Второй шанс 2

4. Кошачья жизнь

Флора сидела в машине с самым недовольным видом, на который только была способна. Она глядела на меня так, словно я устроил пожар в лесу, затем сел на пассажирское сидение с дымящимся говяжьим стейком в зубах, вытер губы хомячком и принялся рассказывать, что место женщины на кухне.

Разумеется, я так не думал, да и ничего подобного не делал. Разве что от стейка бы не отказался. Средней прожарки. Но не могла же Флора прочитать мои мысли или понять что-то по выражению лица. Скорее всего, ей просто не нравился напарник на ближайшую смену.

Ну, хотя бы в чем-то мы сходились.

— Она сегодня не в духе, — раздался у меня в голове голос Кота. — Так что осторожнее.

Тот лежал на заднем сидении и сочувственно смотрел на меня.

Я кивнул ему и улыбнулся.

— Привет. Извиняюсь за опоздание.

— А извиняться не надо, — Флора сдвинула брови, — надо становиться лучше.

— Завтра обязательно посажу дерево, — я пристегнул ремень, чувствуя, как начинаю закипать. Видимо, неравная система тоже пострадала от перенапряжения при использовании дара.

Или же у меня просто связанная со стрессом работа.

— Буратино, ты сам себе враг, — печально выдал Котов.

Руль автомобиля жалобно скрипнул под пухлыми пальцами Антонины. Медленно, словно в фильмах ужасов, она повернула голову и впилась в меня свирепым взглядом.

— Думаешь, это смешно?

— Какие шутки? — мой взгляд был не менее колким, чем у девушки. — Я вполне серьезно говорю. Утром заедем в магазин, куплю там лопату, саженец, выберу местечко поспокойнее и все сделаю. Буду поливать деревце и ждать, когда оно вырастет и окрепнет достаточно, чтобы я вздернул на нем самого себя, ведь только так получится искупить вину за опоздание на семь минут.

Котов заржал в моем сознании. Флора же засопела, раздувая ноздри, но потом чуть успокоилась и лишь покачала головой:

— Ты плохой человек, Максим.

— Можешь вступить в клуб тех, кто тоже так считает. Будете собираться по субботам и рассказывать друг другу о моих прегрешениях.

— Дружба с Димой на тебя плохо влияет.

— Дружба? — я вскинул бровь. — Да в клубе моих ненавистников он занимает должность почетного председателя.

Флора собиралась сказать что-то еще, но замерла с открытым ртом и нахмурилась.

— Наушник, — подсказал мне голос Котова.

Я достал из кармана вкладыш и вставил его в ухо как раз в тот момент, когда Зимина отключилась. Флора же нажала на педаль газа, и машина покатилась по ночным улицам. Водила девушка неуверенно и пару раз заехала на бордюр, пытаясь объехать припаркованные во дворах автомобили, хотя места было достаточно и без подобных маневров.

— У меня хотя бы девять жизней, — сообщил мне Котов с заднего сидения.

Проигнорировав его мысли, я посмотрел на Флору.

— Все в порядке?

— В полном, — отозвалась она, смахивая со лба выступивший пот.

Мы выехали со двора на шоссе. Двигатель натужно гудел, но автомобиль катился по дороге со скоростью тридцать четыре километра в час. Другие машины гневно бибикали, объезжая нас через сплошную или с правой стороны, так как Флора заняла крайний левый ряд.

— Уверена?

— Уверена, — прорычала Флора, сильнее стискивая руль. Она заерзала на сидении, задела педали, и авто дернулось, едва не заглохнув.

— Ты когда права получила?

— Права у меня от рождения. Они гарантированы мне Конституцией Российской Федерации. Слышал о такой?

Разговор у нас категорически не клеился. Впрочем, мой настрой этому и не способствовал.

— Какая такая Конституция? Я всю жизнь живу по законам джунглей. Каменных.

— Оно и видно, — Флора заскрипела зубами и поджала губы.

— Она получила водительское удостоверение, — Котов выделил это словосочетание, — пять дней назад. И сейчас — первый ее опыт вождения. Она надеялась, что ты сам поведешь, но ты опоздал, так что хотя бы будь снисходительнее.

Я открыл было рот, чтобы предложить самому сесть за руль, но оставил это предложение при себе, вместо него спросив:

— Вызов срочный?

Флора успокоилась настолько, насколько могла

— Нет, — сообщила она, включая поворотник и перестраиваясь в крайний правый ряд задолго до нужного поворота. — Он от Надежды Сергеевны. Снова Васька куда-то подевался.

