Второй шанс 2

11. Вопросы и ответ

На улице лил дождь. Непогода спровоцировала несколько аварий, так что мы с Захаром задержались. К моменту нашего прибытия Движ уже примотал пленника к какой-то трубе и сунул ему в рот скомканную грязную тряпку, которую наверняка нашел в этом же подвале. Сам Сергей дожидался нас, просматривая ленту новостей в телефоне, похрустывая сухариками и потягивая пиво прямо из пластиковой полторашки.

Когда мы с Захаром вошли в освещенный тусклой лампой подвал, Движ как раз оторвался от горлышка и громко рыгнул.

— Чет вы долго, — выдал он, не отрываясь от телефона. — Я тут уже старится начал.

Захар поморщился и направился к пленнику.

— Не драматизируй, — я похлопал Движа по плечу. — Спасибо, ты нас выручил.

— Без проблем, — Сергей жестом предложил мне пива, но получил вежливый отказ. — Как хочешь, — он пожал плечами и снова выпил. — Нафига вам этот бедолага-то? Бабок торчит?

— У нас к нему есть вопросы, — уклончиво ответил я.

— Не мое дело, понял, — Движ решил не настаивать, да и ему, скорее всего, было не слишком интересно. Окинув подозрительным взглядом Захара, мой коллега спросил. — А эт точно ровный крендель? Как его там?..

— Кренделя не бывают ровными. И давай без имен, — предостерег меня и Движа СОБРовец и выразительно посмотрел на пленника.

— Фига вы конспирологи, — хихикнул Движ и встал с насиженного места. — Я-то вам еще нужен или могу валить?

Я посмотрел на Захара, и тот пожал плечами.

— У меня пара дел есть, — сказал Сергей. — Вы, может, маякнете, и я подскочу в случае чего?

— Давай так, — согласился я.

— Ну, тогда бывайте, — Движ шуточно отсалютовал нам двумя пальцами и был таков.

— Любопытный тип, — Захар посмотрел на то место, где только что стоял мой коллега. — Нам бы в отряд такого шустрилу, а то у коллег есть боец с суперскоростью, а мы в пролете.

— Вряд ли он согласится, — улыбнулся я. — Да и не возьмут его к вам с судимостью.

— Это да, — Захар как-то печально посмотрел на меня. — У нас с этим строго. — Его голос звучал так, словно он извинялся.

Пленник пришел в себя и теперь внимательно следил за нами, переводя взгляд с одного на другого. Он не пытался дергаться или кричать, и это мне насторожило.

— Какой-то он тихий, — сказал я Захару.

— И то правда, — СОБРовец опустился перед пленником на корточки и, активировав дар, превратил правую руку в ледяной шип, заканчивающийся острием размером с иглу. — Попробуешь дурить, и это, — он покачал измененной конечностью, — войдет тебе в глаз. Если понял, то кивни.

Пленник медленно опустил и поднял голову. Его плечо при этом дернулось, и я среагировал мгновенно. Тяжелый ботинок быстро преодолел небольшое расстояние и впечатался в скулу связанного мужчины. Его голова дернулась и бессильно повисла на груди, а тело завалилось набок.

— Ты чего? — Захар резко выпрямился.

— Сам посмотри, — я кивком головы указал на свободные руки пленника.

— Твой приятель не умеет вязать узлы?

— Он, конечно, не кандидат наук, но и не бестолковый, — я поглядел на стягивающие запястья пленника веревки — они оказались перерезаны.

Захар тоже это заметил, как и удлинившиеся ногти, судя по всему, бритвенной остроты, каждый из которых в длину был сантиметров пятнадцать-двадцать.

— Ему бы на маникюр, — пробормотал мой товарищ.

— Маникюр медикам. Педикюр педикам, — выдал я поговорку, услышанную еще в первый год отсидки.

Так один из старых заключенных приветствовал новенького — ухоженного и женоподобного паренька, которому и двадцати-то не было. Он промямлил что-то о традиционной ориентации, но его никто не послушал. Кроме меня. В результате парнишку я спас, пусть, скорее всего, и временно, а сам угодил в одиночку.

Такие себе воспоминания, но уж какие есть, как говорится, все мои.

— Догадываюсь, где ты этого понабрался, — невесело хмыкнул Захар.

