. В кабинет ворвались Мартен и Аделард, бросились к матери… и дальше я заставила себя проснуться.

- Зеркало, - услышала шелестящий голос, - зеркало запомнило убийцу.

​

Просыпалась я с головной болью, тошнотой и сдавленными ругательствами. Печать горела, но Тео уехал в префектуру, и погасить её было некому.

Бедный, как он жил с этим?! К моей руке будто приложили раскалённый прут. Я взвыла… и услышала.

- Агата?! Агата, всё в порядке?!

Эстель!

- Помоги мне! – проорала я из последних сил. Ведьма вломилась в комнату и быстро перечеркнула ногтем печать. Я ощутила себя пресловутым мечом, которого после кузнечной печи отправили в ледяную воду.

Зато можно дышать.

- Спасибо, - пробормотала я, залпом выпивая воду из графина. Эстель недоумённо вскинула брови:

- Как получилось, что вы с Тео поменялись местами? Теперь ты просыпаешь от кошмаров?..

- Это был последний такой сон, - уверенно сказала я, вытирая мокрые щёки, - проклятье давало мне зацепки. Сны должны были показать, как спасти Тео – суть разделённого проклятия, понимаешь?

- Ого! Но что конкретно тебе снилось?!

Я рассказала. Начиная с записки, которую подложила Ледария, и заканчивая смертью Адель. Наверное, впервые я видела Эстель настолько шокированной. Она ни разу не перебила!

- Кто же убил её?! – не выдержав, завопила она. Я покачала головой.

- Зеркало знает ответ. Я не хочу голословных обвинений, прости, Эстель.

- Ух! Тайны королевского двора, не иначе!.. – ведьма была слишком растерянной, чтобы злиться. В своём обычном состоянии Эстель бы меня сожрала.

Несколько минут я напряжённо размышляла. Перебирала версии. Всё сходилось в весьма неожиданной точке.

- Ты упоминала, что не убивают только материнские проклятия. Те проклятия, которые наложила мать-ведьма?

«Свойства крови сохраняются… - на грани сознания прозвучал шёпот Эрин. – Нэл мои зелья не страшны…»

- Вообще все проклятия, в которых мать проклинает своего ребёнка, - на автомате поправила меня Эстель, - соответственно, и снять проклятие может только мать, его наложившая или заказавшая у ведьмы. Иногда достаточно одного намерения, даже невысказанного. Для ведьм кровные узы необычайно важны, ведь от матери к ребёнку передаётся сила. Поэтому дар противится убийству ребёнка – наследника магической линии. Ой, Агата, там много нюансов! Зачем тебе знать про материнские проклятия? Это всё равно не наш вариант!

Я прикусила язык. В первую очередь стоит поговорить с её мужем.

​

…- Эол! – как только колдун появился в гостиной с утра, я схватила его за руку и утащила в укромный уголок под лестницей. Остальные провожали нас ошарашенными взглядами, но к счастью, Тео в особняке ещё не появился.

- Агат?.. Если тебя вдруг озарило моим умом и красотой, то увы, я уже увлёкся другой… - не удержался он от глупого ехидства и многозначительно мне подмигнул. Однако его игривый настрой я не поддержала.

- Мне жизненно необходимы сплетни о рождении принца Тео! Любые, пусть самые невероятные! Пожалуйста, это не праздное любопытство!..

​

… - Я не знаю, куда отец дел Эрин, - барон Луанский нервно дёрнул щекой, словно это имя было ненавистно ему до сих пор, - папа спас её от смертной казни, дал другое имя и пристроил в королевский дворец. Мол, ведьму и её дочь убили, всё честь по чести, а Эрин и Нэл – не ночные и никогда не были. Какое имя?.. Я посмотрю и отправлю вам посыльного с запиской. Кстати, что там с моим префектом?!

К моей безграничной радости, о префекте он говорил уже с Тео.

​

На ловца и зверь бежит. Видимо, Эстель как-то передала мужу наш разговор – и через пару дней он появился в особняке барона. Ночью. Я сидела в гостиной перед исчёрканным листом и пыталась сосредоточиться. Но ветер, завывавший в трубах и щелях, постоянно меня отвлекал.

