Второй шанс 2

14. Этот «бум» неспроста

Полученное от Мишеньки описание я отправил Захару. Едва ли оно ему поможет, но по крайней мере так мы поняли, что мой бывший сослуживец преследовал не этого распространителя. Значит, вполне могут быть и другие, что логично — Чертаново-то немаленькое. И сейчас по нему расползалась целая подпольная сеть барыг, за которыми кто-то стоял.

Эта мысль не давала мне покоя все дежурство. Пока мы с Демоном колесили по ночным улицам района, я подсознательно высматривал среди случайных прохожих тех, кто подозрительно выглядел. Наивно, но все же. К сожалению, дело осложнялось еще и тем, что ночью в Чертаново кто угодно выглядел подозрительно. И мы с Димой в том числе.

За ночь поступило еще два вызова. Причиной первого послужил словивший «белку» дед, который пытался угнать из парка служивший памятником танк времен Второй мировой войны. При чем делал он все аккуратно и по уму — ничего не ломал, а просто пытался попасть на место мехвода. Оказалось, что в армии он был танкистом, и вообще у них в семье это потомственное. В смысле не белая горячка, а быть танкистами. Мы ограничились воспитательной беседой, в процессе которой мужик немного пришел в себя, сердечно извинился и пообещал впредь вести себя хорошо. На том и разошлись.

На втором вызове мы отгоняли бродячих собак от забравшегося от них на дерево пацана. Хотя «отгоняли» — громко сказано. Демон просто разок рыкнул, и мохнатые мигом смекнули, что с ним лучше не связываться, после чего сбежали, поджав хвосты. Правда вот спасенный нами пацан с дерева слезать отказался, объясняя, что собаки-то ему не мешали, а на ветках он висит, так как там у него лучше связь со спутником. На вопрос с чьим: нашим или Американским — тип ответил, что с Фобосом, который является спутником планеты Марс. И вот этот Фобос прямо сейчас велит ему посидеть на дереве еще час, после чего надо будет раздеться и отправиться на службу в девятый римский легион.

Смекнув, что к чему, мы с Демоном сняли парня с дерева и передали на попечение врачам. Непонятно, принимал ли он какую-то дрянь или просто от природы был со странностями, но обследование специалистов ему точно не повредит. Самое любопытное заключалось в том, что парень перестал сопротивляться, как только признал в Демоне Вулкана — древнеримского бога разрушительного и очистительного огня, а также покровителя кузнечного ремесла.

Пока мы ждали санитаров, выяснилось, что паренек хочет стать кузнецом, чтобы выковать из стали D2 комету, на которой он и планировал отправиться прямиком к Фобосу. Видимо, чтобы поговорить по душам.

Что это за бред и как именно мутный тип собирается свершить задуманное, мы спрашивать не стали. Просто улыбались и кивали, отмечая, что решение правильное, но над деталями лучше подумать и вот как раз на машине с мигалкой подъехали специалисты по космическим вопросам. Они и план составят, и все мелочи продумают, и вообще очень хорошие и толковые ребята. Обрадованный таким раскладом, пациент сам сел в карету скорой помощи и отправился навстречу мечтам, анализам и медикаментозному вмешательству, которое, надеюсь, ему поможет.

Заканчивал смену я один. Демон проиграл в лотерею под названием «поешь шаурмы в незнакомом месте и посмотри, пронесет тебя или нет». После посещения «По сути вкусно» шансы у моего напарника были пятьдесят на пятьдесят, но ему не повезло. Со мной же все было в порядке, разве что в животе что-то урчало, словно Мишенька положил в мою еду кошку, которая непонятным образом регенерировала у меня в желудке и теперь, пригревшись, мурчала. Но выбираться она не спешила, так что я добросовестно дремал в машине на почти пустой дворовой парковке в ожидании вызова.

А его все не было и не было. Усиленные патрули полиции вошли в режим и закрывали большинство задач, тогда как шпана, видя в районе обилие машин с мигалками, подуспокоилась и затаилась. Чудить умудрялись лишь самые крытые и отбитые в край. Именно такие решили, что я подрабатываю таксистом и настойчиво заколотили в закрытое окно.

