Ведьма с Севера 2: невеста дракона

Глава 11

В лицо дул холодный ветер. Я посильнее укуталась в подбитый мехом плащ, выданный мне Саэрхом, и устроилась на камне. Шагах в десяти от меня на небольшой площадке за храмовыми строениями колол дрова Тайрин.

Саэрх заставил его отрабатывать потраченные на меня лекарства и кров. Я почему-то думала, что речь пойдет о золоте или каком-нибудь дипломатическом договоре, но все оказалось куда проще. Демоны-жрецы, живущие в храме у горы, отказались от мирских забот. Все, что им было нужно, — это починить крышу, растопить лед, избавиться от мышей в амбаре, наколоть дров, в конце концов. Обычные житейские заботы — те же, что у людей в Среднем мире.

Я боялась, что Тайрин заартачится. Он же принц, куда ему топором махать, как дровосеку? Но он спокойно кивнул, стянул дорогой дублет, поплевал на ладони и взялся за рукоять топора. Удары звонко разносились по небольшой долине эхом, а я любовалась своим мужчиной, его стройной фигурой, взлохмаченными золотистыми волосами и ловкими движениями. Даже Саэрх, который вертелся рядом и ехидствовал, что принц-де уже забыл, как простыми вещами заниматься, раз не может с первого раза правильно расколоть полено, не портил мне впечатление.

Улыбка сама просилась на губы, когда я на них глядела. Подумать только, еще пару недель назад я считала Тайрина выскочкой, напыщенным болваном. А он, судя по всему, далеко не первый раз помогает жрецам с ежедневными хлопотами. Это так не вязалось с обликом избалованного наследника трона… и напоминало, как мало я еще знаю о своем избраннике.

Саэрх вдруг сложил на груди руки, в точности как Кей. Меня вдруг неприятно кольнуло при воспоминании о мужчине, из-за которого я несколько раз чуть не погибла. И это была уже не обида и не боль от разбитого сердца — кажется, Тайрин эту рану на моем сердце успешно исцелил.

Теперь в мыслях о Кее стало гораздо больше страха.

Где-то заклекотал ястреб. Я отвернулась и надолго засмотрелась на горную долину и прятавшийся в ней храм. Я могла бы убеждать себя, что просто любуюсь окрестностями, но на самом деле это было не так.

Глядя на приземистые строения храма, часть которых «врастала» прямо в гору, я думала не о красоте каменной резьбы или практичности жрецов, создавших маленькую и по-своему уютную крепость в скалах, а о том, удобно ли ее оборонять. В Нижнем мире, там, где мы находились, весна немного припозднилась. Снег еще лежал в ложбинах и на тех склонах, куда не доставали солнечные лучи. Благодаря этому было бы легко увидеть подступающих к храму Киреатоса врагов. С уступа, где примостилось жилище жрецов, хорошо просматривалась вся долина — прекрасное преимущество. Плохо только, что яркое солнце на по-летнему синем небе слепит глаза. Но и атакующие тоже будут в неудачной позиции…

В памяти всплывали осколки воинской науки, которой отец учил Гелрона, а я, сопливая девчонка, вертелась рядом, потому что нечем было заняться. Сейчас я жалела, что слушала невнимательно. Если Кей натравит на нас с Тайрином целый клан демонов, эти знания мне пригодились бы.

Стук топора стих, а рядом зашуршала плотная ткань. Я вздрогнула, обнаружив, что Саэрх стоит совсем близко ко мне, и оглянулась в поисках принца. Демон не выказывал враждебности, и все же, помня о вчерашнем «теплом» приеме, я немного беспокоилась в его присутствии.

Он усмехнулся, заметив это движение, и по-хозяйски устроился рядом на камне.

— Я отправил Тайрина помочь нам с крышей в амбаре. Мальчик совсем забыл, что такое работать руками.

— Мальчик? — с недоверием переспросила я. — Ему под тридцать лет.

По губам Саэрха забегала знакомая ухмылка.

— Ты знакома с ним недавно. А я помню его малым ребенком, который едва умел ходить и не был особенно нужен ни королю, ни настоящему отцу, ни тем более матери.

— «Тем более»? — вырвалось у меня.