— Там и понабрался, — утвердительно кивнул я, наблюдая, как начал слабо шевелиться пленник. — Что будем с этим росомахой делать? Когти обламывать как-то негуманно.

— А мы давно в гуманисты записались? — осведомился Захар. — Они вроде как людям морды не бьют и в подвалах к трубам не привязывают.

— Хочешь сказать, что мы злодеи? — в моем голосе отчетливо звучало напускное удивление.

— Это с какой стороны посмотреть.

— Тогда давай смотреть с той, с которой не злодеи, — решил я.

— Давай, — согласился Захар. — Мне тоже так больше нравится. А этого… — он примерился и заключил запястья пленника в ледяные оковы. — Так надежнее.

— Руки-то не отморозит?

— Если будет быстро и складно петь — не отморозит, — заверил меня бывший сослуживец. — А если нет — его проблемы. Он же только что собирался меня на фарш пустить, так что имею полное право отвечать так, как посчитаю нужным.

— Справедливо, — я наклонился и посадил пленника на пол. Пара звонких пощечин живо привела его в чувство.

Мужчина дернулся, а потом, ощутив холод, вытаращился на нас и гневно замычал.

— Первое слово съела корова? — криво усмехнулся Захар и вытащил тряпку изо рта пленника.

— Вы, суки, б*я, поганые! — тут же услышали мы.

Захар собирался было вновь пригрозить любителю сквернословить ледяным шипом, но потом передумал и тихо спросил:

— Ты, дебил, знаешь, что люди, да и одаренные, примерно на шестьдесят процентов состоят из воды?

Подчеркнуто спокойный тон и тяжелый взгляд бойца СОБРа заставили бандита прикусить язык.

— Так вот, — невозмутимо продолжил Захар. — Мой дар — это лед. И я не только детям катки во дворах организую и горки делаю, но и еще много чего могу. Например, заморозить твою кровь в отдельном участке тела. Кровь, кстати, состоит из воды на девяносто процентов, а вода при замерзании имеет свойство расширяться. Твои вены и сосуды не выдержат резкого расширения и лопнут. Хочешь это увидеть?

Бандит так сильно замотал головой, что ударился ею о трубу.

— Ну ты профессор, — уважительно сообщил я товарищу.

— Можно подумать, что с тобой в центре подготовки ученые не общались и не говорили про твой дар, — Захар бросил в мою сторону быстрый взгляд.

— Говорили, — я принялся расхаживать по подвалу взад-вперед, — но мне и в голову не пришло все это заучивать. Просто принял для справки и все. Сам знаешь, мне больше нравится действовать, а не говорить. Так что, если вдруг у нашего нового друга что-то неожиданно лопнет, то я прижгу рану, чтобы остановить кровь и продолжить нашу милую беседу по душам, — с этими словами я мило улыбнулся пленнику и щелчком пальцев пробудил на них синее пламя.

Это заставило мужчину судорожно сглотнуть, но он тут же поперхнулся и выплюнул на пол небольшую льдинку.

— Первое и последнее предупреждение, — сказал ему Захар, раздавив лед носком ботинка. — В следующий раз заморожу что-то более существенное. Может, глаз?

Пленник побледнел так, будто мой товарищ уже начал применять свой дар на полную катушку. Значит, пациент готов. Мы с Захаром переглянулись и кивнули друг другу. Предоставив право вести допрос бывшему коллеге, я уселся на коробку, на которой не так давно сидел Движ.

— Итак, — Захар вновь опустился на корточки перед пленником. — Сейчас расскажу тебе правила игры. Объясняю один раз, так что слушай внимательно. На каждый мой вопрос, ты даешь внятный ответ, иначе лишаешься чего-то. Если удовлетворишь мое любопытство и сохранишь достаточно конечностей, чтобы уйти — будешь свободен. Ну а если нет, то нет.

— Меня будут искать, — абсолютно неуверенно сообщил нам пленник.

— И не найдут, — заверил его я, безжалостно разбивая робкую надежду. — Если захочу, от тебя только пепел останется. — Тут уже я блефовал, так как дар не успевал восстанавливаться, но об этом пленнику знать не следовало.

— Начинаем, — Захар энергично выпрямился и задал первый вопрос. — Имя.