— Васька, — Котов оскалил клыки. — Ненавижу этого ублюдка!

Мы с Флорой одновременно повернули головы на третьего члена команды, отчего едва не въехали на обочину. Бок колеса зашелестел о бордюр. Девушка встрепенулась и выровняла руль.

— Ты дышать-то не забывай, — посоветовал я.

— Не говори под руку!

— Я помочь пытаюсь. Ты слишком напряжена. Не нервничай.

— А, так вот в чем секрет, — скривилась Флора, — не нервничать! Ну раз ты просишь, тогда ладно. Сейчас успокоюсь. — Она слишком резко выкрутила руль, и мы проехали по газону. — Это все из-за тебя! — тут же обвинила меня Флора, путая тормоз и газ.

Котов тут же юркнул под сиденье.

— Думаю, травка как-нибудь переживет, — я подался в сторону и подкрутил руль, чтобы избежать столкновения со столбом и вернуться на дорогу. — А вот нам может и не повезти. Притормози немного.

Флора бросила педали, и машина тут же начала замедляться.

— Лучше нажать на тормоз, — спокойно подсказал я, отпуская руль. — Контроль автомобиля начинается с самоконтроля.

Временная напарница ничего не ответила, но до пункта назначения доехала без проблем. Стоило нам остановиться у нужного подъезда, как к машине весьма бодро для своих лет подскочила Надежда Сергеевна.

— Вы почему так долго⁈ — сходу выпалила она.

Флора потупилась и хотела что-то сказать, но я ее опередил.

— Пробки, Надежда Сергеевна. Просто ужасные. Что у вас стряслось?

— Васенька! — пожилая женщина разом позабыла обо всем на свете, кроме проблем любимого кота. — Он снова на дерево залез!

— Там ему, дебилу, и место, — проворчал из машины Котов.

Надежда Сергеевна показала нам с Флорой на то самое дерево, с которого мне уже приходилось разок снимать ее пушистого питомца. Тогда без казусов не обошлось, но сейчас все должно быть иначе.

— Я его и голосом уговаривала, и колбаску показывала, вот, — Надежда Сергеевна вытащила из кармана цветастого халата толстенный кусок «докторской», которого могло хватить на пару солидных бутербродов.

С горчичкой…

— Вы слушаете? — Надежда Сергеевна перехватила мой мечтательный взгляд, а я понял, что не ужинал.

— Слушаем, — кивнула Флора, — и очень внимательно. — Она подошла к дереву и приложила к нему руку. — Старое, — сообщила девушка, — и не гибкое. Если попробую обвить ветвями Васю, то они поломаются…

— А Васенька, — голос хозяйки кота дрогнул, — он не поломается?

— Было бы неплохо, — вновь зазвучал в моих мыслях голос Котова. — Всех кисок на районе обрюхатил, паскуда!

У меня аж глаз дернулся.

— Ты отвратительный, — сообщил я Котову, заглядывая в машину.

Рыжий мейн-кун злобно зашипел.

— Что естественно, то не безобразно! — заявил он, вздыбливая шерсть.

Мое богатое воображение нарисовало картину, как человек в теле кота ухлестывает за вполне себе обычными кошками.

— Это, Витя, ни хрена не естественно и вполне себе безобразно.

— Посмотрел бы я на тебя, если бы ты застрял в шерстяном теле!

— В том-то и дело, что я в нем не застрял и не застряну, — я с издевкой поглядел на Котова. — Ни в прямом, ни в переносном смысле.

— Давай без приколов, — пошел на мировую Виктор. — Мне и без тебя тошно. Ты хоть знаешь, что коты вылизываются больше пяти часов в день? Не знал? А я вот, блин, знаю. На собственном мать его, опыте! И… — он вдруг быстро завертел головой и начал издавать какие-то щелкающие звуки и непрерывно дергать усами.

— Ты чего? — я на всякий случай отстранился.

Котов не ответил.

Проследив его взгляд, я увидел снующих над деревом птичек. Сидевший на верхних ветках Васька их тоже увидел и попытался поймать, но не удержался и свалился на ветки пониже. Упитанный кот смог удержаться, но таким маневром едва не довел свою хозяйку до инфаркта.

— Васенька! — воскликнула женщина, оттягивая подол и пытаясь подстраховать питомца. — Осторожнее, миленький!

— Как прекрасны любящие животных люди, — Флора, кажется, смахнула слезу умиления.