Я открыл глаза и посмотрел на пару где-то двадцати летних парней. Один с обилием пирсинга больше напоминал подушечку для булавок, а другой, бритый и наглухо татуированный был похож на детскую раскраску, которую дети исчиркали вдоль и поперек. Причем фломастеры у них по ходу потекли.

Опустив стекло лишь немного, чтобы внутрь машины проникал звук, я грубо спросил:

— Чего надо? — после внезапного пробуждения от сладкой дремы мое настроение оставляло желать лучшего.

— До центра за двести добрось, — сиплым голосом велел татуированный.

Именно велел, а не попросил: тон был повелительным, а выражение лица донельзя надменным. Мне очень захотелось выйти и раскрасить все эти партаки на его физиономии в красный цвет. Дима бы, скорее всего, так и поступил. Но для меня понятие самоконтроль значило чуть больше, чем для напарника.

— Я что, на таксиста похож?

— Да нам пох*й, на кого ты похож, дядь. — Встрял тот, чот с пирсингом. — Нам в центр надо.

— Понимаю. Метро вон там, — кивком головы я указал направление до ближайшей станции. — А такси с телефона можно вызвать.

— Те чё в падлу людям помочь⁈ — возмутился татуированный. — Еще и за бабки!

— И какого рода помощь вам нужна? — я еще раз окинул парочку внимательным взглядом.

— Не души, дядь, — скривился тот, кому лучше не ходить мимо магнитов и избегать аппаратов МРТ. — Просто довези.

— Просто иди на х*й, — от чистого сердца посоветовал я и тут же напрягся, когда кулак татуированного врезался в стекло. Оно, к счастью, выдержало. А вот мой самоконтроль дал трещину. — Если испортишь машину, я испорчу твое лицо еще больше, чем природа и татуировщик.

— Че б*я⁈ — тут же вспыхнул расписной и замахнулся еще раз, но приятель успел схватить его за локоть.

— Пошли Федь, ну его нахер! — сказал он, глядя на меня, как на врага народа. — Не хочет помогать и не надо!

Не то, чтобы мне было интересно, но я все же напомнил:

— Вы так и не сказали, с чем именно вам нужно помочь, придурки. Вы кровью истекаете, у вас сестра рожает или на поезд опаздываете?

— Не твое дело, пи**р! — огрызнулся татуированный, которого друг успел отвести уже на приличное расстояние.

— Ты просишь помощи, но делаешь это без уважения, — загадочно произнес я и продолжил уже грубее. — Значит, вместо помощи получишь х*й без соли. Кушай, не обляпайся.

И тут татуированный взорвался!

В прямом смысле. Он бросился было в мою сторону, но словно на мину наступил.

Шарахнуло так, что аж машину качнуло. Усиленные стекла выдержали, а вот в близлежащем доме к чертям собачьим повыбивало окна. Пацана с пирсингом швырнуло в кусты, а разрисованные и дымящиеся ошметки «раскраски» под нестройный аккомпанемент автомобильных сигнализаций разбросало по всей парковке. Мне на лобовуху приземлился кусок кожи с половиной носа и какой-то волосатый довесок.

— Твою ж мать! — я аж дернулся от неожиданности.

В выбитых окнах дома стали появляться перепуганные и бледные лица жильцов. Они явно не понимали, что происходит. Но и как им такое объяснить?

— Помощь кому-то нужна? — выскочив из машины, я достал аптечку, но она, вроде как не понадобилась — обошлось без жертв.

Ну почти.

Спохватившись, я велел зеваке из ближайшего окна вызвать полицию и скорую, а сам побежал к кустам. Бледный, словно снег любитель булавок обнаружился там, куда его зашвырнула взрывная волна. Широко раскрытыми глазами он уставился в небо и глубоко дышал, жадно хватая ртом воздух.

— Цел? — я опустился на колено и аккуратно ощупал пострадавшего.

— Не знаю, — признался он и попытался сесть, но я его удержал.

— Погоди, сначала надо понять, можно ли тебе двигаться.

Беглый осмотр не выявил серьезных травм.

— А почему нельзя? — пацан наконец вспомнил, что можно моргать.

— По кочану, — проворчал я и спросил. — Болит что?

— Нет… вроде.

— Значит, жить будешь и… — краем глаза я увидел лежавший неподалеку знакомый ингалятор. — Это твое?

Пацан еле-еле покачал головой.