— Никита…

— Полное. — Ледяной шип с мелодичным перезвоном разбился по стену рядом с головой пленника, и крохотные осколки заскокали по бетонному полу.

— Долгов Никита Сергеевич!

— Кем работаешь?

— Никем. Безработный!

— Состоишь в банде?

Пленник затравленно поглядел на дознавателя и кивнул.

— Название.

— Вторая смена!

— Чего? — мы с Захаром переглянулись. — Получше придумать не могли? Ты вроде на школьника не похож.

— Погоди, — обратился я к товарищу. — У нас вот тоже две смены на работе.

— Ладно, хрен с ними, со сменами, — решил Захар и пристально посмотрел пленнику в глаза.

Бандит испуганно вжался спиной в трубу.

— Зачем за нами следил?

— Велели.

— Кто?

— Старший.

— Имя.

— Не знаю.

Палец Захара коснулся ноги пленника и тот тут же взвыл.

— Я еще ничего не сделал, — кровожадно улыбнулся мой товарищ и пообещал. — Но сейчас начну.

— Не надо! Не знаю я имени! — задергался бандит. — Только погоняло!

— Назови.

— Темный!

— Беда у вас с фантазией, — печально вздохнул я. — С какого вы района?

— С Царицыно.

Эту информацию я зафиксировал. Район граничил с Чертаново, которое перестали держать Черепа. Значит…

— В Чертаново зайти хотите?

Глаза бандита удивленно расширились.

— Откуда?.. Хотим. Нам обещали его часть.

— Кто обещал?

— Не зна… — бандит осекся и затараторил. — Это только Темный знает. Он делами ворочает! У него связи есть с верхами, но он не говорит какие и с кем. Клянусь!

Захар жестом велел пленнику замолчать, и тот мгновенно прикусил язык.

— Чем мы твоему пахану помешали? — подключился я к допросу.

— Я знаю только, что вот он, — бандит взглядом указал на Захара, — барыгу нашего в Чертаново прижал. Темный пробил по нему инфу и сказал, что тип опасный и надо его кончать, а ты просто рядом крутился.

— Говорил же, — улыбнулся мне Захар. — А почему твои кенты даром не пользовались, когда меня убить хотели?

— Темный запретил.

— Почему?

— Не знаю! — бандит зажмурился, словно ожидая удара. — Может у него свои мутки с шишками есть. Сказал, что грохнуть надо, как будто это нормисы замутили. Я не в теме!

— Интересно, — пробормотал Захар. — Ну, допустим, мы тебе верим. Где искать этого Темного?

— Не знаю.

— Как-то мне уже не нравится это выражение, — Захар угрожающе навис над пленником. — Устаю от него. И от этого разговора тоже. Если не хочешь по-хорошему, то будет по-плохому…

Не успел палец Захара принять форму ледяного шипа, как Никита заорал.

— Честно! Честно не знаю! Я вообще вахтавиком работал! Уволили за пьянку, остался без монет на кармане. Кореш предложил поднять бабла. Я сразу и не понял во что ввязываюсь. Мужики, б*я буду, не пиз*у! Не губите, мужики! Темного этого в глаза не видел. Он другим приказы дает, а нам уже по цепочке спускают, кого пресануть, кого просто шугануть, вот и все! Наши старшие в «Оперном техноклубе» тусуются иногда. Я показать могу, только не надо мне ноги ломать и хер взрывать! Я уже рук не чувствую, мужики!

— Цыц! — строго прикрикнул на разговорившегося Никиту Захар и посмотрел на меня. — Кажется, он и правда мало что знает.

— Ну, что-то он нам все же сказал. — Рассудил я. — Хватит, для следующей зацепки.

— Вот только давай цепляться я один буду. — Снова завел старую песню Захар. — Не хочу тебя втягивать.

— Так я уже по уши, если ты не заметил.

— Бл*дь, — устало выдохнул мой товарищ и потер переносицу. — Походу тут какие-то мутные схемы. Не уверен, что нам надо в них лезть.

— От тебя теперь так просто не отстанут. А после сегодняшнего — от меня тоже.

Захар отвёл меня в сторону и заговорил шепотом:

— Слушай, у него сейчас обморожение будет, так что давай так поступим: ты езжай домой и постарайся не отсвечивать особо. Если твоя мадам что-то нароет на эту «Вторую смену» — дай знать. Я пока съеду в отель какой-нибудь и попробую по своим каналам всё пробить. Поглядим, что получится узнать, а там уже сориентируемся. Добро?