Как может быть такое, что мать не волнуется за собственного сына? Я на себе прочувствовала, что такое отцовское равнодушие, но не сомневалась в том, что, останься мама жива, с нашей семьей все сложилось бы совсем иначе.

— Нелриса была той еще шлюхой, — бросил демон. Золотые цепочки на его рогах сердито закачались. — Во всех смыслах. И не смотри на меня так. Это правда, даже если сказанная в отношении почившей королевы она кажется оскорбительной.

— Но вы же с ней…

— Были любовниками? — он пожал плечами. — Почему бы и нет, если с законным мужем у них любви не было и постель они не делили. Это был договорной брак. Нелриса выполнила свой долг, дав Дэррику наследника. На этом можно было бы успокоиться и зажить тихой жизнью где-нибудь вдали от двора, но делать что-то тихо Нелриса не умела.

Я раздраженно отвернулась и продолжила наблюдать за тем, как над долиной кружит коршун. Когда Тайрин несколько дней назад упомянул об отце Кея, я не думала, что фраза «он не будет обелять» относится не только к принцу, но и ко всем людям. Кажется, Саэрх вообще не знал, что такое тактичность.

— Зачем вы мне это рассказываете? Хотите оскорбить память матери Тайрина?

— Нет. Хочу извиниться. Потому что в том, что с тобой случилось, есть и моя вина.

Мои брови взлетели сами собой. Я снова посмотрела на седого демона — на сей раз с удивлением. А он опять усмехнулся.

— Да, малышка. И моя, и Нелрисы, и Дэррика, и настоящего отца Тайрина — всех, кто должен был воспитать мужчин из двух сопливых сорванцов, но плюнул на эту задачу с высокой горы.

— Простите, я вас не понимаю.

— Потому что не знаешь правду. Тайрин тебе ее вряд ли расскажет, потому что считает ее постыдной. Кей этого тоже не сделает, потому что он, похоже, решил обвинить во всем брата. И уж точно этого не сделает король Дэррик, потому что истина ему невыгодна. А в вашем мире нет больше никого, кто знает, что произошло на самом деле.

— И вы не боитесь со мной этим поделиться? — искренне изумилась я.

— Я жрец, малышка, — Саэрх вернул мне недоумевающий взгляд. — Я отказался от мирской жизни и провожу жизнь в молитвах Киреатосу за своих грешных сородичей, которых он время от времени за что-нибудь изощренно карает. Например, дурачьем в сыновьях. Я тоже немало накуролесил в молодости, так что не строй из себя нежный цветочек, дай старику искупить вину досужими россказнями о былых временах.

Манеры у него были, конечно, своеобразные, но ведь на то он и демон. Я поправила плащ, кутаясь от холодного ветра, устроилась на камне поудобнее и кивнула.

— Я хочу знать, за кого выхожу замуж. Буду рада вас выслушать.

— И я тоже хочу, чтобы ты понимала, с кем тебе придется жить, — с неожиданной серьезностью произнес Саэрх. — Чтобы больше не повторялось такое, как с Нелрисой. Чтобы не рождались дети, которые никому не нужны, и не разбивались вдребезги жизни.

Он упер локти в колени, рассеянно потрогал цепочку на одном из рогов и устремил взгляд вдаль, куда-то между гор.

— Как я уже сказал, Нелриса была той еще шлюхой, но такой она стала не сразу. Она полжизни любила Эйсина — призванного ею дракона. Но он ответной страстью не горел, а Нелрису еще в детстве помолвили с Дэрриком. Насколько я знаю, у них отношения не заладились сразу. Да и не могли они заладиться при таком подходе к браку. А потом Нелриса все-таки воспользовалась магической цепью, которая приковала к ней спутника из Нижнего мира, и соблазнила Эйсина. Но это мне нравилось, когда женщина командует, — демон странно улыбнулся и облизнул губы. — А Эйсин для этого оказался слишком горд. Он нашел способ разбить связь с Нелрисой и больше на ее вызовы не отвечал.

— Вы не знаете, где он сейчас?