- Ваше величество, - одними губами произнесла я, когда король сел напротив, - поведайте мне, пожалуйста – почему вы приказали убить своего первенца?..

* * *

Через несколько дней в особняк заглянула леди Ора. Она уверенно отмела идею завтракать в «пыльной и несвежей» столовой. «Перед зимой нашей коже нужно больше солнца!» Спорить с ней никто не решился. Слуги покорно вынесли небольшой столик и кресла в старый сад за особняком.

Тёплый ветерок затерялся в дубовой кроне, чай приятно грел руки, а компания мамы и леди Оры заставила меня отвлечься от тягучих мыслей.

- Мы собираемся во дворец, - сообщила грат-мастер, когда чай и муссовые пирожные закончились, - сегодня, прямо после завтрака. Не хочешь с нами, Ора?.. Помнится, ты имела такое желание. Кроме меня и Агаты будет только ночная ведьма, чисто женская компания.

- М, интересно! – мама Касси нервно взмахнула чашкой, благо, уже пустой. – А куда делись остальные?

Эол с энтузиазмом взялся за охрану Диты, а Арлет нам была ни к чему. С проклятого дворца началась эта история – пусть во дворце она и закончится.

Мама отнеслась к моему плану без восторга, даже разозлилась. Я наговорила ей полную чушь про старые записи и намёки призрачной Адель. У меня просто не хватило духу во всём признаться. Но, несмотря на откровенную холодность, мама не отказала.

- Полная любовь-морковь, - с тяжёлым вздохом отозвалась Сириль, - один влюбился в местную ведьму, а вторая – в сыскаря, и целыми днями крутится у префектуры. Так ты идёшь?.. Дорога неблизкая, могу рассказать в подробностях по пути.

Помявшись, леди Ора согласилась.

Подруги шли вместе и банально сплетничали. Мы с Эстель молча следовали за ними. Ночная ведьма так сжимала челюсти, что казалось, она сейчас на кого-нибудь бросится. Я хотела бы ей помочь, только как?.. На мой взгляд, у Эстель не было причин для гнева, но похоже, ведьма думала иначе.

Свинцовый туман услужливо стелился под ноги. Подсохнув от грязи, дорога превратилась во вполне удобную тропку. Без пробирающего озноба и прочих ужасов до дворца мы добрались за полчаса, если не меньше – и это лёгким прогулочным шагом. Чудеса!

Впрочем, страшный туман на округу напустила Адель. Она же и развеяла чары.

Когда перед нами предстал дворец, я испытала нечто сродни разочарованию. Заброшенный, поблёклый, с выбитыми стёклами и заколоченными окнами – он, как одинокий старик, доживал свой век без семьи, тепла и уюта. Его бросили, оставили на растерзание ветрам, ползучим вьюнкам и крысам. Без проклятого тумана бароны Луанские могли бы его продать, но Адель надёжно укрыла свой дом от чужаков. Подозреваю, она считала, что разгадка её смерти таится именно во дворце, но разгадка таилась в людях.

Было ещё зеркало, которое должно поставить точку. Хотя для меня отражение уже не играло роли.

- А куда нам?.. – леди Ора очнулась первой. Мы замерли у входа – точнее, у широкого проёма без дверей. За проходом виднелись потускневшие гобелены и величественная парадная лестница.

- Не знаю, Ора, - с явным непониманием откликнулась мама, - твой муж говорил о страшных проклятиях и призраках, но я ничего не чувствую. Вообще. Что изучать-то?!

- Кабинет Адель, - хрипло откликнулась я и шагнула во дворец. Замерла у лестницы и наугад повернула в левую сторону. Почти сразу в спину полетели крики.

- Агата!

- Но кабинет не там!

Я стремительно повернулась к ней.

- Да-да!.. – подтвердила леди Энлерго. – Муж показывал мне планы дворца, которые сделали прошлые практиканты. Кабинет наверху, направо!

- Что?.. – Сириль удивлённо покосилась на подругу. – А почему он не отдал планы нам? Опять, наверное, заработался и забыл обо всём на свете!

Я устало покачала головой. Последние дни меня окутывало напряжение – и я была рада его наконец сбросить.