— Федькино… — все же сев, пострадавший осмотрелся. — А где он?

— Везде, — мрачно сообщил я. — Но частично.

— Не понял, — затуманенный взгляд парня бестолково зашарил по затянутым едким дымом окрестностям.

— Скоро поймешь, — я помог ему сесть, а потом встать и выбраться из кустов.

— Так где Федька-то? — снова завел свою шарманку любитель пирсинга.

— А ты под ноги посмотри, — посоветовал я.

— Что?.. А! Аа-а-а-а-а-а! — едва не наступив на татуированную руку, парень задергался, одновременно пытаясь устоять на месте, убежать и отбить чечетку.

— Да тихо ты, не ори, — я взял его за узкие плечи и встряхнул. — Сам-то не взорвешься? «Благодать» использовал?

Пацан сначала замотал головой, а потом вздрогнул, будто чего-то испугавшись, и нехотя кивнул.

— Один раз.

— Вас в больницу надо было отвезти? — с одной стороны меня начала мучить совесть за то, что, возможно, отказал в помощи нуждающимся, а с другой я был рад, что татуированный не бомбанул в одной машине со мной.

— Нет, нам надо было к Федькиному другу, — залепетал все еще не пришедший в себя парень, — чтобы еще этой штуки взять. Нам на стрелку надо было. Федька говорил… говорил… — словно завороженный, он смотрел на лежащую на асфальте оторванную руку.

Пришлось дать ему пощечину, чтобы привести в чувство.

— Какая стрелка? С кем?

Отрезвляющий метод сработал безотказно. Взгляд парня прояснился. Речь стала менее сбивчивой.

— Мы банду собрали, — пояснил он. — Называется «Шальные». С местными гопниками-нормисами решили территорию поделить. Но у тех, говорят, стволы есть, вот мы и решили при помощи даров победить. Но надо было наверняка действовать, вот Федька и предложил всем попробовать эту «Благодать».

— Ясно, — краем уха я уже слышал приближающиеся сирены. — В полиции свою историю расскажешь. Им понравится.

— Меня посадят? — забеспокоился парень, явно собираясь слинять.

— Скудоумие не повод для срока, так что не должны, — на всякий случай я придержал его за плечо. — Показания возьмут, велят пока город не покидать, возможно, вызовут в участок дополнительно, но потом все равно отпустят. Так что у меня для тебя будет важное задание. — Я положил руку на голову парня и повертел ей из стороны в сторону. — Посмотри хорошенько, что осталось от твоего дружка и запомни: такое может быть с каждым, кто юзает «Благодать». Запомнил?

Парень судорожно закивал.

— Хорошо. Найди своих дружков из этой вашей банды и каждому в деталях и красках все расскажи. Усек?

Снова быстрые кивки.

— А адрес того, к кому Федька собирался ты знаешь?

В этот раз парень покачал головой.

— Знаю только, что он мажор из центра, — сообщил он.

— И как их угораздило познакомиться?

— Вроде как мажор этот сам на Федьку вышел. Как именно — не знаю.

— Ладно, а фамилия у Федьки есть?.. Была?

— Минарин, — любитель пирсинга шмыгнул носом. — Федя Минарин.

— Понял, — я хлопнул парня по плечу как раз в тот момент, когда во двор въехала скорая помощь, а следом за ней и машина полиции.

Решив не терять времени, я быстро связался с диспетчером и обрисовал ей ситуацию, после чего, как порядочный гражданин, дал показания полиции. Меня отпустили довольно быстро, как раз почти к концу смены. Осталось лишь доехать до дома, что я и сделал, по пути скинув Захару подробности того, что случилось из-за «Благодати».

По пути заглянув на автомойку, я припарковался у дома и передал машину Флоре, Котову и Упырю. Они укатили на тут же поступивший вызов, а я остался курить у подъезда. Случившаяся история оставила после себя поганое ощущение. Да, парня, каким бы придурком он не был, жалко. Молодой совсем был. Но он за собой едва не утащил кучу народа, причем не только таких же дурачков, играющих в банды, но и мирняка, которые могли бы пострадать, реши они не вовремя подойти к окнам.

Но как этот Федя узнал о «Благодати»? Наверняка к нему, как и к Мишеньке, подкатывал барыга. Но как тот распознавал одаренных? В случае с Мишенькой все было понятно, с Демоном, например, тоже не ошибешься. Но Федька, пусть и был забит по самую макушку, никак внешне дар не проявлял.