— Летает где-то, — Саэрх провел задумчивым взглядом по небу. — Драконы у нас тут по-разному живут. Кто-то подчинил себе клан демонов и правит ими, кто-то отшельничает. Некоторые основали собственный драконий город и живут там большей частью в человеческом облике. Об Эйсине я ничего не слышал, а это значит, что он не хочет никому попадаться на глаза. Его воля. Так или иначе, а Нелриса, сообразив, что возлюбленный от нее удрал, а мужу она неинтересна, ударилась во все грехи и заодно прониклась к Тайрину нелюбовью.

— Но ведь он сын от ее любимого мужчины, — тихо сказала я.

Демон внимательно посмотрел на меня.

— А если бы тебя предали, ты бы как отнеслась к тому, что изо всех сил напоминает тебе о предательстве?

Я смущенно отвернулась. Да уж, мне ли о чем-то говорить, после того как я сравнивала Тайрина с Кеем и дергалась от любого упоминания о рогатых существах…

— Вот-вот, — нравоучительным тоном произнес Саэрх. — Нелриса после своего дракона начала призывать всех подряд. Слухи о веселье, которое она устраивала в попытках забыть Эйсина, Нелриса даже не пыталась скрывать. Дэррика это злило. Оно и понятно — кому понравится, что твою королеву обвиняют в разнузданных оргиях. После этого на какое-то время у Нелрисы остался один я. Я, правда, в этом сомневался, как и не был уверен, что Кей — мой сын, а не чей-нибудь еще. Жаль, его отвратительный характер не оставил сомнений, что тут точно мое наследие, — поморщился демон.

Я вскинула на него удивленный взгляд — как можно так говорить о собственном ребенке? — и по смешинкам в темных глазах догадалась, что Саэрх сказал это несерьезно.

— Ну и шутки у вас! — возмутилась я.

— Шутки — единственное, что у меня осталось, — со вздохом ответил он. — За время, прожитое с Нелрисой, я слишком отдалился от своего клана, а тут, в Нижнем мире, демонам без поддержки сородичей не обойтись. Потом Нелриса еще и умерла родами. Богами готов поклясться, что ей помогли отправиться на тот свет.

— Думаете, это сделал король?

— Скорее всего. Это жестоко, наверное, — Саэрх помолчал, глядя на припушенную зеленью долину. — Но я могу его понять. Все как в демонском клане. Королева должна быть образцом для подданных, а если она спит со всеми подряд, не прислушивается к доводам разума и не выполняет свои обязанности, она быстро перестает быть королевой. Такого сильного мага, как Нелрису, не получилось бы запереть где-нибудь в отдаленном поместье, поэтому от нее избавились таким способом. Хорошо, что Дэррик хотя бы оставил мне Кея, а то ведь мог и его утопить, как котенка.

Я поежилась, и на сей раз не от ветра. Король представал в чужих историях в черном цвете.

— Удивительно, как у него вырос такой заботливый и благородный сын, пусть даже и не родной, — прошептала я.

— Короли не могут быть всегда добрыми, — возразил Саэрх. — Дэррик защищал свою репутацию и свой трон, а по сути это то же самое, что страна.

Я узнала в этих словах фразу, которую мне говорил Тайрин. Вот от кого он ее услышал…

— Виновен Дэррик или нет, — продолжил демон, — а мне тогда объявили о смерти Нелрисы, вручили мелкое орущее существо с золотыми глазами матери и сказали убираться. Я вернулся в Нижний мир, к своему клану, чтобы обнаружить, что меня своим там уже не считают. Меня не было слишком долго, вдобавок я притащил с собой полукровку. Тогда я решил, что самое лучшее для меня и Кея — оставить его на попечении у моей сестры, а самому уйти сюда, в храм. Как оказалось, это было ошибкой. Подростки травили Кея из-за человеческой крови, и закончилось все это тем, что он одного из них, своего двоюродного брата, убил. Говорил, что нечаянно, но толку-то — мальчишку уже не оживить. А потом, когда его преследовали, он убил еще двоих.

Вот и раскрылся секрет, почему Кея ненавидели сородичи и почему он не горел желанием возвращаться. Я почему-то воображала его кем-то вроде наемного убийцы, а он оказался жертвой травли, которая просто хотела выжить. Трагичная история.

— И тогда он пришел к вам? Найти убежище в храме?

Саэрх кивнул.