- Не забыл. У лорда Энлерго нет плана дворца. Всё, что связано с дворцом – изображения, записи, планы – мгновенно теряется, расплывается, исчезает. Адель не успела уничтожить наработки Эрин, поэтому так своеобразно прокляла собственный замок. Другое дело, что Эрин не составило труда вспомнить формулы и переписать их заново.

Она вздрогнула. Понимала, что это фатально, но старое имя матери словно ужалило её. Как по щелчку, на «сцене» появились остальные. Адель. Полноватая ведьма с ледяным резким взглядом – Ледария. Королева со своей главной фрейлиной.

Король и его сын. Без маскировки, однако.

Иными словами, под крышей старого дворца собрались все взрослые Леруа. Сириль изумлённо водила глазами по «гостям» а леди Ора неуместно рассмеялась, прикрыв губы ладонями.

- Какие люди! Дорогая Агата, ты решила, что я соскучилась по матери?.. Так мы давно не общаемся!

- Равно как и с Касильдой, верно?.. Она ведь догадалась о чём-то – и сбежала, - я смотрела на леди, не отрываясь. Она лишь передёрнула плечами:

- Моя дурочка… Касси решила, что её отец – некий серьёзный заговорщик. Якобы я до сих пор поддерживаю с ним связь, поэтому и вышла за лорда Энлерго. Глупости. Энлерго богат, он дал мне титул, положение в обществе и всю любовь, которую смог отнять у своей драгоценной академии. Внешность у него, конечно, смехотворная, но для безродной девушки и первых пунктов было достаточно.

- Тебе были нужны его деньги! - вдруг раздалось от входа. Пожалуй, такого поворота я не ожидала – и даже невозмутимый король вытаращился на Касильду. – Мама, я уже далеко не дурочка! Поверь, сумела сложить письма и пожертвования… Ой, ваше… ваши величества! А-а-агата!.. Эол сказал, вы ушли в проклятый дворец. Пока узкоглазый отвлёкся, я угнала карету у крыльца... Но с ней всё в порядке!

В непередаваемой паузе улыбнуться смогла только я, привыкшая к непосредственной подружке. Пожалуй, ещё главная фрейлина выступила, сдавленно прорычав: «Касильда!».

- Ой, бабушка!..

- Бабушка?! – эхом подхватила Эстель, и её черты заострились, выдавая тихое бешенство. – Мартэ! Какого чёрта вы ночная ведьма?!

- Бывшая ночная ведьма, - поджала губы сухопарая фрейлина, - моя верность её величеству доказана и проверена временем!

- Да?! То есть вы, аки невинный агнец, не поняли, чем прокляли Тео?!

- Я создавала проклятия! – выдавила из себя Мартэ… Эрин. – Я поняла, что мои разработки использовали, но я не умею их снимать! Та женщина, архивариус, умерла за считанные минуты. Зелье – концентрированное проклятие, как кислота. Ледария спрашивала у меня, но стойкость принца я могу объяснить лишь индивидуальной реакцией! В том, что Нэлли изменила формулу, я сомневаюсь. Она не настолько способна. У нас был особый дар – вытягивать проклятия и силы, но Нэлли потеряла его вместе со мной.

- Когда убила Адель, - закончила я, - не правда ли, леди Ора? Или Орнелла?..

- Неправда! – Мартэ шагнула ко мне, но её величество удержала свою фрейлину за рукав. – Ледария убила Адель, а не моя дочь!

- Ледария убила Жюльетт, архивариуса. А вот нож в спину Адель вонзила именно Орнелла. Мстила за мать. Только зря, потому что Адель прекрасно знала, кому выгодно очернить её ученицу. Роман барона и Эрин не был секретом в семье, писать записку бессмысленно и для Нэл, и для Аделарда с Мартеном. Остаётся Ледария. Её наставница получила бы пост Верховной после смещения Адель. У Эрин же нет мотива – Верховной она стала бы только с подачи самой Адель.

- Откуда ты знаешь?! – хор голосов слился в один, на несколько секунд оглушив. Её величество Констанция пафосно повернулась к королю:

- Сын! Кто эта иностранка?

- Моя дочь, ваше величество, - мама заслонила меня от королевы, - признанная графиня Койяр и… дочь генерала Каэдэ.

Пока королева-мать переваривала её слова, Тео подмигнул нам и весело произнёс:

- И моя невеста, бабушка. Будущая принцесса Хонорайна!