— Добро. — Согласился я. — Но будь осторожнее. Раз уж эти отморозки на мокруху решились, то всё серьёзно.

— А когда у нас не серьёзно было? — Захар подмигнул мне. — Прорвёмся.

— Ага, никуда не денемся. А с этим отмороженным что? — я кивком головы указал на тихо скулящего и пускающего сопли пленника.

— Ну, нас бы он не пожалел, — задумчиво протянул Захар. — По уму, надо бы его в расход, но руки марать не хочется. Я его в милицию сдам, пусть в обезъяннике помаринуют и по базам пробьют — наверняка на него что-то есть, вот пусть и ответит по закону. Или?.. — товарищ многозначительно посмотрел мне в глаза.

— Нет, — решительно произнёс я. — Давай без «или». Мы с тобой не убийцы.

Захар кивнул и достал телефон.

— А где мы? — он огляделся. — Адрес у этого безобразия имеется?

— Вызывай по геолокации, — посоветовал я. — Так надёжнее.

— Кого вы зовете⁈ — забеспокоился Никита.

— Не переживай, не гробовщиков, — оскалился я. — Но если будешь плохо себя вести…

Пленник снова испуганно замотал головой.

Захар вызвал полицию. Мы поставили бандита на ноги и повели на выход. Никита вёл себя тихо и, кажется, молился, чтобы его не пустили в расход прямо здесь и сейчас. Выглядел он настолько жалко, что мне даже рядом идти не хотелось. Но пришлось.

На улице мы с Захаром попрощались, и я нырнул в ближайшую подворотню уже слыша отдалённый вой сирен. Шустро они. Одно дело, когда милицию вызывает обычный человек, и другое, когда свой.

Но, справедливости ради стоило отметить, что и ситуация была особая — Захар назвал дежурному секретный код первого приоритета. Отсюда и вся суета.

Пройдя вдоль длинной девятиэтажки, я остановился у последнего подъезда. Здесь кругом росли кусты сирени. Они уже начали цвести и источали приятный сладковатый аромат. Я закурил и проверил телефон — Яна ничего не написала и сейчас находилась оффлайн.

Паршиво.

Я набрал номер девушки, но телефон оказался выключен или вне зоны действия сети.

И снова паршиво.

Ощущая неприятную тревогу, я вызвал такси и поехал домой. С одной стороны, Яна взрослая женщина и сильная одарённая, которая может о себе позаботиться. С другой — я даже не попытался отговорить ее влипать в нашу мутную историю, так что несу за нее ответственность.

Уже на подъезде к дому, когда идея вернуться в бар и искать там следы Яны перестала казаться мне идиотской, телефон ожил и сообщил, что нужный абонент доступен для звонка. Я тут же нажал на «вызов».

— Чего тебе? — довольно быстро ответила Тень.

— С тобой всё в порядке? — я тоже решил опустить приветствия.

— Нет.

Такой ответ меня насторожил.

— В каком смысле?

— Я устала и хочу спать.

У меня от сердца отлегло.

— Ладно, тогда отдыхай.

— Погоди! — голос Яны звучал предельно возмущённо. — Ты не хочешь спросить, что мне удалось узнать?

— Хочу, но это может подождать.

— Ты домой собираешься?

— Эм… — вопрос застал меня врасплох, — да. А что?

— Поговорим у тебя. Ты когда вернёшься?

Я посмотрел в окно машины на приближающийся дом и нахмурился.

— Буду через пять минут.

— Хорошо, я на месте.

— Уже вижу, — я продолжал смотреть на окна своей квартиры, в которых горел свет. Он точно был выключен, пока меня не было дома. А теперь включен. Я удрученно вздохнул и поинтересовался. — Ты всё ещё игнорируешь понятие вторжения в чужую собственность?

— Не понимаю, о чем ты, — буднично отозвалась Яна и положила трубку.

— Вот ведь… — не то, чтобы я жаловался на неожиданные визиты строптивой красотки, но недоговоренность и спонтанность происходящего немного меня нервировали.