— К этому времени у меня на руках уже был один трудный мальчишка. Подозрительно способный молодой маг, бастард, над которым тоже издевался старший брат. Тайрин был уверен, что королю на него плевать, что он потакает Хелвару, а все, что ему нужно от второго наследника — это магия. Поэтому Тайрин сделал ровно то же самое, что многие мальчишки в его возрасте — сбежал из дома. Только не к соседям, не в другой город, а в Нижний мир — в надежде, что удастся найти настоящего отца и тот его примет.

— Король Дэррик действительно всего лишь использовал Тайрина? — перебила я.

— Нет. Судя по рассказам, Дэррик очень достойно с ним обращался, учитывая, что это не его сын. Но наследником трона должен был стать Хелвар, и именно ему уделялось больше всего времени. Разумный подход, который сопляку с не обсохшим на губах молоком кажется ужасно несправедливым.

Тут мы с демоном оба понимающе улыбнулись друг другу. Наверное, нечто подобное испытывает каждый ребенок, у которого есть братья и сестры. Не избежала этого и я, в юности сильно завидуя Гелрону. Тогда казалось, что отец любит его сильнее, а на самом деле он старался воспитать из сына будущего главу рода.

— Настоящего отца Тайрин так и не нашел, зато встретил Кея. Поначалу знакомство не было приятным. Как Кей без восторга воспринял новость о том, что у него все это время были братья-принцы, так и Тайрин косо глядел на брата-убийцу. Но двое мальчишек, которым всю жизнь перепадало от старших из-за происхождения, умудрились найти общий язык. Когда погоня из клана дошла сюда, у меня не оставалось иного выбора, кроме как отказаться от своего дурака-отпрыска и выдать его. Во-первых, я был зол на то, что он убил моего племянника, а потом еще двоих сородичей. Во-вторых, по всем законам Кей — преступник, а жрецы у нас не имеют права укрывать кого-то от закона, если только этот кто-то не готов дать жреческие обеты. Кею блага мира были еще дороги. Так и получилось, что Тайрин по благородству души предложил ему сбежать наверх как призванное существо, пока в клане не успокоятся. Только эти два молодых олуха не подумали, что в клане убийство родственников не прощают никогда, а демон, которого не защищает клан, — легкая добыча для других кланов. Рабство — одна из лучших участей, на которые может надеяться тот, кто попал в когти чужого клана. Не сомневаюсь, что Тайрин хотел помочь, — Саэрх вздохнул и примял сапогом травинку. — Но, когда Кей спустя годы вернулся, он обнаружил, что ему не рады ни в одном из миров.

— И он обвинил в этом Тайрина, — подытожила я.

— Думаю, так и было, потому что поначалу они сдружились очень крепко. Но потом умер Хелвар, и наследником трона неожиданно стал Тайрин. Ему следовало бы прервать игру в мастера призыва и демонического слугу, но он сам всю жизнь был вынужден скрывать свою сущность и потому заигрался в переодевания. Это заставило Кея увериться, что его все время обманывали, чтобы использовать в своих целях. Им бы поговорить друг с другом, но для двух молчунов с непростым детством делать это, видимо, оказалось поздновато.

Я уставилась на истоптанную траву под ногами. Да уж, ну и история. И винить в самом деле некого. Только если сразу обоих.

И хуже всего, что я видела в этой истории связь с собой. Нет, надо мной никто не издевался, но отец… Он, как и король Дэррик, тоже решил все за нас с братом. Кто будет править, а кто своим браком укрепит чужую власть. Нас с Гелроном не спрашивали, чего мы хотим, какую роль мечтаем играть в этом мире. Все мои догадки насчет отцовского испытания на отборе — не сама ли я их выдумала только для того, чтобы оправдать его действия?

У меня пока не было ответа на этот вопрос. Но теперь я точно знала, какой матерью не хочу быть для своих детей.

— Почему вы решили мне об этом рассказать?

— А как ты думаешь? — спросил Саэрх.

— Вы заметили, что я недолюбливаю Кея, и захотели очистить его перед моими глазами?

Он покачал головой.