Оценив «бабушку», похожую на нелюбимую мной наставницу аими, я мысленно застонала.

- А у Мина нет ни бабушек, ни родителей, - пробормотала шёпотом. Хорошо, что Тео не услышал – но судя по угрожающему взгляду, он думал в верном направлении.

- Она не такая плохая, - хмыкнула Эстель, а мама украдкой показала кулак. Эй! А где любовь и поддержка?!

- Сумасшедший дом! – завопила королева-мать. – Вы сговорились! Один привёл домой безродную ночную ведьму, другой – родовитую, но эр-хатонку! Дочь генерала Каэдэ! Уму непостижимо!

- Бабушка, я понимаю, ты немного взволнована, но сейчас речь не обо мне.

- Я согласна с её величеством, - леди Ора полоснула меня холодным как кинжал взглядом, - сумасшедший дом. Ты не можешь знать прошлого. Тебя не было во дворце, когда убили Адель.

- Но я была. Адель, помнится, спрашивала, чьими глазами я смотрю, когда вижу эти сны. Учитывая, что мне открылся момент её убийства – я смотрела вашими глазами, леди Ора. Давайте расскажу по порядку. Итак, у Адель было трое учеников. Двое сыновей и Эрин. Сын короля Оливера Мартен, сын барона Луанского Аделард и Эрин, простолюдинка, вдова солдата. В этих стенах вы прожили много лет. Как начался роман старого барона и вашей матери, я выяснять не собираюсь, но Адель подтвердила – это не было тщательно оберегаемой тайной. Только Ледария не знала об «общем» секрете. Я не в курсе, с чего началась вражда между Адель и Магдалин, возможно, банальная игра за власть. Так или иначе, бароны – не конкуренты ведьмам, они будущие хозяева домена. У Эрин же были все шансы стать новой Верховной, и хороший козырь – зелья. Если б она нашла антидот к проклятиям, то поднялась бы на заоблачную высоту. Значит, Эрин требовалось убрать с дороги. С запиской не получилось, и Ледарии пришлось прибегнуть к более радикальным мерам.

- Сожалею, - она отвела взгляд, - в молодости мы часто совершаем ошибки. Я поклялась, что отныне буду искать только мирные решения.

Я наблюдала за ней, но спустя столько лет сложно сказать, раскаялась ли она на самом деле

- Ваша ошибка стоила больших жертв, - развела руками. Верховная ведьма недоумённо нахмурила брови.

- Я погубила лишь ту женщину-архивариуса, которую сожрало зелье. Но я до сих пор считаю, что это был дикий в своей опасности эксперимент! Мы должны были остановить Эрин!

- Великая жертва во благо, - снисходительно бросила Адель, и Ледария густо покраснела. Утешения наставницы она помнила наизусть, однако ж обманывать себя нелегко.

- Вообще-то три жертвы, - вмешалась Касси, сложив руки на груди, - мою бабушку повесили бы за убийство, а мама получила бы клеймо дочери убийцы. Ночную ведьму с подобным клеймом в те годы забили бы камнями!

- Адель бы спасла Эрин! Я просто погубила её репутацию!

Это было худшим – и самым предсказуемым развитием событий. К сожалению или к счастью, жизнь повернулась по-другому. Девочка-подросток, дочь Эрин, об интригах взрослых не знала. У неё забрали маму. Точка.

- Когда Эрин арестовали, Нэл побежала за спасением к близкой женщине, как и любой ребёнок. Она хотела признаться, что видела Ледарию в ту ночь. Только Адель грозила её матери страшными карами – и девочка не выдержала предательства. Так нелепо.

- Я грозила не Эрин. Великая Моан, Орнелла! Ты была мне как внучка! Все эти годы я желала поквитаться с предателем и… Я даже порадоваться толком не могу!

Леди Энлерго покачнулась. Касси успела её подхватить, но посеревший вид женщин откровенно пугал. Впрочем, Орнелле точно не грозила смерть от сердечного приступа.

Осталось ли что-то от её сердца?..

- Странная у вас семья, Касс, - подытожила я, - вы не общаетесь, но не сдаёте друг друга. Эрин могла отомстить Ледарии, но ради Нэл она выбила у барона место во дворце и исчезла. Подальше. Навсегда. У Эрин получилось, а Орнелле, увы, не повезло.