Да, все как-то могло дойти через сарафанное радио и друзей. Или же кто-то имел доступ к реестру одаренных Москвы и области. И это или хакер, или должностное лицо. Последнее вписывалось в то, что сказал мне глава Черепов перед смертью — за ним стояли важные люди. Но важных людей в столице много. Попробуй, найди среди них нужного.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее мне казалось, что кто-то намеренно впаривает «Благодать» именно слабым одаренным, чтобы те…

— Вот же сука, — от того, что в моей голове сложилась часть пазла, я даже сигарету выронил.

Что если кто-то специально стравливают нормальных людей и одаренных, а нас запугивают, чтобы те скупали «Благодать»? В концепцию вписывалось и покушение на Захара. Его должны были убрать именно оружием, чтобы показать остальным одаренным, что даже боец спецотряда в опасности, куда уж им, кому не так повезло с даром?

— Вот же сука, — повторил я, доставая и закуривая новую сигарету.

— Это вредно, — раздался голос из воздуха.

Сигарета сама вырвалась из моих губ, потушилась об один из двух столбиков, которые удерживали козырек над подъездом, и улетела в урну.

— Здравствуй, Яна, — с невозмутимым видом я достал сигарету, но ее тут же постигла участь предшественницы. — Может, хватит?

— Не хочу, чтобы от тебя пахло сигаретами, — сообщила мне девушка, так и не появившись.

— Почему? — не успел я закончить, как моих губ коснулось что-то мягкое, влажное и теплое.

Поцелуй вышел робким и продлился недолго, причем все это время я чувствовал неловкость из-за того, что не видел девушку. Стоило мне коснуться невидимого тела, как она тут же отпрянула.

Повисшая тишина стала еще более неловкой, нежели поцелуй.

— Эм… — я пошарил взглядом по пустоте перед собой. — Ты еще тут?

— Тут, — раздалось откуда-то сбоку.

— Может, проявишься?

— Нет.

— Ладно, — я почесал голову. — Тогда скажи хотя бы, что это было?

— Я настолько плохо целуюсь, что ты не понял? — в голосе невидимой девушки звенела горькая ирония вперемешку с обидой. — Ну извини, это был мой первый раз.

Мне в последний момент удалось вовремя прикусить язык и не поинтересоваться, как так вышло, что Яна раньше даже не целовалась. К счастью, не вся кровь успела отлить от мозга, и я понял, что ее случай особый. Сильная эмпатия — скорее проклятье, нежели дар.

— И ты не спросишь, как так вышло? — язвительно спросила девушка уже с другой стороны.

— Не спрошу.

— Разве тебе не интересно?

— Интересно, — не стал врать я. — Но не то, почему ты раньше не целовалась, а то, почему именно здесь, сейчас и со мной. Когда я сказал, что ты мне нравишься, ты просто сбежала и…

Дверь подъезда открылась, и из нее вышел Нож. Он удивленно поглядел на меня и пожал руку.

— Ты с кем тут говоришь?

— Сам с собой, — ответил я с улыбкой.

— Тяжелое дежурство?

— Вроде того.

Нож понимающе кивнул.

— Я в магаз намылился. Тебе зацепить чего?

— Нет, спасибо, у меня все есть.

— Как знаешь, — одаренный махнул мне рукой и пошел туда, куда собирался.

Когда Нож отошел достаточно далеко, чтобы не слышать наш разговор, я тихо позвал:

— Яна.

Мне никто не ответил.

— Ты прикалываешься что ли? — осматриваясь, я развернулся на триста шестьдесят градусов, но не заметил ни единого намека на присутствие Тени и сам ответил на свой же вопрос. — Видимо, да.

Мне оставалось лишь гадать, что именно я сделал не так. Можно было еще покурить, но теперь уже расхотелось. На губах все еще оставался вкус ванили от Яниной помады.

Помада!

Проведя пальцами по губам, я уставился на оставшийся на коже черный след. Ну, теперь понятно, почему Нож на меня так таращился. И это он еще не видел, как я воздух целую.

Взъерошив волосы на голове, я шумно выдохнул:

— Ну, блин, и ночка выдалась…