— Нет, малышка. Вернее, не только это. Я пытаюсь сказать, что виноваты они оба и в то же время на обоих нет вины, хотя они считают иначе. Уж не знаю, кто из них тебя приметил первым, но Тайрину ты стала дорога, да и Кей тобой заинтересован, раз бросился следом в Нижний мир. Рано или поздно они столкнутся лбами, как горные бараны. И хоть Тайрин мне не родной, когда-то мне стало жаль полукровку, который был не нужен ни матери, ни отцу. Я учил его магии еще в вашем мире, потом пошел на безумные уловки, чтобы познакомить его с другими драконами и найти Эйсина. Когда это не удалось, я потратил немало времени на то, чтобы втолковать ему, какова жизнь в Нижнем мире и почему наследному принцу не стоит сюда соваться. А Кей пускай и дурак, но он моя кровь. Если ты будешь рядом, когда это случится, прошу тебя: не стравливай их, а останови любой ценой. Брат не должен убивать брата. Это уже случилось однажды, и ничего хорошего из этого не вышло.

Саэрх смотрел на меня испытующе. Я внезапно поняла, что презрение, которым меня окатили вчера, было своего рода проверкой. Я умудрилась впечатлить и Тайрина, и Кея, поэтому старый демон меня зауважал. Но любое неаккуратное слово, которое сейчас слетит с моего языка, — и в глазах жреца я снова превращусь в простую игрушку двух ненавидящих друг друга мужчин, в зернышко между двумя мельничными жерновами, которым я и была на самом деле.

В собственной истории Саэрх выставил себя неприглядным образом. Действительно, получалось, что в случившемся есть его вина. И все-таки он сделал все, что мог, иначе бы не пришел сегодня с исповедью и мольбой прекратить вражду между братьями. И к кому — ко мне, всего лишь зернышку…

— Я постараюсь, — честно ответила я. — Изо всех сил.

Его взгляд потеплел. Рога качнулись, когда демон мне благодарно кивнул.

— Спасибо. Только не говори ничего им обоим.

— Неужели вы не хотите, чтобы они знали, как вы за них беспокоитесь? — удивилась я.

Саэрх встал с камня и отряхнул жреческую робу.

— Я жрец злого бога, отказавшийся от собственного сына. Если двое запутавшихся балбесов должны кого-то ненавидеть, пускай это буду я.

После всех слухов о жестокости и грубости демонов его слова звучали так благородно, что я растерялась и ничего не ответила. Потом я много раз жалела об этом. Миг — и момент, когда я могла бы поддержать старого жреца, был утерян. Из-за каменного храма появился встревоженный Тайрин и тут же направился ко мне. Я встала, встречая жениха.

— Что-то случилось?

— Нет, я всего лишь понял, что слишком давно тебя не видел, — он заключил меня в объятия, и я с охотой прижалась к его груди. — Что ты тут делала?

— Все в порядке. Мы с Саэрхом… — я оглянулась в поисках демона, но тот умудрился уже ускользнуть от нас и быстрым шагом шел к пещерам-кельям. Видимо, не желал быть свидетелем нашей нежности или считал, что мешает нам. — Мы с ним просто разговаривали.

— О чем? — требовательно спросил Тайрин, пристально в меня всматриваясь. — Он же не пытался выгородить Кейрдвина?

Я хотела сказать правду и прикусила язык, помня о просьбе Саэрха. Мне она казалась необдуманной, однако решать за демона я не могла.

— Нет. Я спросила, скоро ли здесь начнется лето.

Кажется, я так и не научилась врать, потому что принц вздохнул и утвердительно произнес:

— Он рассказал правду о нашем с Кее знакомстве и о том, как я с ним себя повел. Подчинил себе, как и положено чудовищу.

Отнекиваться было бы глупо, поэтому я кивнула.

— Да, Саэрх рассказал все без прикрас. Но я все равно не считаю, что ты чудовище. Вы оба с ним были молоды и глупы, и не нашлось никого, кто объяснил бы вам, как поступить правильно.

Он покачал головой.

— Когда-то давно это, может, и было правдой. Но мы с Кеем уже давно не дети. Пора решить все между нами раз и навсегда.

Это было точно не то, чего хотел Саэрх.

— Тайрин, — я с надеждой заглянула ему в глаза. — Ты уверен, что вы не сможете помириться?

— Посмотрим, милая, — он крепче прижал меня к себе, не давая увидеть его лицо. — Еще посмотрим…