Я неожиданно поняла, что «благородное собрание» слушает меня, не перебивая. Да-а, Агата, материнское наследство – вещь упрямая, не отмахнёшься. Только дальше всё становилось намного сложнее.

- Кто же Лорд, Агат?.. – Тео спустился с лестницы и обнял меня, уже не таясь. Какие у него уютные объятия – и как мне не хотелось его ранить! – Про проклятие не спрашиваю, раз уж лучшие ведьмы подтвердили мой приговор. Мы хотя бы попытались.

- Мы не зря пытались, - нет-нет, не вздумай прятаться в свою скорлупу - я не закончила! – Эрин в прошлом утверждала, что проклятие у ведьмы и в пробирке – суть одно и то же. Зелье действует сильнее, но свойства сохраняются. Проклятие не убивает в том случае, если прокляла мать. С учётом того, что донорами силы для Лорда были разные ночные, выяснить правду было бы затруднительно. Но у тебя очень примечательный отец, - его величество усмехнулся, - мы поговорили и… Я уверена, сила в пробирке принадлежала твоей матери. Это единственный внятный ответ на то, почему ты до сих пор жив.

- Королева Беатрис была ночной ведьмой?! – ох, Эстель, как бы тебе помягче объяснить-то. – Боже, Стеф, я согласна с Констанцией! У тебя скрытый фетиш на ночных ведьм!

- Я, видимо, люблю острые ощущения, - покорно согласился король, но его глаза не смеялись.

- Эстель… - осторожно начала я. - То, что наплёл Эол про роман будущего короля и леди Энлерго, это не слухи. Про то, что он её обесчестил, а потом женился на Беатрис и вышвырнул из дворца…

- Агата! – застонала мама, и я поняла её без слов. Лезть в дрязги королевской семьи – замечательный шаг в сторону депортации. Эстель хватала ртом воздух, а Орнелла мстительно кривила губы

- Чего ж, Сириль. Пусть молодая красивая девочка знает, какой её король.

- Стеф…

- Она имеет право ненавидеть, любовь моя, - король хотел коснуться жены, но она дёрнулась, скидывая его руку. – Я могу объяснить. Эстель, пожалуйста.

- Да уж постарайся!..

- Эстель, веди себя прилично! – «миролюбиво» влезла «бабушка». – Было сложное время, и дочка Мартэ совсем ему не подходила! Прости, дорогая! – она коротко кивнула своей фрейлине. Та, впрочем, не выказала отрицательных эмоций. Такое чувство, что за годы жизни эти две женщины превратились в идеально обтёсанные статуи! Какой живой, симпатичной, подвижной была Эрин в прошлом… Время не лечит. Увы.

- Мама грубо, но точно донесла мысль, - Стефан взвешивал каждое слово, - за Орнеллой ничего не стояло. Я действительно её любил – и меня в те годы никто не любил больше, чем она. Но я врал ей с первой ночи – уже знал, что не женюсь. Отец умер. Деда убили, и те нити, которые он держал в кулаке, порвались. Страна на пороге большой войны. Мне двадцать, и у меня абсолютно никакой власти. Констанцию задвинули ещё при живом отце. Я жив только потому, что хранитель, и призраки помогают мне в память о деде. То, что войну не остановить, было уже очевидно. Меня толкают на договор о разделении королевства, грубо, на образование мелких доменов, в которых празднующая аристократия имела бы полную власть. Но дед хорошо меня вышколил. Я знал, что в уши этим людям поют эр-хатонские шпионы. Небольшие домены захватить легче, чем одну страну. Замечательное время, чтобы без памяти влюбиться в дочку маминой фрейлины.

- Ты мог рассказать мне это, - слабым хриплым голосом произнесла леди Ора, - то, что сейчас объяснил своей жене.

Я оценила плотно сомкнувшиеся челюсти и вздохнула. Не мог. Он бы молчал и дальше, но королеву терять не хочется.