Я же почувствовал себя абсолютно не в своей тарелке.

— Ты снимать-то его будешь?

— Попробую, — Флора опустилась на колени под деревом и положила ладони на землю. Трава в цветнике за ее спиной тут же начала прорастать и скручиваться в какое-то подобие зеленого щупальца.

Мне стало окончательно не по себе, когда росток по высоте поднялся на третий этаж и потянулся к Ваське. Кот от такого ошалел и залез на самую макушку, отчего та опасно наклонилась.

— Давай, еще чуть-чуть! — голосом маньяка прошептал Котов, наблюдая, как Васька из последних сил цепляется когтями за тонкие веточки.

— Антонина, он же упадет! — заголосила Надежда Сергеевна, перебудив всех в округе.

Флора с сожалением вздохнула. Подконтрольный ее дару росток быстро сморщился и скрылся под землей, оставив после себя лишь приличных размеров яму. Я осторожно заглянул в нее и увидел на дне небольшую луковицу какого-то цветка. Моя напарница подошла ближе и заботливо присыпала все землей.

— Наверное, надо пожарных вызывать или спасателей, — посоветовала она Надежде Сергеевне.

— В прошлый раз Максим сам котика снял, — женщина с надеждой поглядела на меня.

— Не полезу, — решительно отрезал я. — Ваш Вася мне чуть вены не вскрыл.

— Не наговаривайте! Он не специально.

— Он специально, — заверил меня Котов.

У меня появилась идея.

— Слушай, — обратился я к пушистому сотруднику агентства, — если ты к кошкам подход находишь, может и этого уговоришь спуститься?

— Не, — с сомнением протянул Виктор, высовывая морду с массивным подбородком из машины и глядя на в некой степени сородича, — он тупой.

— Ой, у вас тоже котик есть⁈ — Надежда Сергеевна заметила Котова и тут же подошла к нему и совершенно бесцеремонно заграбастала, прижав к груди. — Какой симпатичный! Породистый!

— Пусти меня, старуха! — заверещал Виктор.

Надежда Сергеевна вздрогнула и огляделась.

— Вы это слышали? — спросила она, так никого и не увидев.

— Нет, — в один голос ответили мы с Флорой.

Девушка выразительно посмотрела на Виктора.

— А кто тут у нас такой мордатый? — Надежда Сергеевна разом позабыла обо всем на свете и принялась свободной рукой теребить Виктора за подбородок.

Котов отчаянно пытался выбраться, но вдруг замер.

— Хочешь колбаски? — предложила ему пленительницы, тыча в морду тем самым куском «докторской» из кармана. — Она вкусненькая.

— И пахнет старухой, — пробормотал Котов.

В этот раз, судя по всему, слышали его только мы с Флорой.

— Я бы сказал, что даже воняет, — продолжил Котов, плотоядно облизываясь. — В ней, небось, вся таблица Менделеева и ни грамма мяса. — Мерзость, какой поискать, — окончание фразы уже сопровождалось довольным кошачьим чавканьем.

— Кушай-кушай, золотце, — умилялась Надежда Сергеевна.

Наблюдавший за всем этим Васька полностью ошалел от происходящего. Едва увидев, как его хозяйка мало того, гладит чужого кота, так еще и скармливает ему кусок колбасы, кот, пусть и неуклюже, но стал спускаться. Пару раз он чуть не сорвался, а с нижних веток все же бухнулся прямо на землю, после чего потрусил к хозяйке, возмущенно мяукая.

Котов это заметил и принялся поедать колбасу с утроенной скоростью.

— Васенька! — обрадовалась Надежда Сергеевна. — Умница ты мой, сам спустился! А у меня тут смотри, какой котик. Будешь с ним дружить? — с этими словами она опустила Виктора на лапы.

— Не будет, — предположил я.

Два пушистых уставились друг на друга так, как ковбои из старых вестернов во время дуэли. Васька, будучи меньше мейн-куна, но явно толще, выгнул спину и издал протяжный басовитый звук. Встав боком, он неуклюже двинулся на рыжего.

— Помогите, — пропищал Котов, пятясь назад. — Он же конченый! Отбитый просто в край!

— Что ты? — Надежда Сергеевна наклонилась и подтолкнула мейн-куна к сородичу. — Не бойся. Он просто поиграть хочет.

— В жопу такие игры! — заголосил Котов и рванул, куда глаза глядят.

Мы с Флорой проводили его задумчивыми взглядами.