Выйдя из такси, я вошёл в подъезд и начал подниматься на третий этаж. Остановившись в пролёте, я задумался о том, надо ли что-то купить. В холодильнике вроде что-то оставалось, но что, если Яна голодная? Как-то не по-хозяйски…

Наверху тихо открылась дверь. Судя по звуку — не моя. Послышалось неразборчивое перешептывание. Дверь закрылась, и раздались торопливые шаги. Пара секунд и на меня сверху вниз во всё глаза таращилась румяная Зимина в одном коротком халатике и босоножках.

— Ты чего тут крадешься? — она сильнее запахнулась в довольно откровенный халатик и потянула его вниз. Но, так как она стояла выше, мне открывался весьма интересный вид.

— Если ты до сих пор не в курсе, то я тут живу, — я старался смотреть девушке в глаза.

— А почему не спишь? — Зимина привычно пошла в атаку.

— Прости, мамочка, но мне казалось, что взрослые мальчики могут загуляться.

— Нин, чё там за?.. — на площадку вышел Демон в одних трусах с утятами и тоже вытаращился на меня.

— Смотри-ка, еще один негодник не спит, — пробормотал я, осознавая, что эти трусы с утятами вполне могут теперь мучить меня в ночных кошмарах.

— Ну, я это… шум услышал, — начал оправдываться Демон, но быстро спохватился. — А ты х*ли тут делаешь?

— Еще один. — Я устало покачал головой и продолжил путь в квартиру. — Живу я здесь.

— А ночами чего шастаешь? — не сдавался Димка.

Я прошел мимо красной, как помидор, Зиминой и остановился напротив напарника.

— Тебя серьезно интересует этот вопрос?

Демон медленно покачал головой и произнес:

— Ты ничего не видел.

— Если ты практикуешь новый дар гипноза, то у меня хреновые новости, — я пошел дальше по коридору.

— Если ты кому-то проболтаешься…

— О том, что из тебя хреновый гипнотизер? — я поглядел на Демона через плечо. — Да не парьтесь. Буду тих, как Тихий океан.

Демон недоверчиво прищурился.

— Для Тихого океана ты многовато пиз*ишь.

— Для того, кто просит об услуге, ты дохрена дерзкий, — не остался я в долгу, продолжая путь к двери. — Обычно используют слова, типа «пожалуйста». Доброй ночи, — помахав тайной парочке рукой, я, наконец-то, оказался дома.

В квартире царила тишина, которую нарушал лишь шум льющейся воды в ванной. Мне стоило труда побороть любопытство и не заглянуть туда. Но, здраво рассудив, что нож в горле мне точно будет мешать, я переоделся, помыл руки на кухне и сел ждать, попутно поставив чайник.

Яна вышла из душа с полотенцем на голове и моей футболке. Размер у нас был разный, так что выглядело все не так хорошо, как хотелось бы. Нисколько не смущаясь, девушка уселась на стул и закинула ногу на ногу.

— Ты язык, что ли проглотил? — спросила она.

— Нет. Просто не ожидал увидеть тебя в таком виде.

— Под дождь попала. Вымокла вся, вот и решила согреться. У меня смеситель сломан. Так что решила воспользоваться твой ванной. Все равно ждала. — Она поймала мой взгляд. — Я, по-твоему, голой что ли должна была выйти? — Яна обратилась к своему дару и без труда узнала ответ. — Так и знала, — вздохнула она. — Все мужики одинаковые.

— А чего ты ожидала? — меня задел ее пренебрежительный тон. — Ты — красивая девушка, я мужчина в самом расцвете сил. Естественно, ты мне нравишься и… Яна? — я посмотрел в зеленые глаза собеседницы, которые сейчас напоминали два блюдца.

— Я… тебе… нравлюсь? — пролепетала она.

Прежде чем я успел ответить, девушка вскочила и опрометью бросилась к двери. Распахнув ее, она едва не столкнулась с Демоном, после чего исчезла прямо в коридоре.

— Хера се, — почесал бритую голову мой напарник. — Ты, гляжу, тоже времени даром не терял, да?

Пытаться объяснить Диме то, что он все не так понял, — было идеей совершенно бессмысленной, поэтому я просто махнул на происходящее рукой. Видимо, подробности расследования Яны получится узнать только завтра, да и то, если она не прирежет меня во сне.