- Показать свою слабость?.. Если бы шпионы или сторонники разделения догадались, насколько мне важна безродная фаворитка, они бы сделали её предметом торга. Я был молод, но я законный король, имеющий поддержку своего народа. Аристократия давила на меня, понимая, что армия будет подчиняться Леруа, даже если эта армия никуда не годится. Орнелла, я не врал тебе, не хотел ломать… но они всё чаще повторяли твоё имя. Дом, деньги, титул – я написал тебе письмо, но ты, как мне донесли, его порвала.

- Было бы странно, если б я приняла от тебя какую-то подначку!!!

- В итоге ты женился на Беатрис? – с непроницаемым лицом уточнила Эстель. – Почему на ней?..

- Её отец меня поддержал. У домена Лурр была собственная армия и влияние. Перед войной стоило укрепить страну хотя бы немного. Я мотался по Хонорайну в надежде переманить кого-нибудь на свою сторону. Герцог Лурр поставил условие – брак с его дочерью за помощь. Пришлось согласиться.

Эол где-то откопал портрет королевы Беатрис, и я невольно сравнила её с леди Орнеллой. Контраст был на лицо, как говорится.

- Как эта история связана с моим проклятьем, Агат? – вмешался Тео. - Ну, кроме того, что я окончательно убедился, что отец меня ненавидел.

- Теодор! Думай, что говоришь!

- Он прав, Констанция, - в словах короля не было ни капли воды – сухая голая пустыня, - я ненавидел его, как ненавидел и Беатрис. Изменить своё отношение мне удалось только с появлением Макса, который своим детским отчаянием постоянно тыкал мне больные места. Но я никого не убивал. Беатрис умерла в родах.

- Да?.. – издевательски захохотала Орнелла. – Что же с моим сыном?! С нашим сыном, которого у меня забрали по твоему приказу и закололи?!

Судя по недоумению, окутавшему холл, никто из Леруа её не понял. Заколоть ребёнка – и возможного наследника престола?!

- Я спустила тебе обман, предательство, я промолчала о беременности, хотя тебе явно доложили об этом! Но то, что я пережила, когда у меня забрали мальчика, то, как я тряслась по ночам за маленькую Касси и пошла на дурацкий обман с её возрастом, выставивший меня полной идиоткой!.. Я тебе не прощу, Стефан!

- Какая к Бездне беременность?! Меня не было в столице полгода! – заорал король так, что стёкла вылетели бы непременно – если бы сохранились. Эстель, Констанция, Тео… даже Ледария вытаращились на потерявшего терпения мужчину. Довели.

А у меня крутилась песенка, которую порой мурлыкала Эстель: «Всё могут короли, всё могут короли…»

- Я не убивал никаких детей! Ни своих, ни чужих! По крайней мере, я никогда не отдавал такого приказа! Даже Макса, который был сыном графа-заговорщика, я забрал по дворец! Это бездновы пустые слухи!

- На самом деле – не пустые, ваше величество, - его взгляд словно пригвоздил меня к земле, но я невозмутимо улыбнулась. – Кое-что вы всяко предполагали. К тому же, приказ отправить Орнеллу в лечебницу исходил именно от вас. Кругом война, страна в хаосе, а королева, вместо того, чтобы укрепить позиции, рожает мёртвого ребёнка раньше срока. Зато у Орнеллы на свет появляются здоровые двойняшки, мальчик и девочка. Я верю, что вы не знали, ведь у Тео нет ни одной общей черты с Беатрис.

Король аж сгорбился и стремительно повернулся к Тео. Ох, кажется, он действительно не предполагал!

Неловко вышло.

- Я был на войне, - повторил он, - про беременность Оры я не знал, после моей женитьбы мы не встречались. Если бы Касильду признали родовые артефакты, я бы признал её принцессой. Но дочь у Оры родилась, как мне доложили, уже после лечебницы.

- Агата!! – взмолилась подруга следом за королём. – Объясни уже, когда я успела стать принцессой, а?!