Васька беглеца преследовать не стал и с чувством выполненного долга потерся о ноги хозяйки, чем вызвал у нее очередной приступ умиления.

— Васенька! — рискуя потянуть спину, женщина подняла на руки упитанного кота и прижала к себе. — Пойдем домой, родненький, я тебе еще колбаски отрежу! — продолжая сюсюкаться с котом, Надежда Сергеевна скрылась в подъезде.

— Не за что, — сухо бросил я, когда железная дверь с лязгом закрылась.

Флора коснулась вкладыша в ухе.

— Мы тут закончили… вроде как.

— Хорошо, — ответила Зимина. — Пока вызовов нет. Отдыхайте.

Диспетчер отключилась.

— Перекусить бы, — я открыл пассажирскую дверь и уже собирался сесть, когда услышал смущенный голос Флоры.

— Может, теперь ты поведешь?

— Неа, — покачал головой я, опускаясь на сидение и демонстративно пристегиваясь. — Тебе нужна практика. Движение сейчас спокойнее, чем днем, так что самое время потренироваться.

Девушка не спешила садиться.

— У меня плохо получается…

— И без практики лучше не станет. Давай, садись, заводи мотор. Буду сегодня твоим инструктором.

— У меня в автошколе уже был один инструктор-старикашка. — Флора все же села за руль. — Ему скоро помирать, а он постоянно рычаг коробки с моей коленкой путал. Обещал доставить мне райское наслаждение. А я, между прочим, пантеистка!

— Пантеистка, значит, — я оценивающе взглянул на крепкую фигуру девушки и мысленно отдал дань храбрости старику. Поступил он, конечно, отвратительно, но думать причинным местом да на старости лет — не каждому дано. Но это не оправдывало похотливого и бесцеремонного мужика.

— Мы, пантеисты, отождествляем Бога и природу, рассматривая Вселенную, как единое целое.

— Очень интересно, — серьезно кивнул я. — А что с инструктором? Ты спустила домогательства ему с рук?

— Ага, щас, — Флора криво и даже кровожадно усмехнулась. — Предложила ему уединиться в парке, а там…

— Ты труп-то хоть закопала?

Девушка улыбнулась.

— Да живой он, не переживай. — Она нажала на кнопку под рулем, и мотор загудел. — Надеюсь, из тебя инструктор получше будет.

— Ну, в парк с тобой я точно не пойду, — пообещал я. — И селектор трогать не стану.

— Договорились, — едва Флора нажала на газ, как тут же бросила его и вдавила тормоз.

— Молодец, — похвалил я ее, глядя на прыгнувшего на капот рыжего кота. — В этот раз педали не перепутала.

— Вы что, бросить меня хотели⁈ — Котов стукнул лапой по лобовому стеклу. — Пустите!

Я открыл дверь, запуская Виктора внутрь. Он юркнул между сидением и стенкой и вопросительно посмотрел на меня.

— Чего не закрываешь?

— Думаю, не захочешь ли ты теперь выйти.

— Я не кот! — запротестовал оскорбленный до глубины души Котов. — Ну, точнее кот, но только снаружи. Закрывай уже эту чертову дверь, а то дует. — Он принялся остервенело вылизывать свой бок.

— Как скажешь, — я закрыл дверь и обратился к Флоре. — Поехали.

— Куда? — она вопросительно уставилась на меня.

— Так, сейчас, — поковырявшись в навигаторе, я нашел работающую допоздна кафешку и проложил маршрут. — Вот сюда.

— Ого, — с сомнением протянула Флора, оценивая предстоящий путь. — А поближе ничего нет?

— Практика, — напомнил я ей.

— Но там скоростное шоссе! — Флора ткнула пальцем в экран. — Я по такому еще не ездила.

— Мамочки, — пискнул Котов, предчувствуя беду.

Но я его пессимизма не разделял, поэтому уверенно сказал напарнице:

— Когда как следует разгонишься, научишься лучше чувствовать и скорость, и машину. На шоссе с тобой ничего не случится.

— А с нами? — с надеждой спросил Котов.

— И с нами тоже.

— Хорошо бы…

— Заткнись уже, — видимо, моя уверенность передалась и Антонине. — Она решительно взялась за руль и шумно выдохнула.

Но, несмотря на сосредоточенный взгляд, девушка все же медлила. Тогда я выложил на стол последний козырь:

— У них есть веганское меню.

— Что же ты сразу не сказал? — Флора нажала на газ.