- Когда твоя мама, ночная ведьма, потеряла дар, попала во дворец и приглянулась королю. Ты же мне сказала, что появилась на свет в один день, месяц и год с принцем. Вы двойняшки! Всё идеально сходится. Если Беатрис родила мёртвого ребёнка на седьмом месяце, страна осталась без наследника, но если одновременно с ней рожает фаворитка короля, причём двойняшек, это идеальное преступление. «Всё разрешилось благополучно…» - пишет королева в своём дневнике в день рождения Тео. Никто мальчика не убивал – его просто забрали у матери и назвали сыном Беатрис. Если Орнелла родила Тео, то понятно, почему проклятие не сработало. Она мать. Она помогала Эрин с зельями и наверняка забрала часть пробирок себе. Наконец, это причина того, что я увидела смерть Адель – разделённое благословение показало мне память мамы Тео! Проверить несложно. Леди Ора, отмените проклятие. Если моя теория верна, это должно сработать.

Она поколебалась. Свой Орден, грандиозные планы, персональная сеть заговорщиков по стране. Много смертей и, я уверена, много добровольных жертв во имя свободных ведьм. Но истинные мотивы заговорщиков всегда далеки от высокопарных слов. Порой это банальная месть за потери. За унижение. У простолюдинки Нэл не было шансов обойти короля, однако ж, она заставила себя бояться.

- Уговорила. Если Стефан не убивал и не крал мальчика, то его сын не заслужил проклятия. Я, леди Орнелла Энлерго, в девичестве Норман, снимаю проклятие со своего ребёнка. Да будет так.

Секунды две-три ничего не происходило – а потом мы с Тео одновременно вцепились друг в друга. Руку вновь обжигал адский огонь, стекающий раскалёнными чёрными ручейками из-под манжет. Чернота дымящейся водой собиралась на полу и превращалась в клубы дыма. Зато символ Хранителя напитывался красками, превращаясь в яркий рисунок-герб, который Тео выбрал для себя.

Проклятие исчезло! Я угадала! Невероятно!

- Тео! – повисла на шее у любимого. – Получилось! Ты свободен!

- Свободен, - нехорошим тоном откликнулся мой принц и смерил тяжёлым взглядом Констанцию: - Значит, всё благополучно разрешилось, бабушка?.. И я дурак, столько лет думал, что мой отец – убийца! Нет бы поговорить нормально!..

Эрин, чеканя шаг, вышла из тени королевы и замерла рядом с Орнеллой, сухо обняв стоявшую истуканом дочь. Кажется, с идеальной статуи посыпалось белое напыление.

- Как вы могли, Констанция?! Я делилась с вами по большому секрету, а вы, вы предали меня! Украли ребёнка! Нэлли чуть руки на себя не наложила!

- Мартэ! Ваш мальчик – наследник Хонорайна! Принц! – Королева-мать совершенно ничего не понимала. Интересно, она придуряется или реально не осознаёт?.. - Какая судьба ждала бы его с опозоренной девчонкой?!

Ой-ой-ой!

- ЗАТКНИТЕСЬ!

Вокруг действующей королевы вовсю клубилось тёмное марево.

- Вы что натворили?! Вы украли ребёнка у матери, Констанция! Ещё и прикрылись именем сына! Это, чёрт побери, преступление с наказанием в пять-семь лет тюрьмы!.. Ради «великой цели»!.. Вы, Ледария, Орнелла – одного поля ягоды! Великая цель, за которую не жалко пустить людей в расход, да?! Ледария, вы освобождаетесь от своего места. За убийство. За то, что за столько лет вы не сделали ничего, о чём так гордо заявляли Эрин! За то, что пропажу луанских ведьм в столице просто не заметили – и я уверена, что половина ночных ведьм ходит под Лордом!.. Мне надоело, Ледария. Вы не справились. Мартэ, я прошу вас помочь с новым законом. Отныне школа ведьм переносится в академию… И НИКАКИХ СПОРОВ!

Дрожа от ярости, Ледария всё же склонила голову – королева давила её силой.

- Ваше величество!

- Как будет угодно Эстель, - Стефан ухитрился поймать жену и уткнуться носом ей в макушку. Ведьма гневно сопела, но не вырывалась.

- А что делать с Лордом? – опомнилась я. – С леди Энлерго?..

- Полагаю, я могу помочь, - моё сердце застыло, разобрав знакомый голос с акцентом. Тот голос, который я меньше всего ожидала услышать.

Из проёма нас рассматривал император, держащий за ворот избитого лже-Фейре. Взгляд Минаэ скользнул по мне и остановился на Касильде.

- Что ж, вы должны мне невесту, Стефан. Взамен Агаты.